ГЕРОИ ВЕРЫ ВЕТХОГО ЗАВЕТА
 

Up | Библейские женщины | Зачем Мятутся Народы - Сборник духовно-назидательных статей | Герои Веры Ветхого Завета


  

Те, которых

весь мир не был достоин...

                     Евр. 11:38

 

 

Дивны судьбы Его,

велика премудрость Его!

                     Ис. 28:29

«Истину не пожинают. Истину подбирают зернышко за зернышком, и она становится вашим достоянием и кладом для вас».

«Только вера знает руководство и признает благожелательный контроль Небесного Престола и привилегию соприкасаться с Невидимым».
 

Господи!

Ты — прибежище мое,

    Ты — крепкая защита

                         от врага.

Да живу я вечно

        в жилище Твоем

    и покоюсь

           под кровом

  крыл Твоих, ибо

           Ты, Боже, услышал

                 обеты мои

    и дал мне наследие

         боящихся имени Твоего.

                                                                  Псалом 60:4-6

 

ВМЕСТО ЭПИГРАФАtc "ВМЕСТО ЭПИГРАФА"

 

 

Слуга Бога должен обладать проникновением в духовный мир. Ему должны быть видны горы с конями и огненными колесницами (4Цар. 6:17). Он должен быть способен понять, что пишется Божьим перстом на стенах совести (Дан. 5:17-28). Он должен уметь истолковать знамения времени в их духовном значении. Он должен время от времени отодвигать завесу материальных вещей и давать смертным взгля­нуть в то духовное великолепие, которое венчает Божий трон. Божий человек должен возвестить тот образец, который был ему показан на горе Синайской; он должен облечь в слова то видение, которое открывалось ему на острове Патмос... и ничего этого он не может сделать без духовного проникновения.

Освальд Зандерс,

«Ответственность, руководство, служение»

 

Слово Божие и содействующий слову Дух открывает нам, при посредстве избран­ных сосудов Своих, что пространство между небом и землею, вся видимая нами лазуревая бездна воздухов, поднебесная, служит жилищем для падших ангелов, низвергнутых с неба...

Святой Апостол Павел называет падших ангелов духами поднебесными (Еф. 6:12), а главу их — князем власти воздушной (Еф. 2:2). Падшие ан­гелы рассеяны во мно­жестве по всей прозрачной бездне, которую мы видим над собой. Они не перестают возмущать все существа человеческие и каждого человека порознь; нет злодеяния, нет преступления, которого бы они не были зачинщиками и участниками; они склоняют и научают человека греху всевозможными средствами. «Противник ваш диавол, — говорит святой Апостол Петр, — ходит, как рыкающий лев, ища кого по­глотить» (1Пет. 5:8) и во время земной жизни нашей, и по разлучении души с телом...

Епископ Игнатий,

собр. соч. т. III, с. 132-133

 

Для сего примите всеоружие Божие, дабы вы могли противостоять в день злой и, все преодолевши, устоять...

Еф. 6:13-18

 

Истинная вера не принадлежит к роду ленивых, она постоянно работает.  Только человек, впавший в отчаяние, позволяет всему идти своим чередом и ничего не предпринимает. Сеятель верит, что почва плодотворна, и потому он сеет в нее семена; моряк надеется на свой корабль и смело пускается в море. Мы верим в Бога, Который вечно работает, и потому тоже работаем. Вера знает, что для нее вредно ржаветь в бездействии. Даже в обыденной жизни вера совершает великие дела. Несмотря на препятствия, она прокладывает путь сквозь высокие горы, соединяет моря, проникает в далекие страны.

 

Но вера всегда обращена к Богу и Его очищающей силе. Она борется с дурными привычками, побеждает страсти, упражняется в самоотвер­жен­ности и делает из человека истинного героя. От нашей веры зависит сила, которую нам дает Бог: чем больше вера, тем больше сила, и наоборот. Поэтому крайне важно, чтобы мы имели большую, непоколебимую веру. В Царствии Божием все совершается по правилу: «По вере твоей да будет тебе!»

 

Вера умеет ждать. В растительном мире самые крепкие создания растут медленнее всех. Грибы вырастают в одну ночь, но они так же быстро и портятся. Ценные растения требуют гораздо больше времени для своего роста.

 

Вера держится за верность Господа и Его обетований. Если даже и долго приходится смотреть на изменчивые явления природы, хотя она не понимает планов Божиих, все же это не сбивает ее с пути. Бог не разъясняет нам Своего образа действий, а только говорит, чтобы мы верили в Его обетования. Верующий не судит об успехах прежде окончания дела. Страх, заблуждения и беспокойство суть про­явления отсутствия веры в то время, как спокойствие, сила и мудрость харак­теризует человека, всегда крепко уповающего на Бога.

 

Вера всегда ликует. Вся ее жизнь — сплошная радость. С псалмом на устах идет она в бой; с упованием на Бога она страдает; в огне испытаний славит Бога и даже при смерти она радуется, вступая в вечность. Всех плачущих о ней она просит уйти из комнаты и остается только с Господом, Который есть Воскресение и Жизнь. Разве может сомнение писать хвалебные песни или петь «Осанна!»? Конечно, нет.

 

Вера богата молитвами. Верующий постоянно обращается к Богу, чтобы радо­ваться в общении с Ним. Молитва — не монолог, а диалог. Молящийся беседует со своим Небесным Отцом. Как хорошо делается на сердце, когда мы можем облегчить свою душу в беседе с другим, который нам сочувствует! Такой беседой является молитва. Но она дает еще больше. Когда в послушании Богу мы усердно и ревностно совершали все, что могли, мы можем быть уверены, что Господь закончит начатое нами — то, что мы были не в силах сделать.

 

Вера знает, что ее желания исполнятся, если они согласуются с волей Божией, ибо она знает, что воля Божия есть самое главное из всех сокровищ.

 

Когда мы имеем мир с Богом, мы чувствуем, что находимся в доме Отца, и все возвещает нам о Его славе. Мы уже те камни, которые Божественный Строитель взял и вставил в Свой дом — Его Церковь. Вера во всем и всюду видит Бога, ибо она знает, что без воли Божией ничего не бывает.

 

Ч.Г. Сперджен

 

"ПРЕДИСЛОВИЕ АВТОРА"

 

 

На протяжении ряда лет, в 70-е и 80-е годы, я неоднократно говорил в своей церкви проповеди на тему о вере Божией, иллюстрируя их примерами из библейской истории, чтобы показать, как люди издревле подвизались на поприще духовной жизни и вырастали в подвижников — героев веры. Это служило для укрепления веры и духовной жизни слушателей.

Быть героем на войне или в мирной жизни — великое достижение. Трудовые успехи или подвиги заслуживают высшей похвалы и подражания. И каждая страна имеет и чтит своих героев, увековечивая их имена в книгах и мемориалах, слагая о них песни и легенды, порой идеализируя их образы. Все это имеет свое значение для нравственного воспитания народа в духе патриотической любви к своему Отечеству.

Но у Господа тоже есть Свои герои. О них упоминает пророк Иоиль: «...Господи, веди Твоих героев» (Иоил. 3:11). А пророк Захария уточняет, кто эти герои, и прямо указывает на «дом Иудин» — подвижников из еврей­ского народа (Зах. 10:4-7). И если мирские герои полагали жизнь за «неверное», т. е. преходящее, земное, то герои Божии отдавали себя без остатка за верное, непреходящее, вечное. И если те совершали подвиги ратные «для получения венца тленного», то слуги Божии — для получения венца «нетленного» (1 Кор. 9:24-26).

Повесть о героях Божьих изложена в Библии, мудрейшей и светлейшей из всех книг в мире. Их образы она не идеализирует, но дает о них самое правдивое, самое верное и объективное свидетельство, а подвиги приводит без преувеличения и фальсификации. Быть героем в глазах людей — велико, но быть героем в глазах Бога — несоизмеримо выше и славнее. Причисление сподвижников Божиих к лику святых, светочей человечества, указывает на то, что своей жизнью и самоотверженным служением они угодили Всевышнему и наилучшим образом послужили всему человечеству, так что Бог остался ими доволен и поместил их имена в Библию для назидания и поучения всех поколений людей на все последующие времена.

Какие же подвиги совершили эти люди?

Апостол Павел открывает это в Послании к Евреям в 11 главе, где он приводит большой перечень тех, кто своей жизнью прославил Бога и послужил исполнению Его великих планов и предначертаний. Павел кратко характеризует их подвиги, упоминая и не упоминая многие славные имена:

«...Верой побеждали царства, творили правду, получали обетования, заграждали уста львов, угашали силу огня, избегали острия меча, укреплялись от немощи, были крепки на войне, прогоняли полки чужих; жены получали умерших своих воск­ресшими; иные же замучены были, не принявши освобождения, дабы получить лучшее воскресение; другие испытали поругания и побои, также узы и темницу...» (Евр. 11:33-37).

Это, конечно же, великие дела и великие жертвы! Но совершали они их не усилиями плоти, гения или своей талантливости (хотя, бесспорно, и это есть), но  верой! Вера в состоянии свершать героические дела, намного превосходнейшие и славнейшие ратных подвигов и мирских деяний. Она свершает дела, простирающиеся за рамки естественного, ибо вера — продукт духа (Гал. 5:22), ей доступен духовный, высший, неземной мир. Она вводит человека в присутствие Божие, к престолу Царя царей и Господа господствующих и через это движет рычагами вселенной.

Благодаря тому, что святые отдавались под водительство Божие и проявляли послушание,  в их распоряжении была сила Господня, свершавшая чудеса.

Пастор Моррис Джозеф, лектор и публицист, в своем очерке «Древнееврейская этика» говорит: «Библия с начала и до конца представляет одну непрерывную проповедь о Боге и вере в Него. Каждый учитель Израиля указывал на важность веры, как оли­це­творение правды и средства к развитию нравственности» («Религиозные верования», изд. С.-Петербург, 1900).

Нельзя с этим не согласиться.

Воспитательная ценность библейских образов, духовное благо и помощь, которую они приносят всем людям, трудно переоценить. Прошли тысячелетия, одни эпохи сме­нились другими, поколение за поколением приходили и уходили с земли, изменил­ся сам облик земли, но нравственные ценности, которые исповедовали герои веры, актуальны и по сей день. Они не потеряли и никогда не потеряют своей жиз­ненности, свежести, новизны и высокого, непреходящего смысла, ибо источник их силы и обаяния — Бог Вечности. Истина, которой они служили, сделала имена их бессмертными и бесконечно дорогими и близкими каждому богобоязненному сердцу.

Много лет я мечтал прочесть чье-нибудь фундаментальное духовное исследование на эту же тему, чтобы узнать, как другие братья воспринимают и трактуют библейские образы. Но в нашей стране семь десятилетий утюжил умы пресс Сталинских репрессий и дробил кости наших богословов тоталитарный режим, этот «зверь страш­ный и ужасный и весьма сильный» с «большими железными зубами» (Дан. 7:7). Он не оставил по всему бескрайнему Северу ни одной могилы тех, кто нес этот крест за имя Христово. Эти топи уныния когда-то мерил и я своими измученными ногами, бредя как узник Карлагерей в цепи арестантов под прицелом приставленной к спине винтовки...

Да, я страстно мечтал повысить свое духовное образование, мечтал и усердно искал, кто порадовал бы меня описанием деяний героев веры, но, к сожалению, так и не повстречал ни одного серьезного труда. А может быть, ни один из таких трудов не смог до меня дойти? Свой пробел мне приходилось восполнять за счет общения с моими духовными наставниками и друзьями, а также личным кропотливым, углубленным исследованием поглощавшей меня темы.

Так постепенно я собрал материал и сделал серию проповедей, произнесенных мною в нашей и других церквах. Затем, на основании этих проповедей, написал книгу, которую и предлагаю на суд читателей. Надеюсь, что этот труд послужит во благо людям для назидания и поучения, для укрепления в вере и в служении Господу. Ведь многие, приходя к вере во Христа и читая Библию без подготовки, без знакомства с историей древнего Востока, часто не могут самостоятельно разобраться в библейских персонажах, чтобы правильно понимать их. В таких случаях необходимо пособие, и эта книга может послужить в качестве такого пособия.

Она написана, как я выше упомянул, в объяснение 11 главы Послания к Евреям. Фактически 11 глава в сжатой форме передает всю историю Ветхого За­вета с оттенком главной, ведущей мысли — отражением веры ветхозаветных свя­тых, посредством которой они не только приняли обетования Божии, но возросли и усовершились в них. Ветхозаветная библейская история — это картинное отображение той тайны вечности, которая от начала была сокрыта в Боге и которую Он постепенно являл через жизнь Своих героев, их борьбу и по­беду.

В непостижимых судьбах святых Божиих, в неисследимых путях Господних, в этих «притчах»-житиях, в этих «гаданиях из древности», как об этом поэтически красиво пишет Асаф (Пс. 77:2), Бог явил великую «бездну богатства и премудрости и ведения Божия» (Рим. 11:33). Это богатство так непостижимо, что, глядя на ветхозаветную историю глазами «сынов света», «сынов дня» (1Фес. 5:5) и во свете «Солнца правды» — Христа (Мал. 4:2), нельзя не воскликнуть с восторгом: «...велики и чудны дела Твои, Господи Боже Вседержитель! Праведны и истинны пути Твои, Царь святых!..» (Отк. 15:3-4).

Цель настоящей книги — показать, как человек Божий, каждый в отдельности, постигал верой страшную губительную силу греха и зла; как постигал он опасность, исходящую от того, кто стоит за грехом и злом, — диавола; и как находил пути избавления через принятие верой истин Божиих, Его драгоценных обетований, достигая духовных побед.

Все мужи веры, начиная от Авеля до потопа, Авраама и всех последующих после потопа, — это обыкновенные люди, ничем особенным не отличающиеся от других и сами по себе ничем не выдающиеся. Но, в отличие от прочих людей, они безгранично любили Бога, Его истину, Его волю, следовали ей, верили ей, посвящали Богу всю свою жизнь, и потому Всевышний поднял их на недосягаемую высоту. Они имели свои недостатки, слабости, согрешения и даже падения, ибо наследовали греховную природу Адама; но они сумели ее обуздать и освободиться от власти греха, шаг за шагом приближаясь к Идеалу и усовершаясь в образ Божий.

Некоторые любят подмечать недостатки и согрешения Ноя, Авраама, Исаака, Иакова, Моисея, Самсона, Давида и других. Это всегда очень больно слы­шать, потому что они, окажись на месте героев веры и в тех же ус­ловиях, могли бы поступить еще хуже. Змей жалил их «в пяту», но они, в свою оче­редь, один за другим поражали его в голову (Быт. 3:15) и своими победами ко­вали ему ту «большую цепь», которой он будет связан и брошен в бездну (Отк. 20:1-2).

Тем, кто так любит обнажать «наготу» святых Божиих, можно напомнить обли­чительное слово предупреждения Господа нашего Иисуса Христа: «Не судите, да не судимы будете; ибо каким судом судите, таким будете судимы; и какою мерою мерите, такою и вам будут мерить. И что ты смотришь на сучек в глазе брата твоего, а бревна в твоем глазе не чувствуешь? Или, как скажешь брату твоему: «дай, я выну сучек из глаза твоего»; а вот, в твоем глазе бревно? Лицемер! вынь прежде бревно из твоего глаза, и тогда увидишь, как вынуть сучек из глаза брата твоего» (Мф. 7:1-5).

Бросать камни в своего ближнего — одно из самых неблаговидных и постыдных занятий, и нам известно, кто учит этому: «клеветник братий наших» (Отк. 12:10).

Но зато есть нечто, что возвышает человека, что украшает его и посаждает среди «великих» (Ис. 53:12). Это ЛЮБОВЬ, совокупность всех совершенств (Кол. 3:14). В длинном ряду тех качеств, на которые способна только любовь, стоит одно из самых замечательных: «Любовь... ВСЕ ПОКРЫВАЕТ...» (1Кор. 13:7).

Читатель уже понял, к чему направлена моя мысль. Многие из героев веры были носителями семени Господа нашего Иисуса Христа как Сына Человеческого. За такими людьми диавол усиленно охотился, чтобы в чем-нибудь уловить их, нанести им урон и этим обесславить имя Божие. Но хотя они и падали, однако вставали и находили пути к спасительной Благодати задолго до того, как эта Благодать пришла на землю через Христа. Они жили, опережая верой свое время, и в этом их неоценимая заслуга. Благодаря мужеству веры и силе Благодати, они с блеском увенчали своей путь как победители.

И еще одно замечание.

Возможно, кто-то обратит внимание на частое упоминание имени сатаны и падших духов, как главных виновников падения человека в Едеме и во всей последующей истории человечества (Быт. 3:1; Отк. 12:3, 9). Упоминание это не случайно, так как наша земная брань, борьба Церкви, — не с людьми, даже не с их пороками, но с источником зла — диаволом, который порождает эти пороки (Еф. 6:10-18).

Многие авторы духовных трудов, умные и одаренные, упускают это из виду. Я же специально заостряю внимание на этом вопросе, как на одном из чрезвычайно важных в Священном Писании, дабы дети Божии научились понимать эту серьезную проблему. Особенно в виду того, что в настоящее время сатана выслал из преисподней и околоземных сфер могучие бесовские легионы, чтобы бороться с Церковью Христовой и низложить ее. Это проявилось в нашествии всевозможных форм оккультизма и множества обольщений на человеческое общество и христианство.

Встретить это нашествие во всеоружии Божием (Еф. 6:12-18) — наша победа, не знать его — наше поражение!

Пусть эта книга поможет вам понять, как подвижники веры разгадывали козни сатаны и преодолевали их. Пусть она подарит вам много светлых, благословенных минут в постижении истины. Да утешит и укрепит вашу веру Господь!

И последнее.

Моя жена, как и я, тоже любит литературный труд, самостоятельно освоила машинопись и погружается в книги с головой. Она оказала мне неоценимую услугу в написании всех моих работ и, в частности, этой книги. Много лет подряд она с большим желанием, усердием и любовью трудилась над ней наравне со мной: в сборе материала, его изложении, неоднократной перепечатке, корректировке, подготовке к издательству.

Все это нелегкий и чрезвычайно утомительный труд, если учесть, что жена моя немощна силами и недавно перенесла тяжелую травму. И я считаю ее соавтором книги «Герои веры Ветхого Завета», безмерно благодарен ей за кропотливый труд, советы, мысли, за то, что, когда мне было очень тяжело, она была рядом, подставляла свое плечо, ободряла, поддерживала и воодушевляла идти дальше. Моя жена всегда и во всем понимала меня, была моим постоянным собеседником, сотрудником и строгим цензором моих работ. Но я должен отдать должное ее скромности и непритязательности.

В заключение хочется еще сказать, что в предлагаемой уважаемому читателю книге я старался, на основании Библии, представить веру, как олицетворение правды Божией, как одно из главных средств познания Бога и развития высокой нравственности у человека. Но не вера является конечной целью жизни. Она лишь средство познания Бога и достижения общения с Ним. Конечная цель — это высшая небесная духовность человеческой души от познания святости Бога. Стремясь к высокому нравственному идеалу, мы имеем перед собой идеальный образец в лице всесвятого Бога, который сказал человеку: «Я Господь, Бог ваш: освящайтесь и будьте святы, ибо Я свят, и не оскверняйте душ ваших... Итак будьте святы, потому что Я свят» (Лев. 11:44-45).

Пусть же Бог благословит эту книгу, которую мы с радостью отпускаем в плавание и желаем ей попутного и благоуспешного ветра под всеми парусами. И да прославится через нее Господь, наш Кормчий, наша сила и победа!

 

          В.Я. Канатуш,

апрель, 1999


 

Глава 1

 

ОПРЕДЕЛЕНИЕ ВЕРЫtc "ОПРЕДЕЛЕНИЕ ВЕРЫ"

 

 

Вера же есть осуществление ожидаемого и уверенность в невидимом. В ней свидетель­ствованы древние...

А без веры угодить Богу невозможно; ибо надобно, чтобы при­ходящий к Богу веровал, что Он есть и ищущим Его воздает.

Евр. 11:1-2,6

 

Имейте веру Божию.

Мр. 11:23

 

Предмет нашего пристального исследования — вера Божия.

Вера — самое действенное средство познания Бога. Как ни велики достижения современной науки и как ни обширны ее познания, она лишь кое-что смогла узнать о Всевышнем Боге, Творце мироздания, «ибо, что можно знать о Боге, явно для них, потому что Бог явил им». Его Божественность познается через рассматривание Его творений (Рим. 1:18-20). Но к познанию Самого Бога, Его истинной сущности наука так и не дошла. И вряд ли дойдет. Задача науки — познание окружающего материального мира. Бог же ведет нас в мир духовный.

Австрийский математик и логик Курт Гедель, исходя из своей теоремы о неполноте формальных систем, пришел к выводу о принципиальной невозможности полной формулизации научного знания. Иными словами, все объекты, имеющие место в нашем мире, нельзя описать формулами. И если это так, то тем более нельзя втиснуть в научную формулу сущность невидимого, всемогущего и вездесущего Бога.

Сам Бог, Творец Вселенной и человека, для познания Себя главное место отводит вере и тем самым дает возможность каждому человеку самостоятельно найти смысл жизни. Ведь жизнь без познания ее Источника и Создателя теряет всякий смысл. Жизнь без Бога и веры Божией — это жизнь в сумерках, без света, без духовной силы, без ориентира и цели.

Некто из мудрых людей сказал: «Потеряв веру в Бога, мыслитель теряет свою величайшую мысль, деятель теряет свою надежнейшую опору, страдалец теряет свое безопаснейшее прибежище, смертный теряет свою единственную надежду».

Священное Писание, это абсолютное мерило истины, авторитетно свидетельствует, что без веры познать Бога, как суверенную Личность, как нашего Господа и Спасителя, невозможно. Точно так же невозможно и угодить Богу, невозможно слушаться Его, подчиняться Ему, исполнять Его святую и благую волю. Вера — ведущая сила нашей духовной жизни. Она — основа спасения нашей души. Праведность и святость — это плод веры, а без святости никто не увидит Господа (Евр. 12:14). Оправдание мы получаем, когда раскаиваемся и веруем в Господа (Рим. 5:1).

Вера не есть продукт ума или усилия человека; она не есть и простое убеждение разума в том, что существует Бог. Так и бесы веруют (и знают), что Бог есть, и трепещут перед Ним (Иак. 2:19). Бесы, падшие ангелы, находились в присутствии Бога, но соблазненные падшим херувимом, добровольно отпали от Него (2Пет. 2:4). Они признают и Бога, и Его Сына Иисуса Христа, признают Его суверенное право вершить над ними Суд и стра­шатся этого Суда, ибо знают, что он праведен. Но по своей испорченной природе противятся Богу и Его Слову, не покоряются Ему. Их вера, как и мудрость, — «земная, душевная, бесовская» (Иак. 3: 15). Она пагубна и бесполезна.

Есть два вида веры: Божия и человеческая. На земле много людей убежденных, что есть во Вселенной верховный Создатель — Бог. Даже среди философов были признающие Бога как высший Разум, но реально они Его не знали. Это убеждение не есть вера Божия, спасающая и направляющая на путь Истины. Это вера умственная, головная,  человеческая. Она не приближает к Богу, не идет Ему навстречу, не ищет Его «всем сердцем.., всею душою.., всем разумением... и всею крепостью» (Мр. 12:30). Такая вера не делает человека чадом Божиим. Это вера без жизни Божией, вера без дел, а значит — мертвая вера (Иак. 2:17). И поэтому — не Божия.

Вера же Божия — живая вера! Что это значит?

Это значит, во-первых, что она признает право и власть Всевышнего над личностью человека, признает Его волю. Это подчинение, покорность этой воле, преклонение перед Богом всем существом, добровольная отдача Ему, как своему Господину. Это безраздельное желание и готовность слушаться Его и служить Ему.

А во-вторых, вера Божия — это постижение Самого Бога, как объекта нашего поклонения, постижение всех сторон Его необъятной Личности. Это не только про­све­щение ума, но просвещение сердца. Это познание Бога нашим опытом, нашей ду­ховной сущностью, соприкосновение нашего духа с Его Духом и Его принятие, за­печатление Им (Еф. 1:13). Живая вера производит животворное влияние на внут­реннего человека — дух и душу, на волю и чувства, воскрешает к новой жизни во Христе Иисусе и со Христом — в Его истине. Она приводит нас к вечной жизни, к участию в наследии святых, в Церковь избранных, которая есть Невеста Христа (Отк. 21:9).

Одним словом, вера Божия возрождает и капитально преображает человека, подчиняет его высшей цели и высшей воле, наполняет его новой жизнью, влечет соблюдать высшие принципы жизни. Фактически вера — это спокойное предание себя в руки Божии, чтобы Он мог совершить в нас Свою работу. «Слово Божие, — пишет Павел, — живо и действенно и острее всякого меча обоюдоострого: оно проникает до разделения души и духа, составов и мозгов, и судит помышления и намерения сердечные» (Евр. 4:12). Это значит, что Слово Божие, проникая внутрь, имеет власть совершать там суд и отсекать пороки душевной жизни (Рим. 6:6), пробуждать дух к истине (Деян. 16:13-14), открывать разум к пониманию и принятию этой истины. Через это в сердце человека рождается вера Божия.

Велика сила и действенность Божественного Слова!

«Как дождь и снег нисходит с неба и туда не возвращается, но наполняет землю и делает ее способной рождать и произращать, чтоб она давала семя тому, кто сеет, и хлеб тому, кто ест: так и слово Мое, которое исходит из уст Моих, — оно не возвращается ко Мне тщетным, но исполняет то, что Мне угодно, и совершает то, для чего Я послал его» (Ис. 55:10-11).

Евангельское слово — это Сам Иисус Христос, Который есть живое семя, засеваемое Духом Святым в дух человека, на почву его сердца; оно и «возрождает нас... к упованию живому», к жизни по вере (1Пет. 1:3).

Эту веру Божию Он принес на землю и предложил ее людям. Такой верой Он наполняет всех, кто принимает Его в свое сердце. Он сказал: «Я живу, и вы будете жить» (Ин. 14:19). Его жизнь на земле была жизнью Божией, и эту Божию жизнь Он дает тем, кто приходит к Нему. «Праведный верой жив будет» (Рим. 1:17).

Такую веру Церковь Христова имеет от начала ее основания и доныне. Если же в нее попадет человек с мертвой, не рожденной от Духа верой, он не устоит на пути веры, уйдет в мир и отпадет от Бога. О таких Апостол Иоанн пишет: «Они вышли от нас, но не были наши; ибо, если бы они были наши, то остались бы с нами» (1Ин. 2:19).

Итак, вера Божия — это великий дар Божественной Благодати человеческому сердцу (Рим. 10:9-10). Она является отголоском откровения Бога, данного миру о Самом Себе, и есть  плод духа, продукт духа  (Гал. 5:22). Вера рождается в духе человека не от убеждений или доказательств, но от Самого Бога через слушание Его Слова, как написано: «Вера от слышания, а слышание от Слова Божия» (Рим. 10: 17).

Бог и вера Божия очень тесно взаимодействуют между собой. Верить — значит во всем соглашаться с Богом, доверяться Ему, признавать свою беспомощность и всецело полагаться на Его обетования, прося об их исполнении. Верить — это значит устранить все свои природные усилия и всякую зависимость от них. «По вере твоей да будет тебе», — любил говорить Иисус Христос приходящим к Нему. Этими словами Он открывал один из законов Царства Небесного, на котором утверждается и покоится вера через Слово Божие. Но она бесконечно выше простого логического заключения: Бог обещал — и я получу. Нет, вера как духовный акт зависит от слов Иисуса Христа, слов Божиих, пребывающих в нас как живая сила, а также от состояния нашей внутренней жизни. Без молитвы, без смирения и воздержания, без послушания от всего сердца живой веры быть не может.

Автор брошюры «Пребудьте во Мне» Э. Мюррей отмечает, что есть вера ищущая и есть вера доверяющаяся. Доверяющаяся вера — это высшая и более зрелая вера, она «способна благодарить Господа за дар или победу, еще не полученную, но верой уже осязаемую. Ищущая вера взирает на Бога через трудности, как если бы человек смотрел на солнце в перевернутый телескоп; уповающая вера смотрит на трудности через Бога. Ищущая вера говорит: «Будь моим светом, будь моим спасением, будь моей силой». Доверяющаяся вера говорит: «Господь есть мой свет, мое спасение, сила моей жизни». У гроба Лазаря Иисус благодарит Бога Отца за услышание Его молитвы, как если бы Лазарь уже стоял живой (Ин. 11:41-42). Доверяющаяся вера позволяет Господу становиться не только между нами и нашим грехом, но и между нами и нашим врагом, между нашими ежедневными трудностями» (Эндрю Мюррей).

Вера видит Бога, а не затруднения, потому что она смотрит дальше видимого и знает, что Господь Бог идет ей навстречу. Вера побуждает человека избрать новый путь и следовать ему. Она не руководствуется тем, что видит смертный глаз. Вера вызывает внутренние переживания и заставляет человека отречься от самого себя, от своей падшей природы и принять в сердце спасительную Благодать, чтобы преобразиться.

Вера — это глаза и руки души. Она видит, принимает и крепко держит то, что Бог ей подарил. Она делает человека деятельным.

Вот такой живой, деятельной вере и посвятил Апостол Павел 11 главу Послания к Евреям. В ней он дает классическое новозаветное определение веры: «Вера же есть осуществление ожидаемого и уверенность в невидимом». И далее он дает ей всестороннюю характеристику, иллюстрируя на подвижниках веры ее изумительные качества и поучая Церковь, как должно веровать и как вера применяется в жизни.

О том, что вера есть уверенность в невидимом, — это более-менее понятно. Бог наш, Который является предметом нашей веры, — это невидимый Бог, сокровенный, тайный, незримый физическими глазами (Ис. 45:15). Он святой, праведный, всемогущий, вездесущий и всезнающий Бог. Он — Творец всего видимого и невидимого, как материальных миров, так и всего живого творения, в том числе и человека.

Он «единый имеющий бессмертие, Который обитает в неприступном свете, Которого никто из людей не видел и видеть не может» (1Тим. 6:15-16; Ин. 1:18). Человек не может увидеть Бога и остаться в живых (Исх. 33:20). Когда прославленный Господь Иисус явился Иоанну на острове Патмос в блеске Своей славы, то пророк пал к Его ногам, как мертвый (Отк. 1:17). Ветхая, испорченная человеческая природа не выдер­живает неприкрытой славы Божией, о которой сказано, что она — «огонь поядающий» (Исх. 24:17; Вт. 4:24; Пс. 49:3). По этой причине Бог явил Себя людям во Христе Иисусе, пришедшем «во плоти» (1Тим. 3: 16; Ин. 1:14). Ученики видели Его, слышали, осязали своими руками (1Ин. 1:1-2) и засвидетельствовали о Нем всему миру. Цер­ковь же Христова последующих веков Его больше не видит во плоти, но верит в Него по Слову Его, как и пишет об этом Петр: «Которого не видевши, любите и Ко­то­рого доселе не видя, но веруя в Него, радуетесь радостью неизреченною и преславною» (1Пет. 1:8).

И это блаженнее (Ин. 20:29)!

Подобно Моисею, Церковь, «как бы видя Невидимого», пребывает в твер­дой, непоколебимой вере. И вера в Бога невидимого дает плоды видимые, духовные — это наша зримая для всех жизнь в Боге.

Предметом веры является все Божественное: Его Слово, Его дело, Его дары, Его воля, Его незримое Царство. Все это постигается, принимается и достигается  верой! Вера включает в себя доверие Богу, то есть доверительное отношение к Господу и уверенность в Его верности, а также доверие к слову тех, кто свиде­тельствует о Боге (Вт. 32:4; Ин. 17:20).

Эта черта веры означает также и то, что мы верим в существование всего невидимого, но реально существующего. Это и бессмертие души и вечная  жизнь (Ин. 11:25-26); это и высший небесный, духовный мир — Бог и Его Ангелы (Евр. 1:14), также и падшие ангелы. Это и высшие небесные обители и «святой город Иерусалим», которые Бог приготовил любящим Его (Ин. 14:1-3; Отк. 21:10); это и высшие небесные сокровища, которые Бог обещал тем, кто ради Него все на земле посчитает «тщетою» (Мф. 6:19-21; 1Кор. 2:9-10; Кол. 3:24).

Мы не только верим в существование всего этого, но уверены в нем, воспринимаем его, как реальную действительность, настолько реальную, что все остальное кажется миражом. Мы стремимся к этой действительности, подвизаемся за нее! Мы так доверяемся невидимому Богу, что эта вера, это доверие становятся убежденностью, уверенностью в непреложном исполнении всего того, что Бог обещал, и в наследовании всего того, что Он приготовил: мира и покоя, бессмертия и блаженства в прекрасно устроенном, безгрешном, духовном, Небесном Царстве.

Это и есть вера как «уверенность в невидимом».

Отсюда становится понятной и вторая сторона веры, вторая ее неотъемлемая черта: «Вера есть осуществление ожидаемого».

Именно вера Божия есть та духовная сила, которая исполняет ожидаемое, трансформирует веру в факты. Она, по словам Апостола Павла, «называет несущест­вующее, как существующее» (Рим. 4:17). «Несуществующее» — это то, что еще не сбылось, но что мы ожидаем, к чему стремимся; это объект нашей надежды, наших чаяний и устремлений. И благодаря действенности и твердости веры мы достигаем того, во что верим.

Вера и послушание идут рядом. Человек верует Богу и получает все через Него. Фактически вера — это действование по Его Слову. Посредством веры, проявленной в сердце, мы получаем от Бога и обилие Его Благодати, явленной во Христе Иисусе, и полноту Его драгоценных обетований, посредством которых приобщаемся к Божескому естеству. Вера делает нас обладателями всех невидимых духовных благ, которые Бог в Своей премудрости приготовил человеку. Верой в Голгофскую победу Сына Божия мы получаем вечное наследие в Нем, по вере получаем силу жить праведно, жить жизнью воскресения и нести свой крест по следам Христа. Верой мы получаем силу переносить все испытания и искушения в этом мире, преодолеваем все трудности и страдания на пути веры. Вера присваивает полноту побед, дарованных нам в Иисусе Христе (1Кор. 15: 57).

Вера — это готовность принять самые непостижимые реальности, даже те, которые мы не можем объяснить. Вера — это то невыразимое, чем достигается пребывание с Богом. Она поднимает человека туда, где сами собой разрешаются все вопросы, все проблемы и все недоразумения, ибо она начинает видеть жизнь глазами Божиими. Видеть жизнь глазами Бога — это и есть настоящая Божия вера, вера как «осуществление ожидаемого и уверенность в невидимом».

Осуществление ожидаемого верой — один из фундаментальных прин­ципов веры Божией. Вера человеческая сперва хочет что-то увидеть, подтвердить, потом только верит. Вера же Божия поступает наоборот: сначала верит, а потом видит свои плоды. Все Писание, вся Истина Божия, все дело Божие пронизаны этим духом, построены на принципе веры, провозглашающей наперед то, чего еще нет, но что, в силу Господних обетований, непременно осуществится, ибо имеет под собой незыблемую гарантию в лице невидимого, вечно живущего, всесильного и всеблагого Бога.

Так поступил Иисус у закрытой могилы Лазаря (Ин. 11:40-44): Он сначала возблагодарил Бога за услышание Его молитвы, а затем повелел Лазарю выйти из могилы, т. е. Он прежде всего верой и, конечно же, силой Божией воскресил его. Но верой Он заявил эту победу!

Так поступил в Ветхом Завете Авраам: наперед поверил тому, что Господь сказал ему, и в соответствии со сказанным жил, к этим Божиим обетованиям устремлял свою веру, а потому его вера вменилась ему в праведность (Быт. 15:5-6).

Это принцип Божий: не прививать веру после совершения факта, как подтверж­дение реальности, но заранее, наперед, задолго до того, как факт совер­шится, поверить в его осуществление и возблагодарить за него Бога (Рим. 4:16-17,25).

В книге Откровения (11:15) показано, как при седьмой трубе, когда произойдет восхищение Церкви (1Кор. 15:51-52), Бог провозглашает наступление Царства Божия на земле, хотя еще 3,5 года в сильной ярости будет господствовать антихрист. Но вера Божия уже видит конец злу, торжество правды и власти Христа.

Это и есть осуществление верой невидимого!

Такой верой жила первоапостольская Церковь. Такой вере учил Иисус Своих учеников и такую веру Он хочет найти, когда вновь придет на землю как Царь (Лук. 18:8). К такой вере Он настоятельно призывает всех Своих последователей: «Имейте веру Божию» (Мр. 11:23)! Такая вера во все Его обетования становится главной, ведущей силой христианина.

Брат и сестра! Имеешь ли ты такую веру? Для того и написана эта книга, чтобы ты научился верить так, как хочет Бог.

 

Священное Писание дает вере возвышеннейшую характеристику, сопровождая ее чудными эпитетами. Вера Божия, по Писанию, это:

«Святейшая вера» (Иуд. 1:20), т. е. духовно и нравственно она непорочна, чиста, свята, совершенна, без изъяна, отделена от всякого зла и ведет человека к освящению и соединению с Богом.

Она — «драгоценная вера» (1Пет. 1:1), дороже всех сокровищ мира и всех самых наивысших земных благ. Она — самая великая драгоценность для того, кто ею владеет, потому что является даром Благодати Божией. Именно она подводит человека к дверям Небесного Царства и передает в руки его Владыки на вечные времена.

Она — «испытанная вера» (1Пет. 1:7), выдержавшая испытания в огне страданий, проверенная Богом на истинность, стойкость и верность Ему.

Это вера, «победившая мир» (1Ин. 5:4-5). Она преодолела многоликое зло этого мира, победила «похоть плоти, похоть очей» и не пошла вслед «гордости житейской» (1Ин. 2:15-17). Она отделила нас от духа этого мира, всех прелестей и обольщений мира и не участвует в его злых делах.

Она — «вера, действующая любовью» (Гал. 5:6). Без любви вера бессильна, мертва, безжизненна и отталкивающа. Но если она действует любовью, как и Бог, то не воздает злом за зло, а благотворит и благословляет. Она привлекает к себе людей доброжелательством, открытостью, искренностью, служением, теплотой (1Пет. 3:9).

Она — «евангельская вера» (Фил. 1:27). Ей чужды иные человеческие наимено­вания, которые не выражают сущности Божией веры. Свои догматы, постулаты и тезисы она основывает только на Евангелии Иисуса Христа — благой вести, принесенной Им на землю в Свое Первое Пришествие. Она исповедует единого Бога Отца, Сына Его Иисуса Христа и Святого Духа; верит в единую соборную Апостольскую Церковь, придерживается одного крещения, ожидает воскресения мертвых и жизни будущего века.

В зависимости от духовного состояния верующих вера может быть:

великая и малая (Мф. 14:22-33; 15:21-28);

живая и мертвая (1Пет. 1:3; Иак. 2:17,20,26);

сильная и немощная (Рим. 14:1; 15:1);

твердая и колеблющаяся (2Кор. 1:24; Кол. 1:23; Еф. 4:14; Евр. 10:38-39);

здравая и фанатичная (Тит. 2:1-9; 1:9,13; 2Тим. 1:13);

искренняя и нелицемерная (2Тим. 1:5);

укрепленная (Кол. 2:7);

возрастающая (2Фес. 1:3);

иногда сомневающаяся (Мф. 14:31);

оскудевшая (Лук. 22:32);

есть люди, богатые верой (Иак. 2:5);

вера как средство борьбы и духовной победы (Мф. 17:19-21; 1Пет. 5:8-9; 2Кор. 10:4-5; Еф. 6:16).

Итак, верой мы принимаем драгоценные обетования Божии, силу и власть для победоносной жизни (Лук. 10:19). Верой противостоим иерархии зла, облекаемся, как щитом, чтобы отразить все раскаленные стрелы лукавого. Верой ходим пред Богом в Его истине, верой совершаем домостроительство Церкви Нового Завета.

Дорогие читатели! Родившись верой для Господа через покаяние и возрождение свыше от Слова Божия и Духа Святого, мы должны возрастать в вере (1Пет. 2:2; 2Пет. 3:18), укрепляться в вере, укореняясь и утверждаясь верой во Христе. Ап. Павел видел, как возрастала вера у коринфян (2Кор. 10:15), фессалоникийцев (2Фес. 1:3). Это нормальная жизнь, когда христианин возрастает в вере.

Что значит возрастать в вере?

Это значит переходить «от веры в веру» (Рим. 1:17) — от веры младенческой и слабой к вере возросшей и укрепленной, к вере возмужавшей, сильной, твердой и непоколебимой. Нам, как никогда, нужна такая вера, ибо тем из верующих, кого Бог удостоит пойти на восхищение, предстоит пережить на земле огненные испытания.

И не только возрастать, но необходимо постоянно жить в вере (Гал. 2:20). Мы должны научиться руководствоваться верой не в отдельные периоды своей жизни, а всю жизнь! Библия называет это «хождением в вере» (Быт. 5:24). Мы должны научиться ходить в вере все годы жизни, доколе Господь отзовет нас к Себе. Для этого надо хранить себя в вере, и подвизаться в вере, как пишет о себе Апостол Павел (2Тим. 4:7). Это и наша задача: подвигом добрым подвизаться, течение совершить и веру сохранить.

Это дается нелегко, но это возможно. Чтобы достигнуть неба, надлежит соблюдать апостольское правило: постоянно пребывать в учении Христа, в общении Церкви, преломлении хлеба и молитвах (Деян. 2:42). Тогда наш дух будет получать приток свежих сил, и мы сможем быть в вере искренними, нелицемерными и всегда здравыми. Служителям церквей необходимо зорко следить за тем, чтобы слово истины преподавалось верно (2Тим. 2:15) и чтобы не проявилось какого-нибудь повреждения в вере.

Ведь мы дожили до тех дней, о которых Павел писал, что «здравого учения принимать не будут, но по своим прихотям будут избирать себе учителей, кото­рые льстили бы слуху» (2Тим. 4:3-4). Это опасность последнего времени: навод­нение мира обольстительными учениями, теориями, идеями, которые идут под флагом истины. Неискушенному человеку трудно разобраться. А потому не будем в вере «младенцами, колеблющимися и увлекающимися всяким ветром учения, по лукав­ству людей, по хитрому искусству обольщения» (Еф. 4: 14).

Сегодня особенно актуально звучит призыв Апостола Павла: «Итак, братия мои возлюбленные, будьте тверды, непоколебимы, всегда преус­певайте в деле Господнем, зная, что труд ваш не тщетен перед Господом» (1Кор. 15:58). Это призыв к нам быть твердыми в вере. Павел вместе с Варнавой «утверждали души учеников пребывать в вере» (Деян. 14:22).

Всегда есть опасность потерпеть «кораблекрушение в вере» (1Тим. 1:19). Ведь хрис­тианин представляется, как пловец, пассажир корабля, плывущий из земной га­вани по бурному житейскому морю к небесной пристани. На этом море часто взды­маются грозные волны, готовые потопить наше судно на пути в родную отчизну. В наших русских церквах сложены трогательные христианские гимны на эту тему: «Страшно бушует житейское море» или «В жизненном море с волнами бороться» и др.

Земная жизнь в некоторых местах Писания представлена под видом глубоких вод (Пс. 68:3,16) или «моря взволнованного, которое не может успокоиться» (Ис. 57:20). Волны этого моря темны и страшны. Нужно мужество, твердость духа, непоколебимая вера, чтобы их преодолеть. Нужно очень старательно смотреть за состоянием нашей ладьи или корабля, чтобы они не дали течь, предохранить себя от крушения в вере. Здесь вера играет могучую роль. И если она тверда, крепка и непоколебима, мы обязательно преодолеем все глубокие воды, все бездны, опасности и потрясения и достигнем желанной гавани. Будем же хранить, друзья мои, «таинство веры в чистой совести» (1Тим. 3:9). Будем исповедовать свою веру открыто (Мф. 10:32; Рим. 10:9). Будем подражать вере святых (Фил. 3:17; Евр. 13:7)!

 


 

Глава 2

 

«ВЕРОЙ ПОЗНАЕМ...»tc "«ВЕРОЙ ПОЗНАЕМ...»"

 

 

Верой познаем, что веки устроены словом Божиим, так что из невидимого произошло видимое.

Евр. 11:3

 

С незапамятных времен всегда находились люди, которые испытывали жгучее желание узнать, что находится под скалой, за холмами, за океанами. Это пытливое племя хочет узнать, что заставляет работать атом, каким образом жизнь вос­производит себя и что находится на дальней стороне Луны. Откуда и как появился мир и Вселенная, как появилась материя и что появилось раньше: дух или материя, что такое дух и что такое материя.

Как найти ответ на это и каким способом можно все это постичь?

И вот Писание со всей ясностью открывает нам первое удивительное качество веры Божией: «Верой познаем...»

Казалось бы, самым надежным и верным средством познания мироустроения и всех вещей во Вселенной является ум человека, его пытливый, любознательный, аналитический разум, его опытность и способность глубокого проникновения. Однако Писание утверждает иначе: «Верой познаем...», подчеркивая, что в вопросе познания вера стоит выше и играет ведущую роль. Бог создал человека и наделил его сильнейшей жаждой познавать своего Творца и окружающий мир, и никто, кроме Самого Бога-Создателя, не в силах удовлетворить эту потребность.

А для этого необходима вера — вера в Бога и вера в себя. Без веры не было бы в истории человечества ни одного великого достижения, так как возможности и ресурсы человека ограничены и без достаточного количества нравственных сил не выполнить высоких задач.

Многие люди считают средством познания научные данные, добытые экспе­риментально, проверенные и доказанные на опыте. Но это верно только частично. Проходят века, сменяются поколения, уходят и приходят культуры, а наука ценой неимоверных усилий смогла лишь чуть-чуть проникнуть в тайны Вселенной и слегка приоткрыть завесу над некоторыми из ее многочисленных загадок. Возможности нау­ки, увы, ограничены. И часто то, что не поддается изучению, она облекает в гипо­тезы и домыслы, превращаясь в «лжеименное знание и негодное пустословие» (1Тим. 6:20).

Наука представляет собой попытку описать естественный мир в терминах научных категорий, выведенных из контактов наших чувств с этим миром. Будучи лишь описанием мира, наука может рассказать нам, чем являются вещи, или о том, что есть, а не о том, как должно быть. Этическое решение — как должно быть — приходит исключительно из вненаучных источников. Чтобы быть надежными, эти источники должны восходить к первоисточнику, обладающему сокровенным и реальным знанием структуры мира и его деятельности. Христианин верит, что такой первоисточник — не кто иной, как Сам Бог. Мы верим, что Бог создал мир и нас, живущих в нем. Он вложил в нас понимание того, что значит жить, как подобает человеческим существам, созданным по Его образу.

Как видим, стержнем познания является вера, а не наука. Хотя наука и полезна в отдельных случаях, но она совершенно неприемлема в качестве захватывающей точки зрения на мир. В виду ее ограниченности любая попытка построить пред­ставление о жизни и о человеческом обществе на основе одних научных данных заведомо должна привести к ограниченному пониманию жизни и структуры общества. Полное же и всестороннее представление можно получить только тогда, когда научное понимание сочетается со взглядом на человека как творение Бога.

Поэтому Священное Писание и утверждает, что средством истинного познания всех вещей в мире является вера Божия. Она через откровение свыше, от Духа Святого, дает разуму смысл и свет. В Послании Иоанна читаем: «...Сын Божий пришел и дал нам свет и разум, да познаем Бога истинного и да будем в истинном Сыне Его Иисусе Христе: Сей есть истинный Бог и жизнь вечная» (1Ин. 5:20). И далее Писание говорит, что через Иисуса Христа мы «обогатились всем, всяким словом и всяким познанием» (1Кор. 1:4-5), прежде всего духовных вещей, а затем и материального мира.

Вне всякого сомнения, что Бог действительно говорил с человечеством и передал нам важную информацию обо всем, которая запечатлена на страницах Библии. То, что заповедал нам Бог в Священном Писании, несомненно, намного существеннее того, что ученые открыли или когда-нибудь смогут открыть самостоятельно. В их научном описании упор делается на вероятности и случайности, а в библейском откровении акцент положен на цели и провидение. Научное описание старается получить ответы на сиюминутные вопросы, на вопрос: что? Священное же Писание берет глубже — его интересует конечный вопрос: почему? Научное описание построено на взаимодействии в неживой природе; в основе же библейских писаний лежат личност­ные взаимоотношения с верховной Личностью, которыми характеризуется вся действительность, т. е. с Богом.

Однако нельзя сказать, что наука совершенно бесполезна или не может взаимо­действовать с религией. Скорее, наоборот: наука многим обязана религии. Она ведь родилась в Европе в теистической культуре, в культуре, большинство носителей которой верили в существование Бога Творца, управляющего Своим творением извне. Наука исходила из предпосылки, что Вселенная — это единая система, и она управляется единым набором законов. Это представление она получила в наследство от иудео-христианской веры в единого Бога.

И современная наука далеко продвинулась в изучении окружающего ма­те­риального мира. В наши дни она пытается проникнуть и за пределы материи, в так называемый трансцендентальный мир. Но при всем этом наука на сегодня все еще не ответила на главные, животрепещущие вопросы, которые занимают человечество: откуда появился человек, что есть человек и куда идет человек. Она не ответила и на второй важный вопрос: что такое жизнь и что такое смерть. Одним словом, самое существенное для человека оказалось для науки темным пятном. Существующие же ныне в науке ответы на эти вопросы — только теории, только гипотезы и догадки, не могущие удовлетворить ни пытливого ума, ни ищущую душу. И эти теории и предположения бесконечно сменяли друг друга, а ответа в научном мире все не было. В последние десятилетия в науке наметился прогресс, сдвиг в сторону признания творческого начала Вселенной, признания Законодателя тех чудных и точных законов, которыми управляется мир. Но все это пока только в общих выражениях.

Библия говорит: «Кто думает, что он знает что-нибудь, тот ничего еще не знает так, как должно знать; но кто любит Бога, тому дано знание от Него» (1Кор. 8:2-3). Любовь к Богу открывает человеку горизонты великих познаний через непо­средственное откровение от Бога; оно является высшей формой знания и достигается верой. Примером получения таких знаний может служить Даниил и его три друга (Дан. 1:17,20), также все пророки и Апостолы Христа. Ап. Петр был некнижный человек, рыбак, но его изложение о будущем нашей планеты (2Пет. 3) превосходит все научные прогнозы. А Ап. Иоанн пишет, что «Сын Божий пришел и дал нам свет и разум, да познаем Бога истинного...» (1Ин. 5:20). «Вы — свет мира» (Мф. 5:14) — говорит Иисус. И этот свет, это познание изливается от Господа в наши сердца через веру, рожденную Богом.

«Верой познаем, что веки устроены словом Божиим..»

«Веки» — это старо­славянское слово, означающее материальные миры, окружающую нас видимую Вселенную. Верой мы познаем, что эти веки, эти материальные миры, Галактики и Метагалактики «устроены словом Божиим» и что «словом Господа сотворены небеса, и духом уст Его — все воинство их» (Пс. 32:6).

«Слово Божие» — это прежде всего предвечный Сын Божий Иисус Христос, имеющий имя: Слово, Логос (Ин. 1:1-3). Он Творец всего видимого и невидимого (Кол. 1:16-17), положивший начало всему (Отк. 3:14). Но это также и Священное Писание обоих Заветов, которое является прямым откровением Всевышнего.

Нам даны два аспекта действительности, в создании которых мы не принимали никакого участия, — это мир природы и Библия. Мир природы является творением Бога-Логоса, продуктом Его созидательного действия; Библия же, Слово Божие, — продуктом Его творческого решения. Дело Божие и Слово Божие не есть одно и то же, но оба они выражают истину или несут информацию одного и того же Бога. Дело Божие и Слово Божие не дают одинаковых ответов на наши вопросы, но они необходимы для описания существующей реальности.

Слово Бога-Логоса обладает творческой силой: оно совершает то, что Ему угодно и на что Он определил его (Ис. 55:10-11). Всемогущий Сын Божий не просто создавал, но творил мир, т. е. подходил к созданию Вселенной, как творческая Личность, и этот Его творческий подход буквально пронизывает всю Вселенную. Он произнес Свое властное слово — и появились целые миры. Книга Бытия в первой главе открывает, как творился наш мир словом Логоса. «И сказал Бог: да будет...», и появилась Солнечная система, а в ней — наша Земля, Солнце и Луна, на Земле — растительный и животный мир и венец творения — человек. И все это возникло не хаотично и бесцельно, но «устроено словом Божиим», приведено в дивный порядок, гармонию, снабжено целесообразностью и полезностью и подчинено точным физи­ческим законам, действующими пунктуально. Вселенная упорядочена настолько, что поведение многих ее элементов можно предсказать с помощью математических уравнений.

Само имя Творца Вселенной — Логоса — означает, что в него заложена опре­деленная информация. Он — носитель всей информации. И сущность творения отражает сущность Бога-Логоса. Но Он — не холодный Разум, а Любовь (1Ин. 4:16). Это второе Его доминирующее имя. Ради любви и посредством любви творилась Вселенная.

Модель Вселенной совершенна и прекрасна. Порядок, который в ней царит, приводит в изумление ученых. Все в ней — и точная координация отдельных ее элементов, и логический единый замысел, и математическая симметрия — все говорит о том, что Вселенная была задумана и воплощена гениальным Конструктором. Вселенная — это сказка в пересказе Гения. Как же так могло случиться, что она стала сказкой в пересказе глупца?

Бог — великий Планировщик и Создатель всех живых существ. Это Он дает каждой клетке жизнь, дух и потребности. Живая клетка — это место встречи двух миров, физического и духовного. Физический мир нам знаком, его можно измерить. Но духовный мир — это нечто такое, что измеряется совсем по-другому и совершенно не поддается научным исследованиям. В Псалтири сказано: «Пошлешь Дух Твой — созидаются» (Пс. 103:30). А Екклесиаст говорит (12:7): «И возвратится прах в землю, чем он и был, а дух возвратится к Богу, Который дал его». Господь имеет суверенную власть над жизнью, заключенной в каждом живом существе. И каким-то образом, который выше нашего понимания, Он и есть эта жизнь, как об этом говорит Павел: «Он есть прежде всего, и все Им стоит» (Кол. 1:17).

Бог — также чудный Художник и Архитектор, заботливо украсивший природу и сделавший ее домом для Своего творения. Посмотрите, как ярки краски плодов земли и как по-детски оригинальны формы овощей и фруктов. Как изящна и тонка женщина в своем обаянии и как неповторим ребенок в своей прелести, уникален животный и растительный мир в своем многообразии. Красота природы превосходит красоту человеческих произведений, а структура физического мира и человеческой истории фантастически бездонна и сложна.

Неужели же для создания этой жизни, красоты и сложности не потре­бовалось Чьих-то способностей, Чьей-то мудрости? Безусловно, видимый материальный мир неопровержимо свидетельствует о своем Создателе. Но чтобы признать это, нужна вера. Человек нуждается в вере так же, как он нуждается в пище, питье и воздухе. При всей нашей науке мы нуждаемся в Боге. Мысль о Боге-Творце и Боге-Отце для наших душ более приемлема, чем материалистические идеи о том, что все появилось само собой в результате случая. Именно взаимосвязь с Богом через веру и дает человеку ощущение достоинства и исключительной его ценности.

Итак, продолжим дальше рассмотрение нашего текста из Послания к Евреям. Павел говорит: «...веки устроены Словом Божиим так, что из невидимого произошло видимое». Ставится вопрос: каким образом из невидимого произошло видимое? И что или кто подразумевается под «невидимым»?

«Видимое» — это окружающий нас материальный мир — как Макрокосмос (мир великих небесных тел), так и Микрокосмос (мир атомных частиц). А «невидимое» — это наш Небесный Создатель, невидимый Бог. Для людей неверующих невидимая сущность Бога представляет неразрешимую загадку, нечто непостижимое и необъяс­нимое. Для людей же верующих все ясно, так как Слово Божие, читаемое с верой, открывает, Кто есть наш Бог. Иисус поясняет самарянке: «Бог есть Дух» (Ин. 4:24). Он имеет духовную природу, которая невидима естественным глазам. Поэтому бессмысленны желания людей увидеть Бога воочию, ибо Он открывается только в духе и только «чистым сердцам» (Мф. 5:8).

Но невидимый, тайный и сокровенный Бог видим верой, видим духовными глазами. Он видим в творении видимом через внимательное и разумное рассмат­ривание этих творений, как и написано: «Ибо невидимое Его, вечная сила Его и Божество от создания мира через рассматривание творений видимы» (Рим. 1:18-20).

Рассматривая и изучая окружающий нас мир, так дивно устроенный, мы верой постигаем за видимым творением невидимого Творца во всем Его величии, силе, красоте, во всем Его благолепии. Ибо если творение столь прекрасно и возвышенно, то насколько славнее Творец всего — Бог! Только безрассудство человека толкает говорить, что Бога нет (Пс. 13:1). Это-то и поразительно, что, взирая на явные доказательства, лежащие перед его глазами, он не узнает дела рук Создателя.

Невидимый Бог видим также и во Христе Иисусе, в Его вечно живом Евангелии. Невидимый Бог явил Себя миру видимым образом через рождение во плоти Сына Божия. Человек в состоянии греха не мог подняться к Богу, чтобы созерцать Его. Тогда Бог вочеловечился, чтобы падшее грешное человечество поднять на высоту небес и сделать сынами Всевышнего. Это великая «тайна благочестия» (1Тим. 3:16), пред которой сегодня мы в благоговении и любви преклоняем свои колени и глубину и величие которой мы постигнем только в вечности.

Итак, «из невидимого произошло видимое». Как же оно произошло?

Если отвечать на этот вопрос с точки зрения Библии, ответ будет очень краток. Сперва был сотворен невидимый духовный мир (Ангелы, служебные духи Бога), а затем — видимый материальный мир, Вселенная, в том числе и наша Земля. Под воздействием силы Духа Святого на ней развилась жизнь во всех ее многообразных формах (Пс. 103) и затем на ней был поселен человек, как высшее творение Божие.

Все так просто и так ясно для веры! И чем больше вера взирает на природу и глубже вникает в генеральный план развития Галактик или сложность атомных структур, тем больше у нее причин для изумления перед чудом Господнего творчества. Взять хотя бы простейшую живую клетку. Ведь это удивительный механизм, собранный из отдельных частей, и невозможно не признать, что это результат приложения Разумной Силы, продукт творчества.

Однако большинство современных биологов смотрят на это чудо с шорами на глазах, потому что Церковь, этот древний бастион веры, в течение трех столетий подвергалась атакам научного скептицизма, и это не могло не отразиться на людях. Писание говорит: «Но как они, познав Бога, не прославили Его, как Бога, и не возблагодарили, но осуетились в умствованиях Своих, и омрачилось несмысленное их сердце...», то и предал их Бог заблуждению и непотребству за то, что они «заменили истину Божию ложью и поклонялись и служили твари вместо Творца» (Рим. 1:21-25).

Давайте теперь посмотрим на творение с точки зрения истинной науки.

Наука прошла через все стадии человеческого высокомерия и гордыни. Когда-то физики смеялись над библейскими словами о том, что видимые предметы были созданы из чего-то невидимого. Когда-то текст «из невидимого произошло видимое» считался антинаучным, но после новейших открытий он стал вполне научным. Эта метаморфоза произошла не потому, что кто-то переписал Библию таким образом, чтобы согласовать ее с естественными науками. Произошла она потому, что астро­физики и космологи переписывают свои труды и учебники.

В начале ХХ века астрономы обнаружили, что Вселенная расширяется и во всех ее уголках присутствует определенный спектр микроволнового излучения. Затем были открыты еще и другие явления. Все это убедило астрономов в том, что Космос возник в результате гигантского катаклизма, который получил название «большого взрыва», а большинство из ученых приняло эту космоло­ги­ческую теорию. Некто д-р Эрик Карлсон (Чикаго) в 1987 году писал: «Со­вре­менные астрофизики пришли к выводу, что Вселенная возникла в результате процесса, в какой-то мере обратного ядерному взрыву, то есть сотворение мира было процессом, в котором энергия превратилась в вещество».

Согласно новейшим вариантам гипотезы большого взрыва, в частности так называемой модели расширяющейся Вселенной, Вселенная расширялась, как надувной шар, и из совсем малого объема выросла до ее нынешних размеров. В ходе этого процесса латентная энергия преобразуется в материальные частицы. Энергия способна внезапно превратиться в атомные материальные частицы и в свет — световые фотоны. По мере того, как Вселенная расширялась, видимо, в конечном итоге она охлаждалась до температур, при которых возможна жизнь. Предположительно в ходе этого процесса возникло вещество, из которого образовались Галактики, звезды и планеты. И в конечном счете это же вещество превратилось в различные растения, животных и человека.

Д-р Карлсон поясняет, что это не окончательная истина, а только гипотеза. Окончательная истина лежит вне пределов досягаемости для естественных наук. Однако эта теория полностью согласуется с научно проверенными данными: с расширяющейся Вселенной, с формулой Эйнштейна Е = МС2 *) и многими другими наблюдениями. Кроме того, она прекрасно согласуется с библейскими словами о «начальных пылинках Вселенной» (Пр. 8:26) и «из невидимого произошло видимое». Над этим текстом в прошлом ученые любили поиздеваться, а сегодня они совсем по-другому отвечают на вопрос, каким образом возникла видимая Вселенная. Теперь они соглашаются с тем, что в далеком прошлом духовная энергия могла превратиться в материальные частицы. И пусть они не дословно признают библейскую фразу «из невиди­мого произошло видимое», но, без сомнения, обе эти концепции прекрасно согласуются друг с другом. Библейский автор написал эти строки в первом веке н. э. — и на девятнадцать веков опередил науку!

Апостол Павел в доказательство своего утверждения не привел никаких научных выкладок и уравнений, объясняющих, каким образом энергия может перейти в другую фазу и превратиться в вещество. Но основное положение, сформулированное им, что видимое возникло из невидимого, не менее точно, чем теория Эйнштейна, хотя сформулировано оно было за много веков до великого математика. Нет, не интеллект, превосходящий по силе даже Эйнштейна, а Дух Святой подсказал Павлу, что именно ему следует писать (2Пет. 1:21).

Западный ученый Роберт Джастроу в книге «Бог и астрономы» пишет следующее: «Пытливое углубление в прошлое приводит ученых к конечной точке — моменту сотворения». Другими словами, когда астрономы пытаются понять, как возникла Вселенная, они сталкиваются с данными, которые, судя по всему, указывают, что в какой-то момент она была создана Богом.

Дальше д-р Джастроу пишет: «Этот чрезвычайно странный поворот событий был полной неожиданностью для всех, кроме богословов. Теологи всегда доверяли библейским словам: «В начале сотворил Бог небо и землю». Некоторые астрономы поначалу не хотели признавать данные, свидетельствующие о том, что у Вселенной было начало. Для астронома, который всегда жил верой в силу разума и науки, история кончается, как кошмарный сон. Ученый преодолел горы невежества. Ему осталось покорить только самый высокий пик. И вот, когда он с усилием подтя­гивается и взбирается на последнюю скалу, то там его приветствует группа богословов, которые сидят на этой скале уже много веков».

Тем самым д-р Джастроу хочет сказать, что у людей, занимавшихся изучением Библии, были верные представления о Вселенной и до того, как их открыли ученые. И великим средством познания этого вопроса явилась для них вера Божия.

Удивителен и еще один факт из сотворения.

Созданный Богом мир не только приведен в стройную гармонию и в прекрасно благоустроенный дом, но Творец подчинил материальные тела непрерывному закономерному движению. Создав мир великих тел — планет, звезд и целых Галактик, Бог расположил их, как открыли ученые, вокруг Своего места обитания в спиралевидном непрерывном и чрезвычайно точном движении так, чтобы они сами возвещали о Его величии, могуществе, славе и красоте.

Тот же закон движения заложен и в мир малых величин — молекул, атомов, протонов и электронов, невидимых невооруженным глазом; они в самом веществе находятся в непостижимых соединениях, свидетельствуя о великой премудрости своего Создателя. Закон движения, присутствующий в материальном и духовном мире, отражает одну из главных характерных черт естества Самого Бога, о Котором сказано: «Вот, творю все новое» (Отк. 21:5). Бог — Творец все новых и новых начал, и в творении всего нового Он неиссякаем и безграничен, и это новое будет беспредельно в Своем развитии. У Всевышнего нет и не может быть никакой рутины или застоя ни в чем!

Открывая и созерцая дивные тайны премудрости великого Зодчего, святые пре­кло­нялись и благоговели перед Ним. Свое восхищение Давид выражает следующими замечательными строками, которые можно отнести к шедеврам поэтического вдохновения: «Небеса проповедуют славу Божию, и о делах рук Его вещает твердь. День дню передает речь, и ночь ночи открывает знание. Нет языка, и нет наречия, где не слышался бы голос их. По всей земле проходит звук их, и до пределов вселенной слова их. Он поставил в них жилище солнцу, и оно выходит, как жених из брачного чертога своего, радуется, как исполин, пробежать поприще: от края небес исход его, и шествие его до края их, и ничто не укрыто от теплоты его» (Пс. 18:2-7).

Но верой познаем не только это.

Все духовное познание истины Божией приходит нам через веру от Духа Святого, открывающего Слово Божие. Любящим Бога дается познание и духов­ных вещей (1Кор. 8:3). Но невозможно любить Бога, не имея веры в Него. Вера и любовь приходят одновременно: вера возбуждает в нас любовь к Богу, а лю­бовь дает нам познание Бога. Вера открывает внутренние глаза, чтобы ви­деть действия Божии, и внутренние уши, чтобы слышать Его голос. Сама же она утверждается не на мудрости челове­ческой, а на силе Божией (1Кор. 2:4-5).

Вера Божия — духовная сила.

Проявленная в Духе Святом, она через молитву связывает и развязывает или «разрешает» (Мф. 16:19; 18:18). Связывает «сильного» (Мф. 12:29), т. е. врага человеческих душ, который держит в плену греха весь мир (1Ин. 5:19; 2Кор. 4:4), и развязывает души, обращающиеся ко Христу (Мф. 9:6; Ин. 11:44). Кто обладает верой Божией, тот владеет «ключами Царства Небесного» (Мф. 16:19).

Верить — значит относиться к Богу и Его Слову с открытым сердцем и безус­ловным доверием к Его обетованиям (Пс. 32:4). В этом смысле постоянное устремление нашего взора на Бога и есть вера Божия (Пс. 120). Только такой верой мы можем Ему угодить.


 

Глава 3

 

«ВЕРОЙ АВЕЛЬ...»tc "«ВЕРОЙ АВЕЛЬ...»"

 

 

В ней свидетельствованы древние... Верой Авель принес Богу жертву лучшую, нежели Каин; ею получил свидетельство, что он праведен, как свидетельствовал Бог о дарах его; ею он и по смерти говорит еще.

Евр. 11:2,4

 

Славный перечень героев веры открывает представитель древней, еще допотопной цивилизации. Как считают некоторые из богословов, нас разделяют с той эпохой примерно 6-7,5 тысяч лет.

Это был период невинности человечества. Седая древность, юность пла­не­ты! Но из этой глубокой дали нам просиял чудный образец веры Божией, ко­торому мы, новозаветные верующие, можем подражать.

Это АВЕЛЬ, сын Адама и Евы, прародителей человечества. Сотворив первых людей, Бог поместил их в райском уголке Междуречья, в Едемском саду, где жизнь протекала в полной безмятежности и благословении.

Прародители жили тогда еще не верой, а видением, и не могли быть неверую­щими, ибо Бог непосредственно общался с ними лицом к лицу. Но они не сохранили верности и пали. Пали не сами собой, а в силу коварных действий другой, враждебной им личности, которую Писание называет «змеем». Пали потому, что «змей хитростью своею прельстил Еву» (2Кор. 11:3).

Большая ошибка Адама и Евы заключалась в том, что они не распознали всей великой пагубы, идущей от обольстителя, который до этого был им еще незнаком. Они были невинны и не имели опыта в распознавании греха и зла. Когда же приобрели этот опыт и поняли, что зло и что добро, повернуть назад было невоз­можно, ибо подпали под страшное воздействие губительной силы закона греха и смерти и оказались в ловушке сатаны.

История Адама и Евы после их грехопадения полна трагизма. Чтобы оградить их от еще более пагубных последствий, Господь Бог изгоняет их из рая и за их грех проклинает землю.

Ш.Р. Гирш пишет: «Всевышний Своим приговором затворил на тысячи лет врата земного рая как для Адама и Евы, так и для их потомков, и открыл перед человеком новый этап испытаний, чтобы очистить и исправить их. С начала этого длительного периода скитаний изменилось и положение женщины: «Жене сказал: умножая ум­но­жу скорбь твою в беременности твоей; в болезни будешь рождать детей» (Быт. 3:16). Однако достаточно сравнить слово «в болезни» («муках») с его однокоренными словами в других местах Пятикнижия, чтобы понять, что под словом «муки» здесь не подразумевается физическая боль. Скорее, это видоизменение слова, озна­чающего: «отпускать кого-либо неохотно».., «отказываться», «отрекаться»... После того, как они съели запрещенный плод, Всевышний сказал им: «Во много раз умножу от­речения твои; отрекаясь от себя, будешь (ты, женщина) рождать детей; отрекаясь от себя, будешь (ты, мужчина) добывать себе пропитание» (Быт. 3:16-17)...»

И действительно, самоотречение с тех пор требует и от мужчины и от женщины напряжения всех духовных и физических сил. Природа уже не предлагает больше человеку дары с улыбкой, а весь жизненный путь женщины — самоот­верженное служение близким, мужу и детям.

Употребление прошедшего времени в том месте Библии, где говорится об обращении Бога к Адаму и Еве, свидетельствует о том, что еще прежде, чем Творец вынес Свой приговор мужчине, он обратился к женщине, а прежде, чем вынес приговор женщине — обратился к змею: «За то, что ты сделал это, проклят ты пред всеми скотами... И вражду положу между тобою и между женою, и между семенем твоим и между семенем ее; оно будет поражать тебя в голову, а ты будешь жалить его в пяту» (Быт. 3:15).

Это первое обетование, данное Богом павшему человеку, содержащее светлую надежду на приход в мир Семени, Которое избавит людей от уз греха и смерти. К этой надежде и к рождению обещанного «семени» Адам и Ева устремились всем своим существом.

Так началась история человечества, развитие которого происходило в условиях действия закона греха и смерти. В это время у Адама и Евы рождаются два первых сына — Каин и Авель. Ева возлагала большие надежды на своего первенца, Каина, надеясь, что он — тот человек, который должен прийти, чтобы сокрушить власть сатаны. «Приобрела я человека от Господа», — сказала она (Быт. 4:1). Именно она, Ева, дала имя своему первенцу, имя, в которое вложила свои самые сокровенные чувства. Она назвала его Каин. Это имя — производное от еврейского слова, означающего крик боли при утере собственности. В имя Каин (приобретение) Ева, утратившая с Адамом блаженство земного рая, вкладывает надежду на восполнение утерянного. Смысл слов «приобрела я человека от Господа» таков: «Каин — это мой ребенок, мое приобретение, это я получила его от Господа, принеся в жертву частицу собственной жизни и отдав ему всю силу своей любви».

Но как она глубоко ошиблась! Ее чаянию не суждено было сбыться. В своем материнском эгоизме и в своем омраченном падением сознании она не смогла в рожденном ею сыне распознать уловку сатаны. Поэтому Бог и допустил ей пережить семейную трагедию и испытать глубокую горечь разочарования. Пытаясь воспрепятствовать исполнению Божия обетования, диавол растлил ее первого сына и умертвил второго. Но Бог воздвиг Сифа, дав Еве «другое семя, вместо Авеля, которого убил Каин» (Быт. 4:25).

 

Хотя с момента падения для Адама и Евы наступил совершенно новый период жизни, все же не надо думать, что они прекратили общение с Богом. Это видно из поведения их сыновей, Каина и Авеля: они продолжили родительские традиции поклонения Богу. Однако сыновья совершенно по-разному относились к делу поклонения, так как внутренне это были два противоположных человека, стоявшие по разные стороны от Бога.

Во все века между плотью и духом существовала разверзшаяся бездна непри­миримого противоречия, соединить которую ничто не в состоянии. И это их различие особенно обнаружилось тогда, когда братья принесли свои дары Господу.

Картина, описывающая их жертвоприношение (Быт. 4:1-8), представляет нам, во-первых, два типа веры: Божию — у Авеля и человеческую — у Каина. А во-вторых, показывает, как верой Авель принес Господу жертву лучшую, чем Каин.

Новозаветное Писание открывает, что Каин «был от лукавого» (1Ин. 3:12). Как это могло случиться? Очень просто: Ева, прельстившись словами змея, приняла внутрь себя семя греха, семя лукавого, и родила своего первенца «от лукавого» — с преступными задатками, с пагубными наклонностями к крайне греховному образу жизни, с влечением к злым делам. Диавол вдохнул в нее все это, но до времени она этого не знала, как и многие современные женщины не знают того, насколько серьезны последствия их согрешений и как это пагубно отражается на потомстве. Мы наследовали испорченную природу Адама и Евы и тоже можем произвести на свет человека Божия или великого грешника.

После Каина на земле родилось очень много людей «от лукавого», почему Иисус смело говорит фарисеям: «Ваш отец диавол...» (Ин. 8:44).

Родившись от лукавого, Каин и по своему естеству, и по своим поступкам и делам был полностью плотским человеком и носил грех в своем сердце. Господь видел его сердце, поэтому и предостерегал его: «Если не делаешь доброго, то у дверей грех лежит, он влечет тебя к себе, но ты господствуй над ним» (Быт. 4:7). Слово «грех» подразумевает здесь не только греховную наклонность, испорченное естество человека, но весь греховный мир с его похотями и вожделениями (1Ин. 2:15-17), которые неудержимо влекли к себе Каина и грозили ему полным отпадением от Бога.

Но в своем ослеплении Каин не хотел сознавать себя грешником. Он не внял Господнему внушению и весь отдался зависти и тщеславию. Напротив, он видит себя праведником, и эта его самоправедность и самообольщение особенно ярко проявились в том, какую жертву он принес Богу и как отнесся к тому, что Бог ее отклонил.

В Писании читаем: «Каин принес от плодов земли дар Господу. И Авель также принес от первородных стада своего и от тука его» (Быт. 4: 3-5). Две абсолютно противоположные жертвы: плоды земли означали, как это было впоследствии установлено Законом Моисеевым, жертву благодар­ности (Лев. 7:12), а первородные от стада символизировали искупление.

В силу своих нравственных обязанностей Каин, как первенец, должен был принести жертву и за себя, и за Авеля, своего брата. Это было выражением поклонения Богу. Он так и сделал. Но Авель не удовлетворился этим, так как не испытывал духовного родства с Каином, находя его благочестие пустым и лицемерным. Он решает принести собственную жертву, идет и приносит ее. Это была, во-первых, отдача Богу самого лучшего, что он имел, а во-вторых, он отождествляется со своей жертвой, в ее лице как бы умерщвляет себя и отдает Богу, чтобы Бог освятил и ввел в круг Своей жизни. Так заместительной жертвой Авель посвящает себя Богу на великое служение.

Кроме того, Каин приносил жертву благодарности, как это делали его родители в Едеме. Он следовал традиции, раз и навсегда установленной Адамом в раю. Он поступал так, как будто с того времени ничего не случилось. А произошло ведь страшное и непоправимое, произошла катастрофа: грехопадение. Этого Каин и не учитывал, и не осознавал. Авель же признал себя виновником перед Богом, заслуживающим наказания смертью, и поэтому он заменяет прежнюю жертву — дары от плодов земли — на кровную, от своих стад. Авель понимал, что грех наказывается смертью, поэтому вместо себя он умерщвляет агнца в знак искупления.

Так Авель нашел решение, удовлетворившее Бога, и наперед предугадал искупительную жертву Иисуса Христа.

Такова глубокая сущность обоих жертвоприношений.

«И призрел Господь на Авеля и на дар его; а на Каина и на дар его не призрел. Каин сильно огорчился и поникло лицо его».

Когда Каин увидел, что Бог не принял его дара, он сильно возне­годовал на брата и на Бога. Вспыхнувшее чувство горькой досады дало свободу действиям диавола, который возбудил в нем зависть к брату. Зависть рождает гнев; гнев, в свою очередь, производит смерть: нечестивый Каин убивает праведного Авеля!

Так с тех пор «рожденный по плоти гонит рожденного по духу» (Гал. 4:29), и этого не избежать.

Почему же Бог не призрел на жертву Каина, а на жертву Авеля призрел? Неужели Бог лицеприятен? А если нет, то чем жертва Каина была хуже жертвы Авеля?

На эти вопросы хорошо отвечает богослов Я. Крекер: «В прино­шениях обоих этих жертв обнаружилось различное по существу направление духа этих первых двух братьев пред Богом. Внешне могло казаться, что оба они находятся в одном и том же отношении к Господу. Ведь оба они приступили к жертвеннику пред Господом со своими дарами. Однако Бог судит о даре в соответствии с образом мыслей того, кто стоит позади своего дара. Жертва издревле является языком души. Посредством дара человек всегда выражал то, что он хранил в своей сокровенной сущности...»

Таким образом, посредством своих жертв каждый из братьев открыл сущность своей души: у Каина — плотской и нечестивой, у Авеля — духовной и правед­ной.

Вочман Ни, отвечая на вопрос, почему Бог принял жертву Авеля, а дар Каина отверг, пишет: «Каин как будто забыл, что человек согрешил. Бог отрекается от всех согрешивших и не сознающих этого. Ошибка Каина состояла в его равнодушии по отношению к греху человека, тогда как Авель признал тот факт, что человек согрешил. Однако в то время разведение скота не предназначалось для того, чтобы хранить и продолжать жизнь; человек начал употреблять мясо в пищу только после пото­па (Быт. 9:3). Единственной причиной для скотоводства являлась необходимость в наличии жертв для жертвоприношений. После того, как агнца закалали для жертвы, шкуру его использовали для изготовления одежды (Быт. 3:21). Бог требовал от человека одного — того, чтобы он признал свой грех. Авель пришел к Богу в соответствии с требованиями Бога, и потому Он принял его...»

 

Итак, жертва Каина не соответствовала его положению пред Богом. Как грешник, и великий грешник, он должен был принести не плоды земли, означавшие жертву благодарности, а жертву повинности. Такой жертвой могла быть только жертва от стад. К тому же, и дела Каина были злы (1Ин. 3:12). Они потому были «злы», что это были дела фарисейской самоправедности, исключающей спасение верой в жертву Искупителя (Лук. 18:9-14). Каин — человек верующий, но не рожденный от Бога; да и вера его только внешняя видимость. И сам его дар — видимость, лишь внешняя форма, скорее обязанность, чем выражение искренней веры и преданности. Его вера ищет спасения своими делами и заслугами. Но Писание говорит очень ясно: «...делами закона не оправдается никакая плоть» (Гал. 2:16; Рим. 3:20)!

Каин — образ людей самоправедных и самонадеянных, людей фарисейской, мертвой религиозности, которая, принося дары Богу, не приносит себя. Внешне служа Богу, не упражняется в благочестии. Такого рода формальным служением, жертвой без отдачи сердца, почитанием без подчинения, без перемены жизни угодить Богу невозможно!

Вот почему Бог не призрел и не мог призреть на Каина и на его дар. Его духовное состояние было таким, какого Бог не мог ни оправдать, ни признать. Господь отвечает только тем из верующих, у кого служение Ему является выражением его веры.

Однако, хотя Бог отверг дар Каина, а вместе с тем осудил и плотской образ его мышления, но его самого Он пытается вразумить и спасти. Бог проклял Каина за грех братоубийства, и земля, обагренная кровью невинного страдальца, превращается в орудие наказания для убийцы, лишая его своих естественных даров (Лев. 18:28; Вт. 28:39-42). Каин в вопле отчаяния и малодушия грешника, сознавая свой проступок, но не желая переносить заслуженные страдания и этим хоть частично искупить свою вину, говорит Богу, что его может убить всякий мститель за кровь. Господь в Своем милосердии к грешнику дает ему знамение: знак на лице, чтобы он был храним от мщения людей, которое он заслужил и сам навлек на себя.

Библия утверждает, что Авель был мужем Божиим, отличавшимся своей праведностью. Он сам был «праведен» (Евр. 11:4), его «дела» были «праведными» (1Ин. 3:12) и его «кровь» была «праведной», голос которой Бог услышал (Мф. 23:35). И, конечно, дар Авеля тоже был праведен, ибо означал заместительную жертву и посвящение всего себя Богу. Своей жертвой Авель предвосхитил ту сокровенную тайну, которая откроется в Новом Завете в жертве Иисуса Христа.

Авель имел смиренный дух, что очень высо­ко ценит Бог. Он понимал всю глубину падения своих родителей и искал выхода, искал у Бога милости и прощения. Своим жертвоприношением он по­казал, что глубоко сокрушается, полагаясь на благость Бога. Он инстинктивно, духом искал пути к Его Благодати и нашел его! Живая вера в его сердце, богоугодное состояние души, тоска по Богу и созна­тельная внутрен­няя отдача Ему подсказали Авелю, какой дар будет угоден Богу, и он принес его. «Вера не может быть пассивной! — сказал Симонс Мен­но. — Это упование всем сердцем, это практическая жизнь ученичества». И Авель был таким дерзновенным в вере и активным учеником Бога.

Его вера предвосхищает новозаветные времена, когда на землю снизошла Благодать. Насколько же прозорливой может быть вера Божия! Уже тогда Авель верой познал Благодать и на тысячелетия опередил многих своих братьев по вере. И потому Бог «призрел на Авеля и на дар его», ибо в этом даре пророчески отобразилась жертва Христа. Отец Небесный не мог не призреть на образ жертвы Своего возлюбленного Сына и на того, кто всецело доверяет Ему и полагается на Него.

Авель и его дар были приняты Богом. Бог дал ему свидетельство, что он угоден Ему, простил его грехи и дал уверенность в спасении. А кроме того, Господь удостоверил преимущество Авеля перед Каином — преимущество духа перед плотью и веры перед неверием, преимущество избрания Божия перед первородством и милости Божией перед человеческими привилегиями, о чем в следующих главах сказано больше.

Авель — первый праведник на земле, получивший праведность верой, «как засвидетельствовал Бог о дарах его». Он открыл путь праведности по вере, по которому пошли все мужи веры Ветхого Завета и на котором Авраам дал самое яркое свидетельство (Быт. 15:6; Рим. 4:3,18-21).

Авель также первый праведник, убитый за свое доверие Богу, за свое упование. Он положил начало облаку свидетелей, отдавших жизнь за веру (Евр. 11:35-37; Мф. 23:34-35), и является прообразом всех подвижников и героев веры, до смерти гонимых людьми, имеющими Каинов дух. А Каин — типичный образ религиозных людей всех времен и всех поколений, которые считают, что они не нуждаются в Благодати Христа и потому не ищут праведности по вере; они ищут свое спасение в делах.

Авель и Каин представляют собой два великих направления, на которые разделилось человечество после них, — сыны Божии и сыны лукавого, и два образа жизни — по духу и по плоти (Гал. 5:16-17).

 

Писание открывает: «...ею (верой) он (Авель) и по смерти говорит еще» (Евр. 11:4). О чем он говорит и о чем можно говорить верой после своей смерти? А вот о чем.

1. Авель — первый человек на земле, который в то отдаленное время осмелился воспротивиться греху и смерти и их родоначальнику — диаволу. Он проявил молчаливый протест против преимуществ первородства своего недостойного брата — и был услышан Богом.

Он первый верой засвидетельствовал, что хотя и тяжек грех Адама и Евы, велики и пагубны его последствия, но все-таки для человека есть путь спасения, есть путь избавления! Это вера в искупительную жертву Агнца Божия. А потому посреди греха и всеобщего зла нужно не примиряться со злом и со злой судьбой, а бороться. Средством этой борьбы является вера Божия, делающая человека праведным и святым.

2. Авель — первый из людей верой понял, что нужно делать, чтобы спастись от вечной смерти: принести Богу достойнейшую из жертв, и он принес ее, чем угодил Богу. Так верой Авель и по сей день говорит всем людям, что только жертва спасает и что в жертве Небесного Агнца — единственный путь спасения грешника.

3. Авель — первый из людей, кто верой получил свидетельство от Бога, «что он праведен, как засвидетельствовал Бог о дарах его». Тем самым он и по сей день говорит, что всякий человек и в греховном окружении может верой стать праведным и в своем духе получить удостоверение от Бога (Ин. 7:17; 1Ин. 5:10-13).

Чему вера Авеля научает христиан нашего времени?

Он сумел довериться Богу, покориться Ему, постигать Его волю.

Стремился к праведности и богоугодно жил.

Понял, какими дарами можно угодить Богу, и постарался их принести. «Жертва Богу дух сокрушенный; сердца сокрушенного и смиренного Ты не призришь, Боже» (Пс. 50:19).

Бог принял его жертву с благоволением и засвидетельствовал, что жертва его сокрушенного и смиренного сердца, дар его души угодны Богу. Поэтому Он и засвидетельствовал «о дарах его».

В первом Послании Коринфянам (13:1-3) Павел говорит, какие подвиги можно совершить во имя Бога и, однако, быть Ему неугодным. Любовь — высший из всех подвигов и всех даров в мире, а самая высшая из жертв — сердце, преданное Господу и жаждущее встречи с Ним. И если Авель в древности желал и верой ожидал Спасителя и Избавителя, то насколько же пламеннее и сильнее должно делать это нам!

Сам Господь дает высокую оценку Авелю, как первой личности, чья праведная кровь была пролита от руки сына диавола (Мф. 23:35) и он причислен к героям веры.

 

В заключение проведем параллель между голосом крови Авеля и Крови Господа нашего Иисуса Христа.

Апостол Павел пишет: «Но вы приступили... к Ходатаю нового завета Иису­су, и к Крови кропления, говорящей лучше, нежели Авелева» (Евр. 12:22-24). Хотя кровь Авеля и говорит еще, но кровь Иисуса Христа говорит сильнее Авелевой. И хотя Авель принес жертву лучшую, чем Каин, но Господь Иисус принес еще лучшую жертву, чем Авель.

Да, Авель своей жертвой громко заявил, что мы нуждаемся в примирении. Но жертва Иисуса говорит об этом еще громче, еще сильнее и полнее. Жертва Авеля была лишь прообразом, лишь символом будущего примирения, а жертва Иисуса стала подлинной Жертвой Примирения. Жертва Авеля не могла искупить грешника, жертва же Христа искупила всех грешников на земле. И потому Его Кровь говорит лучше, нежели Авелева.

И вот еще о чем она говорит.

 

1. Кровь Авеля взывала к Богу о мести (Быт. 4:11-12). Она жаловалась и обвиняла, требовала возмездия, апеллировала к справедливости и суду. И могло ли быть иначе? Ведь Авель был убит невинно, а невинная кровь всегда вопиет о мщении (Отк. 6:9-11). Из-за этого Каином овладело отчаяние (Быт. 4:13-14), и он ушел от лица Господня (ст. 16).

Кровь же Иисуса, напротив, взывает к Богу о прощении и примирении. Хотя Он тоже был убит невинно, и Его смерть требовала правосудного возмездия, Он, однако, взывал к Богу: «Отче, прости им, ибо не знают, что делают» (Лук. 23:34).

 

2. Кровь Авеля предстательствовала лишь за одного человека и жаловалась лишь на одного — Каина.

Кровь Христа, как Ходатая Нового Завета, предстательствует за многих, ибо пролита во искупление этих многих.

 

3. Кровь Авеля вопияла к Богу по причине одного греха, жаловалась лишь на единичный случай и одно преступление.

Кровь Христа вопиет за грехи всего человечества.

 

4. Кровью Авеля запечатлена его лишь вера и его лишь свидетель­ство.

Кровью же Иисуса Христа запечатлены все обетования в Его Слове, все Его свидетельства и союз Бога с человеком. Союз Благодати возымел силу лишь через посредство Крови Христа.

 

5. Кровь Авеля вопияла, но никакой силы не имела.

Кровь же Христа имеет силу и власть прощать, очищать, примирять, освобождать, спасать грешников и побеждать диавола.

 

6. Кровь Авеля говорила однажды — лишь в то время, когда она была пролита, и ее голос давно умолк.

А Кровь Иисуса говорит непрестанно и к ней ежеминутно прибегают все люди на земле.


 

Глава 4

 

«ВЕРОЙ ЕНОХ...»tc "«ВЕРОЙ ЕНОХ...»"

 

 

Верой Енох переселен был так, что не видел смерти, потому что Бог пересе­лил его. Ибо прежде переселения своего получил он свидетельство, что угодил Богу.

Евр. 11:5

 

У Адама и Евы, кроме Авеля, Каина и Сифа, были и другие дети (Быт. 5:4), но Библия останавливается только на двух из них: на Каине и Сифе, потому что от них произошли две ветви человечества, противоположные по своему отношению к Богу. Седьмое поколение этих ветвей уже резко отличается друг от друга: каиновская цивилизация практикует сильнейшее безбожие, а потомки Сифа — хранят истину и богопочитание. Если Ламех (седьмой от Адама через Каина) вопреки установленному Богом порядку в семейной жизни ввел двоеженство и стал убивать и хвалиться своими разбойными подвигами (Быт. 4:19-23), то Енох (седьмой от Адама через Сифа) ходил пред Богом в святости и дал поколение Божиих детей (Быт. 5:21-23).

О Енохе, как и обо всех допотопных патриархах, в Библии говорится очень мало. В ней содержатся только три места, упоминающие о Енохе: это Быт. 5:18-22; Иуд. 1:14-15 и Евр. 11:5. Но эти краткие тексты все же дают довольно яркую характе­ристику как личности Еноха, так и его веры и жизни в Боге, а также открывают славный конец его жизненного пути. Они характеризуют также и ту эпоху, в которую он жил.

Эти места Писания открывают нам личность Еноха с трех сторон:

* книга Бытия освещает его жизнь и удивительное хождение верой;

* Послание Иуды изображает его служение, как первого пророка на земле;

* Послание к Евреям показывает последствия его веры — славный переход в вечность через взятие, минуя смерть.

Кратко остановимся на всех трех моментах.

 

 

1. Жизнь Еноха и его хождение перед Богомtc "1. Жизнь Еноха и его хождение перед Богом"

 

Хотя преждевременная смерть и прервала путь жизни Авеля, но своей верой он совершил великое: подготовил к высшей вере Еноха, который был седьмым поколением от Адама.

Библия разделяет жизнь Еноха на две неравных части: первых 65 лет — это, надо полагать, годы жизни до его обращения к Богу, жизнь в духе своего времени; и 300 последующих лет — его хождение перед Богом, жизнь в вере. Перелом наступил, как подчеркивает сама Библия, после рождения его первого сына Мафусала.

По современным меркам 65 лет — это целая жизнь. А в древности, когда люди жили по 800-900 лет и более, это были еще годы юности. Но все же это была уже зрелая юность, когда человек начинает переосмысливать жизнь и делать основательную переоценку ценностей. Енох пересматривает свои духовные позиции, критически воспринимает действительность и избирает себе достойную цель: он посвящает себя Богу.

Конечно, Енох имел для себя некоторый образец в лице Авеля, может быть, Сифа и его потомков, но более всего — своего родного отца Иареда. Имя «Иаред» означает: «обновитель», «начинатель», «освятитель», «начаток, посвященный Богу». Нет сомнения, что отец Еноха верил и служил Богу, и Енох от него почерпнул этот дух веры, развил и умножил его во много крат. Но все это ему давалось нелегко.

Надо помнить, что Енох жил в тот период, когда грех и все его пагубные последствия охватили все допотопное человечество настолько, что достигли почти предельной отметки. Достаточно прочесть об этом в книге Бытия, чтобы представить себе уровень падения допотопного мира. Библия сообщает: «И увидел Господь, что велико развращение человеков на земле, и что все мысли и помышления сердца их были зло во всякое время. И раскаялся Господь, что создал человеков на земле, и восскорбел в сердце Своем... Земля растлилась пред лицом Божиим, и наполнилась земля злодеяниями.., ибо всякая плоть извратила путь свой на земле» (Быт. 6:5-6,11-12).

И вот посреди такого моря зла, греха и беззакония нашлась одна светлая личность, одна праведная душа, которая вместе с Богом очень скорбела о нечестии людей и не могла смириться с ужасающим разложением. Енох не мог идти в ногу с окружающим его обществом, разделять интересы своих современников, так как Бог пробудил в нем дух живой веры и влек его к Себе. Его душа загорелась желанием служить Господу, ходить перед Ним свято и непорочно. Поэтому мирские прелести греховной жизни не могли удовлетворять его жаждущее правды сердце. Духом и верой он противостал культуре Каина, которая служила обществу каким-то заменителем духовности и давала замену Бога.

Не соглашаясь подчиниться закону греха и смерти и всеобщему растлению, Енох осмелился верой не только жить праведно и ходить пред Богом вопреки течению своего века, но стать полным победителем. Благодаря живой победоносной вере он созрел для переселения на небо живым. Это уже не пас­сивный протест против зла, охватившего землю, как было у его отцов, но активный; это смелая борьба, полная испытаний, искушений, трудностей и побед.

Мы сегодня иногда ропщем, что нам очень тяжело жить, что нелегко исповедовать свою веру в окружении возрастающего зла, греха и растления, охвативших землю. Нестабильность, беспредел, терроризм, умножение учений заблуждения, оккультизм сотрясают мир, словно гигантские волны разбушевавшегося моря. Море страстей! Правду сказал пророк, когда писал: «Нечестивые — как море взволнованное, которое не может успокоиться, и которого воды выбрасывают ил и грязь» (Ис. 57:20). Вот оно, подлинное лицо современного мира! Оно уподобилось допотопному (Мф. 24:37).

Но посмотрите на Еноха: он тоже жил в чрезвычайно трудных условиях, ему тоже дули противные ветры и, однако, он пребыл тверд в вере, в благочестии, в хождении пред Богом. Сегодня в нашем распоряжении есть святая Благодать и жертва Сына Божия, как гарантия нашего спасения; есть Слово Божие — светильник, сияющий в темном месте (2Пет. 1:19); есть богослужеб­ные собрания и общения, которые подкрепляют дух и веру каждого; есть Церковь Христова — «столп и утверждение истины» на земле (1Тим. 3:15). Это великое духовное богатство. Всего этого был лишен Енох, муж веры допотопного времени. К тому же он был очень одинок и все же «ходил пред Богом».

Писание дважды упоминает это выражение: «И ходил Енох пред Богом, по рождении Мафусала, триста лет, и родил сынов и дочерей. Всех же дней Еноха было триста шестьдесят пять лет. И ходил Енох пред Богом; и не стало его, потому что Бог взял его» (Быт. 5:22-24).

Рассмотрим, что значит «ходить пред Богом».

Подобное выражение встречается в Библии много раз: о Ное — Быт. 6:9, об Аврааме — Быт. 17:1; 24:40, также Мих. 6:8; Мал. 2:6 и др. Везде оно озна­чает высшую степень нравственного направления жизни, благоговей­ное чувство Божест­венного вездеприсутствия. Человек глазами веры постоянно видит Бога перед собой и согласует с Ним весь образ поведения и каждый шаг своей жизни. Это постоянное угождение Богу всем образом своей жизни.

Так комментирует это выражение Библия Лопухина.

Как видим, «ходить пред Богом» — это много больше, чем просто быть праведным. Это означает: совершать поприще жизни с ясным сознанием того, что Бог видит каждый наш шаг и все помышления сердца в каждую минуту. Это и глубокое желание в своем хождении угодить Богу. Выражение это включает в себя весь образ жизни человека, живущего в вере, как об этом и сказано: «А без веры угодить Богу невозможно, ибо надобно, чтобы приходящий к Богу веровал, что Он есть и ищущим Его воздает» (Евр. 11:6).

Так и Енох верой поднялся не только намного выше окружаю­ще­го его мира грешников, но вырос до необходимости понять, чего хочет Господь, чтобы так и поступать. Очевидно, ему не приходила мысль извлекать выгоду из двух миров — земного и небесного, как это делают некоторые из на­ших современников. Для него реально существовал лишь один мир — не­бес­ный.

Ходить пред Богом — не значит жить согласно определенным догмам и испове­довать букву закона. Ходить пред Богом — это делать бесконечно больше, чем просто жить по правилам. Это значит усвоить характер Бога, каким он явлен в Иисусе Христе. Какая у Него отделенность от мира, самоотверженность, святость и чистота! Какая кротость, смирение, сердечность и вместе с тем ответственность и посвященность! Какое долготерпение, твердость, решительность и верность Богу во всем! И какая ревность по Богу!

Хождение перед лицом всесильного Бога приводит человека к настоящему могуществу в духовном мире, к победе над всеми кознями и происками враждебных сил. Для этого сердце не должно быть занято ничем другим, кроме одного Бога. Полагаясь на плоть, мы уже ходим не перед Богом, но перед людьми.

Ходить пред Богом — это тщательно хранить себя от всего, что идет от лукавого (1Ин. 5:18), чтобы не открыть ни одной двери в своей личности — в духе, душе и теле — для пагубных сил греха и зла и того, кто стоит за ним. Именно хождением перед Богом Енох подготовил себя ко взятию живым на небеса. Во всем этом движущей силой у него была вера. Лишь вера Божия делает человека способным ходить пред Ним. «Только вера делает нас святыми перед Богом (вера Божия, а не историческая). Эта вера проявляется в новой жизни и братской любви» (В. Губмайер). Неверие всегда сообразуется со своим собственным «я», с обстоятельствами жизни или с какими-то другими причинами второстепенной важности. А человек веры достигает той радости, мира, ясности и независимости духа, которые составляют удел тех, кто опирается на десницу Всевышнего.

 

 

2. Енох — первый пророк Божийtc "2. Енох — первый пророк Божий"

 

Послание Иуды (1:14-15) открывает нам служение Еноха как первого в мире пророка, духовный взор которого простирался до Второго Пришествия Христа. Фраза «Вот, идет Господь со тьмами святых (Ангелов) Своих» указывает именно на Второе Пришествие. См. Отк. 19:11-16.

Енох был первым посланником Бога в этот мир, чтобы обличать его и возвещать ему наступление Суда за грехи, беззакония и богохульство народа. Через его уста Дух Святой обличал «нечестивых во всех делах, которые произвело их нечестие, и во всех жестоких словах, которые произносили на Бога нечестивые грешники» (Иуд. 1:15). Через Еноха Бог старался не только порицать и обвинять, но и спасать мир от зла. Енох верой принял силу свыше безбоязненно свидетельствовать о Суде Божием и выполнял это мужественно и бескомпромиссно.

Без всякого сомнения, это была очень нелегкая задача. Пророки всегда подвергаются большей опасности, чем прочие люди, ибо злоба сатаны, возбуждающего общество, прежде всего обрушивается на них. И потому они часто были одинокими людьми в этом мире. Они стояли намного выше своих современников и должны были обличать, предостерегать, просвещать людей, напоминать им о наказании Божием. Народ зачастую реагирует на это враждебно, и пророки испытывают всю горечь непонимания, клевету врагов, оставление их друзьями. Это всегда приносит глубокую скорбь.

Такую участь пережил и Енох.

Он один ходил среди непонимающих его людей, нечестивых каинитов, и возвещал им скорый Суд. И хотя эти люди были к нему враждебны, Бог под­держивал, благословлял, укреплял и хранил его. Енох — великий про­образ служителей Господа нашего Иисуса Христа, которые перед наступ­ле­нием грядущих новых судов должны предупреждать о них народ, говорить об опасностях последнего времени и вместе с тем возвещать миру спасе­ние во Христе.

В свое время Иисус пророчествовал: «Но как было во дни Ноя, так будет и в пришествие Сына Человеческого: ибо как во дни перед потопом ели, пили, женились и выходили замуж до того дня, как вошел Ной в ковчег, и не думали, пока не пришел потоп и не истребил всех, так будет и в пришествие Сына Человеческого» (Мф. 24:37-39).

«Дни перед потопом», т. е. дни Еноха — это предпришественное время, дни последних приготовлений Божиих к Суду. «Дни Ноя» — это уже наступление Суда. Разрыв во времени между этими «днями» небольшой — всего три поколения.

Вестники судов Божиих в наше время будут еще более одинокими и отягченными, чем Енох, и испытают враждебность мира, доходящую до озлобления. Павел предсказывает это время такими словами: «...нам, последним посланникам, Бог судил быть как бы приговоренным к смерти; потому что мы сделались позорищем для мира, для Ангелов и человеков» (1Кор. 4:9). Современный мир в своем нрав­ст­венном разложении не лучше допотопного. Пророки верой опережают время, и потому миру кажется, что они противоречат прогрессу и мешают жить. Оттого такая неистовая злоба против енохов наших дней, мужественно проходящих свое высокое поприще и остающихся верными Господу и призванию пророка.

Сам Бог хранил Еноха среди нечестивых, хранил от всех их угроз, напастей, посягательств на жизнь и сберег для неба. Так и нас Бог сохранит от всех скорбей и испытаний нашего времени, чтобы ко дню пришествия Христа представить нас, хотя и израненными, но готовыми к восхищению.

 

 

3. Енох — наследник обетованиЯ восхищениЯtc "3. Енох — наследник обетованиЯ восхищениЯ"

 

Библия указывает на четыре ступени духовного возраста. См. Иез. 47:1-8 и 1Ин. 2:12-14. Четвертая из ступеней — это восхищение. Енох был первый, кто не только практически прошел все четыре ступени, но и верой достиг великой победы: он был взят на небо живым. Енох таинственно исчез из среды людей и явился предтечей восхи­щения Церкви. И он первый из тех героев веры, которые сумели оторваться от мира земного и всецело опереться верой на десницу Всевышнего. Это хороший урок для нас: в глубокой древности, в том допотопном мире, когда еще не взошла заря Воскресения Иисуса Христа и когда еще и в помине не было первопроходцев веры как победителей смерти, указывающих путь в небеса, Енох верой стал первым полным победителем и силой Божией попрал смерть!

Чем мог он руководствоваться в своей вере и в своей духовной жизни, что получил от Бога такие большие привилегии?

Исключительно Его откровением! Енох жил в непрерывном общении с Богом и благодаря святости и непорочному благочестию имел тесный контакт с небом. Его вера и его дух питались от живого источника помазания свыше и водительства Духа Святого.

Из Писания не видно подробностей жизненного пути Еноха, и неизвестны все аспекты его духовной борьбы. Но, бесспорно, он пережил суровую битву со злом, как переживает ее и готовящаяся к восхищению Церковь наших дней. Церковь интенсивно атакуют объединенные силы людей, ада и смерти, пытающиеся отнять все обетования, особенно обетование победы и восхищения. Мы знаем также, что всем ступеням духовного роста соответствуют и степени искушения от врага, которые Бог допускает для нашей же пользы. Чем выше верующий поднимается в духовной жизни, тем сильнее искушения, которым он подвергается. Четвертая ступень — самая высокая, и все достигшие ее переносят самые ожесточенные нападки врага. Смерть атакует особенно кандидатов на восхищение, пытаясь отнять веру в личное взятие. И все до единого члена Церкви, кто готовится к переходу в вечность через восхищение, переживут разнообразные напасти смертоносных духов.

Как это было у Еноха, нам неизвестно. Но одно можно с достоверностью сказать, что Енох, поднявшийся в духовной жизни на такую большую высоту, был, несом­ненно, испытан всеми кознями и атаками сатаны на дух, душу и тело.

Восхищение Еноха окутано тайной, ибо никто из людей не видел, как Бог взял его. До этого таких случаев в практике мужей веры не было. Возмож­но, сатана в каком-то смысле и прозевал его. Он был крепко уверен, что после грехопадения Адама и Евы вряд ли найдется личность, которая бы не только достигла, но дерзнула возмечтать вознестись к Богу, минуя смерть. Так как смерть — это следствие греха (Рим. 6:23) и грех — это жало смерти (1Кор. 15:56), а Енох своим хождением перед Богом достаточно искупил свою вину, то он и взят был Богом таким чудесным образом. Его тело мгновенно преобразилось в нетленное и бессмертное, подобно тому, как это совершится с Церко­вью в день Второго Пришествия Господа нашего Иисуса Христа (1Кор. 15:51-53), и вознеслось к престолу Божию.

Своим святым хождением и тщательным хранением себя от всех уловок сатаны Енох сумел верой заградить пасть «рыкающего льва», родоначальника смерти, стоящего на пути перехода верующих в вечность. Этого льва неверия, льва сомнения, льва, стремящегося пожрать тех, кто осмеливается робкой душой, приняв обетование бессмертия, идти этим путем, Енох победил и стал первым членом Церкви восхищения. Он первый из тех, кто, живя свято и непорочно, отказался от всех обольщений своего времени и хождение перед Богом сделал законом своей жизни. И он первый, кто осуществил веру в реальность и переселился к Богу в небеса, минуя смерть.

 

Обратим наше внимание на тот факт, что Енох был семейный человек. В Библии о нем сказано: «Енох жил шестьдесят пять лет, и родил Мафусала. И ходил Енох пред Богом, по рождении Мафусала, триста лет, и родил сынов и дочерей» (Быт. 5:21-23). Имея большую семью, заботы и трудности и совершая свое поприще в нелегкое время, он все же ходил пред Богом так, что угодил Ему, и Бог переселил его. В этом он большой пример для всех семейных людей, доказывая, что семья — не обуза, не преграда, мешающая служить Богу и свято жить, а воодушевляющее и побуждающее средство достигать в Боге полного совершенства.

Енох — первый победитель всех атак смерти не только на дух и душу, но и на тело, т. е. он победитель смерти физически. А это означает, что он жил верой без немощей в своем теле. Согласие верующих носить немощи в теле, свыкание с ними, как с неизбежностью, часто бывает совершенно противоположно желаниям Бога, особенно теперь, когда Церковь должна интенсивно готовиться к переходу в небеса и хранить свое тело здоровым.

Енох, не имея многого из того, что мы имеем во Христе Иисусе и в даре Его Благодати, сумел верой и жизнью духовно созреть настолько, что получил от Бога ясное свидетельство о том, что он Ему угодил. Свидетельство — это удостоверение Духа Божия духу Еноха, что жизнь его праведна и принята небом. Так и каждый член Церкви, идущий на восхищение, должен, по примеру Еноха, получить свидетельство от Бога, что он угоден Ему (Ин. 8:51). На Енохе до потопа и на Илье-пророке после потопа Бог показал, что все те, кого Он возносил на небеса, получали об этом ясное свидетельство (4Цар. 2:1-3). Притча о десяти девах (Мф. 25:1-13), предложенная Иисусом вниманию слушателей, открывает, что и Его Церковь, состоящая на момент Его пришествия из мудрых и неразумных, получит ясное удостоверение о своем взятии. Мудрые и будут те, кто получит это свидетельство Божие в своем духе и надлежащим образом приготовит себя, так что встреча у них состоится при открытых дверях, несмотря на «полночь» истории мира.

«Верой Енох переселен был так, что не видел смерти...»

Сам Бог переселил Еноха в горние обители. Какое же это было славное, счастливое переселение: беспрепятственно миновать сферы, занятые иерархией зла (Еф. 6:12; Отк. 12:7), и во мгновение ока очутиться в раю, среди святых! Кто не желает этого? Каждый! А поэтому стоит ради этого рассчитаться с соперником своим на земле, чтобы он в ответственный миг не перекрыл нам дороги (Мф. 5:25-26; Лук. 12:58-59).

 

Несколько слов о самой истине восхищения.

Исчезновение Еноха с земли было таинственным актом. И не только само его восхищение было окутано тайной, но даже слово «восхищение» в ветхозаветное время не употреблялось, а если позже и употреблялось (Ис. 57:1), то не в полном значении того, как мы его теперь понимаем. Взятие Еноха на небо Апостол Павел называет «переселением».

До Первого Пришествия Христа никто о восхищении ничего не знал. Оно оставалось тайной не только для мира, но и для святых Божиих. Впервые о нем Господь возвестил, когда пророчески говорил о Своем Втором Пришествии, обещая ученикам прийти и взять их от зла (Мф. 24:31,40-41; Ин. 14:3). Эту истину продолжили Его Апостолы. Во 2 Послании Тимофею Павел говорит о Христе, что Он «разрушил смерть и явил жизнь и нетление через благовестие» (2Тим. 1:10), под этими словами подразумевая, что само явление Христа, Его благовестие о полноте обетований Божиих и Его победа над смертью и адом открыли людям жизнь победы и нетления. Но прямо и ясно истину о восхищении Церкви Павел излагает в двух своих Посланиях: Коринфянам (1Кор. 15:51-55) и Фессало­никийцам (1Фес. 4:13-18), называя восхи­щение великой «тайной» Церкви.

Итак, окутанное тайной «переселение» Еноха явилось прообразом восхищения Церкви, которое тоже совершится таинственным образом, и мир его не увидит (Отк. 10:5-7; 11:15).

На образе Еноха Бог дает нам точную картину того, как, при каких обстоя­тельствах и в каких неблагоприятнейших условиях будет жить, бороться и зреть к восхищению целая группа победителей смерти. Время Еноха прообразно отражает обстановку Церкви предпришественного периода: такое же глобальное нечестие и разложение общества, такое же презрение к истинным носителям правды Божией, а в иных регионах — ненависть и преследование. И как Еноху, так и Церкви нелегко будет осуществить этот победоносный исход в небеса.

Енох был седьмым поколением от Адама. Число «семь» означает земную полноту Божию в отличие от небесной полноты, обозначенной числом «две­над­цать» (Отк. 21). Енох явился прообразом полной победы Церкви на земле. Он открыл собой славный перечень героев веры, которые удостоятся вознестись на облаках «в сретение Господу на воздухе» в подобие Иисуса (Деян. 1:9-11; 1Фес. 4:17).

 

Какой главный урок извлечем мы для себя из повествования о Енохе?

Этот благочестивейший патриарх учит нас тому, что посреди царствующего зла, греха и смерти на земле возможен не только путь святой жизни, но и полная победа над всеми силами ада, возможно и переселение в небеса, минуя врата смерти.

Имя «Енох» означает: «посвященный». Оно учит нас тому, что для восхищения необходимы две вещи:

1) полное посвящение себя Богу, отдача Ему на служение; богоугодная святая жизнь, самоотверженность и самопожертвование, согласие на любые материальные лишения;

2) свидетельство Божие о взятии.

История Еноха показывает, что верой Божией можно совершать на земле такие дела и достигать такого благоволения и благословения Божиего, которые увенчаются бессмертием у трона Всевышнего.

Замечательные слова о Енохе сказал Я. Крекер, и пусть они будут заключительным аккордом чудесной симфонии его жизни: «В то время, как большинство народов встретило свою погибель в прибли­жающемся Суде над миром, Енох вообще не прошел через Суд. Посредством взятия Господь переместил его из мира погибели в мир непреходящей жизни. Внутренне он был уже восхищен от земли и умер для мира еще прежде, чем был взят в Царство Света. Он решился потерять преходящее, но приобрел непреходящее. В то время, как мир все потерял благодаря своим приобретениям, Енох как раз благодаря своей вере приобрел вечность. Таким образом его хождение пред Богом превратилось в хождение к Богу» («Ной и Суд над миром»).


 

Глава 5

 

«ВЕРОЙ НОЙ...»tc "«ВЕРОЙ НОЙ...»"

 

 

Верой Ной, получил откровение о том, что еще не было видимо, благоговея приготовил ковчег для спасения дома своего; ею осудил он весь мир, и сделался наследником праведности по вере».

Евр. 11:7

 

Вера Божия — это чудесная, могучая, побеждающая сила, которая творит великое и в духовном и в материальном мире. Кто верует, не будет постыжен (Ис. 28:16; 1Пет. 2:6).

Каждый из мужей веры, упомянутый в 11 главе Послания к Евреям, показывает нам какую-то особенную грань веры. Ной открывает веру Божию с новой стороны. Рассматривая хождение Ноя пред Богом, мы должны остановиться на трех аспектах его веры.

Во-первых, верой Ной получил откровение от Бога «о том, что еще не было ви­димо», т. е. что сделает Бог с допотопным миром, как Он предаст его унич­тожающему Суду за растление и грехи, достигшие апогея.

Во-вторых, он получает от Бога обетование устроения нового мира и верой готовит ковчег для спасения своего дома.

В-третьих, верой он становится наследником Божией праведности.

 

Рассмотрим все три аспекта.

Ной был десятым поколением от Адама. К тому времени население планеты чрезвычайно увеличилось. Библия сообщает: «Когда люди начали умножаться на земле, и родились у них дочери, тогда сыны Божии увидели дочерей человеческих, что они красивы, и брали их себе в жены, какую кто избрал... В то время были на земле исполины, особенно с того времени, как сыны Божии стали входить к дочерям человеческим, и они стали рождать им» (Быт. 6:1-4).

Это одно из трудных мест Писания, так как одни считают, что «сыны Божии» и «дочери человеческие» — это две линии человечества, образовавшиеся от сыновей Адама, т. е. потомки Сифа и Каина (сифиты и каиниты); этой версии долгое время придержи­вался и я, но теперь должен ее пересмотреть. Ведь многие другие считают, что «сыны Божии» — это падшие ангелы. И, скорее всего, так оно и есть, насколько это видно из подлинника Библии на иврите.

Толковая Библия под редакцией А. П. Лопухина поясняет этот вопрос следующим образом: «Допотопное человечество именуется «исполинами» (в подлиннике «нефилим»). Хотя в Писании этот термин иногда и служит для обозначения великанов или гигантов (Чис. 13:33), но основное значение корня этого слова — «разрушать, ниспровергать», а в пристав­ке «неф» — «за­ставить падать, соблазнять, развращать». Отсюда пра­вильнее будет в этих пер­вобытных «нефилим» видеть не столько людей, отличавшихся необык­но­вен­ной физической силой и ростом, сколько лиц, сознательно попиравших всякую правду и дерзких тиранов» (т. 1, с. 46).

Однако такое толкование не дает исчерпывающего объяснения. Вот как отвечает на этот вопрос Джим Герриш (евр. богослов новей­шего времени): «В Библии мы находим несколько терми­нов, описывающих настоящих великанов. В Быт. 6:4, где они впервые представлены, они названы «нефилим». Это слово означает «павшие» и оно определенно указывает на их происхождение. Во Вт. 2:11 и многих после­дующих отрыв­ках они названы «рефаимами». Это слово на иврите означает «ужасные» или «те, кто обескураживает». Окончание «им» — просто множественное число мужского рода. Их также называют «енаким» (Вт. 1:28) — «длинно­шеии», и это перед ними израильские разведчики считали себя не чем иным, как кузнечиками. См. Чис. 13:34. Великанами также были «эмим» («ужасные»), «хорим», «замзумим», «авим» и «зузим» («выдающиеся или сильные»).

Как же такая раса ужасных существ появилась на земле?..» Я не буду дословно цитировать всю статью Дж. Герриша, а переска­жу ее собственными словами. «Сыны Божии» произошли от союза плоти и духа, нечестивого союза павших духовных существ. «Это не только зем­ная проблема, — пишет Герриш, — но она простирается до небес. Возможно, что каким-то образом, которого мы не можем объяснить, великаны установили духовный оплот в стране, который тяжело преодолеть даже спустя тысячелетия». Это духовное вторжение демонических сил произве­ло тогда величайшее развращение людей на земле в дни Ноя, вызвавшее гнев и Суд Господень. Поэтому первоначальная раса великанов была уничтожена потопом.

Вторжение подобного рода повторилось в более поздние времена, поскольку мы встречаемся с упоминанием исполинов много раз в послепотопной библейской истории. Люди погрязли в волшебстве, колдовстве и других оккультных занятиях, что могло сделать такое вторжение возможным. Это была попытка сатаны развратить человеческую расу и таким образом расстроить спасительный план Бога; возможно, это была также его попытка предвосхитить воплощение Мессии. Древние исполины находились в районе Ближнего Востока и особенно вокруг Израиля, блокируя восточный подход. Во всех местах, где великаны однажды управляли этой страной, существовала огромная проблема: там было затянувшееся духовное противостояние плану Божию для Израиля. Это наблюдается даже сегодня: в тех местах небезопасно путешествовать.

Суд над павшими небесными существами был решительным, определенным и постоянным. Свидетельство об этом дает и Новый Завет в Иуд. 1:6 и во 2Пет. 2:4-5.

«Сила, стать и доблесть великанов дают нам указание на мощь духовных сил, которые противостоят нам сегодня, — завершает свою статью Дж. Герриш. — Мы можем также достигнуть великанских духовных оплотов, со стенами, простирающимися до небес, как это было с сынами Израилевыми (Вт. 1:28), поэтому нам необходимо приготовиться к битве с этими силами и к преодолению их оплотов».

Во дни Саула, когда филистимляне пытались овладеть страной Израиля, юный Давид поразил Голиафа, одного из великанов в среде филистимлян, который сделал вызов сынам Израилевым. Впоследствии Давид и его слуги поразили еще четырех потомков рефаимов, как, кажется, последних из этого падшего племени великанов (2Цар. 21:15-22; 1Пар. 20:4-8). Пророк Исаия (26:14) возвещает, что мертвые рефаимы «не встанут», не оживут даже на Суд. Плоти человеческой они не получат, а так и останутся ничтожными, бессильными тенями. Бог не создавал этих существ и потому сурово осудил их навеки в бездну*.

 

Но продолжим нашу тему о Ное.

Древний мир развивался в духе Каина, создавая себе будущее без Бога. Падение нравов было так велико, что люди окончательно развратились и дошли до высшей точки безумства и богохульства. «И наполнилась земля злодеяниями» (Быт. 6:11). Господь вынужден был вмешаться в это бе­зумие и принял решение:

1) сократить дни человеческой жизни до максимального срока в 120 лет;

2) совершить Суд над злом и нечестием через истребление всей твари водами потопа.

Жизнь людей древности отличалась большим долголетием. К этому были благоприятные условия: здоровая среда обитания, чистая, полноценная пища, в основном, растительная; но более всего — благословение Творца. Долголетие тех, кто поклонялся Богу и кого мы называем патриархами, было фантастическим. Так, Адам прожил 930 лет, Мафусал, сын Еноха, — 969 лет. Но с тех пор, как люди отпали от Бога и извратили свои пути, Господь сократил продолжительность их жизни до 120 лет (Быт. 11:10-26), а к нашим дням она сократилась до 70-80 лет и даже менее (Пс. 89:10).

Об эпохе Ноя Библия повествует самые безрадостные слова: «И воззрел Бог на землю, — и вот, она растленна; ибо всякая плоть извратила путь свой на земле» (Быт. 6:12). Интересно заметить, что в описании движения человечества к ги­бели, Богу, в отличие от человека, потребовалось так мало слов. Картина рас­пада нравов и крушения древнего мира, в духовной атмосфере которого жил праведный Ной, была ужасающей. Грех настолько прогрессировал, овладев образом мышления, настроения и состояния общества, что Богу ничего не оставалось, как вмешаться в историю мира и положить ей конец. И эту весть Он сообщает Ною: «Конец всякой плоти пришел пред лицо Мое, ибо земля наполнилась от них злодеяниями» (Быт. 6:13).____________________

Бог, вдохновитель Писания и его гениальный Автор, открывает нам главные причины назревшей катастрофы: вторжение демонов, растление, извращение и злодеяния. Растление охватило нравственную область, извращение — социальную сторону, а злодеяния явились следствием взаимодействия первых двух.

Таким образом, растление, извращение и преступность были причиной гибели допотопного мира и предвестниками Суда над ним. Хотя на первый взгляд кажется, что Суд происходит по инициативе Бога, но фактически мир сам зреет к своему концу. Он давно уже носил в себе осуждение, еще задолго до того, как оно совершилось в водах потопа.

И все великие мировые катастрофы в своей глубочайшей сущности были не чем иным, как последствиями греховных деяний, людей, живущих без Бога. Это очень серьезная мысль, и мы должны помнить об этом, если хотим сохранить себя от Судов Божиих. Безнравственность, преступления, презрение к правам ближнего, соеди­ненные с обманом, хитростью, подлостью, низостью, насилием, грабежом и т. п., неизбежно навлекают на себя возмездие. Все начинается с внутреннего развращения человека: глобальный нравст­венный закат приводит к общественному и социальному упадку, гибели семьи, культуры, экологии, деградации и одичанию молодежи, ранней детской преступности и наконец к крушению государства и мира в целом, как и было до потопа. Так растление, развращение людей становится могильщиком чело­вечества.

Эпоха, которая извратила нравственность, затмила людское сознание и удалилась от начертанного Богом пути, недостойна существовать и сама себя обрекает на гибель. Потому и погиб первый мир и в этой гибели Бог не повинен. Он, премудрый Творец и Законодатель, любящий Отец, вложил в Свое творение нравственные законы и когда им не следуют, то этим они сами на себя навлекают осуждение.

«Те же изобретения, которые обогатили человека и сделали его могуще­ственным, уничтожат его. Та же политическая государственная власть, которая должна быть для него гарантом его будущего, создаст однажды всемирно-политические ослож­нения, которые приведут к уничтожению, к пагубной катастрофе. Если бы Бог вновь подарил человечеству рай, оно вновь попыталось бы овладеть им без праведности Божией и превратило бы его в новый ад» (Я. Крекер, «Ной и Суд над миром»).

И вот посреди такого «ада», такого всеобщего разгула страстей и насилия и погру­жения мира в злодеяния нашелся один человек из сынов Сифовых, который жил святой, победоносной верой. Этим человеком, этим героем веры был патриарх Ной, небольшой «оазис» в пустыне греха и зла. Библия так описывает его жизнь: «Ной же обрел благодать пред очами Господа. Вот житие Ноя: Ной был человек праведный и непорочный в роде своем; Ной ходил пред Богом» (Быт. 6:8-9).

Слово «Благодать» иначе еще переводится, как «благоволение Божие». В эту Благодать или благоволение входит получение света Божия — откровения о будущем мира, помазание Духа Святого, также более высокий источник сил и дар Божий действовать через помазанника для спасения мира. А слово «обрел» на древне-греческом языке означает приобретение страстно желаемой цели, того духовного состояния, которое достигается ценой боль­ших усилий, жертв, самоотречения, ценой напряженной внутренней борьбы и многолетних поисков.

Такую особую Благодать, такую Милость Господню Ной обрел за многие свои замечательные духовные качества:

* за то, что отделился от мира и жил жизнью посвящения, доверия и глу­­бокого общения с Богом, что явилось источником получения им откровений;

* за то, что ходил пред Богом в истине и хранил внутреннюю способность понимать небесный язык;

* за свою праведность и непорочность, т. е. за святую жизнь;

* за то, что беспрекословно повиновался Богу вопреки всеобщей непокорности (1Пет. 3:20);

* и еще за то, что страстно, пламенно стремился угодить Богу, достигать Бога, быть одно с Богом и водвориться у Бога.

Оттого он и был человеком праведным и непорочным, ибо только такие люди и такие работники обретают Его благоволение и достигают Его обителей. Но такое состояние не дается легко и просто там, где царит грех и где острие греха нацелено на то, чтобы погубить праведника. Ною требовалось прилагать большое мужество, большую устремленность веры, большую силу духа, непоко­ле­би­мую твердость и реши­тельность. Люди мира сего и силы зла не смогли одо­леть его, потому что с ним был Бог. Непорочность Ноя была для него броней.

Он был праведен и непорочен и пред Богом, и пред людьми. Это самая высокая оценка, какую Бог дает Своим избранникам. Непорочность — это благочестие, чистое от порока, это наивысшая степень святости и добрых качеств. Ной был чист в своем духе, душе и теле, чист в своей совести, в поступках, в отношениях с людьми, чист от всякой скверны, пятнающей внут­реннего человека. И чист он был потому, что хранил свое сердце от всяких бе­совских наваждений, от посягательств греха, бодрствовал в искушениях и не допускал в своей жизни того, что не согласно с волей Божией и противно Его Духу.

Дело, порученное Богом, Ной выполнял с трепетом и благоговением. Новый Завет, харак­теризуя веру Ноя словом «благоговея», подразумевает, что он всю свою дол­гую жизнь ходил пред лицом Бога и людей в нежном, трепетном страхе. Тот, кто имеет в своем сердце такой страх, как источник истинной премудрости, — будет надежным человеком для Бога, которому Он поручит Свои наиважнейшие дела, потому что интересы Царства Божия он делает целью и смыслом своей жизни.

Таков был Ной. И потому он получает от Господа «откровение о том, что еще не было видимо». Бог делится с ним Своими планами, открывает Свои намерения. Он сообщает Ною, что:

1) весь мир вскоре за свои беззакония погибнет в водах потопа;

2) а он, Ной, станет родоначальником обновленного мира и новой цивилизации; должен построить ковчег для спасения своей семьи и всего живого на земле.

Получив это откровение, Ной с трепетом веры приступил к строительству ковчега. Сам Бог определил размеры, форму и внутреннее устройство этого уникального корабля, в котором Ною с семьей и многочисленной животной тварью предстояло плавать по поверхности вод в течение года, пережить все бури и штормы. Библия четырежды отмечает: «И сделал Ной все; как повелел ему Бог, так он и сделал» (Быт. 6:22; 7:5,9,16).

Ной выполнил все указания, все детальные наставления Божии: он в точности реализовал проект и соорудил корабль, признанный сегодня учеными шедевром инженерного искусства и постро­енный по гениальному чертежу. Именно такой корабль в состоянии пережить всемирный потоп, длительное плавание и любые катаклизмы погоды. Построить этот гигантский плавающий корабль было актом чистой веры, поскольку Ной не знал, как наводнение покроет землю. Ведь море всегда поддерживало свои границы, и реки текли согласно своему определенному курсу. Построить его на суше, задолго до потопа, когда еще не было никаких признаков дождя, было для Ноя одним из нелегких испытаний его веры. Но он твердо стоял в своем призвании и, невзирая на трудность задачи, под водительством и охраной Божией старательно выполнял Его поручение. От точности исполнения этого поручения и верности Ноя своему Создателю зависело будущее человечества.

Вера Ноя явила чудо преданности и верности Господу. Новый Завет акцентирует наше внимание именно на этой, самой замечательной, черте его веры — беспре­кословном послушании воле Божией. Ной, видимо, не без помощи наемных рабочих выполнял этот титанический труд, тяжелый, сложный, многолетний, успеш­но руководя работами, притом с большим благоговением. Слово «благоговея» приоткрывает завесу в его внутренний мир и указывает на то, что он выполнял порученное дело с такой тщательностью, как священ­но­действие. Этот труд пре­доставил Ною универсальную возможность реализовать себя и капитально подготовить свою семью ко времени Судов, к переселению в качественно новый мир.

Итак, мы рассмотрели личность Ноя, как великого мужа веры, служителя правды, который в страхе ходил перед Богом, бережно хранил свой дух в чистоте, в свободе и чуткости к Его откровениям. Как тонко и точно улавливал он веления Божии и свято чтил Его! В этом благоговейном и доверительном повиновении, в уповании веры секрет победоносной жизни Ноя.

 

Теперь рассмотрим его как проповедника правды.

Долгие годы строя ковчег, Ной одновременно должен был объяснять своим современникам, для чего он строит его на суше и что ожидает мир. Он строит и вместе с тем свидетельствует о предстоящем грозном Суде. Из Послания Петра мы узнаем, что патриарх Ной был «проповедником правды» (2Пет. 2:5), а значит, пророком Божиим. Бог, верный Своему слову и духу любви, посылает миру пророков на всех переломах истории, чтобы спасти мир от гибели и указать ему верный путь жизни.

Быть проповедником Божиим в мире зла и нечестия, передавать Его волю относительно судеб мира — это одна из нелегких задач. Но еще труднее — в таком враждебном мире быть проповедником правды. Жизнь зачастую ставит человека в такие условия, когда приходится делать выбор, сопровождаемый смертельным риском: солгать или сказать правду? Голос рассудка, ради сохранения жизни, шепчет уклониться, пойти на компромисс, а голос совести, сам дух правды требует соблюсти истину до конца, невзирая ни на что. Как поступить?! И выбор может оказаться фатальным. О, победа в таких ситуациях достается непросто. Только глубокая вера и любовь к Богу, любовь к правде Божией и следование законам духовного мира помогает человеку устоять на высоте, не изменить слову, явить верность принципам правды даже ценой жизни.

Ной потому и назван «проповедником правды», что он нигде не покривил душой, устами, делами. В течение всего длительного срока строительства ковчега он свиде­тельствует людям правду и сам придерживается правды. Без сомнения, он терпит и насмешки, и ругательства, порой открытую ненависть и даже угрозы. Но что ему до того, раз он делает дело Божие и говорит слово Божие и за плечами его такая могучая охрана и защита — Бог со Своими воинствами! Ною нечего колебаться и незачем отступать от правого дела пророка, и он в святыне Божией совершает свой труд.

Жизнь Ноя отныне — это жизнь странника и пришельца в греховном окружении. Его терпели, но свидетельства его не принимали. Его слушали, но не понимали, а вернее, не хотели понимать. Мир наглухо закрыл двери сердца к голосу пророка, вестника приближающихся Судов. Он отверг предупреждение Господне и сочинял себе собственную правду.

Разве в этом современный мир не похож на допотопный?

Ной был очень одинок в чуждом ему окружении. Он был духовно одинок задолго до того, как вошел в спасительный ковчег. Такова участь пророков Божиих, внутренняя убежденность духа и образ жизни которых не сливаются с миром, свидетельствуют против его гордыни и кичливости, против его крайней развра­щенности. Живая, мужественная вера пророка, настроенная на голос правды и на язык вечности, должна быть для нас примером, а жизнь — образцом. Если мы тоже будем ходить пред Богом, как должно, и вести духовный образ жизни, если не станем сообразовываться с миром, с духом своего времени (Рим. 12:2), тоже будем одиноки и не поняты, как Ной, Енох, Моисей, Иона пророк. Времена с тех пор не переменились. Одиночество — жребий мужа веры, та цена, которую он платит за положение быть пророком Божиим, Его истинным последователем, глашатаем правды, за высокую задачу гражданина нового мира.

Но это одиночество — не абсолютно угнетающее, разъедающее душу чувство. Истинный пророк вознаграждается присутствием Бога, а это главное. Так и Енох, и Ной были вознаграждены постоянным соприсутствием невидимого Бога. Господь всегда был с Ноем, хранил, направлял его, руководил им, помогал, защищал. Высокая позиция пророка налагала на него чувство ответственности за порученное дело и да­ва­ла ему силы и утешение в труде, в борьбе, в жизни, поэтому он не чувствовал себя забытым и покинутым. Невзирая ни на какие трудности, Ной оставался тверд и верен служению проповедника правды и глашатая Суда Божия.

В этом и состоит тайна его победы и величие его веры. Это вера Божия дала Ною силы выстоять в непорочности до конца.

Это верой Ной получил откровение о построении ковчега для спасения своего дома из восьми душ.

Это его вера послужила ко спасению будущности мира благодаря его святому хождению и послушанию Богу.

Заметим это себе, дорогие матери и отцы, плачущие о своих сыновьях и дочерях, находящихся вне ковчега спасения, и возьмем пример с патриарха Ноя! Вам тоже звучит слово Ап. Павла: «Веруй в Господа Иисуса Христа, и спасешься ты и весь дом твой» (Деян. 16:31). Иными словами, родительская вера для детей — это Ноев ковчег; она проносит их над всеми волнениями мира и приводит в тихую пристань, к новому берегу жизни. Не все из Ноевых детей, вошедших с ним в ковчег, были достойны перешагнуть в новый мир. Но родительская вера Ноя спасала всех до единого.

Так поступает Божия вера! Она не льет напрасных слез, не скорбит в пассивности, но действует и борется. Вера — это труд Божий, а не келья безнадежности и беспросветности, где обреченный прозябает и не стремится к свету, к солнцу, к хлебу и воде. Вера активно противится злу, трудится, свято живет, благоговейно служит Богу, беспрекословно повинуется Его воле, а потому имеет святые, непре­ходящие плоды.

Отметим и еще одну важную мысль, записанную в Послании к Евреям: «Верой Ной... осудил весь мир и сделался наследником праведности по вере» (Евр. 11:7).

Как должно насторожить нас эта фраза: верой осудить весь мир! Оказывается, вера святых — та сила, которая не только спасает, вдохновляет на подвиг, но может стать строгим судьей, послужить в осуждение.

Автор одного из вдохновенных псалмов славословия говорит, что Бог поручает святым Своим производить над народами и племенами, над царями и вельможами «суд писаный». И это Его великая честь для них! (Пс. 149:5-9).

Весть о «странном» человеке, который на суше строит огромный корабль и при этом проповедует о Суде Божием, разнеслась тогда по всей земле. Народы слышали, что будет потоп, но не верили. Более того, вся человеческая раса, за исключением восьми душ, на­смеялась над Богом, когда Он предсказал такую катастрофу. Но истинное слово пророчества было произнесено Богом, затем свершилось: пришел потоп и стал частью трагической истории человечества.

Так и сегодня многие не верят, что будет Суд Божий за грешные дела людей. Современники Ноя думали, что жизнь будет идти своим чередом, мир будет процветать и прогрессировать, а они будут продолжать творить свои дела. Как же они жестоко ошиблись! Несколько поколений людей наблюдали за строительством ковчега, а Ной в это время предупреждал о готовящейся катастрофе, но шли годы, ничего не менялось, и они продолжали вести себя по-прежнему беспечно и легкомысленно. Однако несмотря на такое поведение людей, Ной совершал свой труд пророка, предупреждая о грядущем наказании. И потому его твердая вера, его убежденность, основанная на Божием откровении, его ревностная проповедь послужили миру в осуждение.

Вместе с тем Ной, проповедуя, старался и спасти мир. Бог никогда не осуждает ни одного человека на гибель, прежде не послав ему весть спасения, слово Своей любви и милости и не явив при этом великого долготерпения. Я. Крекер прав, когда говорит: «Мы вносим что-то совершенно ложное в истинный образ Бога, если в Его Судах усматриваем некоторую мысль о воздаянии Божием, подобную той, какую способен вынашивать человек в своей плотской настроенности сердца и в своих помыслах о воздаянии. Суды Божии, воспринимаемые миром, как воздаяние и наказание, сопровождаются справедливостью и праведной любовью Бога, которая не желает смерти грешника, а лишь того единственного, чтобы он жил, изменив противный Ему образ своей жизни».

Так было всегда, во все века, среди всех народов. Когда Бог решил наказать Ниневию за злые дела ее жителей, Он послал туда пророка Иону. Проповедь Ионы привела всех обитателей города к покаянию, и Божий Суд над Ниневией был отсрочен почти на двести лет.

Прежде чем наказать Содом и Гоморру и окрестные города, Господь дал время их жителям покаяться. С этой целью Он поселил туда Лота, чтобы он свидетельствовал им об истине. Он также возбудил Авраама ходатайствовать о них (Быт. 19:14; 2Пет. 2:4-8; Иуд. 1:7).

Когда древний Вавилон созрел для Суда за свои злодеяния, Бог послал туда Даниила и его сподвижников (Дан. 1-5 гл.). Недолго после них просуществовал этот город. Приговор Божий исполнился в точности (Ис. 13:17-22; Иер. 51;26,37).

И когда Вседержитель решил наказать первый мир, навести потоп на нечестивый род, то Он прежде послал Свое откровение через Ноя.

Во все века Бог посылал и продолжает посылать Своих вестников с призывом к покаянию и обращению. Эти вестники являются для мира либо во спасение, либо в осуждение (Иез. 2:3-5; Ис. 30:8-14; Мф. 11:20-24; 2Кор. 2:14-16). Для одних они — «запах живительный на жизнь», для других — «запах смертоносный на смерть» (2Пет. 2:4-9).

Так было и во дни Ноя: мир не принял его свидетельства и был обречен на смерть, а сам Ной стал «наследником праведности по вере», получил жизнь для себя и своего дома.

Поясню выражение «наследник праведности по вере». Писание пред­став­ляет нам образец получения праведности верой в лице Авраама, отца всех верующих, но о нем речь впереди. Здесь же, в лице патриарха Ноя, ве­рующим дан яркий пример того, как можно достичь праведности верой в период великого развращения и Судов на земле. В длинном ряду славных имен Ной занимает одно из первых мест. В то далекое время, когда не было еще писаного Слова Божия, не слышно было о Законе и о Благодати, он верою получил праведность Божию. Принцип получения праведности по вере или оправдания верой (Рим. 4:25; 5:1) принес на землю Иисус (Ин. 1:17). Но уже тогда, в глубине веков, за 2,5 тысячи лет, Ной верой предвосхищает этот принцип и преподает всем поколениям людей удивительный пример того, как можно верой стать святым.

Сегодня человечество стоит перед лицом новых Судов Божиих, ибо его беззакония превосходят те, что были перед потопом. В своей гордыне, высокомерии и безумии люди не внемлют предупреждению, сказанному Христом: «Но как было во дни Ноя, так будет и в пришествие Сына Человече­ского: ибо как во дни перед потопом ели, пили, женились и выходили замуж до того дня, как вошел Ной в ковчег и не думали, пока не пришел потоп и не истребил всех, — так будет и в пришествие Сына Человеческого» (Мф. 24:37-39).

«Но как было во дни Ноя...»

Во дни Ноя процветал культ демонизма и разлагал лю­дей до полного падения. А Апокалипсис Иоанна нам открывает, что перед При­шествием Христа придет на землю дух сатаны, демоны облекутся в плоть и будут совершать знамения и чудеса, разлагать всю планету. И Бог произведет над ней бес­пре­це­дентный Суд. А людям сегодня все кажется, что жизнь будет идти раз и навсегда установленным порядком; они будут есть, пить и веселиться, и не думают, и не ожидают, и не верят, что расплата уже не за горами. Суд Божий неотвратимо наступает!

Ной со своим семейством избежал Суда и явился основателем послепотопной жизни, дав миру в лице трех своих сыновей (Сима, Хама и Иафета) три генеало­гических линии человечества, которые сохранились до наших дней. Это семиты, хамиты и иафетиты (Быт. 10).

Таким образом, в лице Ноя и его семейства Бог спас будущее человече­ства.

В чем же заключалась тайна его побеждающей и все преодолевающей силы? В его хождении пред Богом и с Богом. Дух времени не повлиял на него, так как он шел путем отделения истинных сынов веры от всякого зла, как это заповедано и нам. Пример Ноя подтверждает, что можно вести святую жизнь и в греховном окружении.

 

Отметим еще и то, что Ной не потерял своей непорочности и пророческого дара пред­видения и после того, как однажды, выпив вина, опьянел и оказался в неблаговидном положении (Быт. 9:20-23). Это доказывает только одно: Адамова природа крайне испорчена (Иер. 17: 9) и несет в себе греховное начало, изменить которое не мог даже такой Суд, как потоп. Поэтому прав Новый Завет, требующий умертвить, распять плоть со страстями и похотями (Гал. 5:24; Рим. 8), т. е. греховную Адамову природу, которая сохраняет возможность падения даже в великих святых.

Богословы отмечают, что «правед­ный Ной первым насаждает виноград, и он же становится первой жертвой опьянения. Это говорит о двойственном характере цивилизации, которая таит в себе многие опасности». А кроме того, до потопа на земле был совершенно иной климат: дожди не выпадали, брожения не было, земля орошалась паром (Быт. 2:5-6). Допотопные люди не знали алкогольного вина и его пьянящей силы. Беззаконие шло по пути растления похотью плоти, гордостью житейской и демонами. А после потопа для орошения земли пошли дожди, появилась сила брожения. (Радуга на небе — не только знамение завета Творца с творением, но и следствие обильных дождей — Быт. 9:9-16).

Сок, который Ной выжал из винограда, в результате брожения приобрел силу алкогольного вина, и патриарх однажды испытал на себе его пьянящее действие. Через это испытание прошли проверку три его сына. Сим и Иафет оказались достойными продолжателями рода. Суд над миром был для них великим уроком, и они понесли дальше праведное семя. Хам же, средний сын Ноя, не извлек урока из пережитого и положил после потопа проклятое семя. Он совершил поступок, который навлек на его потомство проклятие (Вт. 7:1-6; Пс. 105:34-39).

Итак, вот три линии человечества в их историческом развитии:

* потомство Сима дало миру ветхозаветный народ Божий — Израиля и явилось носителем семени Спасителя;

* потомство Иафета стало самым распространенным на земле и дало те народы, из которых более всего образовалась Церковь Христова;

* только потомство Хама осталось навсегда проклятым — противником Бога и распространителем оккультизма, хотя беспредельная милость и любовь Создателя простерта и к ним.

Ной — великий муж веры и великий праведник Ветхого Завета. Посмотрите, какую высокую оценку дает ему Сам Бог через пророка Иезекииля (14:13-14): за свою кристальную праведность Ной поднят на один уровень с такими титанами веры, как Иов и Даниил и вместе с ними он находится в числе самых великих праведников на земле. Он и великий пророк. Благословляя своих сыновей, Ной произносит одно из выдающихся пророчеств, предвозвестивших судьбу его потомков в будущем (Быт. 9:25-27). Это показывает, что пророчество было произнесено Духом Святым и в точности испол­нилось, а Господь благословил Своего верного раба навсегда.

Размышляя о послепотопной жизни Ноя, мы вновь убеждаемся, что в этом мире духовного противостояния, где идет непрекращающаяся битва между добром и злом, рабам Божиим, носителям света и истины, всегда было очень нелегко. Они стояли на передовых позициях и принимали на себя всю тяжесть удара, все раска­ленные стрелы лукавого, подвергаясь коварнейшим искушениям. И их раны при этом свидетельствуют не об их поражении, а о великом подвиге их веры.

Облеченный в немощи плоти, человек может падать и вставать, но Бог снисходит к падающим на пути веры (Пс. 144:14) и предоставляет им (а значит, каждому из нас) много шансов, чтобы поправить свою жизнь (Мф. 18:21-22). Пусть это послужит для нас великой радостью и утешением: ранг победителей предназначен для всех, кто делает усилие над собой, падая, встает и идет к Богу снова (Ис. 53:12; Отк. 21:7).

Священное Писание показывает, что только Сын Божий в этом мире был безгрешен и неуязвим. Все же остальные люди, даже самые великие из святых, имели слабости и спотыкались. Но это нисколько не умаляет их достоинства, ибо «сокровище сие (нашу душу) мы носим в глиняных сосудах (немощном, уязвимом теле), чтобы преизбыточная сила была приписываема Богу, а не нам» (2Кор. 4:7). В исходе битвы каждого борца решающим является то, что он, несмотря на минуты тяжких искушений и тьмы, продолжает неизменно следовать за Господом, как и в дни благополучия. Бог все это видит, учитывает и потому снисходит к человеку, посылая ему благословение, помощь и защиту (Пс. 129:3-4; 1Кор. 10: 13).

Искушения праведника — для нас предупреждение, но и святость праведника — пример для подражания.

На миг представим себе, что пришлось пережить Ною, когда, выйдя со своей семьей из ковчега, он обозрел опустевшую после потопа землю. Какое опустошение и безлюдье! Как страшны Суды Твои, Господи! Ной буквально пережил то, что впоследствии духовно пережили сыны Кореевы: «Все воды Твои и волны Твои прошли надо мною» (Пс. 41:8) и что частично пережил пророк Иона: «Ты вверг меня в глубину, в сердце моря, и потоки окружили меня, все воды Твои и волны Твои проходили надо мною» (Ионы 2:4). Эти воды и волны прошли и над Ноем.

Греховный мир, погибший в водах потопа, — прообраз нашей жизни до обращения, а обновленная водами потопа земля — прообраз нашей жизни во Христе. Ноев ковчег, безопасно носившийся по поверхности вод во время катаклизма, символизирует водное крещение в христианстве (1Пет. 3:20-21), которым запечатлевается вступление в Церковь. Крещение фактически — это наше единение со Христом в Его смерти и воскресении: погружаясь в воду, мы «умираем», поднимаясь из воды, мы «воскресаем».

Ной, полностью отрезанный от прежнего мира, пережил это крещение водами духовно и физически. Зрелище, представшее его взору, могло привести даже самое храброе сердце в страх и отчаяние: все, буквально все надо было начинать сначала. Маловерному это не по плечу. Но преданный Господу патриарх прежде всего строит жертвенник и приносит на нем жертву хвалы и благодарности за избавление его и семьи от великого Суда. Жертва всесожжения, которую впоследствии приносил Израиль, означала осознание своей греховности и глубокое покаяние. Ной приносит на жертвеннике чистых животных и птиц, которых он взял в ковчег в большем количестве (Быт. 7:2). Эта жертва была, с одной стороны, актом покаяния Ноя за прежние грехи человеческого рода, безвозвратно погибшего в водах потопа, грехи, которые были причиной Суда; а с другой — изъявлением благодарности Богу за спасение, выражением полной покорности и послушания Его благой воле.

Господь принял жертву Ноя, как «приятное благоухание» (Быт. 8: 21), т. е. как запах удовлетворения и успокоения, что кстати соответствует и имени Ноя («Ной» по-евр. — «утешенный»; «Ное» — «отдыхать, покой или успокоение»). Ной успокоил сердце Бога, и жертва его была приятна Ему не своими физическими запахами, а выражен­ными в ней чувствами веры и смиренной покорности Господу.

Чтобы укрепить руки Ноя и его сыновей на созидательный труд, на восстановление послепотопного мира, Бог заключает с ними завет-союз. Знамением завета Он ставит радугу в знак того, что не будет «проклинать землю за человека» и «не будет более уже потопа на опустошение земли» (Быт. 8:21; 9:11). Ной, как родоначальник послепотопного человечества, получает подобное Адаму и Еве благословение и напутствие на размножение потомства, на власть над животным миром и на питание людям и животным (Быт. 9:1-7). Так Бог снова благословил человека и утвердил его владычество над миром, как это было на заре творения (Быт. 1:28-29). В лице Ноя и его семейства создавалось как бы новое творение, требовавшее и нового благос­ловения и нового завета. Ноев завет — прообраз грядущего истинного обновления твари и всей Вселенной (Ис. 65:17; Отк. 21:5).

Сила нового благословения Божия распространялась не только на самого Ноя, его сыновей и их потомство, но на все творение в целом, на все будущее человечество, обновленное и призванное к новой жизни. Как Адам и Ева начинали создавать первый, допотопный мир, так Ной и его семейство начинали созидать основы второго, послепотопного мира.

Ной — единственный из патриархов, переживших потоп. До потопа он прожил 600 лет, после потопа 350. Из них 60 лет вместе с Авраамом. Он вполне мог передать Аврааму историю древнейшего времени. «Долгая жизнь праотцов свидетельствует, что на них в какой-то мере еще почиет благословение Божие (долгая жизнь вместо бессмертия). Как полагают некоторые из отцов, долголетие способствовало лучшему сохранению религиозного предания. Впоследствии из-за возрастания греховности срок жизни человека сокращается» (Библия, Брюссель 1973, «Приложения»).

 

* * *

 

Прежде чем мы продолжим рассмотрение патриархов, я хочу привес­ти важное мнение д-ра Лоуренса Дафф-Форбса, изложенное моими словами.

Книга Бытие (в ней 50 глав) — это книга всех начал. И если бы Творец хотел, то все 50 глав были бы целиком посвящены только Его творческим деяниям. Но мы обнаруживаем удивительное: первые II глав, охватывающих  2083 года, занимает творение и первобытная история; а остальные 39 глав, охватывающих всего 286 лет, посвящены истории четырех патриархов (Авраама, Исаака, Иакова и Иосифа).

Итак, на одной стороне бесконечность творения (галактики, мета­галактики, миры, ветры, небеса, звезды, высоты, силы, стихии); на другой — четыре малюсеньких пятнышка пыли (по сравнению с необозри­мой Вселенной). Где же, по здравому смыслу, должен быть Божий акцент? Единица или Вселенная? Пятнышко или зрелище? Пыль или размеры? Мы не можем не признать, что Божий акцент падает на четыре пылинки челове­чества; не на неизмеримое превосходство творения, а на четыре чрезвычайно важных пятнышка!

Почему Бог фокусирует наше внимание на этих людях? А вот почему. Сотворенный Богом человек капитально пал. Он был благословлен, обла­годетельствован Богом, имел славу и сферу своего владычества, но все это потерял. Бог должен был сосредоточить все Свое внимание на спасении венца творения, хотя и сохранившего свою сущность, но утратившего СЛАВУ. И сделал Он это с помощью четырех пылинок, вместивших в себя гигантскую веру, имена которых Авраам, Исаак, Иаков и Иосиф. С радостью приступаем к рассмотрению их личностей.

 


 

Глава 6

 

«ВЕРОЙ АВРААМ...»tc "«ВЕРОЙ АВРААМ...»"

 

 

Верой Авраам повиновался призванию идти в страну, которую имел получить в наследие, и пошел, не зная, куда идет.

Верой обитал он на земле обетованной, как на чужой, и жил в шатрах с Исааком и Иаковом, сонаследниками того же обе­тования; ибо он ожидал города, имеющего основание, которого художник и строитель Бог».

Евр. 11:8-11

 

Авраам, как и Давид, — великая личность, рождающаяся один раз в тысячелетие. Он вместе с Давидом назван  отцом  Господа нашего Иисуса Христа — подлинного Мессии Израиля (Мф. 1:1).

Авраам — личность особенная. Он стоит на рубеже двух величайших эпох человечества: до него была эпоха старого, допотопного, мира, когда грех затопил всю землю, и только отдельные личности своей верой поднимались вверх к Богу; а после него — новый, послепотопный, мир, положивший начало развития истории спасения, которую уже никакие катаклизмы природы не в состоянии поколебать. В период этой новой эпохи не только отдельные личности, но целый народ, а затем и многие народы были вовлечены в мир веры и искупления и по вере становились наследниками Божиими.

Жизнь веры Авраама положила начало ветхозаветному Евангелию, той творческой и избавляющей вести Божией, посредством которой возник народ, являющийся ветхозаветной Церковью. Поэтому Авраам и назван в Священном Писании «отцом многих народов», ветхозаветных и новозаветных верующих.

Начиная с 11 главы книги Бытия, где приведено родословие Сима, сына Ноева, Библия «...показывает на примере нескольких людей, что происходит в мире, когда Всевышний руководит событиями и люди исполняют Его волю: обнаруживается единство и смысл истории. Пример жизни Авраама показывает, что верить — значит не только допускать бытие Божие, но и проявлять абсолютное доверие к Богу и данным Им обещаниям и неуклонно исполнять Его заповеди. Когда Бог дает человеку обетование, предметом веры становится нерушимость слова Божия. Вера должна расти и крепнуть в испытаниях. Если человек преодолевает их, он приобретает опыт жизни в вере и его знание Бога углубляется: Авраам становится другом Божиим; Бог открывает ему Свой замысел о нем и о грешных городах; благодаря вере Авраама совершается чудо, т. е. преодолевается закон падшего бытия: его бесплодная жена рождает сына» (Библия, Брюссель 1973, «Приложения»).

Интересно, что личной жизни Авраама, который прожил 175 лет, в Священном Писании отведено около 14 глав, а весь допотопный период истории чело­вечества, составляющий почти 2000 лет, начиная от Адама и кончая Ноем, изложен только в одиннадцати главах. «Трудно ухватить грандиозность и размеры, спрессованные в эти первые одиннадцать глав. Нигде в литературе так много не описано таким небольшим количеством слов, а все необходимое здесь присутствует. Последующие тринадцать глав концентрируются вокруг жизни одного человека» (Д.Х. Хантинг).

Но и в Новом Навете в Евр. 11:8-19 об Аврааме сказано больше, чем о других героях веры. Это объясняется тем, что в лице Авраама Бог начал осуще­ствление Своих глобальных духовных задач и высочайших спасительных целей и заключил с ним качественно новый завет — завет веры. В лице Авраама Он представил родоначальника, основателя того народа, через который явил миру новые великие откровения и начал созидание дома Божия. Израиль таким образом является всецело волеизъявлением и делом Творца, т. е. возник исключительно властью Бога и посредством откровения Бога. И в этом Авраам, как сосуд Божий и муж веры, сыграл величайшую роль. Его живая, искренняя вера служит бесподобным примером для святых всех времен.

Что же сделало Авраама великим мужем веры, носителем откровения Божия и патриархом избранного народа?

Автор Послания к Евреям в 11 главе отмечает три основных фактора:
1) призвание Божие, 2) повиновение Авраама и 3) исключительно высокий дух его веры и благочестия. Его духовные изыскания или жизнь веры выражены в четырех основных словах: «Верой... повиновался, ...пошел» (ст. 8), «...обитал...» (ст. 9) «...принес в жертву...» (ст. 17).

Когда призыв Божий достиг Авраама, он не был еще ни праведным в том понимании, какое мы сегодня вкладываем в это слово, ни патриархом, ни выдаю­щимся человеком. Он просто был преисполнен глубоких раздумий и невыразимых душевных страданий от господствовавшего в то время идолопоклонства и нрав­ственного падения людей из его окружения; и его отец был идолопоклонником. Истек не такой уж большой срок после потопа, как демоны, губители творения Божия, вновь принялись за старое и начали разлагать людей. Для Бога, Чье сердце скорбело о новом падении Его творения, этого было достаточно, чтобы призвать Авраама на путь высокой веры и высокого служения. Так из простого, ничем не примечательного человека, сына Фарры, потомка Сима, Авраам, десятое поколение от Ноя, стал избранником Божиим, служителем высочайшего посвящения. И даже более: он стал отцом Мессии, верой поднявшись на недосягаемую высоту и воссев на престоле Христа, Сына Божия в Небесном Царстве (Мф. 8:11).

В Послании к Евреям (11:8) читаем: «Верой Авраам повиновался призванию идти в страну, которую имел получить в наследие...»

Жизнь Авраама, несомненно, изобиловала большим количеством событий, чем те, что открыты нам в Библии. Писание «мыслит эпохами». Оно не дает всех деталей и не является летописью жизни. Бог считает нужным открыть нам лишь то, что имеет отношение к Его планам и к роли помазанника в реализации этих планов, а также к прогрессу его веры. Ап. Павел говорит, что движущим стимулом жизни Авраама были не личные цели и интересы, не достижение собст­венных престижных планов или задач, но единственно призвание и избрание Божие. Откровение Бога предрешило все, и в этом тайна повиновения Авраама. Его слово, Его повеление, Его Дух подняли в Аврааме силу, которая скрывается в каждом человеке и которая, вдохновившись высоким Идеалом, может достигать запредельного мира. Эта сила — вера Божия. Она способна переставлять горы, сокрушать царства, двигать мирами. Так однажды она изменила жизнь целого рода, возглавляемого Фаррой.

Семейство Фарры и Авраама проживало тогда в Уре халдейском, в Месопотамии (Деян. 7:2). Город Ур был расположен в низовьях реки Евфрат, вблизи впадения ее в Персидский залив. Это не так далеко от того места, где до потопа обитали наши прародители Адам и Ева. Но место их обитания и следы Едемского сада были смыты с лица земли водами потопа.

В 1923-29 гг. англо-американская научная экспедиция при раскопках в Месопо­тамии обнаружила развалины Ура, о котором неоднократно упоминает Библия (Быт. 11:31; 15:7; Неем. 9:7). Вот что стало известно из отчетов этой экспедиции: «Ни в одном из других городов Месопотамии не было обнаружено таких больших, а главное, комфортабельных домов, как в Уре. Даже вавилонские дома в сравнении с ними кажутся скромными. Достаточно сказать, что там были дома в несколько этажей с 13-14-ю комнатами в каждом. Там же имелись бассейны и лестницы, сооруженные из кирпичей, а под лестницами — тщательно замаски­рованные туалеты с канализацией. Обнаружено огромное количество черепков глиняной посуды и множество предметов домашнего обихода. Были найдены научные таблицы, сделанные из неразрушаемой обожженной глины, с математическими формулами, с извлечением квадратных и кубических корней и т. п.

Кроме таблиц религиозного содержания (с гимнами богам и богослужебными формулами), обнаружено множество таблиц, содержащих историю городских построек, таблиц исторического характера, дипломатического содержания, словари и учебники других языков, большей частью нам совершенно неизвестных. Все это свидетельствует о высокоразвитой цивилизации в Уре... «Если Авраам вышел из Ура халдейского, — говорит д-р Вульян, то это означает, что он родился и жил там, а поэтому он вовсе не был кочевником, пастухом овец, которым его представляли себе прежде» (Я. Левен, «Сеется семя», изд. «Евангельская вера», 1989, ч. 2, с. 174-175).

А вот что пишет М. Хорлокк: «Ур означает «свет». Самый большой храм в Уре был известен как «дом великого света» и его главным божеством был Наннар, бог луны. Но для Авраама «Бог славы» (Деян. 7:2) полностью затмил блеск и великолепие Ура, его храм и божество. В ответ на призыв Бога Авраам сменил свою виллу в Уре на шатер из козлиной шерсти, а величественный храм Наннара — на простой жертвенник Богу... Авраам не хотел больше иметь дела ни с Уром, ни с Наннаром (Быт. 24:6). Он искал лучший город (Евр. 11:10,16)» («День за днем с Ветхим Заветом» под ред. К. Хоккинга и М. Хорлокка, ХБИФ, 1998).

 

Авраам родился за две тысячи лет до Р.Х. Как прошло его детство и юность, нам не известно, но среди потомков Ноя по линии его первого сына Сима хранилось истинное богопочитание, хотя и они уже уклонились в идолопоклонство (И.Нав. 24:15). Авраам же твердо хранил себя в вере в единого Бога Творца. И когда Господу понадобилось произвести особый народ, преподать ему законы и уставы, чтобы он был светочем на земле для остальных народов, Он усмотрел в Аврааме родоначальника этого народа. Неемия в своей молитве (9:7-8) вспоминает об этом призвании: «Ты Сам, Господи Боже, избрал Аврама, и вывел его из Ура халдейского, и дал ему имя Авраама, и нашел сердце его верным пред Тобою, и заключил с ним завет, чтобы дать семени его землю... И Ты исполнил слово Свое; потому что Ты праведен».

«...Нашел сердце его верным...»

Не Ламеха с его боевой песнью Бог призвал в родоначальники избранного народа; не Нимрода, могучего князя среди своих братьев, обладавшего особыми дарованиями сплотить вокруг себя силы более слабых, возвыситься и утвердить личную власть и влияние; и не Фарру, отца Авраама, в семени которого обитал священный остаток наследия Божия, но который был все же человеком половинчатого характера, но призвал Авраама с его чутким духом и послушанием через веру. Бог «нашел сердце его верным». Господь смотрит на сердце (1Цар. 16:7; Вт. 10:17)! В этом проявляется Его свободный выбор, Его независимость от земных понятий и мировоззрений и Его расположение к смиренным: предпочтение отдается тому, кто смирен духом и верен Богу сердцем своим (Ис. 66:1-2).

Я. Крекер пишет, что Бог избрал Авраама «в период блеска Ура халдейского и повелел ему оставить священные гробы своих предков, поля своей родины и наследие своих отцов» и идти в неведомую страну, которую Он ему укажет. Бог в то время не назвал страну; Он также не обнаружил Своего намерения отдать ее ему. Но позже, в различные времена, Бог говорил Аврааму, что Он отдаст землю ему и его семени, его потомкам, навечно, и каждый раз Он делал дополнение к прежним обещаниям.

«И сказал Господь Авраму: пойди из земли твоей, от родства твоего
и из дома отца твоего, в землю, которую Я укажу тебе»
(Быт. 12:1).

В трех вещах повелевает ему Господь сделать решительный и бескомпромиссный разрыв и отделиться от того, что так крепко связывает узами любого человека, вступившего на путь веры: 1) выйти из земли своей, 2) от родства своего и 3) из дома отца своего.

Такого основательного, как внутреннего, так и внешнего, разрыва со своей средой, прежней греховной жизнью требовало призвание Божие. По­священие всегда требует от посвящаемого полной отдачи себя призванному делу и полного освобождения человека от тормозящего его прошлого.

Те же требования соблюдены и в Новом Завете. Иисус сказал: «...если кто хочет идти за Мною, отвергнись себя и возьми крест свой и следуй за Мною» (Мф. 16:24). В другом месте Он говорит: «Если кто приходит ко Мне и не возненавидит отца своего и матери, и жены и детей, и братьев и сестер, а притом и самой жизни своей, тот не может быть Моим учеником» (Лук. 14:26). «Возненавидеть» — значит отвергнуть себя и не возлюбить родных больше, чем Бога (Мф. 10:37).

Что означали для Авраама такой разрыв, такое расставание с родиной и такое строгое повеление Божие, может понять только тот, кто хоть немного знаком с историей древнего мира и древнего Востока. Хельмут Фрей в своей книге сообщает, что во дни Авраама люди были намного сильнее привязаны к своей родине и своим родственникам. Само слово «родина», «родной очаг» охватывало экономические, социальные и религиозные интересы, словом, все то, что составляло опору и даже смысл жизни. Поэтому расставание с родиной и могучим родовым племенем, под управлением и покровом которого жили древние, означало потерю не только устроенности и комфорта, но опоры и защиты. Это было равносильно крушению жизни. Древний человек опасался отправляться на чужбину один. Для тех времен, полных идолопоклонства, темных суеверий, беззаконий, разбоя, бездорожья, это было сопряжено с большим риском и опасностями.

Отважиться самостоятельно предпринять подобное путешествие мог лишь тот, кто имел большое мужество и покровительство всемогущего Бога. Авраам решился идти в далекий путь благодаря откровению от Бога, которое он принял верой и проявил большое послушание. В лице Бога он имел надежный покров, убежище и защиту, охрану и водительство, поэтому безбоязненно оставляет Ур и пускается в странствие. Библия констатирует с предельной краткостью: «...и пошел, не зная, куда идет».

Господь до времени, видимо, скрывал конечную цель его путешествия, но само направление пути Он ему так или иначе открыл. Нам известно, что от Ура до Харрана, где произошла непредвиденная, временная остановка, — 1100 км; от Харрана до Сихема в Ханаане — 750, от Сихема до Хеврона (места, в которых кочевал Авраам со своими стадами) — 100 км. Но его, человека мужественной, преданной веры, не пугают эти длинные расстояния, потому что Бог сопровождает его в пути и проявляет о нем попечение.

При этом отметим две весьма существенных особенности, касающихся переселения Авраама:

Во-первых, он был уже немолод, когда Господь призвал его: ему исполнилось 75 лет (Быт. 12:4), и лучшая половина его жизни истекла. В таком возрасте отважиться на путешествие — это подвиг. К тому же Авраам был обременен большим имуществом, нажитым в Уре, и множеством слуг. Кроме того, его связывали с родовым племенем глубокие, сердечные привя­занности. Он от природы был человеком благородной, созерцательной натуры, а таким людям всегда нелегко дается практическая сторона любого предприятия. Зато он имел живую, претворяющуюся в дело веру, которая проявляется и живет откровением и научает других этому откровению.

«И пошел Авраам, как сказал ему Бог» (Быт. 12:4).

Фраза «как сказал ему Бог» указывают на то, что Авраам, повинуясь воле Божией, оставляет знакомую страну, любимое семейство, уютный дом, наверно, часть имущества и без колебаний отправляется в путь по неизведанному маршруту, ведомый невидимым Богом. Вера, пробужденная в его сердце, дает ему силы на преодоление любых трудностей, тягот и препятствий на пути в его обильной испытаниями жизни. Фактически Бог заключил с Авраамом завет, который богословы считают безусловным (т. е. не содержащим каких-либо условий или не оговоренным условиями типа «если»). Содержание завета покоится на добровольности призываемого и стимулируется данными в нем безоговорочными обещаниями. Бог позвал Авраама и дал ему семь обетований. Здесь я их только перечислю, а в конце главы рассказом Кеннета Л. Паркера удостоверю их исполнение.

«И сказал Господь Авраму: «Пойди из земли твоей... 1) и Я произведу от тебя великий народ, 2) и благословлю тебя, 3) и возвеличу имя твое; 4) и будешь ты в благословение. 5) Я благословлю благословляющих тебя, 6) и злословящих тебя прокляну; 7) и благословятся в тебе все племена земные» (Быт. 12:1-3).

Такова сущность завета, в котором отражены совершенства обетований Божиих. Это семикратное обещание милости, а милость всегда совершенна и Божии обетования всегда совершенны. В этом завете ясно видно, что все обетования благословения напрямую связаны с послушанием Авраама главному повелению: «Пойди...»; это и есть условие ко всем обетованиям, которые постепенно, с течением времени дополнялись Богом, обещавшим: «И Я произведу и благословлю...» Говоря иными словами, завет с Авраамом в действительности это завет с условиями, но условиями, покоящимися на изъявлении воли патриарха подчиниться призыву оставить страну, родственников и отеческий дом.

Однако завет с Авраамом радикально отличается, например, от завета с Моисеем, где были поставлены более жесткие условия: «если вы.., то Я...» Завет же с Авраамом был основан сугубо на милости и послушании человека: послушание давало начало исполнению завета, сам же завет был безоговорочным. «Пойди из...» было милостивым призывом, повелением, которому Авраам доброохотно подчинился, но не условием завета.

Завет предусматривал тройное отделение или тройную разлуку: со страной, с родственниками и родным домом, и Авраам последовал за призывом и велением Бога. Это было полное отделение от обычных восприятий и полное посвящение (как считал Бог) лучшей стране, которую Он покажет тому, чьи глаза Он открыл Своей милостью. Мы видим акт Его милости в факте обещания Аврааму. Не было повеления, что ему надлежит сделать. Это был безоговорочный призыв и обещание милости. Все это касалось того, что Бог будет делать, и ничего о том, что Авраам должен делать.

Таковы главные мысли относительно завета Бога с Авраамом.

Второй вопрос, касающийся переселения (о чем мы выше говорили), — это то, что Авраам отп­равлялся в путь не наверняка, как это обычно бывает сегодня у людей, планирующих свой переезд. Он действительно «пошел, не зная, куда идет». Хотя Бог и руководил его жизнью, сам он в точности не знал, где он найдет свое пристанище. Он не знал ни той страны, ни земли, ни народа, ни их языка. Не знал, что его там ожидает. Он не посылал туда ходоков или соглядатаев, чтобы заранее рассмотреть землю, а потом уже идти. Он всецело положился на волю Божию, доверился Его водительству и пустился в путь, как в море корабль или, как некоторые сказали бы сегодня, «вслепую». Руководствуясь исключительно верой и обетованием Божиим, он решается на верблюдах пересечь тысячи километров через горы, долины и реки, чрез зыбучие пустыни и пески.

Конечно, это подвиг веры, лишенной всякого страха и колебания, по­то­му что ее Вождь и Наставник — Небесный Бог, Который обещал сопро­вож­дать его и дал ему великие обетования. Это означало для него полную га­рантию успеха предпринимаемого дела, и Авраам идет вперед со спокой­ным упованием, возлагая всю ответственность на Бога, ибо знает, что «верен Обещавший» (Евр. 10:23). Вера знает, что начавший в нас доброе дело доведет его до конца и до полного совершенства (Фил. 1:6). Вера праведных не по­сты­жает (Ис. 28:16; 1Пет. 2:6), ибо в центре этой веры — благослов­ляющий Бог.

Бог учел все те великие жертвы, которые Авраам совершил во имя Его, и обещал восполнить их непреходящим благословением. Правда, все Его обетования были делом будущего и исполнились не при жизни патриарха. Однако для мужа веры, которого озарил свет вечности, эти ­обетования — дос­та­точное основание, чтобы на нем созидать «дом духовный, священство святое» для себя, своей семьи, своего народа и всех народов земли. Взирая на это будущее глазами веры, Авраам смело шел, «не зная, куда идет».

По примеру Авраама все последующие поколения верующих в послушании Богу с верой вышли из земного отечества и идут в небесную страну, которую «имеют получить в наследие» и которую, как Авраам, не видели и не знают, в которую идут, «не зная, куда идут». Авраам хотя и не знал, куда идет, но Господь был с ним, и он пришел туда. Так и мы, идущие в небесный Ханаан, дойдем туда обязательно, если «будем твердо держаться исповедания нашего» (Евр. 4:14; 10:23).

 

Послание к Евреям обращает наше внимание на ту сторону веры Авраама, которая ярче всего проявилась в его послушании Богу, за что он назван великим праведником и отцом всех верующих (Рим. 4:11,16-17). В своем послушании он поднялся так высоко, что предвосхитил послушание Сына Божия Своему Небесному Отцу. Такая покорность Богу возможна только там, где человек любит Его всем сердцем и всей душой. А Авраам именно так любил Господа и умел повиноваться Ему, потому и стал великим мужем веры и послушания. Послушание Богу — главное условие победоносной духовной жизни. Только при полном подчинении себя воле Божией человек становится в состоянии выполнить все задачи, научается по-настоящему веровать и верой совершать все дела.

 

Но великие мужи веры проходили и великую школу воспитания: Бог подвергал их веру и послушание проверке, испытанию, очищению, освящению. Тем самым Он усовершал их.

Авраам, как и всякий человек, имел тоже свои слабости, был подвержен колебаниям и искушениям в вере. Это видно хотя бы из того, как он, долго не получая обещанного наследника, внял совету Сарры и вошел к ее служанке. Господь терпеливо воспитывал патриарха в вере, начав Свое преобразование его жизни не с изменения окружающей среды и внешних обстоятельств и обычаев, а с внутреннего, духовного человека. Вера затем преоб­ра­зовала его жизнь.

Таким же путем Бог проводит всех Своих детей и сегодня. Так Он подготавливал Авраама к великой миссии — стать отцом множества народов по вере (Быт. 17:5). Он поддавался воспитанию, усваивал уроки Божии и возрастал от веры в веру, переходил от откровения к откровению, от познания к познанию, от обетования к обетованию, т. е. поднимался по ступеням духовной жизни все выше и выше.

Нет возможности подробно проследить весь сложный духовный путь жиз­ни патриарха, да это и не входит в мои намерения, так как на эту тему написаны монументальные труды другими авторами. Здесь остановимся только на отдельных моментах его жизни, имеющих отношение к вере, к становлению личности в вере и способности употреблять веру в дело.

 

 

1. Авраам и его взаимоотношениЯ с родственниками tc "1. Авраам и его взаимоотношениЯ с родственниками "

(Быт. 11:31-32; Деян. 7:2-4)tc "(Быт. 11\:31-32; Деян. 7\:2-4)"

 

Когда речь заходит о наших родных и близких, то истинная вера всегда избирает Бога и Его волю, а родных и близких отодвигает на второй план. Прошли тысячелетия, а проблемы не изменились до наших дней. И вот как их регулирует Священное Писание.

Мы должны горячо любить и почитать отца и мать, давших нам жизнь, уметь слушаться их с детства, любить своих собственных детей и заботиться об их духовном и материальном благополучии, приводить их к Богу. Но эта любовь не должна заслонять Господа и Его призвание, не должна стоять преградой между нами и Богом (Лук. 9:59-62). Вот почему Иисус сказал: «Кто возлюбит отца или мать.., сына или дочь более, нежели Меня, недостоин Меня» (Мф. 10:37).

Этот вопрос не менее остро стоял и у Авраама. Когда Бог повелел ему оставить Ур, родственников и дом отца и идти в землю, которую Он ему укажет, то за Авраамом последовал и его отец Фарра, который находился под влиянием при­звания Авраама. Кроме того, его, возможно, привлекала и материальная сторона этого переселения: на новом месте основать скотоводство, развить выгодную торговлю или что-то другое в этом роде. Но более всего здесь ведущую роль сыграли отцовские чувства: он хотел сопутствовать сыну, чтобы оберегать его в опасном путешествии. Аврааму пришлось уступить желаниям отца и взять его с собой. Фарра выходил из Ура со своей семьей и слугами, со всем своим имущест­вом, с караванами мелкого и крупного скота. Процессия была довольно солид­ной.

Они дошли до Харрана в северо-западной Месопотамии и там остановились. Надо полагать, что остановка в Харране была продолжительной, так как Авраам успел приобрести там большое имение и рабов (Быт. 12:5).

Без сомнения, родственники Авраама служили для него помехой в выполнении той миссии, к которой он был призван Богом, и он это понимал. Но из сыновней любви и почтительности, из снисхождения к ним Авраам не остановил их в твердом намерении следовать за ним. Потребовалось вмешательство Самого Бога, чтобы освободить его от тормозящих попутчиков. «По смерти отца его переселил его Бог в сию землю», — поясняет Стефан Синедриону (Деян. 7:4). Только после смерти Фарры стало возможным продолжать переселение Авраама в Ханаан.

Впоследствии Харран послужил для Авраама помощью в выполнении его миссии: оттуда он брал жену своему сыну; и внук его Иаков тоже взял жен из дочерей Лавана. Это был великий промысел Божий: именно из дома и рода Фарры, знавшего единого истинного Бога, создать особый народ, хранящий истинное богопочитание, и потому отбор производился тщательнейшим образом и из одного рода.

Из Харрана Авраам пришел в ханаанскую землю (Быт. 12:5). Это была в те времена плодородная палестинская страна, где обитали потомки Ханаана. На севере ей служили границей ливанские горы, на юге — аравийские степи, с востока — сирийская пустыня и с запада — Средиземное море. «Окруженная таким образом горами, степями и морями, эта страна, предназначенная в наследие избранному народу, больше, чем любая другая, была благоприятна для воспитания его вдали от языческого влияния. С другой стороны, находясь в средоточии известного тогда мира, на пересечении трех континентов: Европы, Азии и Африки, эта страна представляла удобнейшее положение для распространения повсюду евангельской проповеди», — запишет впоследствии Виссарион (Библия Лопухина, т. 1, с. 87).

Выходя из Харрана, Авраам берет с собой и Лота. Этот поступок — тоже один из штрихов его характера и взаимоотношения с родственниками. Он берет его из великодушия, но не по воле Божией, о чем будет сказано далее. По великодушию он уступает ему лучшую землю для пастбищ, чтобы избежать ссор (Быт. 13:9). В этом поступке Авраама отражена неувядающая красота возвышенного образа веры человека Божия.

Истинная вера — это доверие. Она предоставляет Богу право выбора наследия для нас, поручая Ему и заботу ввести нас в это наследие. И хотя ей не известно, где пройдут ее межи, она не страшится, потому что выбор делает ее заботливый Пастырь. Для веры они всегда прекрасны, ибо Бог провел их там (Пс. 15:5-6).

Скажем несколько слов и о Лоте.

Лот представляет собой образ плотского человека. От жизни праведника он пос­тепенно перешел к образу жизни мирского человека. В то время, как Авраам, верный своему призванию, продолжал ос­таваться кочевником и жить особняком в западной части ханаанской земли, Лот, наоборот, вошел в дружеские связи с окружающими язычниками и поселяется в Содоме, расположенном в плодородной долине Иордана. Интересно, как Библия в Быт. 13:10-12 тремя штрихами описывает развитие событий: «...увидел...», «...избрал...», «...стал жить...» Созерцание приводит к желанию, желание вызывает действие, а действие осуществляет цель. Жители Содома «были злы и весьма грешны пред Господом». Отделившись от Авраама и самовольно, по мирским расчетам, избрав себе общую долю с грешниками, Лот тем самым исключил себя из участия в жребии Авраама со всеми вытекающими отсюда последствиями. Зато Господь Бог, явившись Аврааму после раздела его с Лотом, в котором патриарх проявил столько великодушия, бла­городства, смирения и бескорыстия, в награду за это и в утешение повторяет ему Свое дивное обетование. Господь обещает, что вся эта земля, где он теперь скитается, как странник и пришелец, не имея в ней «наследства ни на стопу ноги» (Деян. 7:5), со временем будет принадлежать его потомству.

Это исполнилось уже после его смерти через Иисуса Навина, который мечом завоевал эту землю и ввел туда колена Израилевы.

Итак, расставшись с Лотом, утешенный и ободренный патриарх не пе­рестает заботиться о нем, защищать его, выручать его из бед (Быт. 14:11-16). Нравственно связанный с ним одной судьбой и родственными узами, Авра­ам не перестает ходатай­ст­вовать за него перед Богом и вымаливает его жизнь, когда три странника (в них предвозвещена тайна пресвятой Троицы) пришли совершить Cуд над Содомом и Гоморрой. Участь этих городов была определена особо тяжкими нравст­венными и религиозными извращениями их жителей (Быт. 18:16-33; 19:4-5,24-29).

Авраам и Лот всю последующую жизнь жили обособлено друг от друга. Этого требовало призвание Авраама, которому Бог сказал: «Отделись!», и он отделился, от­делился не сразу, но постепенно, спокойно, с достоинством, тактом и деликатностью. С самого начала и до конца он был человеком «отделившимся» — от своей родины и своей среды, затем от Фарры, Нахора и, наконец, от Лота и жителей той земли, где кочевал со своими стадами. Он вообще жил обособленной жизнью от людей мира сего, потому что этого требовало служение пророка. Жил обособленно, но в мире, духом веры возносясь над миром и паря на крыльях молитвы.

Все это свидетельствует о том, что  самым верным и действенным сред­ством слу­жения миру является отделение от него  — от его греховных обыча­ев, традиций, устоев, мировоззрений, идеологий и т. п. Отделение от мира — это принцип Божий (1Ин. 2:15-17; 2Кор. 6:17-18), потому что это отделение от зла во всех его много­образных формах. Такое отделение служит некой дистанцией от зла, неким пьедес­талом, с возвышенности которого пророк свидетельствует миру Истину Божию. Поэтому и Авраам, истинный сын веры, отделился от мира, от его язычества и хранил верность принципам Божиим. Но будем помнить, что наша отделенность должна быть отделен­ностью веры.

 

 

2. Авраам и ЯзыЧеское окружение
(Быт. 12:10-20; 14; 20; 23)tc "2. Авраам и ЯзыЧеское окружение
(Быт. 12\:10-20; 14; 20; 23)"

 

Вера, по усмотрению Божию, подвергается испытанию и через это достигает духовной зрелости. Так, вера Авраама подверглась испытанию через жителей той земли, где он поселился и много странствовал. Там царил закон силы — распри, войны, убийства, жестокость, безнравственность. Авраам знал, что Ханаан передан Богом ему и его потомству в вечное владение и что семь народов, населяющих его (хеттеи, гергесеи, аморреи, хананеи, ферезеи, евеи и иевуссеи, Вт. 7:1), развратились и определены к истреблению. Бог открыл ему, что это произойдет не ранее, чем через четыреста лет, когда мера их беззаконий наполнится (Быт. 15:13:16). А пока ему предстояло странствовать по Земле Обетованной, как по чужой. Только в четвертом поколении его потомки овладели Ханааном.

Сам же Авраам никогда не посягал на захват земли силой и ожидал часа Божия. Библия приводит единственный случай, когда ему пришлось вооружить своих людей и выступить против царей, захвативших в плен его племянника. Но этот случай — пример не воинственности Авраама, а его благородного мужества и храброй, дерзновенной веры, возревновавшей о своем родственнике.

В 14 главе Бытия рассказано, как могущественный царь Елама Кедорлаомер, агрессор и поработитель, возглавив коалицию из четырех объединившихся с ним царей, совершил военный поход на Палестину. Его армия была настолько сильной и хорошо вооруженной, что сумела поразить три племени великанов (рефаимов, зузимов и эмимов, ст. 5), затем по пути усмирить ряд других ханаанских племен (стт. 6-7), разбить содомского царя с его четырьмя союзниками и захватить в плен Лота (стт. 8-12). Это были грозные, устрашающие враги. Однако Авраам с горсткой своих рабов во имя Господа «преследовал неприятелей до Дана», пока не настиг их и, напав на них ночью, одержал над ними великую победу (стт. 13-16).

Возвращение Авраама с войны против Кедорлаомера было настоящим триумфальным шествием. Ханаанские цари встретили его, как необыкно­венного героя, отбившего у врагов (союзников Кедорлаомера) не только Лота и его имущество, но и награбленную ими добычу. Эту добычу Авраам разделил между своими друзьями-союзниками, которые хотя и не ходили с ним в погоню, но охраняли его интересы во время его вынужденного отсутствия. От своей же доли он с чувством благородного достоинства отказался наотрез, что высоко подняло его престиж в глазах хананеян.

В остальном жизнь патриарха безупречна: он являл им, грубым, развращенным язычникам, не знавшим ни Бога, ни Его нравственных законов, истинное лицо Создателя.

Три вещи в жизни Авраама поражали язычников, когда он поселился среди них.

 

Первое — это шатер и жертвенник (Быт. 12:8), который он сооружал на всяком месте, куда приходил*). Шатер свидетельствовал, что он «странник» и «пришелец» в этой земле (Быт. 23:4; Евр. 11:13), а жертвенник — что он служитель истинного Бога. В древности народы исповедовали многобожие, храмов или скиний для поклонения Богу-Творцу не имели. Они строили своим богам (идолам) капища, а еще ранее садили дубравы и священные рощи, в которых они ставили идолов — изображения языческих божеств — и совершали религиозные обряды.

Чем объясняется привязанность язычников к дубравам и рощам? Во-первых, по их верованию, души умерших часто парили над рощами, где язычники хоронили своих умерших. Поэтому они посвящали рощи и дубравы своим добрым и злым духам, т. е. своим божествам. Во-вторых, мрак и

 

___________________

*) Первое упоминание о жертвеннике мы встречаем в книге Бытия (8:20). Выйдя из ковчега, Ной со своей семьей первым делом сооружает жертвенник и приносит на нем все­сожжение Господу. С глубокой древности люди, жившие верой в единого ис­тин­ного Бога, совершали свое поклонение Ему у жертвенника. Само слово «жерт­вен­ник» (по-рус­ски алтарь, по-еврейски мизбеах) означает возвышение. В древности счи­тали: чем вы­ше от земли, тем ближе к Богу, поэтому люди и искали возвышенных мест, чтобы при­близиться к Божеству. Фактически это то место, где происходит заклание жертвенных жи­вотных для умилостивления Господа. Патриархи ставили жертвенники в знак воспоми­нания великой милости Божией, также для своих богослужений. В дальнейшем Сам Бог по­велел Моисею устроять жертвенник по образцу, показанному на горе. При этом Он ска­зал: «...на всяком месте, где Я положу память имени Моего, Я прийду к тебе, и бла­го­словлю тебя» (Исх. 20:24). В каком-то смысле жертвенник есть прообраз Голгофско­го холма, где на кресте был распят, принесен в жертву Богу невинный, истинный Агнец Божий — Господь Иисус Христос (Ин. 1:29). Новозаветным христианским жерт­венником является Сам Христос, так как через Него мы приносим наши духовные жертвы хвалы Богу (Евр. 13:15; 1Пет. 2:5). Он одновременно и жертва и жертвенник.

______________________

тень в рощах и дубравах наиболее способствовали возбуждению в людях религиозного страха и ужаса, поэтому здесь было удобнее, чем на открытых местах, совершать гнусные безнравственные обряды язычества.

Можно себе представить, какой духовный мрак царил в те времена среди этих невежественных людей, не имевших даже отдаленного представления о живом и истинном Боге. Для них божество было подобно «золоту, серебру или камню, получившему образ от искусства и вымысла человеческого» (Деян. 17:29). Часто они поклонялись деревьям, солнцу, луне, звездам и другим силам природы.

Когда Авраам поселился в Вирсавии, вблизи филистимского царя Авимелеха, он тоже насадил рощу, но в ней призвал имя Господа (Быт. 21:33). Возможно, он не хотел возбуждать сильную вражду со стороны язычников, тем более, что они посягали на его жену Сарру. Но как правило, куда бы он ни приходил и где бы ни раскидывал свои шатры, везде строил жертвенник из камней и там призывал имя Господа. Этим он отличался от жителей Ханаана. На жертвеннике он приносил в жертву Богу агнца из стад, совершал свои молитвы, вступая в общение с Богом. Для хананеян было невиданным и неслыханным, что Бог может открывать Себя, говорить с человеком, позволять познавать Себя. Их не могло не поражать то, как горячо Авраам любил своего Бога, благоговел перед Ним, служил Ему.

Так постепенно язычники знакомились с живым истинным Богом, пребывающим на небесах, Которого исповедовал Авраам.

 

Второе, что изумляло их, — это его особенное обращение со своей женой и со всеми домочадцами.

Среди диких племен древнего мира по отношению к женам не хранилось ни верности, ни чистоты, ни целомудрия, а тем более ни любви, ни уважения. Жены для мужей были, как рабыни или просто наложницы. Их имели помногу, покупали и продавали, как товар, выменивали на вещи. Об этом свидетельствует история всех государств древнего мира. В Библии тоже есть указание на этот факт: филистимский царь Герара, взявший Сарру, предложил за нее выкуп (Быт. 20). Это было тогда в обиходе, так как женщина считалась собственностью господина, и ее можно было покупать. Среди язычников господствовал культ многоженства, и женщина не могла, не имела морального права занимать равного места с мужчиной. Нетрудно представить себе, какое нравственное унижение испытывали при этом женщины!

Совершенно иначе обращался со своей женой Авраам.

Он глубоко понимал роль и назначение женщины как жены и матери, опре­деленные ей Творцом. Адам назвал Еву «жизнь» (Быт. 3:20), так как видел в ней источник непрекращающейся жизни человечества, ибо жизнь родителей про­должается в их детях. Он назвал ее не только «дающая жизнь телу», но и «дающая жизнь разуму». Она, его жена, вкладывает в своих детей духовную жизнь, так как в этом заключена истинная цель каждой настоящей матери — матери всех живущих.

Авраам глубоко понимал этот вопрос, а потому он чтил свою жену, как ту, ко­торая продолжит его род на земле, ибо это обещал Бог. Она была для него не просто супруга, разделявшая с ним ложе, но равная по своему положению «со­нас­лед­ница благодатной жизни» (1Пет. 3:7), неизменный друг, товарищ, сотрудник во всех его делах. Ей одной он хранил верность и любовь своего сердца. Вплоть до са­мой ее кончины она как жена, определенная ему Богом, была у него одна. Он при­слушивался к ее советам, считался с ее мнением, почитал ее, служил ей, заботился о ней.

Это и поражало язычников.

Сарра со своей стороны отвечала Аврааму тем же: почитала его, называла его господином (Быт. 18:12; 1Пет. 3:5-6), любила, служила, содействовала исполнению его миссии. То, что она называла его «господином», не означало, однако, ее всецелой зависимости от него, его господства над ней, нет. Это было редкое супружество двух абсолютно свободных партнеров, духовно близких людей, объединенных одной верой, одной любовью к Богу, одним служением Ему и одной целью в жизни. Их связывали вместе не просто брачные узы, но одно призвание, одно обетование Божие, в достижении которого они оба являлись Его служителями, соработниками. Сарра разделяла с Авраамом весь жертвенный подвиг веры, его проблемы, его путь. Такой союз двоих был «дивом» (Пс. 70:7) для язычников.

 

Третье, что их удивляло в Аврааме, — это его отношение к смерти.

Смерть для человека Божия — не конец, а переход в лучший мир. Оттуда ему светит надежда на радостную встречу в новой жизни. Когда Сарра умерла, Авраам рыдал по ней, совершил ей царское погребение. Хотя он и рыдал, но реагировал на смерть иначе, чем язычники: не убивался по ней, как убиваются «прочие, не имеющие надежды» (1Фес. 4:13), не делал нарезов на своем теле, не выстригал волос над глазами по умершей, как это делали хананеяне (Вт. 14:1). Он нес свою скорбь с достоинством мужа Божия и совершил погребение, как священнодействие, по определению Творца (Быт. 23:19).

Имеющий веру Божию воспринимает смерть близких без отчаяния, несет скорбь сдержанно, с величавым достоинством, скрывая свое горе в сер­дце и не выставляя его напоказ, потому что Бог — его утешение, как и для Авраама.

Такое поведение патриарха вызывало невольное восхищение и преклонение язычников перед ним. Они готовы были даже услужить ему. И когда он пожелал приобрести пещеру Махпелу для захоронения почившей, они не отказали ему. «Сыны Хета отвечали Аврааму, и сказали ему: послушай нас, господин наш; ты князь Божий посреди нас; в лучшем из наших погре­бальных мест похорони умершую твою; никто из нас не откажет тебе» (Быт. 23:6).

Ефрон хеттеянин, которому принадлежало поле с пещерой, понра­вившееся Аврааму, тронутый его благородной скорбью, предложил их как дар (Быт. 23:11). Благородство мужа веры находит благородный отклик в другой душе, даже в душе такого хитрого и расчетливого человека, как Ефрон хеттея­нин. Но предусмотрительный и мудрый Авраам, «дорожа местом погребения, как неотъемлемой соб­ствен­ностью, не соглашается принимать его как дар, но желает приобрести за деньги, т е. верным и прочным путем, после чего право его владения стано­вит­­ся для всех ясным и неоспоримым». Ав­ра­ам хотя и отказался принять безвозмездно такой щедрый подарок, но оценил поступок Ефрона и в знак благодарности дважды поклонился ему и сынам Хетовым до земли. А затем с большой учтивостью и точностью рассчитался с ним: отвесил ему за землю 400 сиклей серебра. Это была высокая цена, но Авраам проявил здесь бескорыстие и мудрость, чем покорил язычников.

Вера Божия, свободная от стяжательства, созидает чистые, святые взаимо­отношения с людьми, приобретая себе друзей «богатством неправедным» (Лук. 16:9). Авраам умел это делать так прекрасно, что заслужил к себе со стороны язычников почтительное звание «господина» и «князя Божия», могу­ще­ст­вен­ного князя среди них.

Имея святую веру, христианин достигает превосходства над людьми, если ведет богоугодный образ жизни и бескорыстно служит ближним. Такого отношения Лот не был удостоен, хотя успел породниться с содомлянами. О нем говорили с пренебрежением: «Вот пришлец, и хочет судить?» Для них он был чужак, презренный поселенец, не заслуживавший даже уважения (Быт. 19:9,14), потому что жизнь его оставляла желать лучшего.

Совершенно иначе вел себя среди окружающих Авраам. Он не подал им повода хулить его имя. Случай с Авимелехом и Саррой был его искушением, возникшим на почве собственного решения и ошибочного шага, когда он оказался в критической ситуации и попытался выбраться из нее своими силами. Бог преподал ему здесь урок, и Авраам его усвоил. Авимелеху Господь сказал: «Теперь же возврати жену мужу: ибо он пророк, и помолится о тебе, и ты будешь жив» (Быт. 20:7). Еврейский подлинник под словом « пророк» подразумевает: «неприкосновенный» (Пс. 104:15), «великий ходатай» (Вт. 34:10; Чис. 11:2;21:7).

Во всех остальных случаях Авраам был исключительно честным и праведным человеком, никогда не вступал в конфликт с людьми, не допускал сделок со своей совестью. Он предпочитал лучше потерять, чем уронить высокое достоинство пророка и мужа веры. Когда содомский царь предложил ему взять свою долю из добычи, Авраам сказал замечательные слова, служащие примером для нас: «Поднимаю руку мою к Господу, Богу всевышнему, Владыке неба и земли, что даже нитки и ремня от обуви не возьму из всего твоего, чтобы ты не сказал: «я обогатил Авраама» (Быт. 14:17-24).

Этот пример показывает, как старательно Авраам соблюдал закон непри­косновенной праведности, имеющий в духовной жизни человека очень большое значение. Бог заповедал ему: «Ходи предо Мною и будь непорочен» (Быт. 17:1), и это требование стало неотъемлемой частью его веры. Он ходил перед Богом в непорочности и святости, через что достиг подлинного могущества. Бог через веру воспитывал его, и многое из того, что тогда казалось обычным, а сегодня предо­судительным, Он устранил из его жизни. И то, как Авраам поддавался воспитанию, является образцом для нас. Это свидетельствует о том, что праведная жизнь по вере, идущая к совершенству, имеет высокую цену у Бога и великое воздаяние. Она имеет и великую силу влияния на людей.

 

 

3. Авраам и Измаил (Быт. 16 глава)tc "3. Авраам и Измаил (Быт. 16 глава)"

 

Это особая страница в жизни патриарха, затронем ее здесь очень кратко. Через рождение Измаила вера Авраама подверглась большому искушению, которое не входило в планы Божии. Трудно себе представить, какой ущерб нашей душе наносит малейшее отступление от пути полнейшего доверия Богу. Человек, уклоняющийся от избранного Богом пути, идет навстречу несравненно большим, ничем не смяг­ченным и ничем не вознагражденным страданиям, что и произошло с Авраамом в вопросе рождения наследника. Наше немощное, трепещущее сердце не выдерживает длительного ожидания. Оно ищет выхода, создает всевозможные планы, идет даже на уступки, лишь бы разрешить проблему вместо того, чтобы целиком положиться на Бога и терпеливо ожидать.

В рождении Измаила Авраам и Сарра оба проявили маловерие и недальновидность. Но к этому были и свои объективные причины.

Аврааму было уже 75 лет, когда он получил обетование о рождении наследника от Сарры (Быт. 12:4). Проходил год за годом, а Сарра не рождала. Она по-прежнему оставалась бесплодна, старела. Наступил климакс. Так прошло десять лет. «Смиренно считая себя главной виновницей неисполнения обетования Божия о потомстве и желая оказать Аврааму содействие в его получении, Сарра великодушно отка­зывается от своих прав на мужа и добровольно предлагает ему в жены свою собственную служанку Агарь, вывезенную ими из Египта, вероятно, в числе прочих даров, которыми снабдили их египтяне» (Быт. 12:16). При этом она говорит мужу: «...может быть, я буду иметь детей от нее» (Быт. 16:2). «В тексте подлинника сказано еще выразительнее и сильнее: «Чтобы мне создать мой дом от нее, опереться на нее, «усилиться через нее» (Вт. 25:9; Руф. 4:11-12)... Чрез это и сам поступок Сарры становится гораздо понятнее: очевидно, она основывает свои надежды на том обычном праве этой эпохи, в силу которого дети мужа, рожденные от служанки, считались законными его детьми и, следовательно, равно принадлежали обоим супругам, т. е. как мужу, так и жене» (Быт. 30:3)...»

Этот обычай, возможно, пришел из Месопотамии и распространился по всему древнему Востоку. Вот почему Сарра спокойно предлагает Аврааму войти к Агари. Прислушавшись к совету немощной стороны, Авраам не проявляет здесь твердости в вере и уступает уговорам.

«Аврам послушался слов Сары» (Быт. 16:2).

«Хотя в поступке Авраама и было допущено нарушение чистоты брачного союза(Быт. 2:22), но извинением для него служило, во-первых, то, что он сделал это не по собственной страсти, а из послушания жене, и во-вторых, то, что при совершении этого поступка преследовал не личные, низменные интересы, а высшие, теокра­тические цели (Мал. 2:15)» (Библия Лопухина, т. 1, с. 105-106).

Так рождается Измаил, потомки которого (арабы) впоследствии стали постоянными врагами Израиля. Он не был наследником, рожденным по вере, и Господь отверг его. Это был сын по плоти и его многочисленное потомство — плотской народ. Он родил религию ислама, всегда противоборствующую Христу и христианству.

 

Прошло еще много лет, прежде чем совершилось надлежащее духовное обновление этой четы. Жизнь воспитывала их обоих, Авраама и Сарру, а Бог готовил их стать сосудами, способными произвести особый народ. И вот когда Аврааму исполнилось 99 лет, Господь явился ему и заключил с ним завет веры на вечные времена, обещая быть Богом его и его потомства. По этому завету он получил не только новое имя, но и полностью новое сердце (Быт. 17). Его прежнее имя «Аврам» («он велик по отцу» или «высокий отец») Бог сменяет на Авраам («отец множества»). Согласно пониманию древних, имя не есть просто название данного лица — оно определяет его индивидуальность или его назначение. Переименование Авраама свидетельствует о перемене его назначения (ср. Быт. 17:5 и 35:10).

В знак завета Бог повелевает Аврааму совершить обрезание (Быт. 17:9-14) и настоятельно требует соблюдать эту заповедь. Почему?

«Пролитие крови свидетельствовало о прочности заключенного между людьми союза. У израильтян этот обряд стал знаменовать вступление в союз-завет Авраама и избранного народа с Богом, принадлежность к общине, исповедующей одну веру. В еврейском понимании кровь священна, ибо в ней жизнь: «душа тела в крови» (Лев. 17:11,14), «кровь есть душа» (Вт. 12:23). Кровь, текущая из органа, передающего жизнь, означает посвящение Богу жизни, принятой как дар. Обрезание стало «знаком», напоминающим Богу (как и радуга: Быт. 9:16-17) о Его завете, а человеку — о его принадлежности к избранному народу и вытекающих из этого обязательств. В Новом Завете обрезание заменено крещением (Деян. 15)». (Библия, Брюссель 1973, «Приложения»).

Итак, обрезание, состоявшее в отсечении крайней плоти детородного органа, символизировало собой отсечение плотских похотей и нечистых пожеланий, обрезание сердца (Вт. 10:16; Рим. 2:29). Работа Духа Святого над сердцами этой супружеской пары была успешной: они дали себя полностью «обрезать» от всего плотского и неугодного Богу. Господь переменил имя не только Авраму, но и Саре на Сарра. Это две формы имени, означающего «княгиня». Сарра будет матерью царей (Быт. 17:16).

Бог дал им обетование, что потомство их будет так многочисленно, как «песок морской и как звезды небесные». «Как песок морской» — это потомки Авраама по плоти, сыны Израилевы. «Как звезды небесные» — это потомки его по вере (Быт. 15:1-6; 22:15-18; Гал. 3:6-8,26-27), новозаветная Церковь, христиане.

До какой недосягаемой высоты поднялся Авраам: он стал отцом ветхозаветной и новозаветной Церкви! Только теперь Бог признал его готовым к рождению сына обетования. И Сарра созрела в вере так, что «не по времени возраста родила» (Евр. 11:11), о чем прочитаем в следующей главе.

Почему Бог медлил столько лет, замечательно отвечает Иоанн Златоуст: «...для того, чтобы мы узнали не только терпение и великую добродетель праведника, но и беспредельное всемогущество Божие. Когда уже изнемогла природа и стала неспо­собной к деторождению, потому что тело Авраама увяло и иссохло от старости (можно здесь добавить и Сарры), — тогда только, открывая вполне всю добродетель праведника и являя Свою силу, Бог исполняет Свои обетования» (Библия Лопухина, т. 1, с. 109).

18 глава книги Бытия рассказывает, как родился этот долгожданный и чудом зачатый сын обетования. Но когда Исаак родился, Измаилу было уже 13 лет. Патриарх и о нем проявляет свою заботу, возносит молитву Богу. Господь слышит его и обещает произвести от него многочисленный народ. Но Свой завет Он полагает только с Исааком, тем, кто родился по Его верному обещанию (Быт. 17:20-21).

Апостол Павел в Послании к Галатам (4:21-31) лучше всех разъясняет, что означает Агарь и рожденный ею сын Измаил. С точки зрения Писания, на Аврааме наглядно показана полнота веры Божией, богопочитание по духу наряду с богопочитанием по плоти, и они в вечной борьбе друг с другом.

Кроме Исаака и Измаила, у Авраама после смерти Сарры родилось еще шесть сыновей от Хеттуры. Все они были сыновьями по плоти и в Господне наследие не вошли (Быт. 25:1-6). Они явились прообразом тех верующих, которые полагают спасение не на завете веры, а на делах закона. И в том, к какой категории верующих — духовных или плотских — будут принадлежать наши дети, большую роль играет мать, ее вера, ее дух.

На протяжении веков христианство повторяло ошибку Авраама. В христианстве, как в неводе, всегда оказывались «рыбы» всякого рода. И плотских в нем всегда оказывалось больше, чем духовных. Эта закономерность будет сущест­вовать до конца времен, «до жатвы» (Мф. 13:30).

 

 

4. Авраам и Мелхиседек (Быт. 14:17-24)tc "4. Авраам и Мелхиседек (Быт. 14\:17-24)"

 

Характеристика веры Авраама будет неполной, если пройти мимо его встречи с Мелхиседеком. Эта встреча состоялась сразу после победы над Кедорлаомером и языческими царями, пленившими Лота, и имела для Авраама большое значение.

Вначале вкратце обрисуем личность Мелхиседека. Я потому отвожу ему место в моей книге, что нигде больше не встречал материала о нем.

Мелхиседек — удивительная и для многих таинственная личность в Священном Писании. О нем в Библии упоминается только три раза: Быт. 14:18-20; Пс. 109:4 и Евр. 7:1-7. Писание не открывает ни его биографии, ни происхожде­ния, ни народа, от­куда он вышел. Право быть носителем истинной веры и по­клонения Богу, Творцу неба и земли, было даровано не только по­томкам Авраама, но и представителям других народов. Таковы Иов, праведный и непорочный муж из земли Уц; Иофор, мадиамский священник; даже Валаам, сын Веоров из Месопотамии, который совратился, и ряд других, чьи имена нам не открыты. Поэтому нет ничего удивительного в том, что Мелхиседек, по происхождению не из ев­реев, был священником Бога и совершал свое служение еще до того, как ко­лено Левия было отделено для священства, передававшегося по наследству.

Комментаторы Библии Лопухина усматривают в служении Мелхиседека «уни­версальное мировое священство, служение религии первобытного от­кро­­вения, остатки которого, как звезды на темном небосклоне, продолжали еще со­храняться и среди мрака языческого суеверия и идолопоклонства» (т. 1, с. 98).

Апостол Павел в Послании к Евреям (6:20 и 7:1-10) дает исчерпывающую характеристику личности Мелхиседека, называя его «великим». Велик он потому, что был самым ярким прообразом Господа Иисуса Христа, сочетая в себе служение царя и священника. Павел объясняет, что имя «Мелхиседек» означает «царь правды», а титул «царь Салима» — «царь мира». Это имя — чисто семитического происхождения и очень близко и родственно имени «Адониседек», которое носил царь Иерусалима во дни Иисуса Навина (И.Нав. 10:1,3,5,23). Нет сомнения и в том, что Салим, в котором царствовал Мелхиседек, — это город Иерусалим. Об этом свидетельствуют древние египетские папирусы времен фараона Аменифиса IV и исторические записи Иосифа Флавия. А псалмопевец Асаф смело поет о Боге: «И было в Салиме жилище Его, пребывание Его на Сионе» (Пс. 75:3).

Одновременно Мелхиседек был и священником Бога. И ранним утром, и в тихий вечерний час столб дыма поднимался от жертвенника. Он сви­детельствовал о том, что здесь был человек, преданный Богу, постоянно находившийся в общении с Ним и молившийся за окружающий его народ.

Бог очень высоко оценил священнодействие этого царя, о чем читаем в Писании: «Клялся Господь и не раскается: ты священник вовек по чину Мелхиседека» (Пс. 109:4). Это одно из пророчеств о Христе. Апостол Павел в Евр. 7 гл. комментирует эти слова, проводя параллель между Мелхиседеком и Христом. Обычно на царя помазывали отдельно (Саул, Давид, Соломон и др.), на священника отдельно (Аарон, Елеазар, Финеес). В Мелхиседеке же это служение соединилось в одной личности, как оно соединилось и в Иисусе: Он Первосвященник и Ходатай (1Ин. 2:1-2); Он же и Царь наш, Царство Которого «не от мира сего» (1Тим. 6:15-16; Отк. 17:14; 19: 16; Ин. 18:36).

Свойства личности Христа должны были явлены миру образно, и такой символической фигурой в Писании представлен Мелхиседек. Этот загадочный царственный священник, спокойно царивший в мирном городе среди воинских бурь и неумолчной суеты своего времени, заранее, за много тысячелетий вперед представил людям ту славную жизнь, которая искони предопределена была человеку и должна была открыться миру в Иисусе Христе и именно на том самом месте, где некогда Мелхиседек жил праведной жизнью.

Царственный священник Мелхиседек — великий прообраз для верующих. Господь не только его, но и нас призвал быть «царственным священством» (1Пет. 2:9) «по чину», по подобию, по образу Иисуса Христа. Это уподобление приведет к тому, что в Царстве Христа мы будем «царями и священниками» (Отк. 1:5-6; 5: 9-10; 20:6).

Как понять слова, сказанные о Мелхиседеке: «...Без отца, без матери, без родословия» (Евр. 7:3)? Это не значит, что таинственная личность Мелхиседека на самом деле не имела ни родителей, ни начала дней, ни конца жизни. Вдохновенный автор хотел сказать, что о происхождении, о начале и конце его земных дней история хранит молчание. В Писании как слова, так и умолчания имеют свое значение. Подробности этой жизни сокрыты от нас для того, чтобы прообраз смог как можно ярче и глубже отобразить Того, Кто пребывает вовек и Чье Царство и священство не преходящи.

Таков Мелхиседек, великий прообраз Мессии, вышедший навстречу патриарху приветствовать его и поздравить с победой. Но не только поздравить, а своим служением подготовить Авраама к предстоящему искушению, которого Авраам не предвидел, но которое видел Бог и которое последовало незамедлительно. В знак гостеприимства и высокого почтения Мелхиседек «вынес хлеб и вино», два жизненно важных и главных продукта Палестины. Отцы Церкви первых столетий увидели в этом прообраз Вечери Господней. Благословение, произнесенное при этом Мелхиседеком, является двойным посланием Аврааму от Бога: во-первых, «благословен Аврам от Бога всевышнего, Владыки неба и земли», и во-вторых, «благословен Бог всевышний, Который предал врагов твоих в руки твои» (стт. 19-20). В сущности в этом благословении Аврааму было открыто, что Бог владеет небом и землей, и никакие богатства Содома Аврааму не нужны; победу над врагами даровал Бог, а потому заслуга принадлежит Богу.

Слова Мелхиседека возымели действие на Авраама. Это видно из того, как Авраам отвечает на соблазнительное предложение содомского царя, который первым повстречал его при возвращении из Дана с победой. Содомский царь здесь — прообраз сатаны, готовящий святым искушения. Авраам разгадал его умысел и, чтобы ни в чем не зависеть от Содома, решительно отверг его предложение. Влияние и помощь Мелхиседека, а в его лице Самого Бога, видны из того, что Авраам использовал в ответе характеристику Бога, данную Мелхиседеком.

Это и для нас урок. Как только мы достигаем победы в духовной жизни, навстречу нам выходят Бог и сатана. Наша задача — вовремя разгадать козни лукавого и так же решительно, как Авраам, отвергнуть их, бодрствуя непрестанно (Мф. 26:41).

Встреча с Мелхиседеком дала Аврааму многое. «Он, должно быть, сразу понял значение этой мистической личности и в равной степени загадочного места, которое он представлял, ибо Авраам дал ему дань — десятую часть добычи из его великой победы над языческими царями. Возможно, Аврааму было немного странно, что в дни, когда генеалогии были важны, у этого человека не было никакой генеалогии» (Джим Герриш). Благодаря встрече с Мелхиседеком Авраам еще более укрепился в вере, в служении Богу, в намерении выполнить Его планы, ободрился духом и еще более возжелал ходить пред Господом в чистоте. До конца своей жизни он так и остался странником на земле, ожидая получить в воздаяние «город». Интересно, что уже древним был известен небесный город (Отк. 21), к которому стремится и Новозаветная Церковь. Об этом пишет Апостол Павел в Евр. 11:13-16.

Выдающийся проповедник Англии Ф. Б. Мейер дает следующий краткий обзор жизни Авраама. Он пишет: «Аврааму, когда он вышел из Харрана, было 75 лет. Умер он в 175 лет. И все это промежуточное столетие он провел, совершая переходы с места на место, живя в легком шатре, сделанном, вероятно, из темной верблюжьей шерсти, подобно шатрам бедуинов нашего времени. Этот шатер, не имеющий основания и который можно было снять и разбить в полчаса, был очень подходящим символом, выражающим тогдашнее душевное настроение Авраама. Он жил вдали от местного населения страны, как чужой между ними. Он не участвовал в их делах, не разрешал браков между членами своей семьи и язычниками. Когда пришло время женить сына, он послал на свою родину, в Месопотамию, за невестой для него. От хананеев он не взял «даже нитки и ремня от обуви». До самой смерти жил он в шатре, и оттуда было вынесено его тело, чтобы быть похороненным рядом с прахом Сарры в пещере Махпела. Почему же это так? Отчего не поддался Авраам желанию бросить кочевую жизнь?

Ответ на это дает нам Апостол Павел: «...Ибо он ожидал города, имеющего основание, которого художник и строитель Бог» (Евр. 11:10). Так оно и есть: жизнь «в шатрах» вполне естественна для тех, чья отчизна в небесах...»

Таков славный удел великих сынов веры!

 

На этом можно было бы закончить обзор величественного образа отца всех верующих — Авраама, но нельзя избежать оценок, которые дают ему еврейские богословы, так как оценки эти весьма существенны и служат для нас предупреждающим уроком или назиданием. Вот что пишет К. А. Макнотан в своей статье «Четыре ошибки отца правоверных»:

«Можем ли мы говорить о его недостатках?

Видя, какое уникальное место занимает отец Авраам в Слове Божием, кажется, что говорить о его ошибках совершенно немыслимо. Если Бог оценивал его так высоко и дал ему уникальное место в человеческой истории; если Бог даже называл его Своим другом (2Пар. 20:7; Ис. 41:8), то кто мы такие, чтобы привлекать внимание к его ошибкам?

Писание, однако, говорит вполне откровенно о четырех его ошиб­ках, т. е. о четырех случаях, когда он ошибался, и поскольку Писание дано «в наставление нам» и «образы для нас», следовательно, мы вправе заметить эти ошибки. Слово Божие никогда не обеляет своих героев, а правдиво отмечает их неудачи. Нам, маленьким личностям, подобает ступать осторожно, так как Авраам был великим человеком. В Новом Завете нет ссылок на неудачи Авраама, все они записаны в Торе. В Новом Завете он предстает только как человек, который доверял Богу, подчинялся Ему и который был отмечен как отец всех верующих. Надеюсь, я смогу очень корректно показать здесь эти четыре ошибки отца правоверных.

Первая из них: он не оставил достаточно позади себя. Авраму был призыв оставить его страну и его родственников (Быт. 12:1). Повеление было: «Пойди... от родства твоего», но Лот, его племянник, «пошел с ним». Почему Аврам взял Лота — неизвестно. Воз­можно, бездетный Аврам думал усыновить его, чтобы помочь Богу испол­нить Его обещание произвести от него великую нацию. Как часто мы заботимся о том, как Бог собирается исполнить Свою роль в наших делах!

Нам известен финал. Лот, как и его дядя, стал процветающим и богатым в Ханаане; его пастухи ссорились с пастухами Аврама и им пришлось отде­литься. Лот разбил свои палатки возле Содома и в конце концов потерял все, кроме своей собственной жизни и жизни своих двух дочерей, когда Бог уничтожал Содом и Гоморру. От этих двух дочерей образовались две нации — моавитяне и аммонитяне, которые всегда были занозой в теле потомков Аврама. И в конце концов они стали частью арабского народа, непримиримого в своем противостоянии Израилю. Сама земля Моава и Бен-Амми в настоящее время называется (частично) Иордания.

Если бы Аврам мог предвидеть будущее и последствия того, что он взял Лота с собой в Ханаан, он, возможно, более строго подчинился бы Божию повелению: «Пойди из земли твоей, от родства твоего, из дома отца твоего...»

Вторая ошибка: он не остался достаточно долго там, где Бог поместил его.

Бог сказал: «Пойди... в землю, которую Я укажу тебе» (Быт. 12:1). И позже мы читаем, что в Ханаане «явился Господь Авраму и сказал: потомству твоему отдам Я землю сию» (Быт. 12:7). Но вскоре читаем: «И поднялся Аврам, и продолжал идти к югу. И был голод в той земле. И сошел Аврам в Египет пожить там...» (Быт. 12:9-10).

Мы можем сделать оценку его действий, если посмотрим на послед­ствия его перехода в Египет. Аврам убедил тогда Сару, чья красота была очень привлекательной, выдать себя за его сестру (она и в самом деле была его сестра по отцу, но не по матери, Быт. 20:12).

Аврам оставил страну, которая была обещана ему и его потомкам и в которую он сохранно был доставлен; он пошел в Египет, который через всю историю Аврама и его потомков доказал, что рано или поздно он будет ловушкой для них; он прибегнул к отговорке, которая была наполовину ложью. Если бы не Божие вмешательство, исход был бы пла­чевным. Ибо египтяне увидели Сару, египетская принцесса порекомендовала ее фараону и фараон присоединил Сару к своему гарему.

Господь, однако, поразил фараона и его дом тяжкими ударами, и Сара в конце концов была возвращена ее мужу, а фараон побранил Аврама за обман и проводил его. «И поднялся Аврам из Египта, сам и жена его, и все, что у него было, и Лот с ним, на юг... И продолжал он переходы свои от юга до Вефиля, до места, где прежде был шатер его...» (Быт. 13:1-3). Другими словами, после всего перенесенного в Египте он попал на то же место, откуда начал! Но что за опыт он приобрел, и только потому, что не остался достаточно долго в благословенной стране!

Третья ошибка: он не ждал достаточно долго выполнения Божиих обе­щаний. Бог уверил Аврама, что его потомки будут великой нацией. Но проходили годы и не было даже намека, что обещания свершатся. Бог даже сказал: «И сделаю потомство твое, как песок земной» (Быт. 13:16). Но Сара оставалась бесплодной, так что в конце концов Аврам пришел к мысли, что придется управляющего делать своим наследником (Быт. 15: 2-3). Но Бог отверг все эти планы: «Не будет он твоим наследником; но тот, кто произойдет из чресл твоих, будет твоим наследником» (ст. 4). Это было сказано достаточно ясно.

Между тем Сара оставалась бесплодной, и в самом деле «обыкновен­ное у женщин у Сары прекратилось» (Быт. 18:11). И это привело к следу­ющей ошибке Аврама. Сара, отчаявшись иметь детей, дала свою египет­скую служанку Агарь своему мужу, и Писание говорит нам: «Агарь родила Авраму сына; и нарек Аврам имя сыну своему... Измаил» (Быт. 16:15). Измаил, как мы знаем теперь, стал предком арабской нации, непримиримо враждебной Израилю. В этом испытании Аврам и Сара оказа­лись не на должной высоте. Ей было 75, ему — 85 лет и, если бы Аврам подождал, Измаил не родился бы и Израиль не страдал бы от враждебного племени, которое, как и евреи, прослеживает свое начало от отца Аврама!

И четвертая ошибка: он не учился на своих ошибках. Когда Бог впервые призвал Аврама, Он обещал ему: «Я благословлю благословляющих тебя, и злословящих тебя прокляну» (Быт. 12:3)— ясное заверение в постоянной защите Бога. Мы уже видели путаницу, в которую Аврам вовлек себя, когда пошел в Египет и постарался выдать Сару за свою сестру. Но вот такая же история с ним повторяется снова. Он предпринимает путешествие на юг, на этот раз в страну филистимлян, и снова договаривается с Сарой выдать себя за его сестру. В резуль­тате она была забрана филистимским царем Герара.

И вновь Бог вмешивается для ее защиты и сурово предупреждает Авимелеха во сне. Самое интересное в этом отрывке то, что невиновный Авимелех упрекает Аврама точно так же, как это сделал фараон. «Что ты с нами сделал? Чем согрешил я против тебя, что ты навел было на меня и на царство мое великий грех? Ты сделал со мною дела, каких не делают» (Быт. 20:9). Мы также замечаем иронию в упреке Саре: «Вот, я дал брату твоему...» — не мужу, а «брату» — тысячу сиклей серебра... и пред всеми ты оправдана» (Быт. 20:16).

На вопрос Авимелеха Аврам оправдывался: «Я подумал, что нет на месте сем страха Божия, и убьет меня за жену мою» — и это-то при том, что Бог определенно обещал ему Свою защиту!

Мы должны быть здесь очень осторожны. Это правда, что Аврам не должен был ошибаться точно так же, как не должны ошибаться и мы. Своего рода урок был для него достаточным, и должен быть достаточен для нас. Отец правоверных должен был доверяться Богу даже и в Гераре или вовсе не ходить туда. Также и мы должны доверяться Богу в жизни или смерти. Будем очень осторожны в своих суждениях, ибо если мы обвиняем Аврама, мы обвиняем самих себя. Лучшим будет для нас извлечь урок из его опыта» (Ж. «Виноградник», июнь 1994).

В заключение приведу статью Кеннета Д. Паркера, еврейского богослова, который замечательно отвечает, как исполнились семь обещаний, данных Аврааму. Вот что он пишет:

«Почему Бог связал Себя обещаниями? Почему Он поставил Свою репутацию на кон? Почему Он дал Аврааму четыре тысячи лет назад нес­колько безоговорочных обещаний? По мере течения столетий Бог исполь­зовал эти обещания и продолжает их использовать, чтобы продемонстри­ровать Свою специальную роль в судьбе Израиля. Вот эти семь необык­новенных обещаний, как они записаны в Быт. 12:1-3.

«И произведу от тебя великий народ».

Авраам и его потомки через Исаака и Иакова казались неподходящим материалом для создание великой Нации. Авраам сам по велению Господа пошел в страну, где он был совершенно неизвестен. Его потомки позже стали рабами в Египте, и после того, как Моисей вывел их оттуда, они восстали против его руководства. Они почти утратили свое предназначе­ние Господнего «удела из всех народов» (Исх. 19:5) из-за золотого тельца. Господь был до того разгневан, что готов был их истребить и произвести многочисленный народ от Моисея (Исх. 32:10).

Моисей ходатайствовал за них пред Богом: «Прости им грех их. А если нет, то изгладь и меня из книги Твоей, в которую Ты вписал» (Исх. 32:32). Они явили себя скорее как нация бунтовщиков, чем священников Бога, к чему они были призваны (Исх. 19:6). Соседние Халдея и Арамея, а позже Ассирия и Вавилон, казалось, больше подходили для величия, чем эта новая нация пастухов, скотоводов и рабов.

Но что мы видим в результате? Где эти грандиозные, наводившие ужас на все страны, великие империи сегодня? Египет выжил. Почему же не выжили остальные нации?

В течение веков потомки Авраама, даже больше чем Египет, демон­стрировали миру свое величие. Хотя еврейский народ и составляет лишь незначительную часть человечества, но он очень заметен на мировой арене, как ни один из народов планеты. Израиль продолжает доминиро­вать в мировой прессе и, как видим, он не только выжил, но и прогрес­сировал как Нация.

«...и благословлю тебя...»

В наше время около пяти миллионов потомков Авраама осели в стра­не Израиль. Что за благословение! Однако они окружены примерно 185 миллионами злобных врагов, чья территория занимает примерно 13 милли­онов квадратных километров — площадь большая, чем Европа.

Но Израиль, столкнувшись в прошлом со многими ситуациями типа «Давид и Голиаф», продолжает быть защищенным, сохраненным и благословленным больше, чем его соседи! Он владеет демократией; его народ хорошо образован; он в состоянии делиться своими знаниями в области науки, медицины, технологии, сельского хозяйства и образования с большим количеством других стран, часто приглашая студентов издалека, чтобы они могли извлечь пользу из капитала Израиля. Господь так бла­гословил народ, что он в состоянии разделять благословение с осталь­ным миром.

«...и возвеличу имя твое...»

Около 2,5 миллиардов людей (евреи, христиане, мусульмане), по­ловина населения земного шара, почитают Авраама сегодня, таким образом подтверждая обещание сделать его имя великим. Почему Бог дал такое обещание только ему, а не кому-либо другому? Потому, что через семя Авраама должен был придти Мессия. И что особенного в Мессии такого маленького народа? Он — «свет к просвещению язычников, слава народа твоего Израиля» (Лук. 2:32). Спасение, мир и процветание придет через Мессию Израиля. Он особый, поскольку через Него в конце концов свершится полнота благословения, когда Господь осуществит Свое великое обещание: «И будет после того, излию от Духа Моего на всякую плоть...» (Иоил. 2:28).

«...и будешь ты в благословение».

Еврейский народ благословил мир во многих областях человеческой дея­тельности. Их вклад в литературу, науку, искусство, музыку, финансы, медици­ну и технологию, к примеру, совершенно непропорциона­лен статистически их числу. Авраам, таким образом, продолжает быть благословенным путями, каких он не мог предвидеть, и это только преддверие того, что должно придти. «Вспомнят и обратятся к Господу все концы земли, и преклонятся пред Тобою все племена язычников, ибо Господне есть царство, и Он Владыка над народами» (Пс. 21:28-29). Когда это пророчество осущест­вится, Авраам будет там, чтобы засвидетельствовать его осуществление через чудо воскрешения; он сам лично будет разделять это с нами в этом окончательном событии!

Но их благословение миру важно и в духовном плане. Через Израиль пришло написанное Слово, Библия, а также живое Слово — Сам Мессия (Рим. 9:4-5).

«Я благословлю благословляющих тебя...»

Дети Авраама стали неразрывно соединены с Иерусалимом, единствен­ным городом, который Господь назвал «Мой город» (Ис. 45:13). Неудиви­тельно, что псалмопевец призывает: «Просите мира Иерусалиму: да благоденствуют любящие тебя!» (Пс. 121:6).

Особый интерес Бога к Иерусалиму относится ко времени, когда Царь-Мессия будет править в нем, о чем читаем у Исаии (2:2-3): «И будет в последние дни, гора дома Господня будет поставлена во главу гор, и возвысится над холмами, и потекут к ней все народы... Ибо от Сиона выйдет закон, и слово Господне — из Иерусалима».

Наши молитвы за Израиль и Иерусалим всегда будут уместны, и наро­ды и личности нашего поколения, помогавшие сохранить мир для Иерусали­ма, смогут убедиться, как верно Бог держал обещание их благословения.

«...и злословящих тебя прокляну...»

Народы и отдельные личности в течение тысячелетий показали, что это правда. Мы помним Ассирию, Вавилон, Персию, Грецию, Амана и недавнего Адольфа Гитлера. Когда он попытался истребить еврейский народ, проклятие Бога пало на него и его нацию. И мы можем только удивляться, что ужас истребления привел к осуществлению другого обе­щания Господа: «И гнев человеческий обратится во славу Тебе» (Пс. 75:11). Как Бог прославился через проклятие Гитлера? В 1947 году, два года спустя после окончания Второй Мировой Войны, ООН была вынуждена, возможно, с помощью немого крика шести миллионов убитых евреев, образовать государство Израиль, и евреи вернулись домой после почти двухтысячелетнего рассеяния. Аллилуйя!

«...и благословятся в тебе все племена земные».

Ни одна из мировых религий не посмела соперничать с этим заяв­лением, самым необычным и выдающимся из семи: благодаря Израилю благословятся все народы земли! Это обещание уже начало осуществлять­ся, ибо через семя Авраама, Исаака и Иакова все народы земли получили ценнейший подарок — написанное Слово Господне, а также живое Слово Мессию. И на самом деле, «все народы, Тобою сотворенные, придут и поклонятся пред Тобою, Господи» (Пс. 85:9).

Первые шесть обещаний Аврааму осуществились, и осуществились перед нашими глазами, не неясным, символическим образом, а буквально; не сразу, а постепенно, в течение четырех тысячелетий, предсказывая будущую славу и неописуемый восторг для всего человечества. «Если же падение их (Израиля) богатство миру, и оскудение их — богатство язычникам, то тем более полнота их... Ибо если отвержение их — прими­рение мира, то что будет принятие, как не жизнь из мертвых?» (Рим. 11:12-15). И поэтому мы уверены, что Господь еще осуществит все эти обещания полностью так, как они и были предсказаны! (Ж. «Виноградник», авг. 1997).

«Далеко идущие размеры этих обещаний, — пишет Дж. Х. Хантинг, другой еврейский автор, — до сих пор определяют судьбу как личностей, так и империй, согласно их отношению к потомкам Авраама. История ставит точку Божественного Суда на Аманах и Гитлерах и могилах их империй. Посмотри на Аман, который простирался от Индии до Эфиопии, или же на Третий Рейх Гитлера, который планировал управлять миром в течение тысячи лет. Только вера во всесильное могущество Вечного Бога может помочь понять величие заключительного обещания, сделанного Аврааму, что в нем благословятся все племена земные».

 

 


 

Глава 7

 

«ВЕРОЙ... САРРА...»tc "«ВЕРОЙ... САРРА...»"

 

 

Верой и сама Сарра (будучи неплодна) получила силу к приня­тию семени и не по времени возраста родила, ибо знала, что верен Обещавший. И потому от одного, и притом омертвелого, родилось так много, как много звезд на небе и как бесчислен песок на берегу морском.

Евр. 11:11-12

 

Впервые среди подвижников веры показана героическая вера женщины. Мы привыкли считать героями мужей веры и с них брать пример. Но обще­ство состоит из мужчин и женщин, и Писание открывает нам не только му­жей веры, но и жен веры, глубоко верующих и преданных Богу подвижниц.

Вообще Писание с глубокой древности представляет нам целую вереницу женщин, положительных и отрицательных, которые так или иначе влияли на ход истории Божия народа. Женские образы — это или великие святые, или падшие грешницы на пути веры. Все они в каком-то смысле прообразы Церкви, несмотря на свою положительную или отрицательную роль в жизни народа Божия. И все они выполняли ту часть общей задачи, которая соответствовала их воз­мож­нос­тям. И если мужчине было поручено покорение земли и строительство мира, то женщи­не Бог повелел посвятить себя более высокой и более духовной задаче: приме­нить плоды мужского труда для устроения семьи и воспитания граждан общества.

Ни одна цель не покорится мужчине, если он попытается достичь ее в одиночку. Любая задача будет слишком трудна для него. Чтобы ее выполнить, требуются объединенные усилия двух людей, мужчины и женщины, нужно, чтобы они работали вместе, компенсируя недостатки друг друга, гармонично дополняя один другого. Пятикнижие придает одинаково важное значение мужчине и женщине как испол­нителям Божественной воли — каждому в своей сфере деятельности. Мужчина без жены лишен цельности, в жене он ищет недостающую часть собственного существа. Вот почему написано: «...оставит человек отца своего и мать свою, и прилепится к жене своей; и будут одна плоть» (Быт. 2:24).

Таков общепринятый еврейской традицией взгляд на роль и положение муж­чины и женщины в жизни человеческого общества, где определением Гос­подним женщина наравне с мужчиной поставлена на одно из ведущих мест. Идеальным воплощением такого взгляда еврейские богословы считают суп­ру­жескую чету Авраама и Сарры, и с этим нельзя не согласиться. На роль праотцов избранного народа Бог подобрал людей с идеальным сочетанием внутренних качеств: единство духа, единство души и тела, пони­мание великих задач, всецелое посвящение им. Это равноправное и гармоничное сотруд­ни­чество на почве призвания Божия мы и находим в этой замечательной супружеской паре.

 

В предыдущей главе была дана характеристика веры Авраама.

Теперь приступим к характеристике веры Сарры.

Что за чудная женщина и что за чудный союз двоих! Сколько в нем очарования и мудрых уроков мужчинам и женщинам всех веков и народов! Дух Святой отводит Аврааму и Сарре достойное место на страницах книги жизни. И более того: Он останавливает на них наше внимание и настойчиво приглашает нас всмотреться в эти образы, взять с них пример. Рядом с Авраамом, отцом веры, другом Божиим, Он смело ставит Сарру и говорит: «Послушайте Меня, стремящиеся к правде, ищущие Господа! Посмотрите на Авраама, отца вашего, и на Сарру, родившую вас» (Ис. 51: 1-2).

Дух Святой приглашает нас посмотреть на эту единственную в своем роде пару, которая обоюдно прославила Создателя и выполнила почетную миссию рождения обещанного Им потомства. Из этой прекрасной пары Он отдельно выделяет женщину, называя ее по имени, за ее особый, личный вклад в это дело и за ее подвиг, чтобы и мы могли по достоинству оценить ее и взять с нее пример для себя: «Посмотрите на Сарру.., родившую вас!»

В этом чудном приглашении отмечено все достоинство и величие ее веры — «родившую вас!» В этом приглашении Господа потонули все недостатки, имевшие место в ее жизни и ее характере, которые так любят подмечать люди. Если Ева была матерью всего человечества, то Сарра стала матерью Израиля — избранного народа из всех народов на земле.

Слово Божие цельно, как монолит. Оно нигде, ни в чем не может быть нарушено или изменено. В нем нет ничего лишнего, непостижимого, упущенного, забытого, как в творениях людей. Дух Святой — его Автор, и этот небесный Автор счел нужным в обзорной главе Послания к Евреям, этой «песне песней веры Божией», где после вступительных слов о свойстве веры развертывается длинная цепь примеров, показывающих, что в состоянии делать вера, Он, Дух Святой, счел нужным поместить имя Сарры. Бог выделил Сарру как личность, выдающуюся своей верой, чтобы подчеркнуть то, что лично она совершила по вере.

Это единственное место, где Сарра по достоинству стоит на пьедестале необычайной духовной высоты. Эта скромная жена веры только в одном случае имела возможность выступить сама как личность. В остальных же случаях она сокрывается в своем муже, величественном Аврааме.

Посмотрим же вместе с пророком, приглашающим вглядеться в образ Сарры, и во свете Писания постараемся увидеть, чем особенным обладала эта замечательная женщина.

Мы читали уже, что Авраам, верой следуя зову Господа, простился со страной, где родился, с городом, в котором жил, со своими близкими, с кото­ры­ми был тесно связан, и отправился в путь, указанный ему Богом. Он не остановился ни перед какими препятствиями в достижении этой цели: по повелению Божию разорвал узы родства и своей родины, покинул удобства оседлой жизни, свое имущество и молчаливо, без расспросов «пошел, не зная, куда идет».

Только ли его это был путь? Один ли он повиновался в призвании Богу? Нет. Но и его жена, Сарра, верой повиновалась Богу и вместе с мужем разделила нелегкий путь от Ура до земли ханаанской. Сарра также рассталась со всем, что было ей дорого, и последовала за мужем в неизвестность, чтобы разделить с ним его одиночество, его труд, его веру и вместе с ним выполнить возложенную на них миссию.

В течение почти всей жизни Авраама, полной испытаний и благословений, Сарра была рядом с ним. Ему вряд ли удалось бы выполнить свое предназначение в мире, если бы жена не была верным спутником и товарищем в его долгих странствиях, если бы она не прониклась духом веры Божией и не разделила с ним его судьбу и его поприще. Она во всем была соответственна ему! Ореол святости, сиявший над головой Авраама, окружал сияющей диадемой и чело Сарры.

Так и шли они по жизни бок о бок, и оба несли в мир истину и свет. Когда они выходили из Харрана, Библия сообщает: «И взял Аврам с собою... всех людей, которых они имели в Харране» (Быт. 12:5). Как утверждает еврейская традиция, в этих словах содержится указание на то, что Авраам обращал в веру в единого Бога мужчин, а Сарра — женщин.

Можем быть вполне уверены, что если бы Сарра была несоответственна мужу или недостойна его, она была бы большим тормозом в его служении Богу и в выполнении той задачи, к которой он был призван. Но Сарра и как жена, и как верующая в Бога женщина была не только достойна такого мужа, но явилась незаменимой сотрудницей в его делах и беспрекословно подчинилась Богу, пойдя вслед Аврааму во всем.

Писание указывает, что «жизни Сарриной было сто двадцать семь лет». Срок жизни в общем-то немалый, если смотреть с позиций нашего времени, но и небольшой, если провести его в комфорте. Но жизнь ее полна героизма и самопожертвования: из 127 лет около 70 — скитания, жизнь в шатрах, сле­до­вание шаг за шагом за мужем в трудах, в испытаниях, томительных ожиданиях, тяготах и во множестве опасностей внутри и извне. В такой жизни нет никакой романтики, ничего привлекательного. На такую жизнь согласится лишь тот, кто движим высокой идеей и духом веры во имя Бога и того народа, который должен прийти в мир через подвиг и само­отверженный труд Авраама и Сарры.

Апостол Петр призывает жен-христианок повиноваться своим мужьям и в пример ставит Сарру, которая в своем почтении к Аврааму называла его господином (Быт. 18:12; 1Пет. 3:1-6). Это ее повиновение мужу Петр рисует, как исходящее из нетленной красоты ее внутреннего человека. Сарра была незаурядной личностью, волевой, с самостоятельным суждением, твердым характером, исправно управлявшей большим числом слуг и служанок. Она носила и соответственное своему положению имя — Сара (в подлиннике: Сарай). «Сарай — это имя важного лица, госпожи, в то время, как имя Сара... указывает на то, что эта госпожа устанавливает нормы правильного поведения. Именно в этом заключалась миссия нашей праматери Сары, а после нее — и всех матерей в нашем народе. Благодаря изначально заложенной в них нравственности еврейские женщины личным примером утверждают в мире законы морали. Все грубое и непристойное должно умолкать в их присутствии. Возвышенный дух Авраама и чуткость к истине, свойственная Сарре, — вот те добрые ангелы, которых Бог послал в этот мир для совершенствования человека» (Ш. Р. Гирш, «Сокровища иудаизма», т. 2).

Так почитает своего праотца и свою праматерь еврейская традиция. Она утверж­дает, что Сарра была так высока в глазах Авраама, что, приходя на новое место, он прежде всего разбивал шатер для Сарры, потом для себя и своих домочадцев. Сарра была мудра, благочестива и очень привлекательна, «женщина, прекрасная видом» (Быт. 12:11). «Праматерь Сара была красавицей, но не осознавала этого и не верила, когда ей о том говорили» (Ш. Р. Гирш). Ее особенная красота, даже в преклонном возрасте, привлекала к себе мужчин. Из-за ее красоты Авраам имел искушения и переживания, и Сам Бог защищал его от посягательств на нее.

Два таких случая Библия приводит.

«И был голод в той земле. И сошел Аврам в Египет, пожить там, потому что усилился голод в земле той» (Быт. 12:10).

Это было одно из испытаний веры патриарха: вместо благословений и благосостояния его постигли тяжкие лишения. Что делать? И Авраам принимает решение отправиться в Египет, вернее, спуститься ниже Аравийской степи в Нильскую долину, славившуюся своим плодородием, чтобы переждать там жестокий голод. Этот голод и вынудил его обратиться туда, где было более благополучно, ради людей и скота. Это была его ошибка: искать помощи у соседей.

Относительно засухи и голода М. Хорлокк сообщает следующее: «Бог позже укажет Моисею на одно очень существенное различие между Египтом и Ханааном: Вт. 11:10-15. Плодородие ханаанских земель в основном зависело от осадков, которые обычно выпадали во время двух периодов в году. В земле египетской, однако, не было такой необходимости в дожде благодаря высокоразвитой ирригационной системы, которая питалась водой из больших резервуаров, наполняемых за счет ежегодного повышения уровня воды в Ниле (ср. Иез. 29:9-10). Когда в Ханаане прекратились дожди и пришел голод, естественно, что Авраам отправился в Египет» («День за днем с Ветхим Заветом»).

Приближаясь к Египту, Авраам заключает с Саррой уговор: скрыть от египтян, что они муж и жена, но говорить, что они брат и сестра ради того, чтобы его не убили из-за ее красоты (Быт. 12:11-13). В его словах не было полного обмана: Сарра действительно была ему сводной сестрой по отцу (Быт. 20:12).

Случилось непредвиденное: фараон забирает у Авраама Сарру и помещает в гарем, находившийся под усиленной охраной. Доступа туда Авраам не имел, поэтому вмешался Сам Господь. Рассказ в 12 главе, как и описание повторившейся с Авраамом ситуации в 20 главе, но уже с царем Герара, носят отпечаток нравственного уровня той эпохи, когда обман и добродетель не считались несовместимыми. Человечество лишь постепенно, под руководством Божиим, познавало нравственный закон. Трезво учитывая обстановку и хорошо зная обычаи и нравы окружающих племен, Авраам в моменты реальной опасности вынужден был выдавать Сарру за свою сестру, чтобы защитить себя от смерти, а ее — от произвола.

Мы также должны учитывать и то, что вера Авраама была еще не настолько зрелой, а дух его не настолько совершенен, чтобы в подобных испытаниях целиком полагаться на Бога. Все это пришло к нему позже. Да и сам голод Бог допустил, пожалуй, для воспитания патриарха, чтобы поднять его веру на более высокий уровень и привести его к более высоким откровениям Своей воли.

Как отрадно, что Библия не идеализирует своих героев. В Писании показаны люди с их слабостями, погрешностями, сомнениями и колебаниями, которые они преодолевали силой веры. Их вера показана в развитии: мы можем видеть их духовное становление и последующий рост. Бог создал из Авраама и Сарры новых людей по Своему образу, преподавая им урок за уроком. Он был снисходителен к ним, когда они вторично применили свой способ защиты, выдавая себя за брата и сестру. Бог понимал, что они сделали это в интересах дела, спасаясь от развра­щенности хананеян, и нигде не укоряет их. Свой побудительный мотив Авраам честно объясняет царю Авимелеху: «Я подумал, что нет на месте сем страха Божия, и убьют меня за жену мою. Да она и подлинно сестра мне...» (Быт. 20:11-12).

Авраам искал выхода в создавшихся обстоятельствах и, возможно, не всегда находил верный путь. Нет сомнения, что он прибегал в молитве к Богу, был честен и искренен, и потому Бог защитил его и в первый раз, и во второй: фараона и дом его Он поразил тяжкими ударами, и тот вынужден был выслать Авраама из своей страны с почетом и подарками; Авимелеху явился во сне и повелел немедленно возвратить жену мужу, что тот и сделал и в придачу дал Аврааму большой выкуп за нее в знак возмещения морального ущерба, а Сарре — покрывало на голову как замужней женщине. Удивительно, что даже язычники в то далекое время понимали это простое правило (покрывало на голову), заповеданное женам в Новом Завете, которым многие пренебрегают (1Кор. 11:3-10).

Но вернемся к красоте Сарры. Как ни красива была она внешне, но внутренне она была еще прекраснее. Дух Святой для нашего подражания открывает в ней жизнь, сотканную из нежных, еле уловимых проявлений, жизнь сокровенную, раскрывающуюся в особых, исклю­чительных обстоятельствах. Но мы не всегда умеем понимать черты этой великой, духовной красоты. Ее внутренний образ рисует нам Апостол, призывая новозаветных женщин подражать Сарре (1Пет. 3:1-6). Это замечательные слова. Лучшей характе­ристики внутренней красоты женщины не сыскать. По-видимому, нигде во всей мировой литературе не нарисован краше образ женщины, ее внутреннего мира, как в этом месте Писания изображен образ Сарры. Не могут сказать жены нашего времени, что для них нет примера. Не могут сказать и того, что очень любят брать этот пример для себя.

Говоря о красоте Сарры, зададим себе вопрос: что же такое настоящая красота и какой человек почитается красивым? Писание отвечает на это так: «Миловидность обманчива и красота суетна; но жена, боящаяся Господа, достойна хвалы» (Пр. 31:30). Бог ценит в женщине богобоязненность и благочестие.

Настоящая красота — это гармоничное сочетание всех положительных, внутренних и внешних, качеств женщины. Красота, прежде всего, формируется в сердце, в духе женщины. Ведь дух творит форму. И если дух человека чист, возвышен и богоподобен, он созидает и богоподобный облик — особую, одухотворенную, красоту лица, сияющую через живые глаза, сердечный взгляд, приветливую улыбку, приятные слова и мягкое, кроткое, дружеское обращение с людьми (Кол. 4:6).

Но красота, которая несет на себе отпечаток высокомерия, заносчивости, грубости, жесткости, дерзости, отвратительна! Кто-то верно сказал: «Некрасивых людей вообще нет, есть некрасивые характеры». Адам и Ева вышли из рук Создателя совершенными, но грех постепенно извратил людей, выветрил из их духа и души всю красоту, и потому сегодня так много некрасивых людей. Эталоном подлинной красоты является сердце, в котором живет Бог. Вразумляя Самуила, Господь говорит ему (а в его лице всем нам): «Не смотри на вид лица его и на высоту роста его. Я смотрю не так, как смотрит человек. Ибо человек смотрит на лицо, а Господь смотрит на сердце» (1Цар. 16:7).

Но продолжим рассказ о Сарре.

Она была прекрасна и внешне, и внутренне, что говорит о большой гармо­нии ее души. Благочестивая, послушная, любимая и любящая, она бок о бок со своим мужем идет больше сотни лет, служа ему, поддерживая его. Ав­раам отвечает ей такой же взаимностью и нежной заботой. Будучи женщиной энер­гичной и деловой, она становится соучастницей во всех великих реше­ниях и делах веры своего мужа. Испытывая глубокое внутреннее единство с ним, она оказывает благотворное влияние на него, настойчиво борется с ним за обетование о рождении потомства. Ради этого она торопит события, великодушно поступаясь своими правами жены, но об этом дальше. В этом ярко выражена одна ее похвальная черта: она упорно боролась за рождение сына! Авраам был для нее не просто супруг, но пророк, посредник от Бога, и она всем сердцем содействовала его миссии. Она была свидетельницей его еже­дневного хождения перед Богом и со своей стороны отдавала ему должное. Именно в силу послушания Авраама Богу  Сарра прониклась к нему таким почтением, любовью и, в свою очередь, проявляла ему послушание.

Это очень ценные качества жены патриарха.

Но не только за эти добродетели удостоилась она похвалы от Господа и внесена Духом Святым в число героев веры. В Послании к Евреям читаем: «Верой и сама Сарра (будучи неплодна) получила силу к принятию семени и не по времени возраста родила...» (Евр. 11:11-12).

Эти слова открывают, какая огромная роль принадлежала Сарре в исполнении обетования относительно рождения наследника. Писание так и отмечает: «сама»! Не Авраам только, но именно она сама.

Достигла этого Сарра не сразу и не без ошибок. Вспомним, через какие испытания пришлось ей пройти вместе с Авраамом, что перечувствовать и как многое усложнить!

Долгие годы Сарра оставалась бездетной. Это, конечно же, неспроста. В этом просматривается план Божий. Но как много надежд было связано у Авраама с продолжением своего рода! Фактически успех его миссии на земле зависел от рождения сына. Он, Авраам, должен был стать отцом народа, которому предстояло быть светочем мира. Если было суждено умереть бездетным, то для чего же он жил? И у Сарры печаль была безмерно великой: она готова и счастлива была бы родить мужу сына, вырастить и воспитать продолжателя его миссии, но по всем человеческим расчетам детородный возраст ее прошел.

Тогда Сарра решает, что если ей не дано стать матерью физически, она станет ею духовно, воспитав ребенка, которого родит от Авраама другая женщина — «суррогатная мать», как ее называют евреи. Как она умоляла своего мужа согласиться на это! «...Вот, Господь заключил чрево мое, — говорит она ему, — чтобы мне не рождать; войди же к служанке моей: может быть, я буду иметь детей от нее» (Быт. 16:2). Она мечтает удостоиться сына благодаря Агари, надеется получить через нее не «дитя», а «детей».

Авраам подчинился желанию жены и вошел к Агари. Однако расчет Сарры оказался неверным и весьма проблематичным! Агарь, по мнению госпожи, должна была стать матерью ребенка господина, но при этом оставаться служанкой Сарры. Именно от этого последнего условия зависел успех всего замысла: только в этом случае она могла надеяться получить безраздельную власть над ребенком, которому предстояло родиться; только так она могла полностью оградить его от влияния матери и вырастить истинным продолжателем миссии Авраама. Но Сарра не учла одного: женщина, ждавшая от господина ребенка, не могла больше оставаться рабыней — и по человеческим меркам, и по Божиим.

Когда Агарь почувствовала, что забеременела, в ней вдруг пробудилось не­пре­одолимое стремление к свободе, и она не могла больше подчиняться своей гос­поже. Проникнутая бытовавшими на древнем Востоке взглядами о бла­гословении чадо­родия, и многодетности в особенности, Агарь возомнила себя обла­го­де­тель­ствованной Богом и стала открыто презирать Сарру, свою «обездоленную» госпожу.

Надежды Сарры не оправдались, да иначе и быть не могло. Народу Библии, как выяснилось, недостаточно было вести свое начало только от Ав­­ра­ама. Да, Авраам должен был стать его отцом, но зачать и произвести его на свет могла одна лишь Сарра. Будущему сыну суждено было унаследовать одновременно как дух отца, так и характер матери. И Агарь, рабыня, с ее рабской психологией, с ее непониманием задач Божиих, с ее невоспитан­ным в благочестии духом не могла, была не в состоянии дать Аврааму такого сына!

В характере измаилитов, ведущих свой род от Измаила, сына Агари и Авраама, самым удивительным образом отразились все обстоятельства их происхождения; он остался неизменным до настоящего времени. Монотеистический дух Авраама, хамитская чувственность, свободолюбие, вера в боже­ственное провидение, в Творца, «пребывающего в вечности, заботящегося обо всех», доведенная до фатализма, — все эти качества доныне определяют характер арабов. Благодаря им этот народ достиг больших высот в поэзии и науке, внеся весомый вклад в духовную сокровищницу человечества, но носителями истинного богопочитания они не стали.

Сарра дожила до 90 лет, так и не родив ребенка. Спустя 13 лет после рождения Измаила Бог вновь явился Аврааму, указал на его ошибку и потребовал неукоснительного подчинения и следования Его воле: «Я Бог всемогущий; ходи предо Мною и будь непорочен» (Быт. 17:1). Он повторил Свое обещание сделать его родоначаль­ником избранного народа, весьма размножить его и заключил с ним завет обрезания; обещал ему и его потомкам землю, по которой он странствует (Ханаан). См. стт. 2-14.

Разговаривая с Авраамом, Господь обращался одновременно и к Сарре, ибо народ Израиля должен был произойти от них обоих. «И сказал Бог Аврааму: ...Я благословлю ее, и дам тебе от нее сына, и произойдут от нее народы, и цари народов произойдут от нее» (ст. 16). Господь изменил имена обоих: «Аврам» стал «Авраамом» — дополнительная буква в этом имени придает ему на иврите новый смысл: «отец множества». А «Сара» стала «Саррой» — «госпожа множества».

Восприняв обетования Божии с долей недоверия, Авраам воскликнул в мольбе: «О, хотя бы Измаил был жив пред лицом Твоим!» Он не просто хотел благословения Измаила, но хотел, чтобы тот был его наследником, обещанным потомством. Но Бог отверг просьбу Авраама и мягко, довольно ласково ему сказал: «Именно Сарра, жена твоя, родит тебе сына, и ты наречешь ему имя: Исаак; и поставлю завет Мой с ним заветом вечным, и потомству его после него».

Бог проявил Свою любовь и к Измаилу, который станет отцом араб­ского народа, обещая его благословить и весьма размножить, произвести от него великий народ. Однако «завет Мой, — заявил Он твердо, — поставлю с Исааком, которого родит тебе Сарра...» (стт. 18-21). В отношении того, который сын будет избран прямым наследником Авраама, Бог не оставил места для сомнений: все обетования будут подтверждены Исааку и только он примет участие в особом завете между Богом и Авраамом.

Но вернемся к вере Сарры.

Именно личная вера этой женщины сыграла выдающуюся роль в рождении обетованного потомства. Библия сообщает: «И призрел Господь на Сарру, как сказал; и сделал Господь Сарре, как говорил» (Быт. 21:1). Слово «призрел» означает здесь «особое вторжение Божие в до сих пор бесплодную жизнь Сарры, чтобы сделать ее способной исполнить задачу, к которой она была предызбрана». Ей было тогда уже 89 лет, и вся ее естественная сила к деторождению истощилась, как и написано: «Авраам и Сарра были стары и в летах преклонных, и обыкновенное у женщин у Сарры прекратилось» (Быт. 18:11). К тому же она была бесплодна с юности. С естественной точки зрения никакой надежды на зачатие ребенка у нее не было.

И вот тут вмешался Господь со Своим всемогущим словом Творца. Он сказал Аврааму в присутствии Сарры: «Есть ли что трудное для Господа? В назначенный срок буду Я у тебя в следующем году, и у Сарры будет сын» (Быт. 18:14). Авраам рассмеялся, когда ему, достигшему столетнего возраста, был обещан этот ребенок. Сарра тоже рассмеялась, когда эта весть была по­вторена. «Может ли мужчина в сто лет произвести на свет дитя, способна ли девяностолетняя женщина родить?! После того, как я состарилась, может ли вернуться ко мне молодость? Да и господин мой стар», — так думала Сарра (Быт. 18:12). Возможность рождения сына им казалась абсурдной.

Сарра, как никто другой, хорошо знала свои возможности и понимала, что физиологически это невозможно, природу не повернешь вспять: ее организм уже израсходовал все свои естественные силы. Поэтому она и рассмеялась. Но этот ее смех никак не мог означать, что она усомнилась в обещании Божием. Писание под­черкивает именно ее особенную веру: «верой... получила...» Да, ее утроба омерт­вела, но не омертвела вера (Рим. 4:19). Верой она цепко ухватилась за слова Божии, как за един­ственную надежду, ибо их произнес Тот, Чье слово всесильно и Кем воздвигнуты миры, Он способен возродить жизнь из смерти. «Бог не человек, чтоб Ему лгать, и не сын человеческий, чтоб Ему изменяться. Он ли скажет, и не сделает? будет говорить и не исполнит?» (Чис. 22:19).

Слова Божии упали на благоприятную почву и не замедлили принести долгожданный плод. Сарра твердо поверила, что «верен Обещавший», и потому приняла Его слова настолько глубоко в свое сердце, что «получила силу к принятию семени» в свое одряхлевшее тело. Внутри самой Сарры ее вера стала формироваться, становиться живым зародышем, принимать вид плоти: она оказалась способной к зачатию «и не по времени возраста родила». Не считаясь ни с возрастом, ни с бес­плодием, ни с признаками, имеющими место в ней самой, она родила! Это было высочайшим достижением веры самой Сарры. Это был подвиг веры женщины, со­зревшей выполнить план Божий — произвести избранный к великой миссии еврейский народ.

Как велика и глубока должна была быть ее вера, что смогла перешагнуть такие две непреодолимые преграды, как бесплодие и старость. Как велика была ее вера, чтобы взять силу к принятию семени для осуществления обетования Божия о рождении наследника!

Такова вера Божия. Она не только переставляет горы (Мр. 11:23), но пе­ре­ступает законы природы, способна оживотворить давно умершее и со­вершить  ч у д о!

Дорогие женщины-сестры! Вы часто жалуетесь на ваше духовное бессилие и бесплодие в ваших семьях; жалуетесь на то, что не можете перешагнуть мертвости, окружающей вас, и потому жизнь ваша так скудна и бесцветна. По примеру Сарры, женщины, жившей четыре тысячи лет назад, верой возьмите силу у Бога (Пс. 61:12) для осуществления духовно плодоносной жизни, чтобы побеждать смерть кругом и являть полноту жизни Божией. Посмотрите, что говорит Писание о Сарре дальше: «И потому от одного, и притом омертвелого, родилось так много, как много звезд на небесах и как бесчислен песок на берегу морском» (Евр. 11:12).

Так умножает Бог даже крохотную, как горчичное зерно, но живую веру Божию. Дух Святой делает упор на слова: «и потому...» Да, именно потому, что эта исстрадавшаяся ожиданиями женщина так полюбила Господа и так ухватилась верой за Его обетование, как за незыблемую гарантию ее надежды, что явилась чудесная возможность и для Авраама, для Самого Господа увидеть обетование осу­щест­вившимся.

После рождения сына Сарра сказала Аврааму: «Смех сделал мне Бог; кто не услышит обо мне, рассмеется. И сказала: кто сказал бы Аврааму: «Сарра будет кормить детей грудью»? ибо в старости его я родила сына» (Быт. 21:6-7).

Престарелым Аврааму и Сарре возможность рождения и кормления ребенка грудью казались смехотворной. Но когда сын все-таки родился и девяностолетняя мать стала кормить его грудью, весь мир удивлялся тому, что произошло; а кто-то потешался, не веря в то, что старые люди могут родить, вскормить и выходить дитя, которое призвано стать родоначальником народа с великим будущим. «Это всеобщее неверие было столь важным обстоятельством вхождения в мир сына Авраама и Сарры, — говорит еврейская традиция, — что особо упо­мина­ется в Библии. И то, что Сарра рассмеялась, удивляясь возможности рождения ребенка, было увековечено в его имени: «Исаак», что означает: «радостный, ликующий смех».

На первый взгляд может показаться странным, что такая, казалось бы, не столь существенная деталь определила имя, данное патриарху Исааку. Однако в этом имени содержится глубочайший духовный смысл: становление израильского народа, его развитие, его упорство, его надежда, — всему этому с самого начала противостоял здравый смысл; все в этом народе казалось абсурдным. Но в конце концов он рассмеется на этой земле...»

Когда Исаак родился, Сарра сказала: «Бог сделал меня посмешищем; всякий, кто услышит, посмеется надо мной». И тут же с гордостью добавила: «Кто сказал бы Авра­а­му, что Сарра будет кормить детей грудью»? Никто из тех, кто смеялся, не мог себе представить, что, давая Исааку грудь, Сарра вскармливает весь будущий еврейский народ, — именно об этом и говорит множественное число: «кормить детей», а не «дитя».

Однако никто не отнесся к этим надеждам на будущее, связанным с рож­дением столь позднего ребенка, с таким высокомерным презрением, с такой язвительной надменностью, как старший брат Исаака Измаил, успевший к тому времени вырасти в здорового и крепкого парня. Обо всех прочих на иврите говорится: «всякий, кто услышит, посмеется надо мною», а об Из­маиле сказано: «насмехается», т. е. смеется злобно, презрительно (Быт. 21:9). Это презрение показывает, насколько Измаил не подходил для продолжения миссии Авраама, и, чтобы навсегда отделить его судьбу от судьбы потомков Исаака, его мать (Агарь) была изгнана из дома, как простая рабыня. То, что именно Сарра приняла такое решение и осуществила его, — дополнительное доказательство того высокого положения, какое занимает жена в еврейской семье.

Итак, на удивление всем девяностолетняя Сарра сама вскормила младенца грудью. Ее грудь, как у молодой женщины, стала полна жизненных соков и сил. А когда дитя было отнято от груди, Авраам сделал большой пир для прислуги, всех домочадцев своих. Это был праздник торжества веры Божией, праздник радости веры. В виду наследника сердце Авраама испытывало ликование и благоговение, ибо на удивление всем, на утешение матери и отцу сын возрастал.

Это единственный случай в жизни, когда Сарра была впереди и когда Авраам не заслонял ее собой, ибо ее вера выполняла предначертание Божие.

А дальше? Видим ли мы ее впереди? Нет. Дальше Сарра снова отступает на задний план и отдает первое место мужу. Смиренно выполнив свой трудный и ответственный долг матери, она остается в тени, сливается с Авраамом. В Евангелии от Матфея (1:2), написанного для евреев, сказано: «...Авраам родил Исаака». По земным меркам, можно было бы сказать: какая несправедливость! Вся честь отдана мужу, а ей — ничего, несмотря на ее несомненную заслугу. Почему это так? Почему среди упоминаемых Матфеем женщин нет имени Сарры?

На это дает замечательный ответ П. Вольнин в своей статье «Печаль Авраама»: «Здесь уже нет места Сарре. Она в Аврааме. Со всей верой, с силой своей, со всеми чудными свойствами жены она снова сокрыта в муже. Отдала ему все, что имела, не ища себе заслуги, и заняла в нем самое первое место... Все величие веры, вся сила подвигов и наконец его право отца веры неразрывно связано с ней. Нельзя Авраама видеть ни в одной из этих удивительных особенностей одного, без Сарры. И в том, что не она, а Авраам прославлен, не она, а Авраам выступает всюду со всей своей яркостью и действенностью — ее особенная прелесть.

О братья и сестры, о возлюбленные Господом! Как нам настойчиво и поспешно нужно вглядываться в жизнь этого дивного союза двоих: в полном согласии, с чарующей нежностью сливающихся в одном.

Она сокрыта в муже. Но вот ее величие: «Сарру, жену твою, не называй Сарою, но да будет имя ее Сарра. Я благословлю ее и произведу от нее народы и цари народов произойдут от нее» (Быт. 17:15-16). Это говорит Сам Бог Аврааму. Это указание места, которое жена должна отныне занимать в отношении его к ней. «Не называй, но да будет». Это по­свя­щение ее. Это ее часть в нем. И произнося имя, всякий раз помни об этом. И еще: «Во всем, что скажет тебе Сарра, слушайся голоса ее: ибо в Исааке наречется тебе семя...»

«Слушайся голоса ее». И мотивировка. Доказательство: «Ибо в Исааке наречется тебе семя» (Быт. 21:12). Не выпускай это из вида, что она дала Исаака. Он от ее веры. Он жизнь ее, и он, Исаак, наследие твое, семя тебе... Через Исаака этот дивный город с Божественным устро­ением. «Слушайся». Высокое место. Чудное место. Повелением Божиим оно отводится ей...»

Лучше, чем П. Вольнин, эти мысли не выразишь.

Итак, оба, Авраам и Сарра, явились родоначальниками того великого народа, который дал миру две великих вещи: 1) Библию — бесценную Книгу Жизни и 2) Иисуса Христа, Спасителя мира. Только за это их награда весьма велика. Но из их чресл произошло много славных мужей веры, царей и проро­ков, творивших священную историю народа Божия. И самое главное — из рода Авраама пришел на землю Мессия, Царь царей и Господь господствующих.

Итак, в свои 90 лет Сарра рождает своего первого и единственного сына Исаака и живет еще после этого 37 лет, растя и воспитывая его в вере, в истине, любви к Богу и своему отцу и готовя его к великой миссии. Исаак вырос не только как человек Божий и пророк Господень, но и как продолжатель рода Авраама и дела Божия.

И только когда Исаак духовно созрел, полностью сформировался как личность и смог самостоятельно идти верой дальше, тогда Сарра покидает этот мир и уходит с земли, ибо задачу свою она выполнила. Подводя итог ее жизни, Писание замечает: «Жизни Сарриной было сто двадцать семь лет... И умерла Сарра в Кириаф-Арбе, что ныне Хеврон, в земле Ханаанской. И пришел Авраам рыдать по Сарре и оплакивать ее» (Быт. 23:1-2).

Авраам и Исаак глубоко переживали смерть своей любимой жены и матери. Эту потерю для Исаака никто не мог возместить, даже отец. Исаак оставался безутешным до тех пор, пока не привел в дом Ревекку и не увидел, как Сарра вновь ожила в образе его жены. Только тогда боль потери стала понемногу притупляться. Это, пожалуй, самое убедительное доказательство тому, как много значат для еврейских сыновей их матери.

Из того, что Авраам пришел «рыдать по Сарре и оплакивать ее», мы узнаем, чем была для него эта женщина. Авраам не просто плачет, не просто скорбит, он безутешно рыдает. «Рыдание — это много больше, чем просто плач или сле­зы, быстро проходящие. Рыдание указывает на великое горе. Это излитие глубокой печали о невосполнимой потере половины своего сердца, половины своей души и жизни в лице дорогой, прекрасной и любимой подруги юности. Рыдание приходит тогда, когда невозможно возвратить утраченное, когда слу­чи­лось что-то, чему нет возврата, чего нельзя восстановить, поправить и когда не­воз­можно никакое утешение. Сердце сжимается чувством неизбежного оди­ночества, когда совершилась утрата самого близкого, любимого, без чего нельзя жить, чего никогда нельзя забыть и чего никогда уже не будет» (П. Воль­нин).

Авраам имел много переживаний. Он горячо любимого, единственного сына приносил в жертву (о чем прочитаем в следующей главе), но так не плакал, как по Сарре. Он все невзгоды превозмогал верой и упованием на Бога. А вот здесь, когда Сарра ушла в мир иной и оставила в его душе незаполненный прежним чувством вакуум, этот мужественный человек рыдает великим рыданием.

Есть жены, которые являются для мужей тяжелой крестной ношей. И есть такие, которые являются дивным утешением, ласковыми подругами, опорой в жизни, бальзамом для души, с которой делятся все трудности и радости пополам. Такой была Сарра для Авраама. Ушла она и все померкло для него, все на время потеряло свой интерес и ценность. Она, Сарра, красотой своей души заполняла его сердце, служением ему и с ним украшала всю его жизнь, его очаг, его шатер, сглаживала остроту всех его переживаний. И для нее самой великим счастьем было быть его супругой и сотрудницей. Это было большое обоюдное счастье. Они с само­пожерт­вованием прошли вместе все дороги своих странствований до земли и по Обетованной Земле, делили опасности, веру и свой подвиг, вместе ожидая благословений Господних и Его чудного города.

У Авраама на протяжении его жизни было три женщины, с которыми он делил свое ложе. Это Сарра, Агарь и Хеттура. Но только одна Сарра смогла последовать ему в его вере, в его служении Богу, подчинившись призванию Божию. Только она одна была той единственной и незаменимой, которую любят однажды и которая дает бла­го­словенное потомство. Только Сарру Бог сумел вовлечь в сферу Своей суверенной воли, а потому только она и заслуживает величия, уготованного особым Его помазанникам.

Иудейские предания хранят о Сарре самые возвышенные и трогательные отзывы. Вот что говорит о ней еврейская традиция: «До тех пор, пока жила Сарра, над шатром Авраама парило облако присутствия Божия (Шехина). Как только она умерла, эта Шехина унеслась. С появлением Ревекки она снова вернулась».

Здесь дана высокая оценка Сарре не только как женщине, но как родоначальнице и праматери избранного народа, как сополучательнице и носительнице Божественных благословений, а потому и славной сонаследнице обетований Божиих и благодатной жизни. И мы со своей стороны да отдадим дань любви и уважения этой замечательной жене веры, пример жизни которой вдохновляет и учит нас вере и подвигу.


 

Глава 8

 

ЖЕРТВА АВРААМАtc "ЖЕРТВА АВРААМА"

 

 

Верой Авраам, будучи искушаем, принес в жертву Исаака и, имея обетование, принес единородного, о котором было сказано: «в Исааке наречется тебе семя»; ибо он думал, что Бог силен и из мертвых воскресить, почему и получил его в предзнаменование.

Евр. 11:17-18.

 

 

Следует отметить сразу: перед нами уникальная страница из жизни мужа веры. То, что было с Авраамом, — единственный случай во всей Библии, когда Бог подобным образом испытывал человека. И нам известно, чем закончилось это испытание: Господь не разрешил ему занести нож над сыном и предоставил овна для всесожжения. Это единственное жертвоприношение, обеспеченное Богом. Да, Исаак был поднят на гору, а затем спущен с нее, и жертва фактически состоялась, но совсем в другом смысле, о чем будет сказано дальше.

Это был сложнейший и исключительный момент в жизни патриарха. Подобно разряду молнии, с особой силой и яркостью он высветил глубину его внутреннего мира и величие его духа. К тому времени Авраам был духовно зрелым человеком, с четким, сложившимся мировоззрением. Он поднялся в вере так высоко, что понимал язык Бога без слов и готов был исполнить любое, даже самое невероятное Его повеление, ибо знал, что Бог не допустит непоправимого и что Его великие планы относительно создания избранного народа осуществятся. Все, что Авраам делал в своей жизни, он делал исключительно из любви к Богу. Этому способствовали свойственные ему доброта и милосердие.

Везде, где Авраам стран­ствовал, он проповедовал, что Богу противно принесение человеческих жертв.

И вдруг Бог повелевает ему принести в жертву собственного сына. Это повеление расходилось с естественным пониманием Авраамом добра и зла. Ему оно могло казаться несправедливым и противоестественным, потому что он должен был разорвать единственное звено между прошлым и будущим и уничтожить единственную надежду на рождение нового народа.

И все же, несмотря на это, Авраам идет исполнять это повеление. Идет потому, что доверяет Богу больше, чем себе. Он верит, что все, что исходит от Бога, — благо, хотя человек не всегда способен понять это. И вера Авраама оправдалась. Это его испытание явилось вершиной, апофеозом его веры.

В книге Бытия (22:1-18) читаем: «И было.., Бог искушал Авраама...»

Уместно поставить здесь ряд вопросов, которые всегда смущают неутвержденных в вере. Почему святые Божии иногда подвергаются необъяснимым страданиям? И зачем понадобилось Богу испытывать Авраама? Крылась ли причина в нем самом или Бог предусматривал нечто другое? А случайно ли постигло огненное испытание праведного и непорочного Иова?

Обычно человек идет по линии простейшего подхода к решению подобных вопросов, стараясь отыскать причину необъяснимых страданий святых в их вине, грехе или в несовершенстве. Друзья Иова так и считали, что он страдает за свой грех. Такие суждения умаляют подвиг веры святых Божиих и Самого Бога. Некоторые из толкователей считают, что Авраам возлюбил своего сына Исаака больше, чем Бога, о чем Бог напоминает ему: «...возьми сына твоего, единственного твоего, которого ты любишь...» (Быт. 22:2). Эта его любовь, говорят они, всецело захватила его сердце, так что Бог был отодвинут на второй план. Поэтому Господь и решил проверить, что в Аврааме сильнее: любовь к Нему или к своему сыну, чтобы вразумить Своего раба и поставить его на место.

Тайна этого испытания была сокрыта за завесой, которую Бог потихоньку приоткрывает. То, что Авраам был привязан к Исааку и так нежно его любил, вне всякого сомнения, имело место, но в этом не было ничего предосудительного, потому что Исаак был его сыном не только по крови, но и по духу, единственным продолжателем дела Авраама. Причина, из-за которой патриарх подвергся ис­пытанию, была намного глубже, чем принято считать между людьми.

Напомним, что Бог нарек Авраама, этого великого мужа веры, Своим «другом» (Иак. 2:21-23). Немногие мужи Божии, имена которых блистают в Библии, удос­тоились этого высокого звания. Авраам вырос в вере, в доверии Богу и понимании Его воли настолько, что Бог решил поднять его еще на более высокую ступень и приблизить к Себе. В его лице Бог пожелал явить великий прообраз Собственной, Отцовской жертвенной любви — любви Бога Отца, приносящего в жертву Сына! Кроме того, Бог готовил Авраама в отцы Иисусу, нашему Господу. Иисус Христос в Своей дискуссии с иудеями ссылается на Авраама и говорит им такие много­значительные слова: «Авраам, отец ваш, рад был увидеть день Мой: и увидел и возрадовался» (Ин. 8:56). Он рад был увидеть день пришествия в мир Искупителя, Который сотрет змию голову (Быт. 3:15). Он ожидал Его с верой. Увидел Его верой и возрадовался верой. Такого высочайшего прозрения достигла его вера. А потому, как пишет С. Дестунис в «Библии для детей старшего возраста», «крепчайшему из всех людей в вере предстояло и испытание тяжелейшее, единственное от начала и до конца существования людей на земле».

И в Брюссельском издании Библии (1973), в «Приложениях» (с. 1863) записано: «Готовность Авраама принести своего единственного сына в жертву прообразует любовь Бога Отца, не пощадившего Своего Единородного Сына (Ин. 3:16; Рим. 8:32)».

Итак, в 22 главе Бытия Авраам представлен как прообраз Бога Отца. В этом мнении сходятся все прогрессивные мыслители и богословы христи­­анства. Не потому, что Авраам так возлюбил своего сына, Бог подверг его ис­пы­танию, а потому, что Бог пожелал уподобить Авраама Себе, Своей жерт­вен­ной любви в принесении Своего Сына во искупление грехов чело­­вече­ства.

В лице Авраама Господь усмотрел человека, который под­нялся до такой духовной высоты, что смог понять Его страдающее сердце и передать это людям. И если до жертво­приношения Авраам только догадывался об Искупи­теле как о жертвенном Агнце, то после жертвоприношения он имел уже полную ясность, что этим Агнцем станет Сын Божий, в Котором «благо­­сло­вят­ся все народы земли», и что этот Сын будет из его потомства (Ин. 8:56).

Авраам жил приблизительно за две тысячи лет до Р. Х., когда еще не было закона, данного позже Моисеем, еще не было Благодати (Ин. 1:17). Конечно, он не мог еще представить полной картины искупитель­ных страданий Христа на Голгофе. Давид, живший за тысячу лет до Р. Х., пророчески уже видел Его на кресте и верой отожде­ст­влялся с Его страданиями, когда писал: «...пронзили руки мои и ноги мои. Можно было бы перечесть все кости мои, а они смотрят и делают из меня зрелище» (Пс. 21:17-18). А пророк Исаия за 700 лет до Р. Х. глубже всех проник в страдания Христа и отобразил Голгофу и дело, со­вершенное Им, в знаменитой 53-й главе, названной ветхозаветным Еван­гелием.

Мужи веры, наделенные пророческим духом, прозревали приход Сына Божия на землю. Авраам был первым из пророков, достигшим этого высокого прозрения. Особенность его откровения заключалась в том, что он на своем собст­венном сыне испытал, какова цена нашего искупления, и через это проник в глубину сердца Небесного Отца, отдавшего Своего Сына на мученическую смерть. Богу было отрадно видеть среди Своего творения такого человека веры, как Авраам, который во многом усвоил Его черты. Ему также приятно видеть духовный подъем и рост тех, кто достигает подобия Сыну Божию или Богу Отцу. Таковым Он обещает: «Побеждающий наследует все, и буду ему Богом, и он будет Мне сыном» (Отк. 21:7).

Итак, в жертвоприношении единственного сына, самого дорогого и любимого, что у него было, Авраам отождествился с Богом Отцом. Священное Писание передает это повествование простыми, но дух захватывающими словами: «И было, после сих происшествий Бог искушал Авраама...» Ставится вопрос: после каких «происшествий»? Мы обычно упускаем это слово из виду, но за ним что-то сокрыто.

Еврейские комментаторы поясняют: «...после слов Сатана. Сатан, т. е. ангел-обвинитель, предстал перед Всевышним и сказал: Авраам служит Тебе, но он делает это только ради своего потомства, т. е. ради себя самого, а не ради того, чтобы исполнить Твою волю». Подобно как в истории с Иовом, враг души не мог оставить Авраама в покое. Он не один раз представал пред Богом с обвинениями в его адрес, как делает это и сейчас (Отк. 12:10). Чтобы раз и навсегда закрыть его уста, Бог решил подвергнуть Своего раба такому испытанию, где бы не только сатана, но и весь мир замолчал, видя героизм послушания Авраама.

«...Бог искушал Авраама...» Почему здесь сказано, что Бог искушал его? Ведь Бог не искушает никого никогда и Сам не искушается злом (Иак. 1:13-15). Слово «искушение» употреблено здесь в смысле испытания и проверки для укрепления веры и удостоверения верности.

Вот что пишет бл. Феодорит, один из отцов Церкви: «Не для того Бог искушал Авраама, чтобы Самому узнать, чего не знал; но чтобы научить незнающих, сколь справедливо возлюбил Бог патриарха». Подобный взгляд на искушение, как на проявление Божественной любви и на повод к развитию и укреплению добродетели, приводится и в других местах Писания (Вт. 8:2; 13:3; Пс. 25:2; 1Пет. 1:7; 1Кор. 10:13)» (Библия Лопухина, т. 1, с. 136).

Итак, искушение в данном случае — это испытание. Испытание — это такая ситуация, в которой от человека требуется совершать поступки, превышающие его обычные, нормальные силы и возможности. Для Авраама такой ситуацией и было жертвоприношение сына, которое потребовало напряжения всех его сил и вызвало мучительную внутреннюю борьбу.

Никогда в истории человечества золото не испытывалось столь мощным огнем. «...И сказал ему: Авраам! Он сказал: вот я. Бог сказал: возьми сына твоего, единственного твоего, которого ты любишь, Исаака...» То, что представляется нам в данном отрывке монологом с последовательным уточнением, фактически было, как поясняют еврейские комментаторы, диалогом между Авраамом и Богом. Бог не сразу произнес имя Исаака, чтобы психологически подготовить Авраама и не нанести ему удара. Заметим также, что Бог полностью проигнорировал Измаила, перворожденного сына от Агари.

«...И пойди в землю Мориа и там принеси его во всесожжение на одной из гор, о которой Я скажу тебе...»

«В землю Мориа» — Мори-й-а — это храмовая гора в Иерусалиме. Она в Израиле считалась центром мира и воротами неба. Ее название можно перевести как «явился Бог» или «усмотрение Иеговы». Там действительно Господь усмотрел овна, запутав­шегося в чаще рогами, которого Авраам принес в жертву вместо Исаака, почему «и нарек... имя месту тому: Иегова-ире», т. е. Господь усмотрит (Быт. 22:14). Бог потребовал от Авраама не просто умертвить Исаака, но принести его «во всесожжение», т. е. превратить его тело в пепел, сжечь на жертвенном костре. «Всесожжение» (дословно: «поднятие») — это такой вид жертвы, которая полностью поднимается к небу в приятное благоухание. «На одной из гор». Бог не сказал сразу, на какой горе, к каким условиям готовить себя. Оставляя праведников в неизвестности, Господь хочет увеличить их воздаяние, показать нам правильность их действий в условиях неизвестности, их доверие Богу.

Как отнесся Авраам к Божественному повелению?

Библия сообщает: «Авраам встал рано утром, оседлал осла своего, взял с собой двоих из отроков своих, и Исаака, сына своего; наколол дров для всесожжения и, встав, пошел на место, о котором сказал ему Бог» (Быт. 22:3).

Перед нами такое простое повествование о столь необычном и героическом. Нет здесь никакого пафоса, восторженности или излишней дра­матизации события, лишь зеркальное отражение факта. Отметим сразу: Бог не требует человеческих жертвоприношений, и то, что возводилось на Церковь в период атеистической пропаганды, было умышленной, кощунственной клеветой. Рас­смат­риваемый нами случай носит исключительно воспитательный характер и является духовным уроком для верующих.

Получив такое повеление, слабый в вере человек мог бы сказать: «Милосердный Боже, неужели Ты требуешь крови? Совместимо ли с Твоей святостью убийство? И если Ты находишь удовлетворение в человеческом жертво­приношении, то не мог ли бы Ты избрать для жертвы кого-то другого, а не Исаака? Ведь Ты дал мне его не для того, чтобы я его умертвил, а чтобы продолжил род.

Но подобные помышления не для такого мужа веры, как Авраам. Вера научила его не роптать, не спорить, а повиноваться. Веря, он твердо стоит на позициях: все, что Бог повелевает сделать, — это благо; и все, что Он обещает, — это непреходяще. Тот, кто внимает голосу плоти и крови, никогда не вознесет своего «Исаака» в жертву Богу. Авраам же, долго не раздумывая, не взвешивая, как и Ап. Павел, «не стал советоваться с плотью и кровью» — Гал. 1:15-16 (когда Бог повелевает, то советчики не нужны), не медлил, не искал повода уклониться, но со всей серьезностью и ответственностью, спокойно и обдуманно, молча сделал все приготовления. Ему предстоит три дня пути. Он «оседлал осла», «наколол дров для всесожжения», поднял Исаака и двух слуг и отправились в дорогу едва забрезжил рассвет.

Ни волнения, ни горести, ни обиды мы не видим в его действиях, хотя груз мучительного ожидания того, что должно произойти, лег на его плечи и придавил душу болью. Хранить такое самообладание ему помогала живая вера.

«Истинная вера — это канал, через который Благодать Божия изливается в сердце человека»,— пишет Эндрю Мюррей. Вера — не просто мировоззрение или религия, это наше отношение к Богу. А у Авраама оно было любовным и благоговейным. Его преданность и доверие Богу возобладали над прочими чувствами и помогли ему взять себя в руки.

Вера делает дела Божии тихо, незаметно и не откладывая на потом. Она совершает их хотя и при полном внешнем спокойствии, но при сильном внутреннем горении. Не один только Авраам был таким. Это качество вообще присуще всем пророкам Божиим, охваченным побуждающим к действию и пламенеющим в них Духом Святым. В Псалтири читаем: «Спешил и не медлил соблюдать заповеди Твои» (Пс. 118:60). Так поступает истинная вера. Если Бог повелевает принести жертву, то какой бы сферы жизни она ни касалась, вера благоговейно повинуется и безоговорочно приносит ее, даже если впереди ее ожидает Голгофа.

Так поступил и Авраам.

Он встал «рано утром», когда все еще спали, чтобы сутолока трудового дня не омрачила ясность решения его веры. Конечно, перед ним стояла задача, превосходящая его силы: принести в жертву долгожданного сына, того, ради кого пришлось столько выстрадать, сына, который должен стать продолжателем рода, носителем обетований Божиих. О, это превосходит всякое разумение! В этот момент вера и любовь Авраама к Богу подверглись суровому испытанию. Ведь ему было неведомо то, что известно нам: что Бог только испытывает и воспитывает его, что Он его усовершает, приближает к Себе, поднимая его на высшую ступень духовной жизни. И на первый взгляд кажется, что это испытание веры вообще непосильно человеку.

Да, для многих, кто не предан Господу всем сердцем так, как предан Авраам, эта жертва действительно и непосильна, и невыполнима. С человеческой точки зрения, это величайшая трагедия. Нужна колоссальная сила, чтобы совершить этот подвиг веры и вынести подобное испытание.

Но не таков был Авраам. Его чувство повиновения и доверие Богу были полными и здесь, в акте жертвоприношения, они нашли свое высочайшее выражение. Он хорошо знал своего Господа, Которому поклонялся всю жизнь и с Которым пребывал в тесном общении. За годы своего преданного хож­дения перед Ним он хорошо изучил Его сердце и знал, что и Бог ходит с ним и охраняет его. Он знал, что Бог не приемлет человеческие жертвы, потому что это противно Его человеколюбивому сердцу. Все, чего Бог хочет от человека, — это полной отдачи его воли; и эту полную отдачу Авраам Ему явил. И потому он был совершенно уверен, что Бог вернет ему Исаака. Вера его шла впереди его и во всем споспешествовала ему. «Он, сверх надежды, поверил с надеждою» (Рим. 4:18), поверил в невозможное: что Бог, верный Себе, не допустит смерти Исаака. А если и случится, что он умрет, то Бог воскресит его из мертвых, как воскресил его из омертвелой утробы Сарры (Евр. 11:9).

Так верить может только человек, имеющий веру Божию, который бросает свой якорь в личность Бога и обретает в Нем опору и уверенность. Такая вера раздвигает рамки естественного и вступает в сверхъестественный, запредельный, небесный мир, в котором действуют иные законы. Вера приобщает нас к Богу, вводит в сферу Его владычества, отождествляется с Его творческими силами и «называет несущест­вующее, как существующее» (Рим. 4:7-21). Вера апеллирует к другим законам возникновения и формирования жизни, которые являются делом всемогущих рук Творца, и эти законы она приводит в действие. Вера фактически воплощает силу Божию в практику. Она есть тот рычаг, посредством которого осуществляются обетования Божии, хотя бы мы были поведены через огонь и воду, через все видимые и невидимые преграды, и потому она увенчивается чудным успехом, ибо «верен Обещавший» (Ис. 43:1-2).

Авраам, как пророк Божий, духом разумел, что Господь преподает ему неза­бываемый урок веры и новое откровение Своей Благодати, и потому с трепетом и покорностью идет исполнять Его волю.

Зададим себе вопрос: как бы поступил каждый из нас в подобном испытании? Какое бы решение приняли мы, если бы Бог повелел нам принести в жертву самое дорогое и неповторимое? Наверное, некоторые из нас усомнились бы в любви и милосердии Бога и начали роптать и, чего хуже, даже ожесточаться, сказав, что Бог требует от нас невозможного. Когда наша вера слаба, тогда испытание кажется сверх наших сил. Но Слово Божие говорит: «Верен Бог, Который не попустит вам быть искушаемым сверх сил, но при искушении даст и облегчение, так чтобы вы смогли перенести» (1Кор. 10:13). Если Бог допускает для нас какое-то большое испытание и порой кажется, что нет сил его перенести, вспомним подвиг веры Авраама и преисполнимся тем же духом мужества и твердой веры, зная, что наше страдание будет недолговечным и что Господь в свое время обязательно пошлет помощь и облегчение.

Если перед нами стоит неразрешимая задача, самый естественный и лучший путь для ее разрешения — положиться на Бога полной верой и черпать у Него силы, как черпал их Авраам для перенесения своего испытания. И если вера пойдет впереди, тогда любое испытание мы перенесем и в любом искушении устоим, победим и даже внутренне укрепимся. Это один из законов духовного мира, и мы хорошо делаем, если придерживаемся его.

«...Взял с собой двоих из отроков своих, и Исаака, сына своего...»

Исаак в то время не был мальчиком, который ничего не понимал или которого можно обмануть, но был возмужавшим юношей, который способен поднять на гору дрова для всесожжения. По еврейскому преданию, ему было 17 лет. Он уже многое понимал из жизни веры своего отца, хотя Сам Бог и называет его отроком (ст. 12). В то время отроками называли молодых людей, которых еще не допускали к самостоятельной деятельности (см. Быт. 44:22; Суд. 9:54; 1Цар. 26:22; 2Цар. 18:5).

«...И, встав, пошел на место, о котором сказал ему Бог».

Авраам выполняет волю Бога без единого пререкания, выполняет ее, поступаясь собственными желаниями. Беспредельно любя Бога, доверяя Ему, он идет с Исааком на то место в землю Мориа, где позже будет воздвигнут Храм Соломона (2Пар. 3:1) и где впоследствии на Голгофской горе будет распят Иисус Христос. Сказал ли Авраам своей жене, что отправляется туда для принесения сына в жертву Богу? Скорее всего, что нет, чтобы эмоции не взяли верх над верой. Во-первых, он верил, что Бог воскресит его из мертвых сразу же после всесожжения и он вернется с ним домой. А во-вторых, безмерно любя и щадя свою жену, он ограждал ее сердце от груза непо­сильных тревог и пере­живаний. Зачем возлагать на немощные плечи бремя, которое Бог усмотрел лично для него? Еврейская традиция говорит, что Исааку он сказал, что они идут учить Тору, а Сарре — что идут молиться. То и другое верно, так как жертво­при­но­шение и есть высшая форма служения Богу, которое есть и молитва, и богопознание.

Еврейские толкователи также поясняют, что Исаак пошел на жертвопри­ношение (о котором догадывался) сознательно и добровольно. Сущность Исаака, говорят они, — это сила, мощь. Готовность к подвигу — в его природе. Самопожертвование и преодоление страха для него были естественны и потому не столь тяжелы, как для менее сильных людей. Авраам же шел на гору Мориа, повинуясь голосу Божию, шел, чтобы самому испить чашу испытаний до дна.

«На третий день Авраам возвел очи свои, и увидел то место издалека (ст. 4)

Из этой фразы видно, что Авраам поднялся на гору Мориа не в сиюминутном порыве самопожертвования, но добирался туда три дня. Нет сомнения в том, что этот трехдневный путь был для них обоих — Авраама и Исаака — психологической подготовкой к жертвоприношению и сопровождался их размышлениями и глубокой внутренней борьбой. Эта борьба, как сообщает еврейская традиция, была выражена в форме диалога, который происходил между ними и искусителем. Сатана не оставил их в покое, но пытался остановить и Авраама, и Исаака на их пути к подвигу. Он старался не только смутить, но и поколебать их в целесообразности их поступка. Когда же их решимость осталась непоколебимой, он стал усиленно смущать Сарру. Не оттого ли она вскорости умерла?

Тем временем они подошли к горе. «И сказал Авраам отрокам своим: останьтесь вы здесь; а я и сын пойдет туда и поклонимся, и возвратимся к вам» (ст. 5). Дальнейшее касалось только Авраама и Исаака, и на это священнодействие Авраам своих слуг не допускает. Но говорит с ними в духе веры, называя жертвоприношение Исаака «поклонением» Богу и не допуская сомнения, что они вернутся назад.

«И взял Авраам дрова для всесожжения, и возложил на Исаака, сына своего; взял в руки огонь, и пошли оба вместе» (ст. 6).

По пути к месту жертвоприношения отец и сын идут не просто рядом, но в единодушии, в единстве веры. Каждый из них погружен в свои сокровенные думы. Исаак имеет все основания полагать, что он должен быть жертвой. Но его вводит в заблуждение огонь, который несет Авраам. Он думает: «Если жертва — я сам, то, наверное, свой огонь не нужен. С неба спустится огонь и поглотит меня». Поэтому он задает Аврааму вопрос: «Вот огонь и дрова, где же агнец для всесожжения?»  Интересен как сам вопрос, так и чудесный ответ отца сыну. И как легко вера Авраама находит его: «Бог усмотрит Себе агнца для всесожжения, сын мой!»

Эта фраза показывает, что Авраам не говорил сыну всей правды, но сам того не замечая, высказал пророческие слова. Ответ не оставляет Исааку никаких сомнений относительно того, что жертва — он сам. Бог, конечно, не его усмотрел, а от семени его. Бог усмотрел Себе давно такого Агнца, еще до создания мира в лице Иисуса Христа (1Пет. 1:18-20). Исаак же является только Его прообразом. И Иисус, как Исаак, безропотно нес на Себе крест на место Своей казни (Ис. 53:7).

Поучительно и то, как Исаак отнесся к тому, что был избран в качестве агнца. Вот как излагают этот вопрос комментаторы Библии Лопухина: «Исаак совершенно добровольно и беспрекословно подчинился Божест­венному повелению. Хотя он и был уже в таком возрасте, когда мог оказать сопро­тивление престарелому отцу, но он оказывает ему самое трогательное повиновение: послушание сына здесь равняется вере отца, и оба они проявляют великое геройство духа. Если же Авраам все же, как мы видим, находит нужным предварительно связать Исаака, то он делает это или в предупреждение каких-либо невольных движений при виде занесенного ножа, или, что еще вероятнее, в силу общего жертвенного ритуала» (т. 1, с. 137-138).

Исаак благоговел пред отцом, который был для него образцом преданности Богу и любви к домашним. Эта безоговорочная покорность Исаака, принявшего свою участь из рук отца, символически отразила такое же беспрекословное послушание Иисуса воле Небесного Отца. Господь Иисус, «Отрок» Отца (Ис. 42:1-4), в Своем мессианском служении искал творить не Свою волю, но волю Пославшего Его. Радостное исполнение этой воли Он считал Своей повседневной обязанностью (Ин. 4:34; 5:30; 6:38 и др.). Господь покор­­но шел на страдания, не сопротивлялся аресту. Молчал на допросе у Пилата; не проронил ни слова, когда воины Его истязали. Молчал и тогда, когда был прибит ко кресту (Мф. 12;18-21; 26:63). Всю Свою краткую жизнь на земле Он являл образ Агнца Божия!

Всеблагой и любящий Бог не допустил, чтобы Авраам занес нож над Исааком и убил его. Он остановил Авраама: «Не поднимай руки твоей на отрока и не делай над ним ничего; ибо теперь Я знаю, что боишься ты Бога и не пожалел сына твоего, единственного твоего, для Меня» (ст. 22). Человеческая жертва была заменена овном, которого Авраам с великой радостью и вознес на жертвеннике. Это и было то «облегчение», которое Господь обещает послать вере, уповающей на Него (1Кор. 10:13). В своем уповании вера Авраама не была постыжена. И ничья истинная вера, вера Божия, не может быть постыжена, так как полагается на человеколюбивого Бога (Исх. 34:6; Пс. 85:15). Авраам с величавым достоинством вышел из этого испытания, момента наивысшей проверки его веры и послушания, в котором его дух и благочестие укрепились и закалились, и Бог достиг в нем желаемого результата. Сатана, клеветавший на Авраама, был посрамлен, а Авраам поднялся на такую вершину веры, какая только возможна человеку на земле. По словам Ап. Иакова, через это его дело он настолько усовершился в вере, что был назван «другом Божиим» (Иак. 2:21-23).

Божественный ответ заверил реальность предназначения Израиля в великом плане и цели Господа для еврейского народа, а через него — и для всего мира: «Мною клянусь, говорит Господь, что, так как ты сделал сие дело и не пожалел сына твоего, единственного твоего, то Я благословляя благословлю тебя, и умножая умножу семя твое.., и благословятся в семени твоем все народы земли...» (Быт. 22:15-18).

«Это заключительное и последнее в жизни Авраама обетование Божие отличается особенной торжественностью и силой. Подобно тому, как Авраам в своей готовности принести в жертву Исаака обнаружил высшую степень послушания и преданности, так и Господь в награду за это дает ему доказательства Своего высшего благоволения, подтверждая и углубляя ранее данные ему обетования о много­чис­лен­ности и славе его потомства. При этом в словах 18 стиха о единственном и исключительном «семени», через которое будут благословлены все народы земли, большинство толко­вателей, вслед за Ап. Павлом, видят указание на великое Семя жены, которое сотрет главу змия, т. е. на Христа, Сына Божия (Гал. 3:16)» (Библия Лопухина, т. 1, с. 140).

В связи с этим представляют особый интерес слова Иисуса, записанные в Евангелии: «Авраам рад был увидеть день Мой; и увидел и возрадовался» (Ин. 8:56). О каком «дне» здесь идет речь и когда он «увидел» его?

Это день Его Первого Пришествия. Авраам его увидел верой на горе Мориа, когда приносил свою жертву. И там он увидел жертвенный подвиг Христа, Его победу и искупление. Увидел этот «день» законченным в совершенстве, как великий акт искупления всего человеческого рода. А в этом роде увидел значение своего потомства, увидел и возрадовался. Он возрадовался непреложности Божиего избрания и Божией воли. Увидел начало и конец Голгофского подвига, увидел Церковь и ее увенчание славой в небесах.

Там, на горе Мориа, Господь открыл это Аврааму, жаждавшему увидеть день Пришествия в мир Мессии. Через жертвоприношение Исаака и последующее его «воскресение» он понял дело распятия и воскресения Христа и плоды этого великого деяния. Понял, что все то, что Бог предрек о нем и его потомстве, в свой час исполнится и что от Исаака пойдет род Авраама, новый род, род народа Божия, от которого произойдет Искупитель (Рим. 4:17-25).

Все так и сбылось. Видя твердую и непоколебимую веру Авраама и его готовность подняться на ду­ховную высоту, Господь умножил его благословение, соделал его отцом множества на­родов и вменил ему веру в праведность (Быт. 15:6; Иак. 2:23; Рим. 4:3; Гал. 3:6-7).

Ап. Павел, открывая принцип спасения по вере, пишет: «Поверил Авраам Богу и это вменилось ему в праведность» (Рим. 4:3). Авраам беспредельно верил Богу. Он настолько был убежден в истинности Бога, что заранее был согласен с любым Его словом или повелением. И это было особенно ценно в очах Божиих, почему Бог и дал ему обетование: «И благословятся в семени твоем все народы земли за то, что ты послушал голоса Моего» (Быт. 22:18).

Что значит «вменить веру в праведность»?

Праведник, в библейском понимании, — это прямой и послушный воле Божией человек. Вот два примера из Библии. 1) Вт. 24:13 — точное исполнение заповеди, предписывающей возвратить человеку залог, чтобы он успокоил­ся и благословил тебя, вменяется в праведность. 2) Пс. 105:30-31 — Финеес, сын Елеазара, вооду­шевившись ревностью за Бога, восстает и производит суд, и язва останавливается (Чис. 25:11-13). Это дело вменилось ему в праведность.

Но не всякое доброе дело Бог вменяет в праведность, а лишь дело веры, действие по вере. Ап. Павел, основываясь на ветхозаветном тексте (Быт. 15:6), развил эту мысль глубже и утверждает, что оправдание зависит не от дел, а от веры (Рим. 3:28). Вера идет впереди и подтягивает за собой дела, поведение, жизнь. Ап. Иаков освещает дру­гую сторону веры. Обращаясь к тому же тексту, он указывает на Авраама, на его «дела» (жизнь и служение), всецело проникнутые живой верой. Тем самым Апостол осуж­дает «мертвую» веру, не подтвержденную делами, а значит бессильную и бесполезную.

Таким образом, вера, вменяемая в праведность, в одеждах которой Церковь предстанет на небесах (Отк. 19:8), — это такое состояние веры, при котором все обетования Божии человек принимает за непреложную истину, за «да» и «аминь» (2Кор. 1:20), и основывает на них свою духовную жизнь. Он делает их своими, приобщается к ним, отождествляется с ними и в соответст­вии с ними живет. Благодаря такому духу веры, упования и жизни, подчинен­ной интересам Божиим, Авраам совершил нечто решающее для Бога. Жертва была им принесена (Евр. 11:17), хотя Исаак остался жив. И вот это его дело, его такое безусловное, сознательное и добровольное повиновение и доверие Бог засчитывает как праведность, потому что эта вера отвечает Его требованиям.

Авраам принял обетование Божие, когда оно казалось неосуществимым. Это говорит о глубине и жизненности его веры, о силе его доверия Богу. Бог все это вменил ему в праведность.

В двух фактах Авраам явил великую веру, превосходившую челове­ческое разумение: 1) когда Сарра физически была не в состоянии зачать ребенка, он поверил обещанию Божию, что неразрешимая ситуация сверхъ­естественно разрешится, и он будет иметь наследника от Сарры, и более того: его семя будет так многочисленно, как звезды на небе (Быт. 15: 2-6); 2) и когда приносил в жертву чудом полученное дитя, веря, что Исаак воскреснет из мертвых.

«Везде в Писании говорится, что Авраам «не поколебался в обетова­нии Божием неверием, но пребывал тверд в вере» (Рим. 4:20). И потому не положение Авраама в обществе, не его добрые дела, не его личная целостность обеспечили ему признание Богом его праведности. Богом отмеченная праведность Авраама покоилась исключительно на его вере. Итак, прежде нежели этому великому основателю еврейского народа было сделано обрезание, и за 430 лет до Закона, данного на горе Синай, вера Авраама Богу зажгла путь Божественного определения праведности по отношению ко всем, кто будет следовать его примеру» (Д. Х. Хантинг).

Господь не может признать праведностью то, что сами люди выдают за свою праведность: свои добрые дела, заслуги, самоискупление, человеческое благочестие и т. п., то есть все то, что человек достигает без Бога, без Его помощи и водительства и чем он так любит хвалиться. Бог оправдывает лишь то упование, какое целиком полагается на Него, и ту веру, которая пробуждается посредством Его откровения. Такая вера, вера Божия, не есть результат усилий плотского человека в силу его мировоззрения, но это вера, созида­е­мая Самим Богом. Эту веру Он и оправдывает, и признает, потому что может ее употребить для Своих суверенных целей. И потому вера, рожденная откровением Божиим и направленная Ему на служение, вменяется в праведность.

И не только Аврааму, но и нам, всем тем, кто следует примеру веры патриарха и верует в Иисуса Христа, Господь вменяет веру в праведность. «Писание, провидя, что Бог оправдает язычников, предвозвестило Аврааму: «В тебе благословятся все народы». Итак верующие благословляются с верным Авраамом» (Гал. 3:8-9).

В Новом Завете Бог дает Аврааму высочайшую оценку. Его верность, жизнь по вере, его служение Богу верой поставлены в пример всем верующим. Авраам полностью выполнил возложенную на него задачу: родил наследника обетования и стал отцом веры. Живя на земле, как странник и пришелец, т. е. как временный гость, он ожидал будущего города, который приготовил на небе Господь для победителей — тех, кто проходит свой земной путь в подобии Христа и совершает подвиг веры. Вера Авраама простиралась так высоко и так глубоко, что он пред­восхитил не только «день» Христов, но и обители в небесах. Верой он вступил в вечность и узрел триумфальный конец домостроительства Божия. Ради такого славного конца — обитания в дивном небесном граде — Авраам без сожаления пожертвовал временными благами мира ради вечных и стал наследником обетований Божиих по вере. Вера, друзья мои, — не только сила, но и величайшая реальность, потому что она — рука, берущая венец с трона Божия. Авраам удостоился драгоценного венца. Вот почему Господь настойчиво приглашает нас: «Послушайте Меня, стре­мящиеся к правде, ищущие Господа!.. Посмотрите на Авраама, отца вашего, и на Сарру, родившую вас; ибо Я призвал его одного, и благословил его, и размножил его» (Ис. 51:1-2).

Взглянем и мы на образ отца всех верующих и научимся от него, ибо многим из нас так не хватает чудных качеств веры Авраама, его высокого духа, его заме­ча­тельного благородства, его милосердия, его возвышенного отношения к женщине, его благочестия и посвященности! Святые, живущие по законам Бога и Его Слова, по законам неба, знающие тайну Его творения, всегда возвышенно относились к Аврааму и Сарре, патриархам еврейского народа, народа Библии.

 


 

Глава 9

 

«ВЕРОЙ... ИСААК...»tc "«ВЕРОЙ... ИСААК...»"

 

 

Верой в будущее Исаак благословил Иакова и Исава.

Евр. 11:20

 

Для многих читателей Библии образ Исаака остается не вполне раскрытым и не до конца понятым, а потому и малоинтересным. В книге Бытия, где дана его биография, не описано ни его великих дел во имя Бога, ни его геройских подвигов. Отмечено ясно для всех только одно: то, что вместе с Авраамом и Иаковом он в числе трех великих патриархов является родоначальником еврейского народа, получившим от Бога самые великие обетования и благословения. Отмечено его большое богатство, его облагодетельствованная, счастливая жизнь в Ханаане, не омраченная никакими потрясениями или заметными переживаниями и борьбой.

Между тем, Новый Завет заносит его в число героев веры, а Сам Иисус ставит его в один ряд с такими гигантами, как Авраам и Иаков (Мф. 8:11), которые будут возлежать в Его Царстве. И то, что говорит о нем Новый Завет, важнее того, что сказано о нем в Ветхом Завете.

Апостол Павел в своем Послании, отмечая большие дела Авраама, Моисея, Иисуса Навина, Самуила, Давида и других, ничего значительного, на наш взгляд, не отмечает у Исаака, кроме одного: то, что он верой в будущее благо­словил обоих своих сыновей — Иакова и Исава. Это приводит некоторых в не­доумение: за что же Исаак удостоился звания великого патриарха и героя веры?

Но вот как характеризует его Иосиф Холл, Норвичский епископ (1574-1656): «Из всех патриархов, пожалуй, самую тихую и спокойную жизнь провел Исаак. Кто из древних был лучшим сыном и мужем? Он отдал себя под отцовский нож (Быт. 22), он оплакивал смерть своей матери три года. Он не входил к наложницам, когда Господь на двад­цать лет заключил чрево его жены Ревекки. Все эти годы Исаак возно­сил молитвы Господу, и Господь услышал их, и Ревекка зачала (Быт. 25:20-21,26)...» (Ж. «В начале», 9-97).

Иосиф Холл характеризует Исаака как доброго человека с открытым сердцем, которого легко обмануть. Будучи бесхитростным, добрый чело­век думает, что и все его окружение такое же. Он верит людям, дове­ряет своим ближним. Святая простота патриарха не позволят ему даже помыслить, что можно пойти на подлог ради достижения своих целей. Разве это не прекрасный портрет верующего человека, каким представля­ет Исаака Библия? Рассматривая его дальше, мы подробнее изучим моти­вы его поступков.

Библия — премудрая книга. В ней как свидетельства, так и умолчания имеют свой определенный смысл. Есть свой смысл и великий прообраз в том, как и что она раскрывает нам в образе Исаака. Читая историю веры Авраама, мы уже обратили внимание на то, как там представлен отрок Исаак, покорно легший на жертвенник на горе Мориа. И никто, пожалуй, не усомнился в том, что в жертво­приношении Исаака Авраамом Бог представил нам Голгофский подвиг Своего Сына, Его смерть и воскресение. А потому и вся последующая мирная и спокойная жизнь Исаака в Ханаане — прообраз Тысячелетнего Царства Иисуса Христа. Отсюда становится понятным, что, без сомнения, величайшим достоинством Исаака-Христа является его благословение обоих сыновей: в лице Иакова благословлен народ Божий, в лице Исава — этот мир.

Эту тему я продолжу дальше. А здесь, в самом начале главы, приведу цитату из книги Джозефа Х. Хантинга «Портреты патриархов», выдержки из которой публиковались в журнале «Виноградник» за 1995 год. Вот какую оценку он дает Исааку:

«Если сравнить с Авраамом и Иаковом, жизнь Исаака прошла посредственно. Его отец Авраам возвышался над своими современниками и как основатель еврейской расы стоял во главе одного из наиболее выдающихся мест человеческой истории. И сын Исаака Иаков был назван вечным Израилем, князем Бога и как отец двенадцати патриархов занимал очень важное место в Божьей программе.

И, несмотря на это, место Исаака в библейских записях уникально. Что отличает Исаака от всех патриархов, так это его рождение. Сарра не только была бесплодной, неспособной к зачатию, но она давно прошла тот возраст, когда это было возможно. Учитывая эти два факта, рождение Исаака было биоло­гическим чудом. Он на самом деле был дитя обетования».

Таково авторитетное мнение еврейских теологов, и для нас оно будет исходным.

 

Итак, перед нами Исаак, единородный сын Авраама от Сарры. В Свя­щен­ном Писании нет другой такой личности, на которой Бог явил бы столько Своих чудесных дел, как Исаак:

* чудесным было его зачатие и рождение от престарелых родителей по обетованию Божию;

* чудесным образом он был избавлен Самим Богом в момент жертвоприношения на горе Мориа;

* чудесным был и его брак с Ревеккой.

Все эти три фактора из его жизни были сильнейшими прообразами Христа, но не только они, о чем будет сказано дальше.

Наше первое знакомство с Исааком происходит с повествования о его необык­новенном рождении от родителей, в течение двад­ца­ти пяти лет с надеждой и нетерпением ожидавших исполнения обетования Бо­жия (Быт. 15:3-6; 18:10). Исаак родился тогда, когда отцу было сто лет, а матери — девяносто. Сарра, сильная духом и верой женщина, «будучи неплод­на, получила силу к принятию семени и не по времени возраста родила» (Евр. 11:11). Его зачатие она восприняла верой, как дар от Бога, как вели­кое благословение и вмешательство силы свыше в ее естественное бесплодие.

Когда мы читаем в книге Бытия слова Бога: «Возьми сына твоего, единственного твоего...» (22:2), это утверждение на первый взгляд нам кажется противоречивым: ведь у Авраама был другой перворожденный сын — Измаил, который был на четырнадцать лет старше Исаака. Но Бог не признал Измаила как то обещанное семя, на которое Он передаст Свое Божественное благо­сло­вение. Исаак в этом смысле действительно был единственным. И потому Бог накануне специально явился этой недоверчивой паре (Аврааму и Сарре), чтобы заверить их в том, что именно от них родится продолжатель еврейской расы, их собственный сын (Быт. 18:9-14).

Еврейская традиция отмечает (и так оно и есть): «В рождении человека участвуют трое: муж, жена и Бог, Который благословляет брак и дает душу ребенку. Бездетность — одно из самых тяжких испытаний, посылаемых Богом; а рождение ребенка, как мы видим на примере праотца нашего Авраама, — одно из наибольших благословений и исполнение великой заповеди (Быт. 1:28)...» (Г. Ро­зенштейн и М. Шнейдер, «Я верю», изд. «Шамир», 1982).

Как велика была вера Сарры и как безгранично было ее доверие Богу, что Он дал ей силы в ее преклонном возрасте зачать, родить и вскормить сына, того, кто стал продолжателем дела веры Авраама! Сарра — женщина необыкновенной веры, твердости духа, скромности и большого мужества. К моменту появления ребенка она была уже достаточно умудрена опытом. Исаак был сыном ее старости и весь свой духовный капитал она постаралась передать ему. Сарра вложила в душу Исаака всю глубину своей материнской любви и нежности и дух благоговейного поклонения Богу. Почитая своего мужа как пророка, она передала этот же дух почтительности и сыну. И рожденный, взлелеянный ею Исаак не мог не унаследовать ее черты и не мог не воспринять ее воспитания. С молоком матери он впитал в себя ее благочестие и бого­бо­язненность. Влияние Сарры не только на Исаака, но на все последующее по­томство через Исаака сказывается до сих пор. Такова могучая сила влияния Сарры как праматери еврейского народа.

Библия показывает Исаака мужем молитвы (Быт. 24:63, где слово «по­раз­мыслить» в подлиннике означает: «помолиться», Быт. 25:21). Исаак не только сохранил веру и обетования, данные Богом Аврааму, но и приумножил их. Вера его — это вера, сохраняющая благословения Божии и передающая их потомству, вера плодоносящая. Одно это уже есть геройство его веры.

Итак, Писание показывает, что фактор духовной жизни родителей играет основополагающую роль в становлении личности их детей. Как правило, они затем своей личной верой, своей жизнью подтверждают свое избрание и призвание Богом. Бывают, конечно, и исключения, что видно на примере Исава; но в данном случае другая причина: шел отбор праведного семени для образования еврейского народа. Там же, где вера и святая жизнь родителей гармонично сочетаются с благословением и избранием Божиим, исключений почти не бывает.

В сущности, что же такое вера Божия? Это глубочайшее, безграничное, чистое, искреннее доверие Богу, живое упование на Него. Вот эту живую веру и привили родители Исааку своим личным примером. Он унаследовал от них не только все их огромное богатство и родовое имущество, но и все лучшее из духовного наследия: их бла­гочестие, их святую жизнь и их повиновение Богу. Фактически он стал про­должателем призвания Авраама, его высокой миссии в этом мире.

Библия в Быт. 22 гл. показывает трогательный образ Исаака, еще отрока, когда отец, по повелению Божию, должен принести его в жертву. Это одно из выдающихся жертвоприношений Авраама, поднявших отца и сына высоко над этим миром. Никто ни до, ни после него не поднялся столь высоко, как Авраам, в принесении Богу священного дара — дара жизни, кроме Самого Бога Отца и Бога Сына. Отрок Исаак неоднократно наблюдал, как его поч­тен­ный отец совершает жертвоприношения, как устраивает жертвенники из камней и приносит на них ягнят из своих стад. Он помогал отцу и благоговел перед этим ритуалом. И потому, когда Авраам призвал его пойти на гору Мориа для поклонения Богу и всесожжения, Исаак послушно, без расспросов идет туда. Он только задает отцу один вопрос: «Вот огонь и дрова, где же агнец для всесожжения?» — на что отец отвечает сыну: «Бог усмотрит Себе агнца...»

Это необычное жертвоприношение было актом двоих: и отца, и сына. На гору Мориа, как и на гору Голгофу, «шли оба вместе»: и Отец, и Сын. Библия показывает, как Исаак добровольно и беспрекословно подчинился воле глубоко любимого им и глубоко любящего его отца, позволил ему положить себя на жертвенник, связать и занести над ним нож. Совершая свое жертвоприношение с трепетом, Авраам не перестает верить, что Бог воскресит его сына, и эта вера и спокойствие передаются Исааку. С его стороны мы не видим ни протеста, ни возмущения и не слышим ни единого звука обиды, горечи или печали. Благоговейное молчание и полная, святая покорность, равноценная героической, мужественной вере патриарха.

Это и есть та вера, вера Божия, которая полагается не на сами факты или чудеса, но на слово Создателя и Творца, на непреложность Его обещаний! Исаак являет здесь отцу такое послушание, что становится символическим отображением жертвенного послу­шания Сына Божия Небесному Отцу. В деле этого жертвоприношения оба они — и Авраам, и Исаак, и отец и сын — проявили подвиг веры.

Заметим еще одну деталь. Чуткая, благочестивая душа Авраама не может допустить, чтобы юные слуги, сопровождавшие его в этом пути, созерцали это кровавое деяние. Они не привыкли к человеческим жертвам в его доме. Из-за справедливого опасения, что они помеша­ют ему исполнить Божие повеление, а также щадя их души, он намеренно оставляет их у подножия горы, сказав: «Останьтесь здесь с ослом; а я и сын пойдем туда и поклонимся, и возвратимся к вам». Вместе с Исааком он поднялся на гору и дрова для жертвенника возложил на плечи сыну.

Господь предусмотрел все до мельчайших деталей, когда, повинуясь объявшему их Духу Святому, Авраам и Исаак совершали свой подвиг веры. Они исполнили в точности все, как побуждал их Бог, и это имело свое непреходящее значение. Так на вечные времена, задолго до пришествия Мессии, Бог запечатлел главную весть Евангелия Христова. Он являл еврейскому народу, которого создавал и который был еще в чреслах приносимого в жертву, жертвенный подвиг Голгофского Агнца — Мессии Израиля и нашего Господа Иисуса Христа.

 

Рассмотрим далее женитьбу Исаака. Это весьма поучительная для нас история, тоже указывающая на новозаветные времена.

Интересно, что вопрос брака, несмотря на солидный возраст Исаака (ему в то время было уже сорок лет), решал за него отец. Насколько серьезно Авраам относился к выбору жены для сына показывает тот факт, что он самым тщательным образом готовился к этому событию. Он проявил здесь всю свою мудрость и отцовскую власть, весь свой здравый смысл и предусмотрительность, чтобы выполнить волю Господню. Авраам не хотел (да и нельзя было ему) породниться ни с кем из рода идоло­поклонников, жителей ханаанской земли. Призвав Елиезера, своего доверенного слугу, управлявшего его имением, он поручает ему ответственную миссию сватовства. Самым серьезнейшим образом Авраам берет с него клятву, что он не возьмет Исааку жены из дочерей Ханаана, среди которых они живут, но отправится в Харран и приведет оттуда ту, которую определил сыну Сам Бог.

Правда, идолопоклонством в те времена грешили все народы. Оно было рас­пространено и в Месопотамии так же, как и в Ханаане. Однако там оно не сопро­вож­далось такой моральной деградацией, как среди ханаанских племен. Из исторических книг известно, что хамитская распущенность в Ханаане и в древнем Египте выражалась в самых непристойных и отвратительных формах. А духовная нечис­топлотность, в основе которой лежит общение с бесами (1Кор. 10:20), укоренилась настолько глубоко, что ее практически невозможно было изжить, и требовалось применение суровых мер. Добродетель там с превеликим трудом пробивала себе дорогу.

Вафуил и Лаван, как и Фарра, родственники Авраама, тоже грешили идо­лопоклонством (И.Нав. 24:2), но оно не было угрожающим для Авраама, потому что они знали и единого истинного Бога. От извращенных же нравов Ханаана следовало держаться подальше, что и делал Авраам. Чистота натуры — вот то приданое, какое должна была принести с собой первая еврейская невеста, праматерь рода. Если бы эта чистота не была такой редкостью, то как просто было бы Елиезеру подобрать в Харране невесту для сына богатого и знатного Авраама. От него ведь требовалось найти достойную помощницу для второго патриарха, слуги Божиего, который продолжит дело Авраа­ма. Исаак ожидал от своей будущей супруги, что они вместе будут слу­жить единому истинному Богу. Поэтому выбор должен быть достойный, а для этого ее надо было испытать, доверившись руководству Божию.

У Бога уже была на примете невеста Исааку — именно Ревекка, и об этом сообщается в Быт. 22:23. Ее появление у колодца в момент прибытия Елиезера только подтверждает, насколько прав был Авраам, напутствовавший слугу словами веры: «Господь, Бог неба... пошлет Ангела Своего пред тобою...» (Быт. 24:7), чтобы приготовить ему и путь, и невесту, и «с тобою» (ст. 41), чтобы устроить обратный путь.

Елиезер с караваном верблюдов прибывает в Харран как раз в то мес­то, где проживал Нахор, брат Авраама, и останавливается у колодца, где был водо­пой животных. В это время Бог приводит к колодцу Ревекку, дочь Ва­фуила. Был вечер, и она пришла к колодцу с кувшином зачерп­нуть воды. Елиезер, наблюдая за приходящими девушками, усердно молится и просит Бога указать, по выдвинутым им приметам, которая из них предназначена Исааку. Выбор падает на Ревекку. «Девица была прекрасна видом, дева, которой не познал муж» (Быт. 24:16). В подлиннике слова «дева, которой не познал муж» оз­начают не только ее девственность, физическое целомудрие, но и ее духовную чисто­ту. Она была настолько целомудренна и скромна, что ни один мужчина даже не посмел бы предложить ей близость или вольное обращение. Истинная чисто­та и скромность отталкивают все низменное и пошлое, и никто не смеет бросить даже нескромного взгляда на носительницу таких качеств.

Ревекка спустилась к колодцу, наполнила кувшин и пошла обратно. Настала минута испытания для нее. «Дай мне испить немного воды из кувшина твоего», — просит ее Елиезер. «Пей, господин мой», — отвечает Ревекка и поит путника, а потом говорит: «Я стану черпать и для верблюдов твоих, пока не напьются». После этого она быстро выливает воду из кувшина в корыто, из которого пьет скот, снова бежит к колодцу и так поит всех верблюдов Елиезера (Быт. 24).

Из этого описания мы видим, что Ревекка вежлива, общительна и дружелюбна. Обращаясь даже к слуге, она говорит ему почтительно: «господин мой». Оказывая услугу, действует без промедления. Она не болтлива и не тратит слов попусту, когда занята делом. Сначала она дает напиться человеку, а затем уже заботится о животных. Оставшуюся воду не выливает на землю, а в корыто. Ей пришлось, наверно, раз десять сбегать к колодцу и обратно, потому что верблюды пьют много и напиваются впрок, на неделю пути. Она выполняет эту тяжкую работу ради измученных жаждой животных быстро и весело. Ну чем не добродетельная девица! Ей ничего не стоит взяться за самый тяжелый труд, если он нужен другим. При этом она обращает внимание на каждую мелочь и не позволяет себе легкомыслия в работе. И как рада она, что напоила животных и восстановила их силы! «Есть ли в доме отца твоего место нам ночевать?» — спрашивает ее Елиезер. «У нас много соломы и корму; и есть место для ночлега», — отвечает она ему (стт. 17-25).

Вот достойная жена для сына Авраама, верного слуги Господнего! Вот достойная супруга Исааку! «И преклонился человек тот и поклонился Господу», прославил Его вдохновенной, замечательной молитвой (стт. 26-27).

Когда родственники Ревекки отчетливо увидели во всем происходящем перст Божий, они без промедления выразили свое согласие на брак. Ревекка получила от Елиезера богатые подарки, родственники тоже получили подарки. Так состоялось сватовство. Затем «призвали Ревекку, и сказали: пойдешь ли с этим человеком? Она сказала: пойду» (стт. 50-58).

Но удивительно, что о другом участнике этого обручения, чьи намерения должны быть как будто бы решающими, Библия хранит красноречивое молчание — совер­шенно ничего не говорится об Исааке, его мнении и желании. У Ревекки спрашивают согласия, Исаак же позволяет своему отцу и доверенному слуге действовать от своего имени, предоставив им полную свободу в поисках невесты.

Почему это так?

Во-первых, он бесконечно доверял своему отцу как пророку Божию. Он верил, что Авраам согласовал этот вопрос с волей Бога и сделает так, что будет благо ему и слава Господу.

Во-вторых, зарождалась традиция, предусматривавшая прочность брака. В виду того, что эта традиция родилась в доме патриарха, евреи придерживались ее много столетий. По этой традиции родители и родственники с обеих сторон перед заклю­чением брака своих детей взаимно тщательно изучали генеалогию друг друга. От этого процент счастливых браков среди евреев был намного выше, чем у прочих народов. По этой же причине свадьба в еврейской семье считается не кульминацией любви, а начальным этапом ее зарождения с обещанием счастливого будущего, которое будет раскрываться все более и более с каждым прожитым днем. Такая любовь, пройдя через все жизненные испытания невзгодами или благополучием, окрепнет и разовьется по мере того, как сблизятся сердца супругов. Они все более будут осознавать нарастающее с годами родство душ и в конце концов муж признает в жене, а жена в муже свое самое драгоценное сокровище.

И в-третьих, что является самым главным: писалась библейская история, которая должна была картинно отобразить новозаветный период созидания Церкви Христа. В связи с этим история женитьбы Исаака указывает на дивные прообразы. В милом нашему сердцу библейском сюжете мы прочитываем любовь Бога Отца к Своему единородному Сыну, Его заботу о Нем. И потому Авраам символически отобразил Бога Отца, Исаак — Иисуса Христа, Которому Отец готовит Невесту в лице Церкви. Отсюда Ревекка — прообраз Церкви, а Елиезер, слуга Авраама, прообраз Духа Святого, Который на протяжении двухтысячелетней истории с великой тщательностью и усердием отыскивает и приготавливает членов Невесты Сыну Божию.

«Ревекка пришла к Исааку, и он ввел ее в шатер своей матери, — пишет Шимон-Рафаэль Гирш. — Она стала такой же верной подругой для Исаака на протяжении всей его жизни во всех странствиях и испытаниях, какой была Сарра для Авраама... Наши мудрецы говорят: «Создатель дал женщине больше разума, чем мужчине, вот почему она раньше достигает зрелости ума». Отсюда учат, что наши праматери Сарра и Ревекка полны духом Всевышнего и благодаря этому были так же мудры и прозорливы, как наши праотцы Авраам и Исаак» («Сокровища иудаизма», т. 2. Ш. Р. Гирш — выдающийся еврейский философ, филолог и комментатор Пятикнижия).

«После смерти Сарры, — пишет другой еврейский комментатор, — ее ша­тер заняла Ревекка, как сказано: «И ввел ее Исаак в шатер Сарры, матери своей» (Быт. 24:67). Все добрые качества, которыми отличалась Сарра, были и у Ревекки, и именно поэтому та удостоилась чести жить в ее шатре.

И вот что сказали наши мудрецы о Ревекке: «Всегда, пока жила Сарра, у входа в шатер стоял облачный столп (признак присутствия Шехины). Как только скончалась — исчез; как только пришла Ревекка — вернулся облачный столп. Всегда, пока жила Сарра, полог, закрывающий вход (в шатер, в котором жил Авраам), был распахнут (в знак доброты и гостеприимства); как только пришла Ревекка, снова двери открылись настежь. Всегда, пока жила Сарра, на тесто, что она замешивала, нисходило благословение, как только скончалась — перестало нисходить; как только пришла Ревекка — снова вернулось. Всегда, пока жила Сарра, светильник горел с кануна одной субботы до кануна другой субботы (в знак домашнего благополучия: свет мира, обновляемый в канун субботы, светил всю неделю); так только скончалась — стал быстро гаснуть; как только пришла Ревекка — снова стал гореть с кануна одной субботы до кануна другой субботы». (Элиягу Ки-Тов, «Ты и твой дом»).

Такое великое значение придает еврейская традиция этим двум праматерям израильского народа — Сарре и Ревекке. И то, что Исаак воспринял из рук отца прекрасную и умную Ревекку, как ниспосланную ему Богом, возлюбил ее и ввел в шатер своей матери, показывает на единство духа и веры отца и сына, единство призвания и посвящения на жертвенное служение. Только сердце, в течение сорока лет наблюдавшее водительство Божие в жизни своих родителей, может так глубоко и безоглядно довериться этому води­тельству в своей собственной жизни.

Несмотря на то, что ко времени Исаака Авраам уже во многом обжил ханаанскую землю, прошел ее вдоль и поперек, установил дружеские связи с проживавшими там племенами, ни с кем не вступая в ссоры и конфликты, Исаак все же прожил на ней более обособленно, «как на чужой». Следуя примеру и завету отца, он не строил ни городов, ни укреплений, жил в шатрах и вел пастушеский образ жизни. Унаследованное от отца богатство он приумножил и стал весьма богат, так что филистимляне стали ему завидовать. Из зависти они засыпали его колодцы, лишая его источника воды, пытались у него отнять Ревекку и в конце концов предложили ему удалиться из Герара, где он странствовал, пережидая голод (Быт. 26).

Вся 26 глава книги Бытия посвящена изложению внешних обстоятельств жизни Исаака. Какие-то моменты у него совпадают с тем, что переживал в свое время его отец. Так, например, в Ханаане, спустя приблизительно 75 лет после Авраама, в стране повторился неурожай и тяжелый голод, «сверх прежнего», какой был во дни его отца. По примеру Авраама Исаак тоже приготовился к путешествию в Египет, но Бог, явившись ему, удержал его от этого шага. Он подтвердил завет, заключенный с Авраамом, заверив Исааку, что обетования, данные его отцу, принадлежат ему и потомству его. Господь намеренно подчеркивает, что благословляет его ради Авраама. Тем самым Он хотел ободрить Исаака и еще более возбудить его дух к подражанию своему благочестивому отцу (Быт. 26:2-5).

«Бог каждого Своего избранника ведет сообразно его потребностям, а прежде всего соответственно Своим премудрым планам. Поэтому Он и не позволил Исааку путешествия в Египет, как разрешено было Аврааму... Повелел ему оставаться в Палестине и снабдил его обилием всего необходимого... Ибо при скудости и недостатке необходимых вещей, когда земля сделалась бесплодной, Исаак, посеяв, собрал обильный урожай (Быт. 26:12). По мнению еврейских комментаторов, Исаак не мог оставлять святую землю, как освященный в жертвоприношении». (Библия Лопухина, т. 1, с. 153).

Итак, Бог был с Исааком и хранил его среди всех его испытаний, опасностей и приключений. Со своей стороны Исаак бережно хранил Господни обетования, повеления, уставы и законы, как и его отец, устремляя взор в будущее. Он поселился в Гераре и, кроме скотоводства, занялся земледелием. Сторичный урожай, полу­ченный им, был даром особого благоволения Божия к нему. «И стал великим человек сей, и возвеличивался больше и больше до того, что стал весьма великим» (Быт. 26:12-14). Его величие выражалось не столько в изобилии материальных благ, сколько в величии самой его личности — его духа, его веры, его положения пред Богом. Еще Аврааму Бог обещал, что возвеличит его (Быт. 12:1-3), но сына его, Исаака, за его послушание Богу Он сделал бесконечно великим.

Первые переживания Исаака начались с бесплодия прекрасной Ревекки. Он обратился к Богу за разрешением этой проблемы. Бог услышал его, и Ревекка зачала. «Сыновья в утробе ее стали биться», и чтобы узнать судьбу своего потомства, даро­ванного ей Богом после долгих лет бесплодия, она специально пошла «вопросить Господа» (Быт. 25:22). Господь ответил ей, что у нее родится два сына-близнеца, очень непохожие друг на друга и по характеру, и по духовным устремлениям, «...и больший будет служить меньшему» (ст. 23). А это означало, что, хотя по закону перворожденному принадлежит благословение, Господь решает по другому: с младшим, Иаковом, будет утвержден Его завет, а старший, Исав, не будет иметь в нем участия. Вся дальнейшая жизнь Исаака и его переживания связаны с его сыновьями, Исавом и Иаковом.

Оставив Герар, Исаак продолжает странствовать по ханаанской земле. Враждебно настроенные к нему филистимляне непрерывно докучают ему из-за колодцев. Чтобы не спорить и не иметь разногласий с ними, он не раз меняет расположение своего большого стана в поисках источников воды. На новом месте Бог вновь является ему и подтверждает обетование, данное Аврааму. На этом месте Исаак воздвиг жертвенник Господу (Быт. 26:25). И то, что он построил жертвенник прежде, чем устроил для себя шатер, говорит о глубине его благочестия. А то, что он все время уступал наглым притязаниям филистимлян на его колодцы, из-за которых разгорелась ожесточенная вражда, указывает на его миролюбивый характер и кроткий нрав.

Когда же к Исааку пришел из Герара Авимелех со своими военачальниками, чтобы примириться с его домом, ибо они явно увидели руку Божию на нем, Исаак великодушно прощает своих бывших недругов, заключает с ними союз и устраивает им пир. Какое превосходство духа живой веры над языческим духом филистимлян! Благородный дух Авраама опочил и на Исааке.

 

При дальнейшем рассмотрении образа Исаака в центре нашего внимания стоит его вера, устремленная вдаль. Тема веры, устремленной ввысь, в небеса, к Горнему, золотой нитью проходит через всю Библию. Народ Господень в Ветхом и в Новом Завете — это народ, устремленный верой в будущее. И Исаак «верой в будущее благословил Иакова и Исава», своих двух сыновей.

Будущее видят, как правило, пророки Божии. В Псалме (104:8-15) все три патриарха израильского народа — Авраам, Исаак и Иаков — названы пророками. Взор пророков устремлен вперед, в будущее, и они видят это будущее своим просветленным взором. Благословлять верой в будущее — это фактически принцип Самого Бога, о чем читаем в Послании к Ефесянам (1:3-5), где сказано, как Бог Отец еще до создания мира благословил всяким духовным благословением в небесах тех, кто вошел в Церковь. Так верой в будущее и Христос дал обещание Отцу довести призванных в Церковь до совершенства (Еф. 5:27).

Это и есть принцип Божий: смотреть на своих детей не через их греховное настоящее, а через то будущее, которое приготовлено во Христе. Благодаря родительской вере милость Господня низводит на детей Благодать Христа и делает их совершенными. Такому принципу веры Господь научал издревле и до настоящего времени всех святых. Благодать Христа сильна исправить и преобразить любого греш­ника. Вся 11 глава Послания к Евреям показыва­ет, как могущественен принцип веры, делающий людей причастниками Божеско­го естества, начиная от Авеля и кончая верующими наших дней.

Так «верой в будущее» и Исаак благословил своих сыновей. Они в тот момент были не только несовершенны, но и с большими недостатка­ми.

Эта история происходила так необычно, что она и сегодня делит читателей на тех, кто осуждает Исаака, и тех, кто его обеляет. А смотреть надо глубже, в корень вещей, и за внешним развитием событий видеть действие невидимых сил — Бога или сатаны. Бог преследует Свои цели, а лукавый строит Ему козни, чтобы нанести урон. И не секрет, что даже самые великие святые подвергаются его жгучим искушениям.

История благословения Исааком сыновей развивалась следующим образом: «Когда Исаак состарился, и притупилось зрение глаз его, он призвал старшего сына своего Исава и сказал ему: «...возьми теперь орудия твои, колчан твой и лук твой, пойди в поле, и налови мне дичи, и приготовь мне кушанье, какое я люблю, и принеси мне есть, чтобы благословила тебя душа моя, прежде нежели я умру» (Быт. 27:1-4).

Вопрос благословения Исааком своих сыновей заслуживает более подробного рассмотрения, так как этот случай представляет один из удивительных примеров столкновения естественных человеческих желаний с определением Божией воли и открывает бесплодность одних и непреложность другой (Мал. 1:2; Рим. 9:10-13). Характеры и привязанности родителей и сыновей настойчиво вторгались в то, что имел в Своем плане Господь. Поэтому проследим по Писанию как характеры и привязанности человеческие, так и волю Божию в этом великом деле.

В книге Бытия (25:27-28) мы читаем: «Дети выросли, и стал Исав человеком искусным в звероловстве, человеком полей; а Иаков человеком кротким, живущим в шатрах. Исаак любил Исава, потому что дичь его была по вкусу его; а Ревекка любила Иакова». Этот же самый текст в еврейском подлиннике Библии записан так: «И стал Исав человеком, сведущим в ловитве, человеком поля, а Иаков человеком смирным, жителем шатров. Исаак любил Исава за то, что ловитва на устах его, а Ревекка любила Иакова».

Итак, в одном случае Исав — «искусный в звероловстве», в другом — «сведущий в ловитве». Одно ли это и то же?

Согласно словарю В. Даля, слово «ловитва» означает и сам лов, ловлю, и пойманную добычу. Исав был очень искусен в этой «ловитве», «звероловстве», т. е. способным охотником, промышляющим ловлей птиц, зверей, рыб; был в этом деле профессионалом, ловким, изворотливым, умеющим схватывать добычу на лету, на бегу, на плаву, захватывать живьем. Это стало ведущей чертой его характера, увлекло его в интересы охоты и земной жизни настолько, что о великой задаче Авраама и Исаака он и не помышлял. Вольно или невольно, но он пристрастил и отца к своей ловитве: «Исаак любил Исава за то, что ловитва на устах его». Исаак полюбил не только кушанье из дичи, но и полные захватывающего интереса рассказы о мужестве, смелости и лихости похождений Исава на охоте.

И дичь, и сами рассказы об охоте стали нравиться Исааку и расположили его душу к большей любви к Исаву. Они не просто нравились ему, но в какой-то мере возбуждали, вдохновляли его. И однажды, уже в глубокой старости, пред­чув­ствуя свою кончину, он обратился к сыну и попросил принести ему дичи и приготовить кушанье, «чтобы благословила тебя душа моя, прежде нежели я умру».

Нет ничего удивительного в том, что кроткий и спокойный Исаак любил Исава за его смелый, мужественный, боевой нрав и его отчаянные подвиги на охоте; а более пылкая и решительная Ревекка предпочитала тихого, скромного, домашнего Иакова, о котором она получила свидетельство от Бога, что ему при­надлежит благословение Авраама (Быт. 25:22-23). Все это глубоко верно пси­хологически. Кроме того, Бог, наблюдавший за исполнением Своего плана, вложил в сердце решительной Ревекки возлюбить именно Иакова больше, чем Исава, и тем самым уберечь Исаака от серьезной ошибки. Ради этой любви к сыну она смело пошла на подлог. Видимо, очень хорошо знала мягкость харак­тера своего мужа и учитывала его простодушность и доверчивость, склонившуюся в передаче благословения не к тому сыну, которого избрал Бог.

Одно лишь здесь плохо: когда семья явно разделяется из-за любимых и нелюбимых детей (а это видно не только из 25:27, но и из 27:5-6, где и у отца, и у матери «свой сын»), то это неминуемо приведет к трагической развязке и ненужным переживаниям, что впоследствии и случилось со всеми четырьмя (родителями и сыновьями).

Исав считался первенцем, а на первенцах обычно покоились все лучшие надежды и упования. Первенцы или первородные по древней традиции были носителями и обладателями тех высоких благословений и обетований, которые принадлежали отцам (Быт. 12:2-3; 13:15-16; 17:21; 22:17). Первородный сын, по Писанию, пользовался особенным правом и преимуществами перед остальными братьями. «Ты крепость моя и начаток силы моей, — говорит Иаков своему сыну Рувиму, — верх достоинства и верх могущества. Но ты бушевал, как вода, не будешь преимуществовать» (Быт. 49:3-4). Первородный сын всегда посвящался Господу (Исх. 22:29), ему принадлежало право на первое благословение отца; двойная часть из имущества отца принадлежала ему (Исх. 22:29), также ему по наследству переходил и царский престол (2Пар. 21:3). Старший сын во время отсутствия отца считался в доме главой.

Но самое главное достоинство первородства в том, что оно символизирует небесное благословение. Христос Иисус — Первенец во всем (Кол. 1:18), Он же и первородный между многими братьями (Рим. 8:29). Церковь Христова является торжествующим собором первенцев на небесах (Евр. 12:23), ей принадлежат все небесные благословения (Еф. 1:3). Израиль также был первородным сыном у Бога (Исх. 4:22-23; 13:2), получившим полноту Его благословений. Но к приходу Христа он не сохранил своего первородного достоинства, и оно было передано Церкви из язычников.

Библия показывает, что Исаак в силу сложившихся традиций имел намерение благословить первородным благословением Исава как первенца. А для восприятия и осуществления этого высокого благословения требовались и сильная вера, и горячая любовь к Богу. Ими Исав не обладал, почему Бог допустил ему утратить сначала свое первородство, а затем и первородное благословение, передав его более достойному.

В истории Исава и Иакова мы имеем замечательный пример того, как совершилось постепенное выделение и как бы очищение избранного Богом семени, в духовном родстве с которым находились многие из мужей Божиих, прославивших себя верой. Странно, что Исаак, пророк Божий, настроивший себя передать свое благословение Исаву, не разобрался в сыновьях, кто из них более достоин, хотя видел, что Иаков настойчиво боролся за обладание первородством. Исаак, скорее всего, был заведен в заблуждение своими привязанностями и прямолинейностью, о которой будет сказано ниже. У пророка Малахии написано (1:2-3): «Не брат ли Исав Иакову? говорит Господь; и однако же Я возлюбил Иакова, а Исава возненавидел». Бог видел нечестивое сердце Исава и отверг его. Исаак же, вопреки всему, старался придерживаться господствовавшей традиции своего времени.

Иосиф Холл прямо говорит: «Старый Исаак потерял зрение не только в буквальном смысле, он ослеп и духовно, желая благословить Исава вопреки Божию предначертанию (Быт. 25:23). Для Авраама было менее сложно принять обетование Божие о приносимом в жертву Исааке, чем для Исаака признать превосходство Иакова. Ничего не зависело от старого Исаака. Бог все решил. Очень часто мы видим, как истинные дети Божии увлекаются земными вещами, забывая Божии постановления. Не был ли сам Исаак младше Измаила? Сейчас же Исаак знает лишь одно: «Он мой первородный».

Но как благ Господь! Видя, что до совершения греха остался лишь один шаг, Он не допускает его и делает так, как угодно Его святой воле. Тот самый Господь, Который предопределил Благодатью превосход­ство младшего, сделал так, что младший получил и благословения отца. Скорее мать поднимет руку на своего единственного сына, чем Господь отречется от Своих обетований». Это очень серьезные и верные мысли епископа Холла.

Привязанность Исаака к Исаву объясняется одной главенствующей чертой его характера, унаследованной от родителей: его преизобильно наполнял страх Божий. В Библии упоминается об этом несколько раз: «...Бог Авраама и страх Исаака» (Быт. 31:42). И еще: «Иаков поклялся страхом отца своего Иса­ака» (Быт. 31:63). Страх Исаака — это не рабский страх мучения (1Ин. 4:18), а высочайшее благоговение перед величием и справедливостью Бога. «Стра­хом Исаака» фак­тически назван объект его страха, т. е. Сам Бог. Пророк говорит: «Господа Саваофа — Его чтите, и Он — страх ваш, и Он — трепет ваш!» (Ис. 8:13). «Страх Исаака есть страх Божий, ибо его носил Исаак в душе», — так объясняет бл. Феодорит. Этот страх питал всю силу его благочестия.

По причине этого страха он так благоговел перед законом первородного благословения, что без размышления пошел по пути его соблюдения. Он даже не обратил внимания на пророческое предсказание, полу­ченное Ревеккой, о судьбе бившихся в ее утробе сыновей. Ей прямо было сказано, что два различных народа произойдут от нее, один будет сильнее другого, и «больший будет служить меньшему» (Быт. 25:23). Бог, давший зачатие бесплодной Ревекке, видел то, чего не видел Исаак: не Исав, а Иаков будет носителем истины и продолжателем великой миссии Авраама.

Ревекка твердо следовала откровению Божию, всеми силами содействуя его испол­не­нию и подчиняясь воле Божией. Исав в душе был нечестивец, и она, как мать и муд­рая женщина, видела это. Она видела, что для Исава Божии цели, планы и инте­ре­сы, пути Господни не представляют настоящей ценности. Свое пренебрежение к небес­ному и духовному он доказал тем, что легко расстался со своим первородством, продав его за тарелку чечевичной похлебки. Для него и отцовское благословение не пред­став­ляло бы той ценности, если бы оно не сулило земных благословений; он не усматривал в нем своего великого вечного будущего на небесах, а связывал только с земным.

Иаков был человеком совсем иного склада. В нем тоже плотское брало верх. Но при всем этом он всем своим существом устремлялся к Богу. Именно такие люди могут и достойны быть носителями обетований Божиих. Несмотря на свои недостатки, Иаков был, по словам Быт. 25:27, «человеком кротким», а еврейское слово «кроток» означает «правильный, совершенный, невинный» (М. Хорлокк); поэтому он почтителен, смирен, богобоязнен, благочестив и любил Бога по-настоящему. А потому и ревновал за первородство и первородное благословение, ибо понимал, какая духовная высота связана с этим. Бог возлюбил его и одарил глубокой верой, предопределив ему быть родоначальником колен Израилевых.

Ревекка хорошо понимала призвание и своего мужа, и своего сына Иакова и справедливо выдвигала Иакова вперед, как более достойного из ее сыновей. Ради этого она шла на все. Исаак же усвоил только один принцип: закон первородства свят и в соответствии с ним он обязан благословить первенца. В этом своем намерении он был непреклонен.

Поэтому нет ничего удивительного в том, что диавол, стоящий позади дела благословения, намеревался воспользоваться именно этой чертой характера пат­риарха, фанатично придерживавшегося одного принципа. Сатана хотел сделать вопреки определению Божию, чтобы благословение досталось не по назначению. Прямолинейный Исаак, из великого наследия Благодати Божией усвоивший этот один принцип, не мог быстро и легко сориентироваться и перестроиться, чтобы понять тонкости руководства Божия и немедленно им подчиниться. Такая пря­молинейность его взглядов могла погубить все дело Божие, если бы активно не вмешалась Ревекка, пойдя на риск. Она оказалась проницательнее своего мужа и решительно перешагнула барьер закона первородства ради достижения великой цели.

Нельзя сказать, что Ревекка употребила здесь правильные средства. У Бога, несомненно, были и другие способы достижения благословения. Будь Исаак про­зорливее, он мог бы поступить с сыновьями так же, как это сделал Иаков при благословении Ефрема и Манассии (Быт. 48:13-14). Почему же Бог не открыл Своей воли Исааку? Во-первых, потому, чтобы вразумить его, открыть ему глаза, ибо он усердно придерживался не того, чего искал Бог, сделать явным для него попечение Божие об Иакове. А во-вторых, явить благость и для него, когда помимо его воли будет благословлен младший сын. Когда обнаружился обман Иакова, Исаак не разгневался на него, но понял намерение Божие и подтвердил первоначальное благословение.

Однако надо отдать должное смелости и решительности Ревекки, от­важившейся на подлог. Она поспешила предупредить неосмотрительность мужа. Ею руководила твердая уверенность, что первородное благословение пред­назначено Богом не для Исава, а для Иакова. И потому она не побоялась взять на себя даже проклятие, если обнаружится обман. Она была убеждена, что никакого проклятия не последует и что ее сын Иаков будет Богом бла­гословлен, а в нем благословится она и сам Исаак избавится от роковой ошибки.

Хотя она применила хитрость, Писание нигде ее за это не осуждает, ибо благодаря ее вмешательству воля Божия над Его избранником осуществилась, а в нем — над целым народом. В этой своей материнской ревности она не была постыжена: благословение почило на доме и роде Иакова; от него произошло двенадцать колен, имена которых увековечены в Библии и запечатлены на воротах небесного города Иерусалима (Отк. 21:12).

Еврейские мудрецы говорят: «Вера, таящаяся в сердцах женщин, глубже, чем вера мужчин». Истину эту подтвердила Ревекка своим исключительным поступком. Перворожденный Исав был любимцем Исаака, так же как и Измаил был любим Авраамом. И опять Бог должен был переменить патриархальный порядок, касающийся первородства и благословения, дав их Иакову. Ясно, что это решение Божие было дано Ревекке, потому что она специ­ально просила Бога об этом (Быт. 25:23). Она знала, что Иаков был Богом предопределен для получения отцовского благословения и что благословение сочетается с первородством, которое Иаков уже получил.

Хотя это будет звучать, как повтор, но я все-таки приведу мнения разных богословов, чтобы показать их единодушие в оценке поступка Ревекки и Иакова.

«Нам не сказано, — пишет Иосиф Х. Хантинг, — почему Исаак не действовал в соответствии с откровением Божиим, данным Ревекке до того, как мальчики родились. Но нам сказано, что Ревекка действовала быстро, чтобы предотвратить чудовищную ошибку, которая должна была произойти. Она чувствовала, что существует только один способ, чтобы спасти ситуацию, а именно: заменить Исава Иаковом. Когда Иаков возразил, что он окажется обманщиком и навлечет на себя отцовское проклятие, а не благословение, если тот пощупает его нежную кожу, Ревекка мгновенно ответила: «На мне пусть будет проклятие твое, сын мой; только послушайся слов моих...» После­дующая история оправдала ее поступок» («Виноградник» 02-96, 12-95, 02-98).

А д-р Арнольд Фрухтенбаум ставит этот вопрос с ног на голову: «Не Иаков, а Исав пытался украсть отцовское благословение у Иакова. После того, как он продал ему свое первородство, притязать на перво­родное благословение он не имел права, так как уже Иаков считался перворожденным» («Виноградник», 06-94).

В комментариях к Брюссельской Библии 1973 года на 27 главу Бытия записано следующее: «Не осуждая определенно поступка Иакова и Ревекки, священнописатель дает все же понять, что он предосудителен: Иаков боится, что отец проклянет его, если обман, к которому он прибег по внушению Ревекки, будет обнаружен (ст. 12). Однако этот обман, свидетельствующий о том, что мораль того времени была недостаточно высока, таинственно служит осуществлению замысла Божия: Исав относился с таким пренебрежением к правам первородства и связанной с ним ответственности, что клятвенно отрекся от них (25:33-34), чтобы Иаков дал ему поесть. Бог передает тогда эти права Иакову, ценившему их более, чем Исав. Господь так велик, что Свои предначертания Он может приводить в исполнение с помощью несовершенных людей, если они сознают ценность даров Божиих» (с. 1863).

Ну а где во всей этой истории виден героизм веры Исаака?

На этот вопрос я хотел бы ответить словами Иосифа Холла, цитату которого привожу и с мнением которого я полностью согласен: героизм веры патриарха обнаруживается уже после свершившегося факта благосло­вения. «Не успел радостный Иаков отойти от отца, — пишет Холл, — как входит Исав, исполненный надежды на отцовское благословение. Но ка­яться поздно! Никакое покаяние о продаже первородства не может изме­нить дело. Дичь, пойманная и приготовленная для отца, не стоит того, что было продано за чечевичную похлебку. Надежды грешника рушатся в тот момент, когда он менее всего ожидает этого, а дети Божии неожидан­но получают. Усталый, вспотевший от усердия Исав входит к отцу, но ничего не находит там. Гордый человек предстоит пред Богом, исполнен­ный своей собственной праведности. Вот-вот он должен получить всё, но вместо этого звучит вопрос: «Кто ты?» Отец и сын в недоумении смотрят друг на друга, один с ужасом, другой с сожалением. Исаак «вострепетал весьма великим трепетом», а Исав возопил громким голосом. Исаак понял, что он совершил то, чего не хотел делать, но что надлежало сделать по воле Божией. Господь, оставаясь праведным, указал на грехи челове­ка. Кому теперь угодно смотреть на слезы Исава, слезы, катящиеся из глаз продажного человека?..

Если бы тогда не продал, сейчас не надо было бы умолять. Господь поступает справедливо, когда не дает нам того, что мы отвергли в свое время. И слезы Исава не вызывают сочувствия у Исаака. Лишь об одном он может сожалеть: то, что он сделал по хитрости Ревекки и Иакова, Исаак должен был сделать по своей воле».

Он разгадал коварный умысел сатаны подменить Иакова Исавом и тем лишить избранника Божия принадлежащего ему первородного благословения; орудием этого дела намеревался сделать самого патриарха. Поэтому и «вострепетал Исаак весьма великим трепетом» (ст. 33). Когда он это понял и воспротивился, то уже ни мольбы, ни вопли Исава не могли переменить его мыслей.

Исаак ясно понял и то, что первородно первенствующие люди не всегда оправ­дывают призвание. Поэтому слепое подчинение обычаю благословлять первенца было заменено истиной — чтобы во главе дела Божия стоял не первенствующий Исав, а в тени стоящий Иаков; именно он и есть родоначальник народа Божия и продолжатель миссии Авраама. Вначале Исаак благословил Иакова как бы по ошибке, но вторично он благословил его осознанно, верой в будущее, утвердив первое благословение. Только такое благословение приносит плоды и может быть признано Богом.

Исаак оказался послушным и гибким орудием в руках Бога: благословение по долгу, по закону он заменил благословением по Вере, по Благодати, по достоинству. Таким образом в нем была исправлена иерархия чинопочитания плотского почи­танием по истине. Так впоследствии и Давид, последний из сыновей Иессея, получил благословение и помазание на царство не по первородству, а по достоинству своей веры, духа и сердца, преданного Богу. Его первородные братья, видные собой, остались в стороне (1Цар. 16).

Итак, эта способность проникновения духом в будущее родила в Исааке веру обновленную и дерзновенную, а потому и героическую. Ею он благословил обоих своих сыновей: Иакова — небесным, Исава — сугубо земным благословением. Каждый из них получил то, чего удостоил их Бог. И нас, новозаветную Церковь, Господь строго предупреждает: «...чтобы не было между вами какого... нечестивца, который бы, как Исав, за одну снедь отказался от своего первородства. Ибо вы знаете, что после того он, желая наследовать благословение, был отвержен; не мог переменить мыслей отца, хотя просил о том со слезами» (Евр. 12:16).

Вся последующая жизнь Исава и его потомства подтвердили его нечестивость. Потомки Исава — идумеяне — впоследствии были истреблены.

Исаак не ошибся, передав полноту благословения Иакову. Вера его, которая взирала на будущее и видела великую славу Божию в жизни Иакова и его потомства, полностью оправдалась. Благословение пало на добрую почву и принесло славные плоды. Правда, Иакову пришлось пройти великую школу воспитания и освящения своей жизни. Но об этом в следующей главе.

Все, кто жаждет благословения не по духу закона, не по заслугам, а по вере, по избранию Божию, как Иаков, тот получит его, ибо верен Бог, у Которого «дары и призвание... непреложны» (Рим. 11:29). Верен Бог в Своей правде, справедливости и любви, велик и в милости Своей!

В заключение обобщим символические образы, представленные Исааком.

* Исаак родился по обетованию посредством биологического чуда. Точно так же по обетованию был зачат и рожден Господь Иисус.

* Как Исаак был «единородным» сыном Авраама от Сарры, так и Иисус является единородным Сыном Бога Отца. Исаак назван единородным потому, что исключительно на нем, сыне обетования, покоились все благословения Божии о будущей славе потомства Авраама.

* Как Исаак шел на гору Мориа и нес на себе дрова для жертвенника, на который потом был возложен; так Иисус шел на гору Голгофу и нес на Себе Свой крест, на котором был распят.

* Как Исаак получил от Авраама все свое большое наследство, так Иисус получил все от Своего Небесного Отца.

* Как Авраам посылал слугу на свою родину найти и привести невесту Исааку, так Бог послал Духа Святого на землю найти и приготовить невесту Иисусу Христу.

* И как Исаак верой благословил Иакова и Исава, так и Иисус Христос благословил Церковь и Израиля.

Если продолжить рассмотрение этой темы, то мы обнаружим много больше параллелей. Так, например, в Послании к Галатам мы находим, что Исаак отображает собой духовных христиан. В Церкви имеются и «Измаилы», представляющие дела плоти, и «Исааки», представляющие дела Духа Святого. Измаила родила Аврааму Агарь «по плоти», поэтому он символизирует собственные дела человека. Исаак, напротив, родился в то время, когда Авраам был лишен возможности продолжить свой род, а потому он родился по обетованию и таким образом символизирует дела Духа Святого.


 

Глава 10

 

«ВЕРОЙ ИАКОВ...»tc "«ВЕРОЙ ИАКОВ...»"

 

 

Верой Иаков, умирая, благословил каждого сына Иосифова и поклонился на верх жезла своего.

Евр. 11:21

 

Вера Божия содержит великий фундаментальный принцип, на котором построена система исправления человека, восстановления в нем образа Божия.

История Иакова открывает нам два характерных фактора: с одной стороны, благое намерение Божие благословить Иакова как продолжателя веры и дел Авраама и Исаака, а с другой — желание или попытку человека своими усилиями достичь того, что Сам Бог определил для него. Эти две стороны дают ключ к пониманию его противоречивого характера. Иаков предстает перед нами прежде всего, как человек Божий, которому принадлежит великое настоящее и будущее. Но при этом прогля­дывает его плотская натура, и она долго вмешивается в план Божий в достижении высокой цели. В его голове роилось множество всевозможных планов. Он был самолюбив, во всяком деле прежде всего думал о себе, а потом о других, и не упускал случая, чтобы пробиться вперед. Поэтому Богу потребовались многие годы для воспитания Иакова. День за днем Он говорил с ним через все потрясения его жизни, проводя через строгую дисциплину Духа Святого. Так в большой школе испытаний Бог преобразовывал его характер, пока Иаков не научился во всем повиноваться Ему и полагаться на Его волю.

Рассматривая образ Иакова, необходимо учитывать следующее. Если Авраам был родоначальником народа завета — получил от Бога призвание, обетование, переселился в Ханаан, создал там базу для созидания будущего этого народа; Исаак все это сохранил, приумножил и передал Иакову, то Иаков завершил первоначальную стадию плана Божия: он произвел двенадцать сыновей, давших многочисленное потомство. На его долю выпала самая трудная и ответственная часть задачи: сформировать двенадцать колен, родоначальников израильского народа и носителей веры Авраама, Исаака и Иакова. Так постепенно из одной пары произошла большая патриархальная семья, затем двенадцать племен или народ, получивший при Моисее полное духовное и нравственное, впоследствии госу­дарственное и гражданское устройство богооткровенного характера.

В создании этого великого дела участвовал Господь, заботливо форми­руя характер самих патриархов. Ему были небезразличны ни их достоинства, ни их недостатки, даже самые крупные. Для нас, познавших Благодать Божию через Иисуса Христа, очень поучительно это ве­ли­кое участие Бога в формировании личности Авраама, Исаака и Иакова. Эта Его безграничная милость должна служить для нас не только примером, назиданием, но великим утешением и радостью. Ведь око Господне было над ними день и ночь, рука Его спасала из любой западни, выводила из любой немыслимой ситуации.

С первых строк своего повествования о взрослой жизни сыновей Исаака Библия отмечает (Быт. 25:27), что Исав был «искусным в звероловстве, человеком полей», т. е. страстным охотником, для которого доставляло удовольствие выслеживать, гнаться за зверем и убивать его; а Иаков — «человеком кротким, живущим в шатрах», который оберегал и пас скот, ведя кочевой образ жизни. У братьев была разная жизненная ориентация и соответственно разное отношение как к материальным благам, так и к духовным ценностям. Фраза Иакова «Бог, пасущий меня с тех пор, как я существую» (Быт. 48:15) открывает нам его как человека пастырской души по своей натуре, по призванию, понимающего толк в пастушестве, любящего животных и самоотверженно заботящегося о стадах (Быт. 31:38-40; 33:13).

Кроткий по натуре, он в то же время был тверд, как кремень, в принятии наследия от Бога, Его великих обетований. По духу, по вере это человек-кремень: волевой, твердый, настойчивый, идущий к цели напролом и не останав­ливающийся ни перед какими преградами. Это был решительный, непреклонный муж, который медленно и с трудом, но успешно поддавался переделке по образу Божию. Люди не всегда понимают это, зато Бог высоко ценит души, из которых можно выплавить золото.

Вот какую оценку дают еврейские богословы патриарху Иакову: «Из трех отцов еврейского народа Иаков, хотя бездумно и очернен некоторыми как обманщик, в Библии показан как духовный гигант. Он был человеком, которого Бог избрал для переименования в Израиля, Принца с Богом, и это имя ассоциировалось с его потомками с тех пор в течение почти четырех тысяч лет; в настоящее время оно не сходит с передней полосы новостей» (Иосиф Х. Хантинг, «Виноградник», 02-98).

Вне всякого сомнения, Иаков — незаурядная личность, могущая увлечь за собой народ. Он обладал всеми необходимыми качествами, чтобы стать родоначальником величайшего по своему избранию и предназначению народа. Это был человек колоссальной энергии, широты ума, глубины мысли, большой семьянин и делец. Делец в том смысле, что был полон энтузиазма, обилия планов и умело вел дела. За эту душу бездна много могла бы отдать, чтобы только приобрести ее в свой стан. Именно за это и шла над ним такая страшная борьба с силами зла, чтобы обратить его от тьмы к свету, от власти сатаны к Богу и чтобы из плотского, человека-кремня, сделать духовную личность, чего Господь достиг в нем к концу его жизни.

Поэтому Иаков и преподан нам как образец одной из самых сложных личностей священной истории, в которой Благодать восторжествовала. В Иакове столкнулись две могучие силы, каждая из которых стремилась завоевать его на свою сторону: сила Благодати Божией и сила сатанинского зла. Уже на примере личности Авраама и Исаака диавол понял, что грозит его господству на земле, когда появится такой народ, как Израиль, который станет светочем для всех народов. Поэтому он прилагает все усилия, чтобы в Иакове и его сыновьях погубить замысел Божий. В Иакове он старается найти точку опоры (Еф. 4:27), чтобы проявить в нем своеволие. Вот почему у него такой своеобразный характер, такой сложный жизненный путь и так сильна была вначале его плотская натура.

У пророка Осии (12:3-4) читаем о нем: «Еще находясь в утробе матери, запинал он брата, а возмужав, боролся с Богом. Он боролся с Ангелом и превозмог..» В Иакове таились неукротимые силы, которые Господь нашел способ укротить. Отсюда и имя его — Иаков — «держащийся за пяту», так как при рождении он держался за пяту Исава, родившегося первым (Быт. 25:26). Его имя также означает «запи­нающий». В этом прообраз его характерного поведения: он нередко стоял на пути своего брата, как бы запиная его, подставляя ему подножку или хватая за ногу. Это соперничество между близнецами началось уже в утробе их матери. Так происходило потому, что Бог видел, а потом увидел и Иаков нечестие Исава, видел, что он не дорожит духовными благами и Самим Богом. Да и сам Иаков имел много недостатков и долгое время действовал более по плоти, чем по духу, пока научился Божественному руководству и стал ходить Его путями.

Еще не родились братья-близнецы, а Бог уже «возлюбил» одного и «возненавидел» другого (Рим. 9:10-13). Он отверг Исава, ибо наперед знал, что не Исав, а Иаков будет продолжателем Его дела на земле, будет любить Его и заботиться о святости в мире. А об Исаве Он предвидел, что тот будет всецело предан земному, пренебрежет Господними целями и изберет себе широкий путь, ведущий в погибель (Мф. 7:13).

Внешне же первоначально все выглядело иначе: внешне казалось, что Исав более порядочен, чем Иаков, который всюду ловко обходит его, обманывает, старается перехитрить. В отрочестве и в более зрелые годы Исав слушался отца, занимался охотой, делом довольно трудным, сопряженным с опасностями, приносил вкусную дичь, развлекал отца романтикой своих охотничьих похождений. И Исааку казалось, что именно этот его сын, такой энергичный, деятельный и отважный, способен повести дело Божие и выполнить миссию Авраама. Он и в общении был больше с отцом, чем с матерью, и Исаак к нему привязался, отдавая ему предпочтение перед Иаковом, человеком совершенно другого склада. Иаков более кроткий, тихий, любивший уединение и разделявший общение с матерью, поэтому Ревекка более любила его (Быт. 25: 27-28).

Исав недолюбливал Иакова и считал его своим завистником и соперником, преграждающим ему путь. Так сегодня плотские судят о духовных: по отдельным поступкам или особенностям характера делают поспешные и часто неверные выводы. При этом в расчет не берется внутренний мир человека, те духовные процессы, которые происходят глубоко внутри. Плотские не могут судить о духовных! Бог же видит все сокровенное, знает все тайны сердца (1Цар. 16:7) и либо принимает, либо отвергает человека.

Несмотря на все недочеты характера Иакова там, внутри, в своей душе, он глубоко любил Бога, любил истину, почитал отца и мать, любил и своего брата Исава. Впоследствии все это подтверждается в его жизни и поступках. В дальнейшем сама жизнь учила Иакова многому, но об этом речь будет ниже. Здесь же остановим наше внимание на одном из важнейших событий его жизни, после которого он начал восхождение по лестнице благочестия к вершине Божиих благословений.

 

Отцовское благословениеtc "Отцовское благословение"

 

Почему так случилось, что Иаков, предназначенный Самим Богом быть продолжателем веры и дел Авраама и носителем Божиих обетований, на своем пути встречает преграду в лице своего брата? Они — близнецы и оба первородные дети, но Бог допускает между ними соперничество для определенной цели. Эту цель хорошо раскрывает Иосиф Холл: «Соперничество началось слишком рано... Эти двое положили начало борьбы двух племен. Борьбу же они начали во чреве матери. Ссора, борьба, первенство. У Исава было природное преимуще­ство, а у Иакова была Благодать. И для того, чтобы уровнять силы природы с Благодатью Божией, Исав должен был родиться первым. Но Иаков держал­ся за пятку брата, так что его рука появилась на свет раньше ноги Исава. Исав все же был на несколько мгновений старше, так что младший брат больше подходил под обетова­ния Божии, он купил то, что не смог отнять в борьбе. Если бы Иаков родился первым, он никогда бы не понял Благодати Божией, все принад­лежало бы ему и без милости Господа» (Ж. «В начале», 09-97).

Иаков в душе, наверное, завидовал Исаву и стал искать путей, как завладеть его первородством и правами. Он понимал, что первородное благословение дает особые преимущества, имеющие решающее значение для будущей жизни его самого и его потомства. И потому он использовал первый же подвернувшийся ему случай, чтобы приобрести его.

Здесь я прервусь и дам место Иосифу Х. Хантингу. Он пишет: «Поверхностный наблюдатель может заклеймить Иакова в худшем случае обманщиком, в лучшем — оппортунистом (человеком обстоятельств). Исав весь день был на природе, в полях, и вернулся домой умирающим от голода. Так случилось, что Иаков сварил горшок чечевичного супа с мясом и, когда Исав попросил порцию, то последний предложил сделку: «Продай мне теперь же свое первородство. Исав сказал: вот, я умираю; что мне в этом первородстве?» (Быт. 25:31-32).

Отсюда мы видим, что здесь нет никакого обмана со стороны Иакова. Он предложил купить первородство, а Исав прямо заявил, что он в нем не заинтересован. Фактически Писание объявляет, что «Исав пренебрег первородством» (ст. 34). В Новом Завете мы читаем, что Исав «был нечестивец, который за одну снедь отказался от своего первородства» (Евр. 12:16). Вместо того, чтобы обвинять Иакова, мы должны понять, что Иаков не только поступил честно, но и больше ценил духовные блага первородства, чем Исав, который им пренебрег».

Итак, сделка состоялась, и Иаков купил у Исава это право. Ввиду того, что с первородством связаны и первородное благословение, и избрание Божие, то не только «за снедь», но за все блага мира, по слову Христа (Мр. 8:36), нельзя было уступать его!

То, с какой легкостью Исав расстался со своим первородством, характеризует его как человека легкомысленного и безразличного к великим ценностям Бога. И, напротив, то, с какой страстной настойчивостью Иаков добивался его, характеризует его, как достойного претендента на избрание Богом, ибо он знал цену этому преимуществу и жаждал его получить. И пока Исав наслаждался простором полей, лесов и гор, упивался своей плотской свободой и усердно охотился за дичью, Иаков неустанно и не менее усердно охотился за первородством и в конце концов получил его!

«Просите, и дано будет вам, — говорит Христос; — ищите, и найдете; стучите, и отворят вам; ибо всякий просящий получает, и ищущий находит, и стучащему отворят» (Мф. 7:7-8).

Другой перевод этого текста еще более выразителен: «Просите, Я прошу вас просить; ищите, Я убеждаю вас искать; стучитесь, Я настаиваю, чтобы вы стучались» (Подробная Библия).

Богу угодно, чтобы именно так верующий искал духовных благ и привилегий: просил и не отступал от своей просьбы, искал и не прекращал своих поисков, стучал настойчиво! Он обещает ему их даровать. Именно таким настойчивым и неотступным в своих поисках и был Иаков.

В результате такого сильного противоборства братья поменялись ролями: Иаков занял место первородного, а Исав — второе место в доме. В поворотный момент жизни своих сыновей решительная Ревекка вышла на передний план, в своей инициативе заменив нерешительного Исаака. Она гораздо глубже, чем он, понимала внутреннюю жизнь своего любимца, знала и привязанности своего мужа и воспро­тивилась им. Господь допустил свершиться тому, что предопределила Его десница от начала: Исаак возложил руки на Иакова и благословил его.

 

 

ПОБЕГ И ЖИЗНЬ В хАРРАНЕtc "ПОБЕГ И ЖИЗНЬ В хАРРАНЕ"

 

Получив первородное благословение, Иаков вместо спокойной, безмятежной жизни получил в удел странствия. Разгневанный Исав грозился убить его, и Иаков вынужден был бежать из дома. Его спасению и благополучному исходу содействует опять-таки Ревекка: ей донесли об угрозах Исава, и она предусмотрительно отсылает сына в Харран к своему брату, полагая, что расстается с ним на короткое время, пока утихнет злоба Исава (Быт. 27:44). Мужу она указывает на другую причину: женитьбу Иакова (ст. 46). Так Бог, считает Иоанн Златоуст, вкладывает в ее ум все, «что могло содействовать будущему домостроительству и спасению ее сына» (ст. 42).

Прежде чем Иаков ушел в Харран, Исаак призвал его к себе и подт­вердил для него завет Авраама. Само это призвание является как бы официальным признанием его первородных прав и, как объясняют еврейские толко­ватели, оно было как бы «приложением печати к акту благословения в удостоверении его сознательности». Не без влияния Ревекки (ст. 46) и руководствуясь примером Авраама (Быт. 24:3-4), Исаак дает сыну строгий наказ: не брать себе жены из хананеянок, но ради чистоты крови и духа патриархальной семьи взять из дочерей Лавана (Быт. 28:1-5). Завещание жениться на родственнице было не только со стороны отца, но и со стороны матери: она внушала это обоим сыновьям, но только Иаков последовал ее наставлению (см. Быт. 28:5; это видно из слов: «матери Иакова и Исава»).

Помимо воли Иакова так случилось, что ситуация с благословением разделила семью на 20 лет: все остались в Ханаане, а Иаков убегает на чужбину. Уходя из дому, он не взял с собой припасов на дорогу, ни осла, ни верблюда и никого из сопровождавших его людей. Это был настоящий тайный побег, притом торопливый, а путь — длительный. Евр. толкователи считают, что с его уходом город Вирсавия лишился благочестивого мужа и своей славы. Положение Иакова действительно было тревожным и бедственным, так как он был лишен всего: помощи, защиты, покровительства и самого необходимого. Но во всех его переживаниях были явно видны водительство Божие и забота о нем.

В первую же ночь своего далекого странствия и, как полагают, недалеко от иевусейской крепости, расположенной высоко в горах, которая позже станет Иерусалимом, на пути в Сихем, Иаков удостаивается во сне небесного видения. Это Господь поспешил подкрепить упавший дух Своего избранника и явить ему Свою милость. Откровение Божие отвечало насущным потребностям Иакова: во-первых, необходимо было утвердить его в вере в Божии обетования, переданные его отцам и, во-вторых, даровать ему заверение в его личной безопасности в предстоящем пути. Это великое обетование содержало полноту благословений: «Я Господь, Бог Авраама, отца твоего, и Бог Исаака. Землю, на которой ты лежишь, — сказал Господь, — Я дам тебе и потомству твоему. И будет потомство твое, как песок морской; и распространишься к морю, и к востоку, и к северу, и к полудню; и благословятся в тебе и в семени твоем все племена земные. И вот Я с тобою, и сохраню тебя везде, куда ты ни пойдешь; и возвращу тебя в сию землю (имеется в виду Ханаан); ибо Я не оставлю тебя, доколе не исполню того, что Я сказал тебе» (Быт. 28:13-15).

«Таким образом подтверждая Иакову благословение Авраамова завета так же, как Он сделал это до него Исааку, его отцу, Бог тем самым подтвердил действия Ревекки и Иакова как истинные, действия по предотвращению передачи Исааком этого завета Исаву!» (И. Х. Хантинг).

Проснувшись на следующее утро, Иаков пришел в страх и благогове­ние от этого видения, возлил на камень, служивший ему подушкой, елей и назвал это место «Вефиль» (дом Божий). Он также дал обет служить Богу, признавать Его своим Господом и отдавать Ему десятую часть своего состояния (Быт. 28:16-22). «Согласно Филону, — толкует брюссельская Библия в своих «Приложениях (с. 1863), — многие отцы Церкви видели в лестнице Иакова образ Провидения Божия, проявляющего Свою заботу о мире через посредство ангелов. Согласно другим, она — прообраз воплощения Сына Божия, соединившего небо с землей (Ин. 1:51)».

Ободренный видением, Иаков продолжил свой путь дальше, в Харран. Без труда нашел дом своего дяди, был любезно им принят. Но все же там, в Харране, в доме Лавана, началась подлинная духовная школа Иакова. Там, на чужбине, он со всей остротой пережил и одиночество, и скитания, и лишения, и опасности, неспра­вед­ли­вость, вражду, разочарование и новый побег. Лаван долгое время благоволил к Иако­ву, нанял его в пастухи своих стад, но вместе с тем раз десять менял свою награду за его тяжелый, изнурительный труд (Быт. 31:36-42). Затем, когда Иаков проявил свою предприимчивость и имел в ней успех, Лаван, позавидовав его благословению, сменил милость на гнев, и Иаков был вынужден уйти на родину (Быт. 31:1-3).

Все его переживания в доме тестя были следствием двух причин:

1) Языческое поведение Лавана, который держал у себя идолов, хотя знал и живого истинного Бога.

2) То обстоятельство, что Иаков получил первородное благословение под чужим именем, давало сатане право вторгаться в его жизнь и строить козни через Лавана. Это длилось до тех пор, пока Иаков не закрыл ему дверь покаянием и не приостановил действие закона греха и смерти в своей жизни.

На его примере мы видим действие одного из важнейших законов духовного мира: верующий, дающий диаволу место или точку опоры в своей личности грехом или проявлением ветхого характера, допускает ему вмешиваться в свою жизнь до тех пор, пока не исповедует грех и не очистит душу. Апостол Павел, обращаясь к Ефесской церкви, пишет: «И не давайте места диаволу», а далее он перечисляет грехи, подлежащие удалению из жизни детей Божиих, ибо за ними стоит коварный дух (Еф. 4:23-32).

Начиная с 31 главы книги Бытия, идет описание устроения благополучия в скитальческой жизни Иакова. Обе его жены (Лия и Рахиль) вместе с двумя служанками (Валлой и Зелфой) обеспечили его двенадцатью сыновьями за двадцать лет его прожи­вания в Харране. В течение этих лет Иаков стал «весьма, весьма бога­тым, и было у него множество мелкого скота, и рабынь, и рабов, и верблюдов, и ослов» (Быт. 30:43). Двадцатилетнее рабство в доме корыстного и расчет­ливого Лавана окончилось. Бог повелел ему вернуться в Ханаан (Быт. 31:3). Примирившись с Лаваном (не без помощи Божией), Иаков со своим многочисленным семейством отправляется в путь, и Бог сопровождает его в этом пути, ибо теперь пути его благоугодны Ему (Пр. 16:7).

Говоря о Лаване, внуке Нахора, брата Авраама, отметим, что он был богатым пастухом в Харране, чтил единого Бога, но был привязан и к терафи­мам (мелким домашним идолам: Быт. 31:30,34; И.Нав. 24:15). Пытаясь служить двум господам (Мф. 6:24), он больше склонялся к язычеству и на этой почве причинял Иакову немало страданий. Лаван — это образ устроения мирской жизни, образ земного царства. Он символизирует противодействие земного царства Царству Небесному и жизни вечной. На Лаване образно показано, что дух этого мира тоже имеет свою славу, свою мудрость, свой порядок, свое царство и свою систему ценностей и всегда находится во вражде с Богом.

Но как Иаков, наследник обетований Божиих, верой в помощь свыше превозмог хитроумного Лавана, одолел его произвол и недоброжелательство, так в конечном счете Царство сынов Божиих победит и превозможет царство сынов этого мира. На исходе борьбы Лавана с Иаковом Писание показывает, что противодействие духа мира Духу Божию будет сокрушено. И как Лаван покорился Иакову, восхо­дящему на престол славы, так в конце концов мудрость земная покорится премудрости Божией.

Путь Иакова через борьбу и страдания идет к благочестию, к святости и возвеличению, идет на воцарение и на утверждение той полноты благословения, к которому он еще до рождения в мир был предопределен Богом (Мал. 1:2-3; Рим. 9:10-13), а затем с такими трудностями и осложнениями получил и от своего отца.

 

Борение Иаковаtc "Борение Иакова"

 

На обратном пути в Ханаан, в дом отца, Иакова встретили Ангелы Божии (Быт. 32:1-2). Он понял, что это «ополчение Божие», ниспосланное ему в качестве небесной воинской охраны и защиты от всех опасностей на этом пути, как и написано: «Ангел Господень ополчается вокруг боящихся Его и избавляет их» (Пс. 33:8). Уже само по себе подобное явление — впечатляющее событие, но для Иакова оно было всего лишь прелюдией к еще более потрясающей, вполне реальной и личной встрече с Богом, а точнее, с Ангелом лица Его, радикальным образом повлиявшей на него и многое изменившей.

Для примирения с братом Иаков посылает к нему послов с преду­преждением о прибытии. Возвращение гонцов приносит ему ужасную весть: вооружившись, Исав вышел ему навстречу, «и с ним четыреста человек». Иаков не на шутку испугался и был очень смущен: ведь Бог обещал ему Свою помощь и защиту, куда бы он ни пошел по направлению к Ханаану. Намереваясь обратиться с вопросом к Богу, Иаков предпринял срочные меры по ограждению и безопасности семьи и скота (стт. 7-8), а сам удалился для вознесения молитвы к Богу. Это была даже не молитва, а мольба, покаянная мольба: «Боже отца моего Авраама и Боже отца моего Исаака, Господи, сказавший мне «возвратись в землю твою, и Я буду благотво­рить тебе!» Недостоин я всех милостей и всех благодеяний, которые Ты сотворил рабу Твоему; ибо я с посохом моим перешел Иордан, а теперь у меня два стана. Избавь меня от руки брата моего, от руки Исава, ибо я боюсь его, чтобы он, придя, не убил меня и матери с детьми» (стт. 9-11).

Это был момент отчаяния и беспомощности, и Иаков, отправив семью в безопасное место, удалился для молитвенной борьбы в уединение и там повстречался с Богом. Он был один. «И боролся Некто с ним до появления зари и, увидев, что не одолевает его,.. сказал: отпусти Меня, ибо взошла заря. Иаков сказал: не отпущу Тебя, пока не благословишь меня. И сказал: как имя твое. Он сказал: Иаков. И сказал: отныне имя тебе будет не Иаков, а Израиль, ибо ты боролся с Богом и человеков одолевать будешь... И благословил его там. И нарек Иаков имя месту тому «Пенуэл», ибо, говорил он, я видел Бога лицом к лицу, и сохранилась душа моя» (Быт. 32:24-30).

Вот каким образом были изменены имя и характер Иакова. Он очень жаждал благословения непосредственно от Бога и боролся за него до тех пор, пока его не получил. Тем самым Иакова подтвердил, насколько он дорожил духовными ценностями, готовый бороться за них вплоть до смерти. Бог оценил его подвиг веры и мужества и не только бла­гословил великим благословением на все века, но и избавил от реальной опасности.

За период своей многострадальной жизни и двадцатилетнего рабства у Лавана Иаков неоднократно пережил помощь и защиту Божию. Но вместе с тем он не утратил сознания своей вины перед Исавом, понимая, что при встрече с ним ему грозит мщение.

В ту достопамятную ночь в Пенуэле, когда Иакова встретили Ангелы Божии (Быт. 32:1), произошла борьба за него. Сам Господь, а точнее Ангел лица Господня, являвшийся ему и в Вефиле (Быт. 28:12-17), и в Месопотамии (Быт. 31:11-13), хранивший его на протяжении всей его жизни (Быт. 48:16), в сильной схватке с властями тьмы боролся за Иакова. Эта борьба достигала такого накала, что сильным резонансом отзывалась в душе самого Иакова. Но он не сразу понял, чего добивается от него Господь и что нужно сделать, чтобы борьба завершилась победой для него. А нужно было примириться с братом.

Человек старается побочными средствами исправить прошлое и умилостивить вечную правду: загладить вину подарками, что приготовился сделать Иаков (Быт. 32:13-21). Эта черта — откупиться у Бога добрыми делами, милосердием, дарами любви, подвигами аскетизма и другими жертвами — присуща всем человеческим религиозным системам, в то время, как в Писании указан единственный богоугодный путь — покаяние.

Ангел Божий, боровшийся с Иаковом в ту ночь, не мог достичь в нем полноты осознания вины, и хотел уйти, не достигнув желаемого. Он сказал Иакову: «Отпусти Меня, ибо взошла заря» (ст. 23). Возникает вопрос: почему Иаков удерживал Ангела, так что тот стал просить «отпусти меня»?

И чем вообще можно удержать Ангела Господня?

Очевидно, Иаков не отпускал Ангела своими мольбами, своей усиленной слезной молитвой, ибо он очень боялся мести Исава и жаждал получить благословение Божие и обещанную Им защиту, но все еще имел неисповеданный грех. И когда Ангел уже намеревался уйти, не дав ему благословения, вот тут-то Иаков и затрепетал! Что же будет, если Господь уйдет, а мира своей души он не достигнет и полноты благословения не получит? Ужас от сознания быть оставленным Богом в этот опасный момент всколыхнул его душу до самой глубины и он решился пред Богом на все. Он твердо заявил: «Не отпущу тебя, пока не благословишь меня». Тогда Ангел, видя готовность Иакова на исповедание, идет ему навстречу и, напоминая забытый грех, спросил его: «Как имя твое?»

Тем самым он как бы спросил его: «Ты усиленно добиваешься благословения, но какое имя ты носишь?» Увы, Иаков должен был признать, что получил отцовское благословение под именем Исава, и это положение необходимо было исправить. Он осудил свой проступок как крайне недостойный и глубоким раскаянием исповедал свой грех.

В духовном мире все это имело свое значение. В виду того, что есть поднебесный мир духов злобы (Еф. 6:12), которые не преминули очернить Иакова и его бла­гос­ловение считали захваченным, сомнительным, принадлежащим другому, Иакову необходимо было получить личное благословение от Бога святым путем. Поэтому он и «боролся с Богом».

Это одна из тайн духовного мира, завесу над которой приоткрывает нам Писание. Сатана оспаривает у Бога первенство и благословение каждого святого (Иов. 1:6-11) и каждого члена новозаветной Церкви (Отк. 12:10). Он считал себя вправе оспаривать благословение Иакова.

Как только Иаков исповедался по истине, Бог тут же дал ему личное благословение. При этом Он дал ему и новое имя: Израиль, что значит «борец Божий», ибо прежнее его имя было запятнано. С новым именем ему дарован и новый дух, и полное духовное обновление.

Сущность борьбы Иакова с Богом хорошо объясняет пророк Осия (12:3-4): «Он боролся с Ангелом — и превозмог, плакал и умолял его». Эти слезы имольбы Иакова были так сильны, настойчивы и неотступны, что названы в Библии «борьбой с Богом». Иаков превозмог все ужасное сопротивление вражеских сил и достиг благословения Господня.

Истинное покаяние — это нелегкое дело, это воистину борьба. Борьба потому, что нужно возненавидеть себя и свой природный характер, возненавидеть диавола и его дух в этом мире и решительно последовать воле Божией (Лук. 14:26; Отк. 12:11). Без при­ложения максимальных усилий победа в этой борьбе недостижима.

В борьбе Иакова открывается принцип Божий с двух сторон:

1) со стороны Бога — Его вернейшая любовь к человеку и желание преобразить его и дать ему участие в Небесном Царстве;

2) со стороны человека — желание понять и принять эту тайну преображения из великого грешника в великого святого.

Того, кто стремится к чистоте и святости Бог посадит рядом с Собой в Царстве Небесном. Он говорит ему: «Я Бог Иакова», «Я Бог твой». Пос­ле исповедания Господь дал Иакову новое имя — победитель, которое означает: если одолеешь лукавого в самом себе, то будешь побеждать и лю­дей, и духов зла.

«...Взошло солнце, когда он (Иаков) проходил Пенуэл, и хромал он на бедро свое» (Быт. 32:31-32).

Что означает эта хромота?

Ангел коснулся бедра Иакова, чтобы навсегда дать понять ему, а в нем и всем нам, что без сокрушения плоти, без умерщвления нашего ветхого характера (честолюбия, самолюбия, самомнения), одним словом, без сокрушения основы нашего «я» нельзя быть благословленным и святым Божиим. И это наше состояние не есть нечто раз и навсегда совершенное, а повторяющееся каждый день и все время обновляющееся. Павел пишет о себе: «Я каждый день умираю» (1Кор. 15:31). В другом месте: «Я не стал советоваться с плотью и кровью» (Гал. 1:15-16).

Верующие, не усвоившие в своей жизни принципа сораспятия, не смогут ходить перед Богом непорочно. Печально, если сораспятия не достигают служители и если они в полной мере не освобождены от самолюбия, честолюбия, своеволия, самовосхваления, самоудовлетворения, самообольщения и подобным им порокам (Отк. 3:17). Множество служителей Бога и немало царей Израиля споткнулось в этом вопросе.

Всей душой следует возненавидеть этот противнейший Богу дух и возлюбить дух Христов — смирение и кротость сердца (Мф. 11:29). Давид это хорошо понял и потому произнес: «Жертва Богу — дух сокрушенный. Сердца сокрушенного и смиренного Ты не отринешь, Боже!» (Пс. 50:19).

Вот кому будет дана полнота Благодати — сокрушенным и смиренным сердцем. О таких можно смело сказать, что они будут иметь запас масла в своих сосудах; для них двери неба будут открыты. Пренебрегшим же Духом Христовым — духом смирения и умаления — будет сказано: «Я не знаю вас» (Мф. 25:12).

Все это так наглядно показано на Иакове: и как Бог достиг в нем сокруше­ния сердца, полноты исповедания, освобождения и благословения, и как этот возвышенный дух передался во все его потомство, особенно в «семени жены», начиная от Иуды до Давида и кончая Марией, Матерью Христа (Лук. 1:48).

Подытожим сказанное. Борьба Иакова является великой тайной, и нам сегодня нелегко проникнуть в ее сущность. На протяжении всей истории Церкви многие служители пытались истолковать ее. Одни видели в ней только духовную борьбу, наподобие борьбы Иисуса Христа в Гефсимании, где «был пот Его, как капли крови, падающие на землю» (Лук. 22:44); другие видели в ней физическое борение. Скорее всего, здесь произошло со­че­тание и того, и другого. Вне всякого сомнения, в душе Иакова шла сильнейшая борьба двух начал, двух природ его существа. Но не менее вероятно и то, что Ангел вступил с Иаковом в физическое борение для того, чтобы сильнее встряхнуть его, чтобы привести его к осознанию своеволия и вины и освобождению от нее. Коммента­тор Библии Лопухина исследовал подлинный текст на еврейском языке и пришел к выводу, что в Быт. 32:24-25 употреблен глагол, смысл которого означает: «сражаться подобно атлету, покрываясь пылью», что говорит о физи­ческой борьбе. О том же говорит и рана на бедре Иакова, когда он шел, хромая.

В «Приложениях» к Брюссельской Библии, изданной в 1973 году, борьба Иакова комментируется следующим образом: «Иаков остается один, вероятно, ожидая особого знамения Божия, подтверж­дающего его права на Ханаан. Таинственная борьба, происшедшая на рубеже Святой Земли, означает, по мнению отцов Церкви (например, бл. Иеронима и Оригена), что дар Божий будет дан только тому, кто мужественно борется и обращается к Богу с настойчивой молитвой».

 

 

Пути освЯщениЯ Иакова и его сыновейtc "Пути освЯщениЯ Иакова и его сыновей"

 

Бог провел Иакова через ряд трудных испытаний, в которых он не только многому научился, но в которых вырос в настоящего мужа Божия, пророка и героя веры, родоначальника колен и великого патриарха.

Из всех испытаний, выпавших на его долю, кратко остановимся на одном.

Из двенадцати сыновей Иакова самым любимым для него был Иосиф, сын старости, умный, кроткий и почтительный. Но в 17 лет братья из зависти продали его в Египет, скрыв это от отца. Об испытаниях Иосифа будем рассуждать в следующей главе. Здесь же только отмечу то, что касается самого Иакова. Прошло более двадцати лет, а Иаков ничего не знал о судьбе сына, считая его умершим, «растерзанным зверем», как доложили ему его старшие сыновья. И удивительно не само единодушное умолчание братьев о тайне исчезновения Иосифа, их сплоченность в этом злом деле, а то, что Бог, Тот Бог, Который хранил Иакова все годы, не открыл ему ни во сне, ни в видении того, что Иосиф жив. Господь на протяжении этих двадцати с лишним лет не послал Иакову никакой вести о сыне, не утешил его ничем в его долголетней печали (Быт. 37:35).

Мы вправе задать вопрос: почему Бог, Который есть любовь, Бог милосердия и всякого утешения (2Кор. 1:3; Рим. 15:5), Бог, сострадающий человеку в скорбях, здесь остался глух к печали Своего раба?

Здесь кроется одна из тайн многих человеческих страданий: Бог воспитывал Иакова, переплавлял его страданиями, отделял в нем все плотское, навеянное от духов лжи и негодное для неба. Он шлифовал, совершенствовал его дух и характер, готовил к выполнению не только земной миссии — произвести еврейский народ, но и к небесной — «возлечь» с Авраамом, Исааком и многими святыми в Царствии Божием (Мф. 8:11-12).

Иаков был сильной личностью. Но Богу нужен был Иаков не только как сильная, но и как покорная личность, сильная, но и сокрушенная личность, сильная, но не сво­ей силой, а силой Божией. Ему нужна была личность сильная духом, муже­ственная, верная, стойкая и вместе с тем чуткая сердцем, могущая во всем улавливать намерения и волю Божию, готовая беспрекословно повиноваться Ему во всем.

Это был нелегкий труд: преобразовать одаренного, но своенравного и во многом плотского человека в духовную личность, в служителя высокого ранга, умеющего руководствоваться откровениями Бога и понимать Его язык, который, с одной стороны, имел бы определенную самостоятельность, а с другой, — был бы приведен в полную зависимость от Господа.

Для этой цели Бог допустил, чтобы Иакова шлифовали страдания. Он допус­тил удаление от его глаз любимого сына Иосифа, на двадцать лет почитаемого уби­тым. Для этого благословеннейший патриарх, князь Божий, со всем своим семейством, родом избранных людей, должен был понуждаться в египетском хлебе. Какое унижение! Но в этом был перст Бога. Для того, чтобы отшлифовать до совершенства его характер, потребовалась мнимая гибель Иосифа и мнимый арест одного из слав­нейших его сыновей — Симеона. Для этого надо было послать и последнего, самого младшего и тоже любимого сына — Вениамина, в Египет, чтоб этим окончательно сокрушить Иакова, смирить его сердце и научить всецело полагаться на Бога.

Так под ударами судьбы и в многочисленных страданиях, невзгодах и скорбях Иаков переплавлялся, как золото (Иов. 23:10), освобождался от всего, что было помехой в его духовной жизни. Наконец, он созрел настолько, что стал наравне с Авраамом и Исааком третьим из родоначальников еврейского народа и подлинно Израилем.

И не только переплавился и освятился сам Иаков; переплавились и освятились его жены: Лия и Рахиль. Хотя они выросли в доме Лавана и были воспи­таны в языческом духе, но в процессе жизненных испытаний очистились и вошли в наследие Господне. Переплавились и освятились все сыновья Иакова в испытаниях, выпавших и на их долю. Многие из них унаследовали худые наклонности от своих матерей. Хуже всех вели себя сыновья служанок — Валлы и Зелфы. Это о них доводил Иосиф худые слухи отцу, ибо они были зачинщиками всех плохих замыслов против него (Быт 37:1-2).

Но Бог готовил их не для того, чтобы они оставались рабами греха, страстей и пороков. В Своем плане Бог готовил их стать родоначальниками племен и произвести еврейский народ. А диавол всеми силами старался совратить их, наделить их такими грехами, из-за которых дело Божие могло погибнуть.

Бог повел сыновей Иакова таким путем, о котором они и представить себе не могли. Им пришлось впоследствии с повинной предстать перед лицом проданного ими и обреченного на страдания брата Иосифа в тот момент, когда они переживали острейшую нужду, и их судьба зависела от решения Иосифа. Затем им пришлось пережить еще один стыд, страх и позор: с чувством трепета держать исповедь перед своим почтенным, престарелым отцом. Обстоятельства сложились так (а фактически в этом была рука Божия), что сыновья Иакова вынуждены были пойти на полноту исповедания, очищения и освящения. Только тогда Бог удостоил их стать родоначальниками двенадцати колен Израилевых.

Во всем этом деле участвовала прежде всего Благодать Божия и, конечно же, вера Иакова и его сыновей. Вера содержит в себе великий фундаментальный принцип, на котором построена система исправления человека. Более, чем кто другой, это подтверждают Иаков и его сыновья. Вера Иакова — это вера воспитывающая, вера преображающая греховное человеческое сердце в новое, освященное, пригодное для неба, для выполнения воли Божией. Из человека с многими недостатками Иаков становится духовной личностью, подлинно смиренным, князем Божиим.

Мысль о воспитательной роли личного примера веры в семье очень важна. Подытоживая эту тему и стараясь не повторяться, все же хочу еще раз накрепко подчеркнуть для читателя следующее. Семья, где ярко проявляются характеры родителей и детей, — самая лучшая и наиболее действенная школа воспитания человека. Сперва на своих сыновьях Иаков увидел свои недостатки, понял и до глубины души исповедал их и очистился; сыновья с их дурными наклонностями помогли ему увидеть себя в надлежащем свете. А когда он освятился сам, началась работа освящения его детей, ибо в семье все взаимосвязано. Библия очень ярко показала, как из братоненавистников, людей с крайне испорченным сердцем Бог сотворил новые сосуды, рабов, угодных Ему, тех, в семени которых благословились все народы земли.

Это хороший урок для нас. Серьезно изучая его и применяя к собственной жизни, будем ободряться! Своим примером Иаков научает нас не терять надежды и веры на лучшие времена в жизни наших детей. Он подсказывает нам, что и мы имеем возможность верой достигать победы и с помощью Благодати Христа приводить их к исправлению и в число сынов Божиих, но непременно ценой собственного освящения и личного примера.

Иакову было дано великое обетование: «И будет потомство твое, как песок земной; и распространишься к морю, и к востоку, и к северу, и к полудню, и благословятся в тебе и в семени твоем все племена земные» (Быт. 28:14).

Бог даровал это обетование тогда, когда у Иакова не было еще ни одного из его сыновей. Он принял его верой и хранил в своем сердце. Когда появились и подросли дети и стали поступать скверно, вера Иакова продолжала крепко держаться обетования и жить в его духе. Казалось бы, из-за поведения детей можно было пасть духом, разувериться и потерять упование на Бога. Но этого не случилось, потому что вера Иакова в этих испытаниях была тверда, как гранит. Сокрушался его внешний человек, плавилось сердце, а вера оставалась непо­ко­лебимой. Верой он спасал всех детей, всех до единого приносил в молитве Богу. Всех готовил к великой цели, хотя долго не видел плодов своей веры и труда.

Такова задача веры Божией. Она никого не сбрасывает со счетов, какими бы негодными дети не казались.

Вера не постыдила Иакова и к концу его жизни увенчалась радостью. Его сыновья возродились к новой жизни, исправили свои пути и заняли достойное место на земле и в небесах. Первосвященник Аарон носил на груди двенадцать драго­ценных камней, на гранях которых были напи­са­ны имена родоначальников колен, как свидетельство того, что сыновья Иакова приняты Богом в число тех, кто совершает Его великие дела (Исх. 28:9-21). Мало того, имена их написаны на двенадцати жемчужных воротах святого небесного города Иерусалима (Отк. 21:10-12).

Дивная победа Благодати Божией! Это тоже один из примеров великой тайны благочестия, по которой Бог из царства греха и смерти берет грешных людей, переплав­ляет их в испытаниях и приводит в великую славу (1Тим. 3:15; Дан. 12:3; Мф. 13:43).

 

 

Благословение сыновейtc "Благословение сыновей"

 

Мы проследили главные вехи жизненного пути патриарха Иакова и его сыновей. Теперь коснемся основного текста нашей темы, поставленного в эпиграфе: «Верой Иаков, умирая, благословил каждого сына Иосифова и поклонился на верх жезла своего».

Иакову исполнилось 147 лет. Он достиг доброй старости и созрел для перехода в вечность. Это был уже великий патриарх, родоначальник избранного Богом народа, славный князь, принц Божий, на лице которого отражался свет вечности и который всю жизнь прожил с Богом и для Бога. Если раньше его неугомонное сердце было переполнено всяческих планов, замыслов и собственных путей, то теперь оно через край переполнялось Благодатью и готовностью всех и все благословлять.

По прибытии в Египет Иосиф представил отца фараону. Вид Иакова был столь величествен и внушал такое благоговение, что могущественный монарх Египта, перед которым трепетали люди, при встрече с Иаковом сошел с трона и поклонился ему. Иаков дважды благословил его: в начале встречи (Быт. 47:7) и в конце (ст. 10). «Без всякого же прекословия меньший благословляется большим» (Евр. 7:7). Перед фараоном стоял не прежний Иаков, боровшийся с Богом и людьми за превосходство в этом мире; но это был новый человек, раб Божий, Израиль. Дословный перевод имени «Израиль» означает: «Бог является превосходящим, Он является Побеждающим всякую другую власть и всякое другое величие». Это имя многозначительно. Оно говорит о том, что Благодать Божия победила в Иакове, а потому Иаков-Израиль побеждает в мире, увлекая в сферу Благодати и призвания Божия своих жен, сыновей, целое потомство, целый народ и окружающий его мир.

Бог позволил Иакову прожить в Египте еще 17 лет и в возрасте 147 лет отозвал с земли. Библия сообщает: «И пришло время Израилю умереть, и призвал он сына своего Иосифа, и сказал ему: если я нашел благоволение в очах твоих, положи руку твою под стегно мое и клянись, что ты окажешь мне милость и правду, не похоронишь меня в Египте...» (Быт. 47:27-31).

Главы 47-49 подробно описывают кончину Иакова. Это была светлая, славная кончина и такая же кристально прозрачная подготовка к ней. Иаков выступает здесь, как истинно великий пророк и завещатель Божий, который перед отходом в вечность молитвенно все обдумывает, все взвешивает, переосмысливает весь свой прожитый в страданиях путь и делает свои последние распоряжения. Затем призывает к себе сыновей, чтобы передать им свое отцовское благословение, и предсказывает им будущее, показав глубокое знание их характера. Его благословение, в отличие от благословения Исаака, удивительно по своей ясности и полету духа. У него тоже, как и у Исаака, зрение к старости притупилось; и если Исаака можно было легко обмануть, то Иаков обнаруживает глубочайшее внутреннее видение: взор его кристально чист и светел, и он знал, чего ожидал от него Господь.

Семейство Израиля, пере­селившееся в Египет и насчитывавшее тогда семьдесят человек, теперь разрослось. В этой стране оно имело идеальные условия для размножения и прочную основу для своего формирования в целый народ, который на протяжении трех поколений был предметом обетований Божиих всем патриархам. Наступал момент, когда патриархальный период, выполнив свою задачу, оканчивался.

Понимая это и предваряя новый период для своего потомства, Иаков первым делом призывает к себе Иосифа, чтобы сделать свое самое ответственное завещание. Он призвал его не только как любимого, но и как одного из самых надежных и царствующих своих сыновей, на которого мог положиться. Он завещает похоронить его в ханаанской земле, в гробнице отцов, и берет с Иосифа клятву, что он выполнит это. Клятва подразумевала серьезность и ответственность заве­щаемого дела и налагала на клянущегося обет верности.

Но обратите внимание не на клятву, а на дух Иакова. Мы видим здесь совершенно нового человека, который разительно отличается от молодого Иакова по своей духовности. Какой трогательной нежностью, почтительностью проникнуты его слова, обращенные к Иосифу! «...Если я нашел благоволение в очах твоих, — говорит он ему, — то окажи мне милость и правду...» Эти слова произносит отец сыну, тому, кто его и без того беспредельно любил и почитал с благоговением. Так говорить может только сердце, познавшее истинное смирение, сердце, сокрушенное в жизненных передрягах в подобии Того, Кто тоже страдал в позорных крестных муках (Пс. 21:15). Эти его слова, этот его дух и поведение очень важны для нас: мы видим перед собой человека, уже отрешившегося от этого мира и людей и всем своим существом устремившегося к Богу в небеса.

Когда он родился, он был Иаковом (запинающим, препирающимся); а когда покидал этот мир, он стал уже Израилем (победителем). Таким его представляет Писание в последних главах книги Бытия, и из этого мы можем сделать выводы для себя: Бог силен преобразить любого человека!

Иосифу Израиль преподал свое особое благословение, наделив его преимуществами перед другими братьями. Это благословение он удвоил через Ефрема и Манассию. Именно этот акт его пророческой веры и отмечен в Новом Завете: «Верой Иаков, умирая, благословил каждого сына Иосифова...» (Евр. 11:21).

Я должен здесь отметить следующее. Библия с полной ясностью сообщает, что Иаков изначально любил только Рахиль, собирался жениться только на Рахили и ее одну намеревался сделать своей женой (Быт. 29: 15-20). Однако хитроумный Лаван все переиграл и обманом подсунул ему Лию, от которой и родился его законный первенец Рувим. А двойная доля принадлежала именно первенцу (Вт. 21:15-17). Но Рувим поступил вероломно и осквернил постель своего отца, за что «первенство его отдано сыновьям Иосифа, с тем однако ж, чтобы не писаться первородными» (1Пар. 5:1-2). Так был обижен истинный первенец от любимой жены — Иосиф, который по вине других лишился права первородства. Вот почему Бог позволил Иакову восстановить справедливость и передать Иосифу в лице его сыновей «два удела» (Иез. 47:13). Иаков-Израиль совершил это верой.

48 глава Бытия подробно описывает, как совершился этот героический акт его веры. Почтительный Иосиф, узнав, что отец болен и даже при смерти, не стал ждать, когда его призовут, сам поспешил к одру отца со своими сыновьями. Ободренный радостью свидания с любимым сыном, «Израиль собрал силы свои и сел на постели», выражая почтение к сыну и подчеркивая важность встречи. Он пророчески предвидел волю Божию относительно Ефрема и Манассии, поэтому забрал их у Иосифа и присоединил к числу своих сыновей. Он объявил ему это (стт. 5-6).

Иаков пояснил это необходимостью будущего раздела Обетованной Земли на двенадцать уделов. Колено Левия, посвященное на служение в Храме, выпадало из удела (Чис. 3:12; 18:20-21; Вт. 10:8-9), поэтому Иосифово разделялось на два. Таким образом восстанавливалось предначертанное Богом число уделов. Это имело большое значение для будущего, так как число «двенадцать» — символ небесной, Божией полноты. Для устроения небесного города Иерусалима, столицы будущей Вселенной, которая будет иметь двенадцать оснований и двенадцать жемчужных ворот (Отк. 21:12), требовалось именно двенадцать израильских колен. Иаков умело решает эту проблему: он разделяет Иосифово колено на два и так восстанавливает не­дос­тающее число. Решает это правильно, мудро и богоугодно.

Это был прозорливый шаг его веры. Вера Иакова достигла такого прозрения, что оказалась в состоянии выполнить высочайшее предначертание Божие: принять двух сыновей Иосифа в число своих сыновей и передать им такие же родовые права, как собственным детям. Притом он верой предоставил колену Ефрема ведущее место в будущем израильском царстве (Быт. 48:20).

Какое величественное проникновение веры в будущее! Это говорит о том, что Иаков был преизобильно исполнен Духа Святого.

«И поставил Ефрема (младшего) выше Манассии (старшего) из сыновей Иосифа» (ст. 20)

Здесь мы снова встречаем благословение не по первородству, не по чинопочитанию, а по достоинству сердца и избрания Божия. Младший был поставлен выше старшего, как это было и в жизни самого Иакова. Но с какой легкостью его вера утверждает это на своих сыновьях и внуках.

Павел далее говорит об Иакове: «...благословил каждого сына Иосифова и поклонился на верх жезла своего» (Евр. 11:21). Не Иосифу поклонился, а Богу «на возглавие постели» (Быт. 47:31). Он покло­нился Богу в знак того, что хотя он и не вполне понимает, почему Бог ставит Ефрема выше Манассии, младшего выше старшего, но он подчиняется Ему и верит, что Бог не делает ошибок и потому охотно принимает то, что Он определил. Фраза «поклонился на верх жезла» означает, что он совершил поклон, опираясь на свой посох. Опора на жезл символична: она подчеркнула, что Иаков был на земле не более, чем странник и пришелец (Евр. 11:13); даже в момент смерти он оперся на посох странника. Этот поклон был также свидетельством полной, совершенной и увенчанной победы, которую Иаков совершил духом дерзновенной веры и послушания Богу.

Благословив Ефрема и Манассию, Иаков затем произнес пророчество об Иосифе: «Бог будет с вами, и возвратит вас в землю отцов ваших. Я даю тебе, преиму­щественно пред братьями твоими, один участок, который я взял из рук аморреев, мечом моим и луком моим» (Быт. 48:21-22).

Иаков со всей ясностью понимает, что будущее израильского народа не в Египте, где они так облагодетельствованы, а в Обетованной Земле. С ней связаны все планы Божии, их призвание и их благословение. Это был высочайший взлет веры, которая Духом Святым прозревает далекое будущее своего потомства. Со спокойным сердцем, с верой и надеждой он вверяет потомство в руки Божии и заботится лишь о том, чтобы его похоронили в Ханаане. Покоиться с отцами в гробнице патриархов в Обетованной Земле было знаком приобщения к царственному священству на небесах (Мф. 8:11; Лук. 13:28-29). Это высочайшая честь небесного звания во Христе.

Каким духовно зрелым предстает теперь тот, кто прежде много раз был строго наказан Богом. И какая ясность, уверенность и твердость веры сопровождает его в момент отшествия с земли!

Я еще раз возвращусь к благословению Иакова своих сыновей, представленному в 49 главе. Это одно из выдающихся пророчеств Библии. Благословляя каждого из своих сыновей, Иаков видит вдаль их судьбу, видит их как двенадцать племен, их расселение в Обетованной Земле, их многочисленность, видит их как носителей обетований Божиих и продолжателей дела Авраама, Исаака и Иакова и сонаследников небесного славного города и потому благословляет их с чувством радости и глубокого удовлетворения. Он дает благословение сыновьям с учетом их поведения на земле. Перед небом имеет величайшее значение то обстоятельство, как человек проходит земное поприще и какие приносит плоды. Иаков благословляет сыновей в соответствии с их верой и их послушанием.

Если полностью проанализировать благословение, данное каждому из сыновей, это составит отдельную большую тему. Поэтому отметим здесь только, что Иуде, четвертому из сыновей, он предсказал, что из его колена произойдут цари Израилевы, а из их потомства «приидет Примиритель, и Ему покорность народов» (Быт. 49:9-10), т. е. родится Мессия. Нас это должно особо радовать, потому что это сбылось: Иисус Христос пришел!

Благословение, каким Иаков благословил Иосифа, «избранного между братьями», — одно из самых возвышенных и прекрасных по целям и по своей поэтичности; оно содержит для нас много поучений. В нем открывается широта и долгота, глубина и высота любви Божией к тем, кто, подвизаясь в борьбе против греха и зла, прославил Его имя на земле и на небе (Еф. 3:18-19). Как радостно сознавать, что у Бога нет потери, нет увядания и засыхания, нет ничего забытого. Иосиф, прошедший все земные бездны и переживший самые невероятные превратности судьбы, был сторицей вознагражден Господом благословениями небесными и земными. Об этом и напоминает ему умирающий Иаков, утверждая, что Божии благословения вечны.

Богатое откровениями благословение Иакова-Израиля открывает нам то, что при отходе в вечность он ясно и с полным удовлетворением сознавал увенчанный славой свой труд и путь на земле, как и Ап. Павел: «Подвигом добрым я подвизался, течение совершил, веру сохранил; а теперь готовится мне венец правды, который даст мне Господь, праведный Судия, в день оный» (2Тим. 4:7-8). Глазами веры Иаков увидел величие славы, достигнутой им в Боге. В свое время он от всего сердца жаждал благословений и связанных с ним духовных преимуществ, и он получил их сполна.

Так увенчанный венцом славы Божией, величественный патриарх отошел с земли, на высшем уровне выполнив ответственную задачу жизни. Он отошел с земли, но его славное имя на долгие века осталось на земле. Имя Иаков и его новое имя Израиль навсегда закрепилось за еврейским народом, став в Писании священным синонимом этого народа. В Ветхом Завете Бог часто называл себя Богом Авраама, Исаака и Иакова (Исх. 3:6), но еще чаще — Богом Израиля (Пс. 45:8). «Слушай, Израиль!» — так часто обращался Он к Своему избранному народу (Вт. 5:1; 6:4-5).

В пророческих книгах Библии потомки Иакова называются «народом из­­бранным», «народом, взятым в удел», «народом святым» (Исх. 19:6; Ис. 61:6; 1Пет. 2:9), «сынами Иакова» (Пс. 104:6), «семенем Израиля» (Пс. 67:27), «домом Иаков­левым» (Ис. 14:1) или просто «Иаковом» (Вт. 33:10), или «Израилем» (Ис. 44:1). И если Авраам почитается отцом всех верующих (Гал. 3:6-7), то Иаков считается символом или представителем всех святых на земле, на которых нарицается имя Божие (Вт. 28:10; Иер. 15:16). Имя патриарха — Израиль — пережило века и тысячелетия и в середине ХХ века возродилось в названии восстановленного в Палестине, в земле отцов, государства Из­ра­иль.

Иаков действительно великий герой веры. В процессе своего духовного ста­нов­ления он согрешал, но и каялся; падал, но и вставал. Он всегда оставался воспри­имчивым к восстанавливающей Благодати Божией, что так решительно отличает его от его нечестивого, лукавого брата Исава. Поэтому Иаков и получил от Бога высшее достояние Благодати.

Его обильная приключениями и страданиями жизнь — не простое жизнеописание библейского святого, но это пророчество грядущей истории еврейского народа, призванного Богом к великой миссии и облагодетельствованного Им. Все, что Бог обещал этому народу, все, что предначертала Его рука, непременно сбудется. И то огненное горнило, через которое Иаков прошел, сегодня учит нас тому, что страдания не препятствуют Богу обогащать жизнь человека внутренней красотой и величием, если он черпает в Нем свои силы и свет (Евр. 12:5-11).

Да поможет нам Господь понять все это к нашей радости и утешению, чтобы строить свое настоящее и будущее на новой жизненной основе Божией веры и непоколебимого доверия Его обетованиям.


 

Глава 11

 

«ВЕРОЙ ИОСИФ...»tc "«ВЕРОЙ ИОСИФ...»"

 

 

Верой Иосиф при кончине напоминал об исходе сынов Изра­и­левых и завещал о костях своих.

Евр. 11:22

 

Иосиф, одиннадцатый сын Иакова, — одна из самых светлых личностей биб­лейского повествования. «В анналах человеческой истории, — пишет И. Х. Хантинг, — имеется немного таких безупречных личностей, как Иосиф. По сравне­нию с его братьями, совершавшими преступления, целостность и моральная стойкость Иосифа, делают чтение о нем очень ободряющим» («Виноградник», 03-96). С какой радостью читаются главы, посвященные описанию его жизни (Быт. 37-50)! Это не удивительно, что у такого человека, как Иаков, личности с твердым, но беззаветно преданным Богу характером, рождается такой прекрасный, благо­честивый, благородный сын, весь жизненный путь которого — самоотверженное служение ближним. Это свидетельствует в пользу Иакова и указывает на то, что его сердце было пропитано благочестием, а его недостатки являлись лишь внешним налетом, который исчез под воздействием работы Духа Святого.

И не только Иосиф, но и все остальные одиннадцать сыновей Иакова оказались людьми, угодными Богу: они достойно прошли путь воспитания и в результате одержанной над собой победы вошли в небесный Иерусалим. Ни один не стал нечестивцем, ни один не ушел в мир на широкий и греховный путь. В этом большая заслуга самого Иакова — его веры, его личности, его хождения перед Богом в страхе Божием. Верой и молитвой он привел всех своих сыновей к поклонению Господу, увлек их в сферу высокого призвания, для которого они и были избраны. Силой Господней он повел их по пути освящения и сдал в небесную сокровищницу совершенными в радости, а сам отошел с земли в свои 147 лет умиротворенным, приложившись к своему народу (Быт. 49:33).

«Иосиф» (букв. «растущий») — ярчайший образ человека, представленно­го в Писании, который в сильнейшей борьбе удерживает обетования Божии. Заметим, что с того самого дня, как Господь сотворил мир, ни один человек не удостоился стать родоначальником поколения, цепочка которого не прервется до окончания времен, пока не пришли патриархи. Авраам, «отец множе­ст­ва народов», Исаак, сын его, и Иаков, внук его, удостоились произвес­ти потомство, которое будет жить, пока существует мир. Это заложено Госпо­дом в его генах, в его духе. Иосиф — четвертый из этой нерасторжимой цепоч­ки, которая никогда не прервется, и ему дана была Богом такая стойкость, которую не смогли сломить никакие противные ветры и бури. Иосиф символизирует собой израильский народ, и его история — показатель того, как всемогущий Бог, вопреки всем опасностям, козням лукавого и злой воле людей, сберегал этот народ в самые трудные, кризисные периоды его истории.

Описанием жизни Иосифа завершается изображение пути веры и становления личности патриархов, после чего Библия переходит к описанию веры целого народа.

Жизнь Иосифа можно разделить на три периода:

первый — детство и отрочество в доме отца, — до семнадцати лет;

второй — его невинные страдания на чужбине, рабство и тюрьма, — с семнадцати до тридцати лет;

третий — воцарение на престол вторым властелином Египта, — с тридцати лет и до конца жизни.

Вкратце рассмотрим все три периода.

 

 

1. Детство и отроЧествоtc "1. Детство и отроЧество"

 

Иосиф родился, когда Иаков был уже пожилым человеком и имел десять сыновей; родился от его любимой жены Рахили, которая четырнадцать лет была бесплодна, как и Ревекка у Исаака. Без сомнения, Иаков молился о ней Богу, как это делал его отец, и Бог услышал его молитву. Внял и ее просьбе, явив Свою милость после длительного испытания: она зачала и родила Иосифа (Быт. 30:22-24). Это имя, по словам самой Рахили, означает: «снимающий позор бесплодия» и «прибавляющий, дающий еще». При этом Рахиль сказала: «Господь даст мне и другого сына». Евреи считают, что эти слова были пророчеством Рахили, сбывшимся в Вениамине.

Супружеская нежность и любовь, одухотворенная верой и общим призванием, способствует рождению прекрасных детей. Когда родители уже в преклонном возрасте и сила плоти начинает угасать, а благочестие все более утверждаться, обычно в такие годы рождаются хорошие дети, пред­рас­положенные к вере или к доброте. Библия представляет таких сыновей, названных детьми старости: Исаак, Иосиф, Вениамин, Давид, Иоанн Креститель и др. Когда Богу нужен был такой человек, как Иоанн Креститель, Самсон или Самуил, Бог долгое время готовил самих родителей. И только тогда, когда они духовно созревали, Он посылал им сына, который становился служителем Бога.

В доме отца Иосиф проводит благополучное детство, омраченное лишь отсутствием матери. С ранних лет, не в пример своим старшим братьям, он послушен, серьезен, богобоязнен и благочестив. Это сын, который радует отца, сын утешения, и Иаков глубоко и искренне привязан к нему. Рахиль рано умерла, и Иосиф рано лишился материнской ласки. Все мы знаем, что значит мать для ребенка с ее нежной заботой. И чтобы сын не ощущал сиротства, Иаков старается заменить ему мать, окружает его любовью, дарит ему общение. Он любил Иосифа не просто как сына старости (ведь Вениамин был еще младше его), но как рожденного Рахилью, его горячо любимой женой, после долгих ожиданий, что сделало особенно желанным его появление в семье. Мальчик был первенцем Рахили, отличался внешней красотой и особой добродетелью души, был очень похож на мать. Поэтому когда Рахиль умерла, этот сын напоминал Иакову прекрасную возлюб­ленную его молодости. Возможно, он мечтал, как некоторые полагают, сделать Иосифа наследником обетований Божиих. Но Бог усматривал нечто большее: сделать продолжателями миссии Авраама всех двенадцать его сыновей.

В наши дни редко встречаются дети, по духу похожие на Иосифа, которые с детства вели бы себя так же примерно и радовали бы родителей, как он. Сегодня в подавляющем большинстве дети приносят нам многочисленные огорчения. Увы, пришло то время, о котором предсказывал еще Ап. Павел: «Знай же, что в последние дни наступят времена тяжкие, ибо люди будут самолюбивы, сребролюбивы, горды, надменны, злоречивы, родителям непокорны...» (2Тим. 3:1-2). Непокорность родителям — вот яркая примета нашего времени; этим злом болеет все наше поколение.

Начиная с детства и на протяжении всей жизни Иосифа мы не видим у него ни одного безнравственного поступка, ни одной плохой склонности его характера. Хотя отец его и лелеял, но он приучал его и к труду. Библия сообща­ет: «Иосиф, семнадцати лет, пас скот отца своего вместе с братьями своими, будучи отроком, с сыновьями Валлы и сыновьями Зелфы...» (Быт. 37:2). Иосиф помогал братьям, своим ровесникам, пасти мелкий скот отца. После смерти Рахили Валла, рабыня Рахилина, заменила Иосифу и Вениамину мать. Видя скверные поступки братьев, Иосиф доводил худые слухи о них до сведения отца. Правда, кто-то подметил, что, возможно, это была нехорошая черта Иосифа — все докладывать отцу.

Не странное ли это обвинение? Кому же приносил отрок слухи о плохом поведении братьев? Родному отцу! А к кому еще он мог пойти и поделиться своими пере­жи­ваниями, как не к отцу? Между отцом и сыном установились доверительные отно­шения, взаимопонимание и глубокая привязанность, чего не было у Иакова с другими детьми. Иосиф по-своему искренне любил братьев, надеясь, что отец поможет им исправиться. Как брат он желал видеть их  достойными своего отца.

Видя чистое и честное сердце сына, его благоразумие и послушание, Иаков любил его больше всех своих детей. А с годами он полюбил Иосифа еще сильнее, потому что его судьба напоминала ему собственную: Иосиф, как и он, испытал братскую ненависть и связанные с ней страдания и опасность. Глубокую привязанность к сыну Иаков продемон­стрировал тем, что сшил ему разноцветную одежду, выделявшую его среди братьев и дававшую ему некоторые преимущества. Она представля­ла собой тунику — длинное ниспада­ющее одеяние с рукавами, украшенное по подолу узкими цветными полосками и одевавшееся поверх платья. Такую тунику в древности носили принцы, а также те, кого освобождали от физических работ. Возможно, и Иосиф получил преимущест­венные права перед братьями и был освобожден от тяжелых работ. Это, однако, только ухудшило ситуацию между Иосифом и его братьями до такой степе­ни, что они «возненавидели его и не могли говорить с ним дружелюбно» (Быт. 37:4).

Когда же он рассказал братьям о своих снах, их ответ был агрес­сивным и вызывающим: «Неужели ты будешь царствовать над нами? Неужели будешь владеть нами? И возненавидели его еще более за сны его и за слова его» (ст. 8). Им казалось недопустимым, чтобы рожденный предпоследним в семье из двенадцати сыновей, поднялся над своими братьями до поло­жения, обычно занимаемого перворожденным. Можно было бы отнести это к его подростковым идиллиям, но они этого не сделали. Можно было бы, в конце концов, воспринять это за желание младшего завоевать поддержку старших, но они и этого не сделали.

Реакция братьев не оставляла сомнений, что борьба за превосходство играла здесь первую роль и была в полном разгаре. Для них это было абсолютно непостижимо, даже отдаленно невозможно, что «Иосиф будет управлять нами!», как сказали они. И потому они неистово противились такому положению вещей и еще более возненавидели его за это. Мы видим в этом символическое отображение отношения иудеев к Иисусу Христу: Он был ненавидим и отвержен своими братьями, как и Иосиф.

Так предпочтительная любовь отца к сыну, выраженная в разно­цветной одежде и породившая зависть, а затем и его пророческие сны, которыми он простодушно делился со всеми, послужили для братьев поводом к соперничеству. Зависть постепенно переросла в неприязнь, неприязнь — в открытую ненависть, а ненависть выли­лась в хладнокровную жестокость. Его безупречность, честность и достойное поведение изобличали и раздражали их. Но еще более их возмущало то, что Иосиф будет царствовать над ними, ибо именно так они истолковали его сны. Даже если бы Иосиф стал вождем племени или местным предводителем, это было бы в их глазах нелепостью. Но чтобы иметь преимущество, царствовать, править на престоле, — это было для них чересчур. И большинством голосов они решили: этому не быть, мы его убьем, «и увидим, что будет из его снов» (ст. 20).  Когда чистая, богобоязненная душа так беззащитна и так изобличающе действует на завистника, то злобные, мстительные чувства невольно обуревают им, и он бездумно совершает зло против праведника.

Рассуждая о заговоре братьев против Иосифа, будем иметь в виду, что все они не были людьми этого мира, но были детьми одного отца. Все они жили на почве одного обетования, полученного Иаковом от Бога. Все принадлежали к избранным, которых Бог хотел благословить и сделать светом для народов. Однако Иосиф и братья представляли собой два образа мышления в семье патриарха, которые существуют среди верующих и поныне, и о них пишет Апостол Павел (Рим. 8:1-10; Гал. 4:29; 5:16-25).

Иосиф — представитель духовного мышления, его братья — плотского. Хотя всем им была присуща вера Авраама, Исаака и Иакова, но Иосиф жил упованием на Бога и любил добродетель, стяжал себе благочестие, а братья руководствовались похотями плоти, жили в независимом от Бога, собственном настроении души. Поэтому отношение их к жизни, к Богу, к людям и ко всему в этом мире было различным. Духовный и плотской образ мышления всегда приходит в столкновение и, как правило, плотские гонят духовных, отовсюду вытесняют их. С этой точки зрения и надо смотреть на отношение братьев к Иоси­фу. Они сначала невзлюбили его, подшучивали над его наивностью и про­стодушием, затем откровенно возненавидели, и в кон­це концов замыслили убить.

Так ненависть и вражда, копившаяся все годы, достигла критической отметки и была реализована. Семнадцатилетний Иосиф пришел к братьям в Сихем с самой дружелюбной, искренней миссией. Рувим пытался как-то его спасти, но его план провалился. Бог допустил Иосифу быть дважды проданному: братьями — в Египет и купцами — на египетском рынке рабов. Братоне­навистникам не суждено было увидеть Иосифа в течение двадцати лет, и все эти годы они жили с грешным секретом, а Иаков носил на сердце невыносимый груз великой скорби по погибшему сыну, потому что старшие его сыновья не постеснялись завести его в заблуждение.

 

 

2. Рабство и тюрьмаtc "2. Рабство и тюрьма"

 

Второй период жизни Иосифа длился примерно тринадцать лет (Быт. 41:46). Это период его тяжелейших испытаний, через ко­торые ему предстояло пройти: предательство братьев, разлука с домом и любимым отцом, рабство в далекой стране, служба в доме Потифара, ложное обвинение, клевета и новое предательство, уже со сторо­ны соблазнительницы, новое тяжелое страдание и тюрьма на целых десять лет.

Здесь уместно поставить вопрос: как отнесся Иосиф к внезапно свалившимся на него несчастьям? Как отнесся он к незаслуженным страданиям, постигшим его в семнадцать лет и длившимся до тридцатилетнего возраста?

Нужно поставить и другой вопрос: почему одни люди, попав в тяжелые обсто­ятельства, жизненные переплеты, незаслуженные страдания, ожесточаются, озлоб­ляются на всех и на все на свете, вступают на путь мести, преступлений и скатываются на дно, считая, что в мире правды нет, Бога нет, любви нет, добра нет?! Другие же надламываются и не находят в себе силы поправить жизнь. Иные, наоборот, терпеливо и мужественно переносят свои страдания и «крещение огнем» (Мф. 3:11), мужают в них, растут духовно, закаляются душой, вырастают в подлинных героев и становятся благодетелями своего народа и даже всего челове­чества.

Именно так и было с Иосифом. На нем исполнилось Слово Божие о том, что «любящим Бога, призванным по Его изволению, все содействует ко благу» (Рим. 8:28). В пророческом Псалме 104:12-22 автор в поэтической форме излагает историю праотцов Израиля в Египте, их путь, страдания, скитания, борьбу. Вот что он говорит об Иосифе: «Послал пред ними человека: в рабы продан был Иосиф. Стеснили оковами ноги его; в железо вошла душа его, доколе исполнилось слово Его: слово Господне испытало его».

Пророк открывает здесь смысл страданий Иосифа: стать спасителем Израиля и Египта. Бог готовил Иосифа для того, чтобы он стал чудным прообразом Иисуса Хрис­та, Спасителя мира; прообразом во всем: в жизни, в страдании, в служении, в терпении, в любви к братьям и всем людям, в прощении и спасении. Во всей его жизни, начиная с того, как отец послал его к братьям, и он доброхотно это выполнил, вплоть до египетского рабства, где он много и безропотно претерпел, явив пример нравственной чистоты, и до его восшествия на царский престол в великой славе чудным образом отображен путь Иисуса Христа. В этом кроется то вечное значение и благословение, которым обладает жизнь Иосифа. Вот почему «слово Господне испытало его», и он достойно вынес это испытание.

Повествование об отношениях между Иосифом и его братьями является пророческим возвещением того, что предстояло испытать Господу. Как братья Иосифа считали его вещие сны абсурдными и не могли примириться с мыслью о том, что он будет над ними власт­вовать, так и религиозные лидеры, а вместе с ними весь народ Израиля отказались поверить, что Иисус, назаретский Проповедник, является их Мессией и Царем. Но этот великий Назаретянин, как и Иосиф, будет реабилитирован, возвышен и назначен на место, приготов­ленное для Него Богом (Деян. 5:30-31).

Нет необходимости повторять подробно всю историю Иосифа. Она чудесно изложена в главах 37-45 книги Бытия.

Обратим внимание только на то, как Иосиф преодолевал свой путь страданий, начиная с семнадцати лет. Вот он вдали от родины, вверженный в египетское рабство, проданный родными братьями. Конечно, душа его плачет и не находит утешения. Конечно, он глубоко скорбит от одиночества и отчаяния, и нет с кем разделить эту скорбь, кроме как излить ее в молитве к Богу, веровать Которому он научился в доме отца. Добро­желательный, кроткий и легко ранимый, Иосиф не мечет громов и молний на братьев за их ненависть и предательство, не строит планов мщения на будущее. Он тихо и уединенно скорбит, скрывая от всех свое горе, поверяя одному Богу всю боль своей души. Он много молится, черпая у Него силу, чтобы, все преодолев, устоять. Он много, до утомления, а потому и тяжело работает на своего хозяина, чтобы немного забыться. Перспективы навязать контакт со своей семьей в Ханаане у него не было, поэтому он предпочитает оставаться в неиз­вестности, полностью доверившись Богу.

«И был Господь с Иосифом: он был успешен в делах, и жил в доме господина своего, египтянина» (Быт. 39:2). Ради Иосифа Бог благословил дом Потифара, и благословение было «на всем, что имел он в доме и в поле», поэтому господин все вверил в руки Иосифа (стт. 5-6).

Даже трудно поверить, как еврейский раб египтянина, пусть и высоко поставленный, может преуспевать. Это еще более непостижимо, когда этот же самый раб попадает в тюрьму и тоже преуспевает там. Но так оно и было. И если наше сознание медлит воспринять правду, то для веры такой проблемы не существует. Вера — как малый ребенок: она с полным доверием бросается в любящие и безопасные руки матери или отца. А Иосиф доверился рукам Того, кто знает конец с самого начала. Поучимся так же доверять Богу, как он!

Иосиф мог бы проживать во дворце Потифара вполне счастливо, если бы не новое испытание его нравственной прочности со стороны Бога. Вскоре на молодого красивого раба, безукоризненно исполнявшего свои обязан­ности по дому и всегда задумчивого, с печатью глубокой грусти на лице, обратила взоры жена Потифара, соблазняя его (Быт. 39:6-20). Это не единственный пример в Библии, показывающий, как диавол пользовался женщиной, чтобы уловить мужа Божия в сети и погубить его. Самсон, даже Давид пострадали на этой почве. Но целомудренный и чистый, с возвышенными и серьезными устремлениями сохранить верность Богу отцов всегда, везде и во всем, богобоязненный Иосиф не поддался искусительным чарам лукавого; не пошел в тонко расставленные сети через обольстительную и притягательную силу женской плоти. Он ответил жене Потифара: «Как же сделаю я это великое зло и согрешу пред Богом?» (Быт. 39:9).

Чтобы отрезвить крайне развращенную и потерявшую всякий стыд женщину, Иосиф обстоятельно мотивирует свой отказ, приведя четыре основательных причины:

1) верность и чувство благодарности к господину: Иосиф не мог допустить преступной связи с его женой (Потифар облек Иосифа полным доверием и властью в доме, сделав его смотрителем над своими рабами);

2) чувство чести и личного достоинства («нет больше меня в доме сем»);

3) напоминание ей о ее супружеских обязанностях («и он не запретил мне ничего, кроме тебя, потому что ты жена ему»);

4) сознание своего долга пред Богом, чувство близости и присутствия Божия и святость нравственного закона, не позволявшие ему грешить (еврейские толкователи объясняют, что Шехина Божия шла вслед за праведниками; где появлялись они, там присутствовала и Шехина).

Иосиф реально ощущал это присутствие Божие, эту Шехину, и потому он твердо решил не грешить и не делать ближнему своему зла. Он предпочел лучше страдать, «нежели иметь временное греховное наслаждение», как впоследствии поступил и молодой Моисей (Евр. 11:25). В лице Иосифа Благодать Божия имела величайшую победу над диаволом в момент зарождения и становления Израиля как народа Божия. За обнаженной и обольстительной красотой жены Потифара, за ее неприличными предложениями Иосиф распознал страшный умысел врага-губителя и с негодованием отверг его притязания, как учит тому Слово Божие (Пр. 7:13-27).

Это правда, что женщины по немощи своего духа и впечатлительности сердца легче поддаются обольщению лукавого и не всегда умеют расценить послед­ствия худого поступка. Но, слава Богу, не все жены столь недаль­новидны и легкомысленны, чтобы искать только физических и чувственных удовольствий. Есть и святые жены в истории Церкви и народов мира, послужившие для возве­личения славы Божией. Это они приняли верой Семя Христа, родили и воспитали миру великих мужей веры, пророков, царей, священников, подвижников духа. И если Ева послужила к падению всего рода, то Дева Мария, другая великая Женщина, послужила к его спасению рождением Иисуса, Ее великого Сына.

«Когда так она ежедневно говорила Иосифу, а он не слушался ее...» (Быт. 39:10). Жена Потифара, как настоящая блудница, пытается насильно склонить молодого раба ко греху, и это искушение продолжалось многие дни. Но благочестие Иосифа оставалось непоколебимым, он отказался не только «спать с ней», но и «быть с ней». Впоследствии, благословляя его, Иаков скажет ему такие знаменательные слова, подразумевающие именно эту нравственную стойкость Иосифа: «Огорчали его, и стреляли и враждовали на него стрельцы; но тверд оставался лук его, и крепки мышцы рук его, от рук мощного Бога Иаковлева» (Быт. 49:23-24).

Постыдная страсть египтянки, не найдя своего удовлетворения, решается спровоцировать молодого, красивого раба. У натур необузданных отвергнутая блудная любовь обычно перерастает в ненависть (2Цар. 13:15), переходит границы дозво­ленного и пускается на откровенную наглость и ложь. Египтянка мстит Иосифу: оклеветав его, руками мужа бросает его в тюрьму (Быт. 39:11-20).

Так начинается для Иосифа новый этап его жизни.

Очень прискорбно, когда на добро отвечают злом. Злом на добро ответили ему родные братья, его самые близкие по крови и духу. Продав его в Египет, они бросили его на произвол судьбы. Тяжело нести такое иго бремени, но Иосиф справился с ним. И вот новое испытание: злом на добро ответили ему в доме Потифара; он несправедливо оклеветан и невинно ввергнут в тюрь­му на многие годы, а это нести намного тяжелее. Где взять силы для перенесения подобных страданий? И что помогло Иосифу, благочестивому и кристально чистому мужу веры, выстоять, не сломиться, не разочароваться жизнью, не ожесточиться на людей, не обвинить Бога во всех злоключениях и несчастьях, свалившихся на его голову? Свя­щенное Писание отвечает на это: «И Господь был с Иосифом, и простер к нему милость, и даровал ему благоволение в очах начальника темницы» (Быт. 39:21).

Где бы ни был Иосиф, Господь всегда был с ним: и когда его предава­ли братья, и в доме Потифара, и в тюрьме. Это восполняло все его потери. Во всех его невзгодах, во всяком горе Шехина Божия неизменно следовала за ним. Трижды в главе 39 читаем это чудное свидетельство Писания: «И был Господь с Иосифом» (стт. 2,21,23). В этом секрет великого успеха Иосифа и благословения Бо­жия во всех его делах и путях. Несмотря на страдания, на труд­ные обстоятельства, он продолжал доверяться водительству Божию, а Господь не только охранял его жизнь, но давал ему направление к свету. В Своем плане Он имел нечто великое для Своего раба. Какое поуче­ние для молодых людей нашего времени, желающих достигать успеха в своей жиз­ни!

Устоять Иосифу помогло большое присутствие духа, глубокое благочестие и живая вера в справедливость всевидящего и всезнающего Господа, Который зрит пути человека (2Пар. 16:9) и в Свое время явит суд, правду и милость. Такая вера двигала сердцем Иосифа в его многолетней неволе и дала силы достойно перенести все страдания духа, души и тела.

Вера Иосифа спасла его от ожесточения на братьев, на людей, своих обидчиков, и на все на свете.

Вера помогла Иосифу молча снести несправедливость Потифара, молча потому, что он не хотел навлекать позора на его дом.

Вера Иосифа спасла его от гнева за клевету и от мщения жене Потифара, которая с такой изощренностью имитировала факт ее «изнасилования». Правда, муж не по­ве­рил ей, — как считает Иоанн Златоуст, и не стал исследовать дело, чтобы избавиться от позора. Иначе, если был он поверил ей, то за осквернение ложа госпожи рабу грозила смертная казнь. Но он отдал его только в темницу, находившуюся при его доме.

Вера дала Иосифу силы устоять в искушениях и в период его наивысшей славы, ибо Господь был с ним.

Оказывается, с Господом можно все перенести, все преодолеть: и предательство братьев, и клевету, и домогательство женщины, и все неправды и беды, все посмеяния и поругания, и даже тюремные узы.

Вера дала Иосифу силы победить все изощренные козни диавола, все раскаленные стрелы враждовавших против него «стрельцов».

Вера переплавила и закалила его характер.

Вера Божия возвысила его и подняла высоко над всеми испытаниями этого мира и над низменными страстями человеческого бытия, дала ему дух превосходства Божия. Он не только простил братьев, но он спас их от голодной смерти, привел их к покаянию и очищению совести, приблизил к себе и к Богу и облаго­детельствовал с широтой своей благородной души.

 

 

3. Воцарение. Испытание властьюtc "3. Воцарение. Испытание властью"

 

Третий период жизни Иосифа начался с тридцати лет, когда он был выведен из темницы и посажен на престол как премьер-министр, и продолжался до конца его жизни. Это был период его деятельного служения Богу, людям и своим братьям.

Предвестием будущего возвышения Иосифа послужили непредвиденные обстоя­тельства, которыми, несомненно, руководила рука Божия. В темницу, где находился Иосиф, были помещены провинившиеся перед фараоном царе­дворцы — главный виночерпий и главный хлебодар. Потифар, желая смягчить их участь, а заодно и об­лег­чить положение Иосифа, повелевает начальнику темницы приставить к ним этого раба для услужения в их личных нуждах. Спустя некоторое время оба вельможи одновременно (опять-таки не без воли Божией) видят вещие сны, которые Иосиф удачно разгадывает. Он точно определил, что во встрече с виночерпием была воля Божия, а потому использует этот факт как данное Богом средство освобождения из тюрьмы. Уверенный в благополучном исходе дела, Иосиф к толкованию сна виночерпию присовокупляет и свою личную просьбу: «Вспомни же меня, когда хорошо тебе будет...» (Быт. 40:14-15), и вкратце излагает свою историю, прося походатайствовать о нем перед фараоном и посодействовать в его освобождении.

Сны обоих сановников исполнились: один из них был повешен, другой — восстановлен в прежней должности, как и толковал Иосиф. Библия кон­ста­тиру­ет: «И не вспомнил главный виночерпий об Иосифе, но забыл его» (Быт. 40:23).

Эта халатная забывчивость придворного вельможи была последним тяжелым испытанием в нелегкой жизни Иосифа: прибавилось лишних два года томительных ожиданий в тюрьме. Но в этом был промысел Бога: Он готовил обстоятельства самого фараона, чтобы тот понуждался в мудрости Иосифа и призвал его к участию в управлении страной.

«По прошествии двух лет фараону снилось...» (Быт. 41:1).

Удивительно, что через сны, которым египтяне придавали большое значение, провидение Божие руководило судьбой Своего народа. Сны фараона были от Бога, но носили отпечаток земледельческого быта Египта и специфически-египетские черты. Фараон, смущенный снами, созывает со всего Египта волхвов и мудрецов (к которым принадлежал и виночерпий), но никто не мог разгадать их таинственного значения. Необходимость истолкования этих снов возбудила память виночерпия, и вот тогда-то он с сокрушением вспоминает Иосифа и его чудесную способность толковать сны, упоминает о нем фараону: «Грехи мои вспоминаю я ныне...» (Быт. 41:9-13). Это был его грех забывчивости и неблагодарности перед Иосифом. Но эта его забывчивость, как правильно определяет М. Хорлокк, «была неотъемлемой частью плана Божия относительно Иосифа», ибо Бог готовил ему крупную роль при дворе.

«И послал фараон, и позвал Иосифа; и поспешно вывели его из темницы. Он остригся и переменил одежду свою...» (Быт. 41:14).

Как точно Библия передает дух эпохи древнего Египта! Для того, чтобы быть представленным фараону, Иосифа приводят в порядок: стригут голову, бороду, переменяют одежды (Иосиф в соответствии с египетскими обычаями не стриг своих волос и головы в знак глубокой печали). Представать же перед фараоном в одежде траура не позволял придворный этикет.

Смиренно и почтительно предстал Иосиф перед владыкой Египта, чтобы разгадать его сны. Приступая к их толкованию, он с особенной убедительностью подчеркивает фараону, во-первых, божественное происхождение снов, во-вторых, их тожде­ст­венность; говорит, что Бог открывает ему, как управителю Египта, судьбу страны в предстоящие годы. Доказательство высшего значения снов и непреложность их исполнения Иосиф усматривает в их повторении, в их двойственной вариации. В этих пророческих снах он увидел период благополучия и период Судов Божиих, которые наступят в самое ближайшее время. Его толкование, в отличие от толкования египетских оракулов и мудрецов, созванных со всей страны, вызвало у фараона и его придворных доверие, потому что отличалось удивительной простотой, естест­венностью, правдоподобностью и полнотой содержания. Вдохновение Божие, которое было источником мудрости Иосифа, придало его толкованию особенную убедительность, что фараон затем и признал.

С какой благожелательностью и заботой, всецело охваченный ясным предведением грядущих судеб Египта, подает Иосиф фараону спасительный совет! Он обращает его внимание на срочную необходимость предупредительных мер для предотвращения голода, воспользовавшись для этого ниспослан­ными Богом годами великого изобилия. Его совет заключался в следующем:

1. «Да усмотрит фараон мужа разумного и мудрого и поставит над всею землею египетскою» и подчинит ему надзирателей за сбором и хранением урожая; при этом он совершенно не имеет в виду себя; им владеет лишь искреннее желание помочь Египту избежать национального бедствия.

2. На период большого урожая в течение семи лет он предлагает заменить подать с десятины на «пятую часть» (ст. 34) со всех произведений земли, т. е. удваивает налог с населения, а собранные запасы предлагает складывать в хранилища-магазины, расположенные по всей стране (ст. 56).

«Это понравилось фараону и всем слугам его» (Быт. 41:37).

Верность толкова­ния снов, в которых тонко угадываются знакомые всем черты египет­ского быта, а также практичность совета, его целесообразность и применимость поразили фарао­на и его свиту. Им открылась сверхъестественная мудрость Иосифа, за которой они увидели всемогущую руку Бога, Его водительство и попечительность о Египте. Это была не просто рекомендация мудрого человека, но это был предначертанный Богом план избавления, в первую очередь, младенческой нации Израиля от возможной гибели. Бог замыслил поместить их в благоприятные условия Египта для размножения и воспитания в Божий народ.

Фараону и его свите так понравился совет Иосифа, что он немедленно ставит вопрос о том, чтобы Иосиф его и осуществил. «Найдем ли мы такого, как он, человека, в котором был бы Дух Божий?» — сказал он придворным с восхищением. А Иосифу сказал: «Так как Бог открыл тебе все сие, то нет столь разумного и мудрого, как ты; ты будешь над домом моим, и твоего слова держаться будет весь народ мой; только престолом я буду больше тебя» (Быт. 41:37-40).

Фактически фараон назначил Иосифа премьер-министром Египта, доверив ему заботу о государстве и предоставив ему неограниченную власть. Вместе с тем поставил его начальником и своего дворца (в древности существовали такие должности при царях, 4Цар. 18:18). Мгновенное произведение Иосифа из рабов в премьер-министры вполне согласуется с нравами правителей Египта того времени.

В соответствии с высоким положением фараон оказывает Иосифу и самые высокие почести, отражавшие обычаи древнего востока: «И снял фараон перстень свой с руки своей, и надел его на руку Иосифа; одел его в виссонные одежды, возложил золотую цепь на шею его; велел везти его на второй из своих колесниц и провозглашать пред ним: преклоняйтесь!» (Быт. 41:42-43). Перстень и виссон подтверждали его принадлежность к высшей египетской аристократии, к которой принадлежал и сам фараон; а золотая цепь и роскошная колесница, на которой провозился Иосиф, были знаками придворной церемонии введения в высокую должность. Возложением на него виссонной одежды Иосиф посвящался в касту жрецов.

Так сыну Иакова была оказана высочайшая из почестей, и в подтверждение его царственных полномочий присвоено чудесное имя: «Цафнаф-панеах», что значит: «хлеб жизни». Это имя по своему значению гораздо шире и полнее: «спаситель мира, открыватель тайн, питатель жизни; дух, обтекающий мир». Словом, какое бы значение имени мы не брали за основу, в него был заложен смысл ниспос­ланного Богом спасения Египта и самого Израиля. В жены Иосифу была дана Асенефа, дочь Потифера, илиопольского жреца. Сделано это было с целью сбли­зить его с высшим, привилегированным сословием в государстве, чтобы он, бывший раб, человек как бы без роду, без племени, обрел вес и влияние в государстве. Асенефа родила ему двух сыновей, ставших родоначальниками колен Израилевых. Это была рука провидения Божия во благо Иакову и его дому.

Иосиф вступил в исполнение обязанностей премьер-министра в возрасте тридцати лет и сразу же обнаружились его незаурядные способности по управлению страной. Его честное, добросовестное сердце приняло на себя огромный груз заботы об экономике Египта. Молодой, деятельный, энергичный, он унаследовал от отца сметливость, деловитую хватку в решении практических задач. Это был делатель крупного масштаба, талантливый руководитель, и этот талант он охотно реализовывал.

Никому он не передоверил своих полномочий. Написано: «И вышел Иосиф от лица фараонова, и прошел по всей земле египетской» (ст. 46). Он лично сам осмотрел всю землю и сделал соответствующие распоряжения. Он в точности поступил по тому совету, который предложил фараону в качестве предупредительной меры: назначил (возможно, из сословия жрецов, пользовавшихся большим влиянием в государстве) добросовестных хозяйственников для сбора урожая. «Земля же в семь лет изобилия приносила из зерна по горсти» (ст. 47). Были сооружены большие хранилища во всех городах, ставшие житницей Египта. Это был неустанный труд ради будущего благосостояния народа. Без сомнения, и теперь Бог был с Иосифом и во всех делах давал ему успех. А в годы неурожая, когда он продавал зерно и через него проходили большие суммы денег и драгоценностей, он не запачкал рук корыстью, что так свойственно людям, стоящим у власти.

Многие умеют переносить испытания горем или страданием, но не выдерживают испытаний властью или славой. Иосиф же одинаково верно, чисто и свято служил Богу и людям как в глубоком уничижении, так и на вершине власти. Высокое положение не испортило его. Он помнил, кто он, и свято хранил свою веру, верность Богу и благочестие. Нигде, ни в чем не допускал компромисса с грехом, миром и своей совестью, не превознесся в гордыне и не был высокомерен, но жил достойно высокого звания и призвания Божия, верный своему долгу перед государством, как и Даниил. Мы знаем из Библии только два случая, когда мужи веры были допущены к управлению государством в языческой стране и показали при этом удивительную мудрость и высокий дух. Это Иосиф и Даниил. Но Иосиф был первым и у него еще не было примера, как следует поступать на таком высоком, ответственном поприще человеку Божию; он черпал свою мудрость у Господа, Который руководил его жизнью.

Очень правильно охарактеризовал духовную и нравственную высоту Иосифа М. Хорлокк, и я с радостью привожу цитату из его книги: «Утверждение «Бог даст ответ» отображало характер Иосифа, так как имя Бога часто было у него на устах (отметьте семь случаев: Быт. 39:9; 40:8; 41:16, 51,52; 42:18; 45:5-9; 50:24). Иосиф чутко слышал Бога. В отличие от предков Иосифа, Бог не являлся ему лично, но тем не менее Иосиф постоянно ощущал присутствие Бога. Именно поэтому за всю свою жизнь, запечатленную в Писании, он не произносит ни единого слова жалобы, не впадает в депрессию и не проливает слез за долгие годы бедствий. Его слезы упоминаются семь раз, и всякий раз это происходит как следствие проявления возвышенных чувств: Быт. 42:24; 43:30; 45:2,14-15; 46:29; 50:1,17. Воистину счастлив человек, который постоянно ощущает присутствие Бога в своей жизни!» («День за днем с Ветхом Заветом»).

Итак, наступил великий голод по всем странам Ближнего Востока. В Египте он был вызван спадом воды в Ниле, являвшегося главным источником плодородия страны, а в окрестных странах — Ливане, Аравии, Палестине, Финикии — другими причинами. Население в начале голода питалось за счет собственных запасов, а когда запасы истощились, «народ начал вопиять к фараону о хлебе. И сказал фараон всем египтянам: пойдите к Иосифу, и делайте, что он вам скажет» (Быт. 41:55). В словах «делайте, что он вам скажет» еврейские комментаторы усматривают, что Иосиф, прежде, чем отпустить хлеб, предлагал египтянам обрезание, чтобы приобщить их к вере в единого Бога; а затем открывал царские житницы и продавал хлеб сначала египтянам, потом и всем чужестранцам, потянувшимся в Египет за хлебом.

Вместе с другими караванами в Египет за хлебом прибыли и сыновья Иакова. Это были уже зрелые мужи, имевшие каждый свой дом и семью. В продаже хлеба Иосиф лично сам не участвовал, он осуществлял лишь функции контроля и на­блю­дения, давал санкции и присутствовал только при отпуске крупных партий иност­ранцам. Поэтому когда прибыл караван из родного ему Ханаана, Иосиф потребовал прибывших к себе и при первой же встрече с ними исполнились его отроческие сны. Библия сообщает: «Братья Иосифа пришли, и поклонились ему лицом до земли» (Быт. 42:6). Он узнал их, но они не узнали его: когда они расстались, ему было 17 лет, а теперь — при­мерно 38. Его внешность, одежда, язык, положение выдавали в нем египтянина; им и в голову не могло прийти, что перед ними их некогда проданный и презренный ими Иосиф!

Хотя братья изменились, но Иосиф узнал их. Вспомнил свои вещие сны. И как они сбылись! В его памяти всплыли картины детства: его невинность и простосердечие, их легкомысленное поведение, грубость и жестокость, посягательство на жизнь, предательство, вероломство, продажа купцам, рабство и сопряженные с этим тяжкие страдания.

Но теперь все позади. Теперь он на вершине власти и благополучия и, переос­мысливая происшедшее, он понимает, что во всем этом была рука Провидения. У Иосифа нет теперь обиды на братьев, он простил их в сердце своем. Но его же­лание простирается намного дальше: духовно возросший, возмужавший опытом и мудростью, он хочет и их видеть не просто прощенными, но духовно обновленными людьми, способными выполнить свое великое предназначение. Вот почему он подвергает братьев неоднократной проверке и вначале так строго обходится с ними: говорит сурово, обвиняет в шпионаже, требует представить ему Вениамина, отдает их под стражу на три дня, оставляет заложником Симеона, с умыслом кладет в мешки серебро и свою чашу (Быт. 42). Все это Иосиф делает преднамеренно, чтобы узнать волнующие его сведения об отце, о младшем брате и о них самих, узнать их реакцию, их взаимоотношения, пробудить их совесть и выяснить, осознали ли они свое прошлое и раскаялись ли в содеянном грехе.

И то, как он мудро, искусно ведет свою воспитательную тактику, с тонким психологическим расчетом, помогает встряхнуть память братьев. На них это действует отрезвляюще, и они начинают вспоминать и ис­по­ведовать грехи своей молодости, чего и добивался от них Иосиф (стт. 21-23).

Библия дважды упоминает, что Иосиф плакал тайком от братьев и приближенных и мог участвовать с ними в беседе лишь после того, как успокоится и скрепится в уединенной комнате. А в третий раз он приказал придворным удалиться и открылся братьям (это было после второго их прихода вместе с Вениамином). На этот раз Иосиф не сдержался и громко зарыдал, дав выход чувствам радости и слишком долго скрываемой скорби. Он был воссоединен с теми, кого не пере­ставал любить и кто был очень дорог для него. Эта сцена взволновала всех и переполнила сердца братьев страхом и изумлением: страхом перед ответственностью, и изумлением от неожиданности и точности сбывшихся снов Иосифа.

В этой ситуации все увидели руку Божию. Увидели и то, какую борьбу пришлось каждому преодолеть, чтобы выйти к свету. Мы можем представить себе, какая грандиозная битва шла в духов­ном мире за Иосифа и его братьев, но более за братьев, в молодости ослепленных самоуверенностью, и почему с таким трудом пришло к ним прозрение. Их ветхая натура была так сильна, что никакие другие средства не могли подейст­вовать на них, кроме тяжкой провинности перед проданным ими братом. Милостью Божией он теперь на вершине, они же — в нужде из-за голода и в полной зависимости от него. Таков был план Божий: предать обидчиков в руки обиженного. И то, как Иосиф поступил с ними, проявив великодушие и любовь, подей­ствовало на них сильнее страха наказания и даже смерти. Это чувство трепета перед ним осталось у них до конца жизни (Быт. 50:15-18).

И когда сердца братьев сокрушились, смирились и они открыто исповедали свой грех, пришла полнота прощения и от Бога. Господь очистил и освободил их совесть. Совершенно в новом свете предстают они теперь перед Иосифом. Убедившись в их перемене, он открывается им. И совершенно в новом свете он рисует им картину их предательства и преступления. «Но теперь не печальтесь, и не жалейте о том, что вы продали меня сюда, — говорит он, — потому что Бог послал меня перед вами для сохранения вашей жизни. Ибо теперь два года голода на земле: еще пять лет, в которые ни орать, ни жать не будут. Бог послал меня перед вами, чтобы оставить вас на земле и сохранить вашу жизнь великим избавлением. Итак, не вы послали меня сюда, но Бог, Который и поставил меня отцом фараону и господином во всем доме его, и владыкою во всей земле египетской. Идите скорее к отцу моему и скажите ему: так говорит сын твой Иосиф... И целовал всех братьев своих, и плакал, обнимая их...» (Быт. 45:5-15).

Какой же непостижимой духовной высоты достиг Иосиф! Он смотрит теперь на все, происшедшее с ним и его братьями, с небесной, Божественной точки зрения и преподает это обновленным сердцам братьев. А они смиряются все более и более и слушают с глубоким почтением и послушанием того, от кого отреклись. Жизнь духа востор­же­ствовала в них, стыд и угрызения совести разбили их сердца. Они сами не могут простить себе прошлого. Немного выше, когда еще Иосиф не открылся им, о них сказано: «И преклонились они и поклонились» (Быт. 43:28). Это уже вторично они поклонились Иосифу. А далее Библия говорит: «И послали они (после смерти отца) сказать Иосифу: отец твой пред смертию своею завещал, говоря: так скажите Иосифу: «прости братьям твоим вину и грех их; так как они сделали тебе зло». И ныне прости вины рабов Бога отца твоего... Пришли и сами братья его, и пали пред лицом его, и сказали: вот, мы рабы тебе» (Быт. 50:16-18).

Страх вины перед Иосифом все еще продолжает мучить их. И тогда Иосиф делает все возможное, чтобы успокоить братьев, опасающихся его мести. Он «плакал, когда ему говорили это» (ст. 17). И он сказал им: «Не бойтесь; ибо я боюсь Бога. Вот, вы умышляли против меня зло; но Бог обратил это в добро, чтобы сделать то, что теперь есть: сохранить жизнь великому числу людей. Итак не бойтесь. Я буду питать вас и детей ваших. И успокоил их, и говорил по сердцу их» (Быт. 50:19-21).

Могло ли прийти в голову Иосифа, этой благороднейшей и светлейшей личности Писания, что-то другое, чем то, что он так умело и любезно преподает своим братьям, чтобы утешить их? «И успокоил их, и говорил по сердцу их». Так поступает настоящая, живая вера!

Сколько радости и облегчения получили они, облагодетельствованные им и Самим Богом! Теперь они живут в страхе Божием, с сознанием своей греховности и великой вины не только перед Иосифом и отцом, но и Самим Богом. Удивительна Божия вера: тем, которые в прошлом сделали самое низкое и коварство дело, он говорит «по сердцу их», дарит им целительное утешение, говорит такие сердечные, трогательные и нежные слова: «Я Иосиф, брат ваш...» (Быт. 45:40. Братоненавистникам и почти убийцам (в прошлом) он теперь говорит: «я брат ваш»! И это не минутный порыв от свидания с родными после долголетней разлуки. Это твердое, глубоко укорененное чувство возмужавшего в испытаниях мужа веры, который, спустя годы, снова повторяет трепещущим братьям: «Не бойтесь! Я буду питать вас...»

Да, годы страданий нанесли его сердцу глубокие шрамы, но это сердце по-прежнему любит и по-прежнему не отрекается от родства и братства. Исполненное Благодати и веры Божией, оно готово неизменно любить и благодетельствовать своим обидчикам.

Вот это и есть образ Божией веры!

За тысячелетия вперед она предвосхитила дух Благодати, принесенный на землю Иисусом Христом. Это свидетельство того, что сердце Иосифа было не только вполне предано Господу, но возросло до понимания его как Бога любви. Потому и «Господь был с Иосифом» всю жизнь и от духа Своей Божественной любви преизобильно наполнил Благодатью его сердце. Иосиф в подобии Иисуса Христа явил братьям истинный дух братолюбия, того драгоценного чувства, которое вытекает из духа веры и к которому призывает Ап. Петр новозаветную Церковь: «...вы, прилагая к сему все старание, покажите в вере вашей добродетель, в добродетели рассудительность, в рассудительности воздержание, в воздержании терпение, в терпении бла­го­честие, в благочестии братолюбие, в братолюбии любовь» (2Пет. 1:5-7).

И еще: «...будьте все единомысленны, сострадательны, братолюбивы, ми­лосердны, дружелюбны, смиренномудры; не воздавайте злом за зло или ру­гательством за ругательство; напротив, благословляйте, зная, что вы к тому призваны, чтобы наследовать благословение» (1Пет. 3:8-9).

В то далекое время, когда не было еще ни Библии, ни Закона Моисеева, ни Благодати Христа, Иосиф, сын веры, исполнил в своей жизни эти священные заповеди и явил братьям и милосердие, и дружелюбие, и всепрощение, и истинную любовь. Он сотворил благо им и их детям и вопреки при­чиненному ими злу ответил добром на зло, любовью на ненависть, верностью на отречение, заботой на произвол и горе, причиненное отцу. Иосиф любил, как может любить только великодушный человек.

Только теперь братья по-настоящему оценили Иосифа — его душу, его уникальное сердце, его исключительность и его истинный, искрен­ний дух братства, лишенный всякой злопамятности и объединяющий их родством не просто крови, но родством Духа Божия. Его любовь помогла братьям исправиться и стать настоящим братством в Господе, благосло­венными детьми одного отца. Такая любовь и такое братство вознаграж­дается Богом с великой щедростью.

В главах, посвященных истории Иосифа и его братьев, Бог преподает нам практическое Евангелие любви, мира, согласия и радости. И как Иосиф простил, облагодетельствовал и щедро одарил своих братьев благами земли и своей души, так поступит и с нами Господь. Он проведет нас через испытания, а затем одарит небесными благами. Будем же благоразумными и постараемся из этой истории извлечь для себя вечные уроки.

Каким Библия представляет будущее Иосифа и его братьев? Оно прекрасно! Все они, как призванные и возлюбленные Богом, становятся ро­доначальниками двенад­цати израильских племен, «наследниками благо­­сло­ве­ний» (1Пет. 3:9) и входят в славу Божию величайшими победителями. Име­на их написаны на жемчужных воротах небесного Иерусалима (Отк. 21:12-13,21).

Интересно также отметить, как поступил Иосиф с женой Потифара, которая с хитрым и коварным расчетом оклеветала его перед мужем и своими домашними и бросила его в тюрьму на несколько лет?

Слово Божие даже не обмолвилось об этом. И в этом его умолчании, как и в том, что оно говорит, сокрыты глубокие поучения. Жена Потифара — образ людей этого мира, которые так же бесчестно, коварно, жестоко обращаются с рабами Божиими, верными Его заветам: сначала соблазняют, чтобы привлечь на свою сторону; когда это не удается, пускают в ход клевету, чтобы опорочить и обвинить в сфабрикованных преступлениях и затем бросить в тюрьму. Церковь Христова пережила это не один раз в годы репрессий, потеряв многих своих сыновей. Но в этих страданиях она не переставала молиться за своих гонителей, прощая их.

Вне всякого сомнения, Иосиф простил жену Потифара; она сама с повинной явилась к нему, чтобы загладить свои преступления.

Подводя итог жизни Иосифа, я хотел бы заключить ее теми же самыми словами, которые роились и в моем уме и которые так замечательно сформулировал М. Хорлокк, как будто заглянув в мою душу. Он пишет:

«Преуспевание Иосифа в Египте было доказательством незаметной, но верной работы провидения Божия. Он признал, что Бог «послал» его туда (Быт. 45:5,7-8) и «поставил» его господином всего Египта (стт. 8-9). Было, по крайней мере, десять звеньев в цепи всех событий, сделавших Иосифа «начальником в земле той» (42:6).

1. Зависть его братьев — с этого начинается история (37:1-11).

2. Тревога его отца (37:12-14). Иаков волновался за сыновей, которые находились в Сихеме, и послал Иосифа узнать, все ли у них в порядке. Иаков имел серьезные основания для такого волнения (33:18-34:30).

3. Дружеские расспросы незнакомца (37:15-17). Эта случайная встреча понадобилась, чтобы направить Иосифа в Дофан.

4. Вмешательство Рувима и Иуды (37:18-27). Добрые намерения Рувима, корыстолюбие Иуды оказались роковыми.

5. Путешествие арабских купцов (37:25-28). Какую решающую роль сыграло время, маршрут и местопребывание их каравана!

6. Нужда Потифара в хорошем управляющем (37:36). При таком большом количестве домов и рабов в Египте Иосиф оказался в нужном доме.

7. Порочность жены Потифара (39:7-8). Искушение, которому она его подвергла, и ее злоба, вызванная отказом, тоже сыграли свою роль.

8. Несправедливость решения Потифара (39:19-20). Хотя наказание, которое перенес Иосиф, было незаслуженным, оно было сравнительно легким. Потифар был царедворцем фараона, начальником телохранителей (37:36). Но Бог удержал его гнев в разумных пределах (см. Пс. 75:10).

9. Недовольство фараона своими царедворцами (40:1-4). Это привело к важной встрече Иосифа с главным виночерпием.

10. Забывчивость виночерпия (40:20-23). Последнее звено!

Цепь не прочнее своего самого слабого звена. Каждое из этих десяти звеньев сыграло существенную роль на пути Иосифа к славе в Египте. Бог достиг Своей цели посредством людей без их ведома и часто без их желания. Он направил в нужное русло не только попытку Рувима спасти Иосифа, помощь «некого» и забывчивость виночерпия, но также злобу и похоть жены Потифара и ненависть братьев Иосифа. Все события работали на благо Иосифу (Рим. 8:28), и, оглядываясь назад, он мог видеть это. Доверяйте Богу — Он не делает ошибок!»

(«День за днем с Ветхом Заветом»).

 

Иосиф прожил 110 лет (Быт. 50:26), из них 93 года в Египте. Попав туда семнадцатилетним юношей, он в 30 лет был произведен в премьер-министры и 80 лет правил этой великой страной. Этот ответственный труд поглотил все его силы и лучшие годы жизни. Казалось, дух Египта должен был бы захватить его. Но нет, он не стал египтянином, патриотом этой языческой страны, культивировавшей идоло­поклонство. Как и его отцы, он остался верен призванию и избранию Божию. Он твердо помнил, что его родина — Ханаан и что потомство Израиля должно вернуться туда. Его вера опирается на Господни обетования, полученные праотцами — Авраамом, Исааком и Иаковом — о том, что ханаанская земля дана им и их потомству навсегда. Это было слово живого Бога, Того, в Которого он верил с детских лет, Того Бога, Который был с ним и в рабстве, и тогда, когда он служил народу Египта и своим братьям по крови.

Иосиф понимал, что переселение в Египет семейства его отца состоялось по его настоянию, и потому считал себя ответственным за него. Осознавая, что не в Египте обитание Израиля и что здесь они лишь временные поселенцы, он заботится о возвращении их на родину, молится об этом и получает отк­ровение. Благодаря Иосифу молодой Израиль был помещен в Египте (как он думал) на время, чтобы переждать голод, но задержался там на четыреста тридцать лет. Земля Гесем была для израильтян колыбелью, где первоначально сложилась для них благоприятная обстановка, пока они не умножились и не набрали силу как народ.

Надо отметить, что перед переселением в Египет, по пути туда, патриарх Иаков «пришел в Вирсавию, и принес жертвы Богу» и вопросил о воле Божией относительно переселения (Быт. 46:1-4). Он остановился именно в Вирсавии потому, что это место было освящено Авраамом, устроившего там жертвенник и совершившего богослужение (Быт. 21:33), а Исааку там явился Господь (Быт. 26:23-24). Теперь Господь проговорил к Иакову на этом же месте: «...не бойся идти в Египет; ибо там произведу от тебя народ великий. Я пойду с тобой в Египет; Я и выведу тебя обратно».

Из этих слов следует, что не Иосиф, а Бог переселил Иакова с семейством туда, имея в виду двоякую цель (а голод был только поводом):

1) чтобы отделить эту семью от хананеян и избавить ее от смешения с ними, которое уже началось через Иуду (Быт. 38), что грозило погубить всю миссию Авраама;

2) в Египте с его пренебрежительным отношением к евреям и к касте пастухов, как к самому низшему сословию, ассимиляция не грозила. Бог достиг там нужной Ему изолированности израильского народа. Вместе с тем высокое развитие египетской культуры в какой-то степени плодотворно влияло на этот народ. Пользуясь благосклонностью фараона и высоким положением Иосифа, израильтяне с успехом использовали предоставленные им привилегии.

 

Но вот пришло время отойти Иосифу с земли. Он призывает братьев и напоминает им об исходе из Египта, который должны будут совершить их дети. Он говорит им: «Я умираю; но Бог посетит вас, и выведет вас из земли сей в землю, о которой клялся Аврааму, Исааку и Иакову. И заклял Иосиф сынов Израилевых, говоря: Бог посетит вас, и вынесите кости мои отсюда» (Быт. 50:24-25).

В Новом Завете Ап. Павел поясняет, что Иосиф сделал это пророчество и клятвенное завещание верой: «Верой Иосиф при кончине напомнил об исходе сынов Израилевых и завещал о костях своих» (Евр. 11:22).

Его вера простирается за пределы видимого, вырастает до пророческого духа, предрекая судьбу народа на столетия вперед. Этот муж, распорядитель казны фараона, фактически поработивший ему всю страну и своей плодотворной деятельностью внесший неоценимый вклад в благосостояние Египта, заслуживал от благодарной страны, которой отдал лучших 80 лет своей жизни, великолепной усыпальницы — он мог быть погребен с высочайшими почестями в гробнице. Но Иосиф предпочел быть погребенным на родине, в Обетованной Земле, и заклинает об этом братьев. Тем самым он доказывал им жизненность своей веры, сопровождавшей его всю жизнь. Он хочет, чтобы даже его кости не оставались в Египте, этой чужой стране, но чтобы были погребены в земле предков и чтобы ему приложиться к избранному народу и его славе. Все это имеет большое значение перед небом.

Завещание Иосифа служило для его потомков, страдавших впоследствии в египетском рабстве, пророческим словом утешения.

Когда он умер, его тело набальзамировали и положили в ковчег (Быт. 50:26), подготовив к выносу. И только в четвертом поколении, выходя из Египта, сыны Израилевы не забыли завещания Иосифа и, по повелению Мои­сея, взяли кости его с собой (Исх. 13:19). Сорок лет эти кости странствовали с ними по пустыне, доколе Иисус Навин не завладел Ханааном, и только тог­да погребли их на участке поля, завещанного Иосифу в дар от отца (И.Нав. 24:32).

В Священном Писании нет образа прекраснее и совершеннее, чем Иосиф. И это неудивительно, потому что вся его жизнь до мелочей символически отражает личность Господа нашего Иисуса Христа. Коротко рассмотрим эти прообразы и извлечем для себя назидание:

 

*  Иосиф — любимый сын у своего отца (Быт. 37:3);

*  Иисус — Возлюбленный Сын Бога Отца (Мф. 3:17; Ин. 5:20).

 

*  Отец послал Иосифа навестить братьев в Сихеме узнать об их благополучии. Он повинуется этому трудному для него поручению и идет его исполнить.

*  Бог Отец послал Своего Сына к братьям-иудеям и, хотя посланничество было не из легких, Иисус повиновался Отцу (Мф. 15:24; Фил. 2:8).

 

*  Братья возненавидели Иосифа (Быт. 37:4).

*  Иудеи возненавидели Христа (Ин. 15:24-25).

 

*  Несмотря на враждебное отношение братьев, Иосиф делится с ними откровением Божиим, полученным через вещие сны.

*  Иисус проповедовал иудеям Истину и Благодать Божию, не взирая на их вражду и преследования.

 

*  Иосиф был отвергнут братьями (Быт. 37:8);

*  Христос отвергнут иудеями (Мф. 21:37-38).

 

*  Братья Иосифа сговорились убить его (Быт. 37:18).

*  Первосвященники и старейшины сговорились убить Христа (Мф. 26:3,4).

 

*  С Иосифа сняли его разноцветную одежду (Быт. 37:23).

*  «Распявшие Иисуса делили одежды, бросая жребий» (Мф. 27:35-36).

 

*  Братья продали Иосифа язычникам за 20 сребренников (Быт. 37:28).

*  Иудеи предали Христа на распятие за 30 сребренников (Мф. 26:15).

 

*  Иосиф посажен в темницу, где содержались узники царя (Быт. 39:20).

*  Иисус сошел в темницу преисподней, где содержались узники Царя Небесного — души людей (1Пет. 3:18-20).

 

*  Иосиф находился в тюрьме с двумя слугами фараона, виночерпием и хлебодаром, из которых один помилован, а другой казнен (Быт. 40:1-3,21-22).

*  Иисус находился на кресте между двумя разбойниками, из которых один принял спасение, а другой осужден навеки (Лук. 23:32, 42-43).

 

*  Иосиф первый раз вышел к братьям, и они его не узнали (Быт. 42:3-8).

*  Христос первый раз пришел к Своим, и они Его не узнали (Ин. 1:11).

 

*  Иосиф открылся братьям во второй раз, и был большой плач у них (Быт. 45:1-4).

*  Так будет большой плач у евреев, когда Христос придет во второй раз и откроется им (Зах. 12:10-14).

 

*  Иосиф не только простил братьев за совершенный против него грех, но облагодетельствовал и возвысил их (Быт. 50:15-21).

*  Христос простит и возвысит иудеев, когда придет к Тысячелетнему Царству (Вт. 30:1-10; Рим. 11:1,15-16,25-26).

 

*  Во время отвержения братьями Иосиф и Иисус Христос стали благословением для язычников (Быт. 41:45; Деян. 15:14).

 

*  Иосиф стал посредником между народом и царем Египта.

*  Христос стал Посредником между людьми и Богом Отцом (1Тим. 2:5-6).

 

*  Иосиф был выведен из темницы и возведен на престол.

*  Бог воскресил Иисуса из мертвых, восхитил на небеса и посадил по правую руку от Себя на престоле.

 

*  Иосиф стал господином и повелителем над всем Египтом.

*  Иисусу «дана всякая власть на небе и на земле» (Мф. 28:18).

 

*  Иосиф оказался «высшими устами» во всей стране.

*  Иисус стал вечным Словом, которое стало плотью и обитало с нами.

 

*  Иосифа называли «Цафнаф-панеах» (хлеб жизни) — (Быт. 41:45).

*  Иисус есть «хлеб жизни, сшедший с небес» (Ин. 6:35,48,51).

 

*  Фараон дал Иосифу в жены Асенефу, дочь Потифера, язычницу, которая была ему преданной женой.

*  Бог Отец приготовил Иисусу Христу в жены Церковь (Отк. 21:9), форми­рующуюся в основном из язычников.

 

*  Жена Иосифа разделила с ним его славу и, в духе составляя с ним одно, имела часть во всем, что принадлежало ему.

*  Так Церковь Христова, соединенная с Ним верой и Духом, становится участницей Его вечной, немеркнущей славы.

 

*  Сатана искушал Иосифа через братьев, женщину, темницу и великую власть, но не преодолел.

*  Сатана искушал Иисуса через иудеев, мир, темницу преисподней и великую власть (Мф. 4:8-9), но не превозмог.

 

*  Иосиф первоначально говорил с братьями через переводчика, а затем непо­сред­ственно сам.

*  Так Иисус вначале говорит с душами людей через пророков и проповедников, затем непосредственно Сам через Духа Святого и Слово.

 

*  Иосиф целовал братьев при встрече без единого слова упрека за прошлое.

*  Иисус принимает грешников без единого укора, с поцелуем прощающей любви.

 

Дивный образ Иосифа, украшенный «всеми добродетелями», как оха­рактеризовал его Златоуст, — богатейший материал для духовного размыш­ления и наставления в праведности. Нам есть чему поучиться у него: его вере, его благочестию, его умению переносить страдания, умению любить и прощать, его верности призванию Божию, его чистоте, благородству, великодушию, духовной проницательности, его истинному человеческому достоинству и самообладанию. Судьба Нации и вечная программа Бога зависели от целостности Иосифа, и ею он оправдал надежды Божии.

На личности Иосифа Бог показал, что в условиях греха, зла и жесточайшего противоборства человек может верой подняться духовно очень высоко — до уподобления Иисусу Христу, в то время как другие в тех же условиях не могут устоять и падают. Иосиф прошел трудный, но славный путь — путь креста в подобии Сына Божия. Его страдания были для него крещением Духом Святым и огнем (Мф. 3:11), в котором он, усовершившись, был десницей Божией вознесен на высоту великой славы и власти. И он — чудный пример победы над объединенными силами духов злобы и людей, выступающих против человека Божия.

Таков путь всех, кто желает в этом мире жить благочестиво, служить Богу и людям (2Тим. 3:12) и подвизается войти в славу Господа по мосту восхищения (1Кор. 15:51-53; 1Фес. 4:15-18).


 

Глава 12

 

ВЕРА РОДИТЕЛЕЙ МОИСЕЯtc "ВЕРА РОДИТЕЛЕЙ МОИСЕЯ"

 

 

Верой Моисей по рождении три месяца скрываем был роди­телями своими; ибо видели они, что дитя прекрасно, и не уст­ра­шились царского повеления.

Евр. 11-23

 

Писание открывает многогранность веры Божией, дающей человеку победу над злом в любых обстоятельствах, в любых превратностях судьбы. Уже на личнос­ти патриархов ярко показана вера родителей в отношении своих детей. Но там эта тема не стояла на переднем плане, а здесь она является центральной, и мы остановимся на ней подробнее.

На родителях Моисея открывается истина о силе веры отцов: если она присутствует в их сердце, если она просвещена светом свыше и крепко держит обетование спасения, то никакие умыслы и козни диавола не смогут погубить их детей. И никогда не смогут погубить ничьих детей, если родители будут стоять в вере правильно и непоколебимо. На примере веры родителей Моисея Библия наглядно показывает, как глубоко взаимосвязаны судьбы родителей и детей и как многое в духовной жизни детей зависит от веры самих родителей, от их верного хождения перед Богом.

«Веруй в Господа Иисуса Христа, — подает совет Ап. Павел темничному стражу, — спасешься ты и дом твой» (Деян. 16:31).

В этих словах содержится один из законов духовного мира: форми­рование личности ребенка, направление его мыслей и путей жизни, чистоты жизни, его интересов и устремлений и такие качества, как благородство, честность, искрен­ность, живая вера и любовь к Богу главным образом закладываются в детстве, причем в его раннем периоде, и даже более того — еще в материнской утробе.

Когда Богу нужны были деятели крупного масштаба — вожди, цари, священники или предводители — для выполнения важнейших задач в решающие периоды человеческой истории, Он готовил прежде всего самих родителей. Те, в свою очередь, закладывали и передавали своим детям духовные основы: дух веры, силы, разума, проницательности, дух мужества и дерзновения. С таким багажом дети вступали в жизнь и могли потом выполнять возложенные на них задачи.

Такими выдающимися личностями на великих перекрестках истории были Моисей в Ветхом и Апостол Павел в Новом Завете. Между ними есть много сходства. Оба проходят Божественную школу воспитания, получают наилучшее по тому времени образование. Будучи по характеру людьми властными и волевыми, оба проходят школу смирения в пустыне наедине с Богом, где научаются обуздывать силу плоти и свой нрав и получают величайшие откровения по устроению дома Божия. Затем оба призываются на служение не через человека, а непосред­ственно Самим Богом (Исх. 3; Гал. 1:1-19). Оба имели к Богу очень близкий доступ. О Моисее сказано, что «устами к устам говорю Я с ним, а не в гаданиях, и образ Господа он видит» (Чис. 12:8). А Павел «восхищен был до третьего неба.., в рай и слышал неизреченные слова, которых человеку нельзя пересказать» (Кор. 12:1-4).

Случайно ли такое совпадение?

Нет, не случайно. Исследуя Библию, мы видим, что Богу угодно было отмечать имя израильских матерей и иудейских царей (2Пар. 24:1-2; 25:1-2; 26:3-4). Какова была мать, таков был и ее сын: мать благочестива и богобоязненна — и сын благочестив (4Цар. 18:1-3); мать грешница и отступница — и сын большой грешник (3Цар. 15:1-3; 4Цар. 21:1-2), потому что влияние матери на потомство гораздо сильнее и заметнее, чем влияние отца, которое перестает ощущаться спустя несколько поколений.

Именно это имеет в виду Писание, упоминая имена родителей Моисея. Из книги Исхода (6:16-20) мы узнаем, что отцом его был Амрам, сын Каафа, второго сына Левия. Мать его Иохавед — дочь самого Левия. Оба родителя — потомки благо­честивого рода, носителей веры Божией Авраама, Исаака и Иакова. Поэтому рожденные ими дети оказались выдающимися личностями в израильском народе: Аарон — первый великий первосвященник, Моисей — великий вождь и законодатель и Мариамь — пророчица и предводительница еврейских женщин.

Смерть Иосифа и его братьев положила начало новому периоду в жизни израильского народа, который был характерен двумя чертами: его усиленным ростом и новым отношением к нему со стороны властей. В книге Исхода (1:7) читаем: «Сыны Израилевы расплодились, и размножились, и возросли и усилились чрезвы­чайно, и наполнилась ими земля та». Это размножение являлось прямым испол­нением данного Иакову обетования (Быт. 46:3) и, конечно же, делом Самого Бога (Пс. 104:24). Однако хотя они численно и умножились (или, как сказано в под­линнике, «кишела ими та земля»), но не слились с египтянами и не стали с ними одним народом. В евреях по-прежнему жил дух той глубокой обособленной веры в единого Бога, который был присущ их отцам. Они продолжали руководствоваться теми великими откровениями, которые даровал Бог патриархам, и потому Египет не мог их пленить. Израиль оставался в этой стране народом, чуждым его культуре, религии и идолопоклонству.

На период чрезвычайного размножения евреев и падает изменение их обще­ст­венного положения. Это время для них было бесконечно трудным. В Египте сменилась династия фараонов: к власти пришел «новый царь» (а в Деян. 7:18 сказано: «иной царь»), который не знал Иосифа и его спасительной миссии для Египта и египетского народа. Оттого и его выдающиеся заслуги были пренебрежены и совершенно забыты.

Кратко затронем события, предшествовавшие этому. Я приведу большую цитату из лекций Р. Гудмана, рассказывающую о предпосылках к Исходу и к рождению Моисея, ставшего предводителем порабощенного Израиля. Это фактически историческая справка. Вот что он пишет:

«Концепция свободы так важна, что она находится в первой из Десяти Заповедей: «И изрек Бог все слова сии, говоря: Я Господь, Бог твой, Который вывел тебя из земли египетской, из дома рабства. Да не будет у тебя других богов пред лицом Моим...» (Исх. 20:1-3).

Библейский интерес в Египте начался во времена Среднего Царства. Иосиф служил фараону, который был одним их хикосских царей, правите­лем, восстанавливающим и увеличивающим храмы и одобряющим образова­ние. Позже местные правители, которые были после него, постарались уничтожить все следы хикосов, так что этот период остается скрытым, и трудно судить о египетской хронологии.

Вскоре после смерти Иосифа хикосы были вытеснены в Азию, и местный правитель овладел троном. Националистическая династия была бедствием для израильтян, потомков Иакова. Будучи друзьями свергну­тых царей Хикоса, они потеряли свое благоприятное положение, и все их прошлые заслуги перед государством игнорировались.

Из процветающих поселенцев восточной дельты Нила они постепенно вернулись к крепостному праву, так как каждый последующий правитель издавал все более суровые указы. Эти правители были великими архи­текторами и измеряли свою славу количеством и величественностью их памятников. Их безумное желание строить требовало рабочей силы, и запуганные, ненавидимые евреи были естественным выбором. Фараоны приговорили их к жестокому и горькому рабству в качестве каменщиков и землекопов. Ситуация еще больше осложнялась тем, что по природе и традиции они были пастухами...

Египетские записи обходят молчанием весь исход, что является их привычкой, когда дело касается поражения каким-либо правителем или народом. Например, завоевание Египта хикосами — наиболее важное политическое событие египетской истории — осталось без упоминаний на памятниках, хотя оно и потрясло всю социальную структуру до основания. Только библейские писатели (из всех восточных летописцев) описывали как поражения, так и победы.

Большинство ученых отождествляет Раамзеса II как фараона угне­тения, экстравагантного и тиранического правителя. Его описывали как тщеславного и хвастливого человека, который хотел озадачить потомство путем сооружения конструкций по всей стране, где бы его имя было вырезано тысячи раз, и который восхвалял себя в этих над­писях победами, которых он не совершал.

Память о рабстве Израиля и его освобождении вплетена в послание законника, историка, псалмопевца, пророка и священника, что явилось мотивировкой рождения Израиля как Нации. Никто не может выдумать стыд пребывания рабами в чужой стране — это абсолютно против традиций того времени. Вся история Израиля является одним долгим протестом против идолопоклонства и бесчеловечности. Религиозная жизнь Египта вращалась вокруг поклонения мертвым, символизируемым пирамидами. Иудаизм же всегда был религией жизни, объявляющей гуманность к человеку, как наиболее приемлемую форму поклонения Создателю.

Израиль в Египте был подобен ребенку, как сказал Господь через Осию (11:1): «Когда Израиль был юн, Я любил его и из Египта вызвал сына Моего». Только за пределами Египта он смог расти без заразы загнивающей цивилизации» (Ж. «Виноградник», 04-96).

Но вернемся к моему повествованию, прерванному приведенной исторической справкой евреев, доскональ­но и глубоко изучивших данный вопрос.

Итак, новая династия фараонов усмотрела в обособленности и росте численности евреев потенциальную угрозу своему царству: случись война, считали они, евреи могут переметнуть на  сторону врагов или совсем уйдут из Египта. Это опасение имело под собой основание: несмотря на продолжительный срок пребывания евреев в этой чуждой им по духу стране, они по-преж­нему имели непреодолимое тяготение к земле своих предков и даже некоторые из них поддерживали связь с Палестиной и пытались утвердиться на ней (1Пар. 7:21). Поэтому египтяне и пришли в страх, что однажды Израиль восстанет и свергнет их иго над собой или покинет Египет и они потеряют даровую рабочую силу. Чтобы этого не случилось, фараон предпринял ряд предупредительных мер, постепенно усиливавшихся.

1. Сначала он ввел насильственное и бесправное рабство, унижав­шее человеческое достоинство: евреев нанимали на различные подсобные, тяжелые и неблагодарные работы, годившиеся для граждан второго сорта, но без всякой оплаты. Их стали жестоко угнетать, изнуряя дневными нормами и издеваясь над ними, чтобы их обессилить и таким образом сократить рождаемость (Вт. 26:6; Пс. 80:7). Евреев подвергали не только изнурительному подневольному труду, изматывавшему физические и мораль­ные силы, но и изобрели ужасное орудие для их наказания. Оно называ­лось «бастинадо»: битье по голым подошвам гнущимися, наподобие кнута, палками, вырывавшими куски мяса. И необходимость находить свою собственную солому для производства кирпичей, чтобы выполнить дневную норму, стимулировалось этим устрашающим орудием наказания. Оно делало жизнь тяжелее, чем рабство. Хотя эта мера была успешна, чтобы держать людей в узде, но она не остановила роста и умножения Израиля.

2. Тогда фараон прибегнул к другой хитрости, другой ужасной крайней мере: решил уничтожить Израиля посредством умерщвления младенцев-мальчиков при родах через повивальных бабок. Но повитухи боялись Бога и не делали этого. Милостью Божией и этот замысел фараона был расстроен, ибо у Бога были Свои планы и намерения с избранным народом. Он не дал сатане восторжествовать над Израилем.

3. Когда и вторая мера оказалась безрезультатной, фараон повелел «всему народу»бросать новорожденных мальчиков «в реку». Рекой же был Нил с развет­вленной сетью рукавов и каналов.

Фараон изобретал все более жестокие и ухищренные меры подавления сынов Израилевых и коснулся самого сокровенного — семейной жизни. Изданием своего драконовского указа он имел в виду постепенно свести на нет рост еврейского народа. И более того, само языческое окружение могло в любой момент зажечь пожар поголовного истребления Израиля. Складывалось безошибочное впечатление, что срочно требовался кто-то или чья-то сила, превосхо­дившая фараона, чтобы разрядить крайне опасную ситуацию.

Мы дальше будем говорить о рождении такого лидера и вмешатель­стве Божием, а здесь только заметим: разве можно уничтожить тот народ, который в своих недрах носит благословение живого Бога? Фараон не мог понять, что путем насильственных мер невозможно лишить народ источника этих благословений, как не хотели этого понимать современные инквизиторы, поднимавшие руку на Церковь, чтобы стереть ее с лица земли.

Евреи в Египте были поставлены перед выбором: либо прекратить деторождение, либо отдавать своих сыновей на уничтожение. В такое критическое время необходима могучая вера и несокрушимая стойкость духа, чтобы отва­житься стать матерью и отцом. В еврейских преданиях говорится, что пока не родился тот, кто должен был спасти евреев из Египта, они пребывали в от­чаянии. Даже Амрам, отец Моисея, духовный вождь поколения, не надеялся на лучшие времена ни для своего народа, ни для самого себя и расстался со своей женой Иохавед, чтобы не производить на свет сыновей для порабощения и новых бедствий. А когда народ увидел, что Амрам расстался с женой, все мужчи­ны, отчаявшись, поступили так же. И вот тогда пришла к Амраму Мариамь, его дочь, и сказала: «То, что ты делаешь, страшнее того, что делает фараон: он уби­вает только мальчиков, приказывая бросать их в Нил, а ты — и девочек тоже!» Амрам вернулся и снова взял Иохавед в жены, и она родила Моисея, бу­дущего спасителя Израиля. Тогда и остальные израильтяне вер­нулись к своим женам и расплодились, размножились и породили поколение освобождения.

Интересные мысли о роли женщин-матерей в семье высказывают еврейские толкователи Пятикнижия. Вот одно из них: «...Кто это восходит от пустыни, опираясь на своего возлюбленного? Под яблонью разбудила я тебя: там родила тебя мать твоя, там родила тебя родительница твоя» (П.Пес. 8:5). О ком говорит царь Соломон в этом стихе? О тех женщинах-праведницах, благодаря которым наши предки вышли на свободу из Египта. Когда мужчины, отчаявшись освободиться от рабства, стали избегать близости со своими женами (к чему рожать сыновей — для подневольного труда и нищеты?), женщины старались ободрить их, вдохновляли их надеждой, льнули к ним, побуждали к исполнению заповеди. Благодаря этому в Египте родилось новое поколение — поколение Освобождения. «Под яблонью разбудила я тебя, там мучилась твоя мать, рожала...» Почему «под яблонью»? Все деревья сначала выпускают листья, которые должны укрывать и защищать плоды, а потом уже рождают сами плоды, только яблоня сначала покрывает себя плодами, и лишь потом выпускает листья. Так же вели себя и жены-праведницы в Египте. Они сказали: «Пусть нет сейчас защитника и спасителя для наших детей, рождающихся сегодня, но мы все-таки рожаем их и будем рожать, и в конце концов появится тот, кто защитит их и спасет!»

Так было в древности. Но и в каждом последующем поколении, когда слабеет надежда и отчаяние овладевает мужчинами, хорошая жена обращается к сердцу своего мужа, ободряет его и утешает в минуту беды, облегчает и услаждает его жизнь и наполняет его новой надеждой в ожидании избавления — и спасение непременно приходит!» (Элиягу Ки-Тов, «Ты и твой дом», изд. «Шамир», 1985)

Так было во все века вплоть до наших дней: как только народ Божий начинал умножаться, диавол строил коварные планы по его истреблению, чтобы задержать рост Царства Божия на земле. Но око Господне бодрствует над Своими детьми, печется о каждом из них, защищает их. Об этом хорошо говорит Давид в своем псалме: «Зачем мятутся народы и племена замышляют тщетное? Восстают цари земли, и князья совещаются против Господа и против Помазанника Его... Живущий на небесах посмеется, Господь поругается им» (Пс. 2:1-4).

Истинность этих жизненных слов подтвердилась в древнем Египте, где Бог посрамил все указы фараона тем, что его собственная дочь, принцесса Фермутис, которую обожествляли еще более, чем самого фараона, в своих роскошных палатах растила и воспитывала того, кто станет затем освободителем и вождем Израиля.

Бог наш — это чудный Бог! Непостижимы пути Его и дивны судьбы Его. Он всегда отвечает на веру мужественных и бесстрашных чад Своих, касается ли дело личной судьбы человека или предвечных планов Господних. Вера, оживотворенная Духом Святым и откровением Божиим, способна вознести исповедующих ее над обстоятельствами жизни. Она вознесла и родителей Моисея над драматизмом их обстоятельств. Вера делает способными на подвиг во имя Господа любого человека, в любых обстоятельствах, даже самых отчаянных, если только он любит Бога и верен Ему во всем.

Вот как о подвиге родителей Моисея сообщают скупые строчки Писания: «Жена зачала и родила сына» (Исх. 2:1-2). Уже одно то, что Иохавед зачала и родила дитя в период тяжких бедствий и безотрадной будущности Израиля, притом родила мальчика, было ее великим геройст­вом. Это признак большой веры и большого мужества. Это свиде­тельствует о том, что она зачинала ребенка с верой и с момента зачатия отдала его в руки Господа. Иначе за­чем было и зачинать его? Какой смысл новой беременности, если нет надежды на сохранение новой жизни и если эта жизнь оборвется сразу же, как только выйдет из утробы?

Так в этом доме, и в этой семье, и в этом материнском сердце, движимом живой верой, преданностью Богу и упованием на Него, зачалась большая и решительная история Бога с Его избранным народом.

Писание показывает, что выдающуюся роль в судьбе Моисея сыграла именно его мать. О ней Библия говорит очень мало, как и вообще о матерях великих мужей. Но это не урон, не потеря. По одному-двум штрихам, упомянутым в Писании, виден весь внутренний облик человека. Да и по характеру детей можно судить об их матери. Мы можем с уверенностью сказать, что все героические личности, показанные в Библии, имели замечательных матерей. Ни одна знаменитая личность не родилась от безнравственной матери. Именно мать играет огромную роль в становлении личности человека. Так было в жизни Авраама, Исаака, Иакова, Иосифа; так оно и в жизни Моисея, затем Самуила, Давида, Соломона, а в Новом Завете — Иоанна Крестителя и Самого Иисуса Христа.

Итак, мать Моисея по имени Иохавед была женщина необыкновенной веры. Именно об этом говорит и Послание Апостола Павла к Евреям, подчеркивая, что оба родителя Моисея жили верой! Жить верой в такое смутное, тревожное время, когда опасности растут, а просвета не видно, невозможно без Бога. Защититься от ненависти и вражды египтян, губителей невинных детских жизней, предателей и доносчиков немыслимо без молитвы в дерзновенном духе веры. Родители Моисея, эти благочестивые, мужественные и решительные люди, полагавшие свою опору и упование на всемогущего Бога, рискнули вступить в единоборство с властями тьмы! Не обошлось у Иохавед без своих скорбей и печалей. Она вместе с мужем много раз стояла на коленях за своих детей, ибо они родились в трудные годы. Аарон, брат Моисея, старше него на три года, родился еще до указа фараона. Она с большим трудом вырастила его. А когда родился Моисей, пришлось употребить все свое мужество, чтобы сохранить ему жизнь, потому что указ жестокого фараона настигал ее сына.

Что она предпринимает, чтобы спасти ребенку жизнь?

Слово Божие говорит: «Верой Моисей по рождении три месяца скрываем был родителями своими; ибо видели они, что дитя прекрасно, и не устрашились царского повеления» (Евр. 11:23). Книга Исход (2:2) показывает, что ини­ци­а­тива скрывать ребенка принадлежала матери. Здесь вера Иохавед ру­ководила ее действиями. Рождение Моисея пришлось как раз на период дейст­вия третьей, самой строгой меры фараона, когда мальчиков выбрасывали в реку без сожаления. И делать это позволено было каждому из египтян. Но ребенок был столь прекрасен (а первомученик Стефан свидетельствовал, что он «был прекрасен пред Богом» — Деян. 7:20), что Иохавед ни на минуту не усомнилась, что такая необыкновенная, неземная красота дается Богом для исключительно важной цели, «и не устрашилась царского повеления». Эта неотра­зимая красо­та свидетельствовала матери об уникаль­ности и особом избрании ее сына Богом. Своим материнским чутьем, интуицией, духом она почувствовала волю Божию и пошла ей навстречу. Она не строила боль­ших планов, не сооружала воздушных замков, не помышляла о побеге или физичес­ком сопротивлении египетским чиновникам. Ее инстинкт материн­ства совер­шил самое простое и доступное в ее положении: вверить младенца в руки Того, Кто дал ему жизнь, и первых три самых ответственных месяца прятала его в своем доме. Глазами веры она увидела, что ее прекрасный ребенок — дар неба, и решила: он не должен умереть, чего бы ей это ни стоило!

Этот шаг был сопряжен с большими опасностями, с неимоверными трудностями, потому что укрывательство могли в любую минуту засечь, тогда расправа не миновала бы всю семью. Три месяца напряжения, жизни, переполненной риском, страхом, надеждой, тихим упованием веры! О, такая жизнь требует особого посвящения, изобретательности и подвижничества. И на этот подвиг самопожертвования способна пойти только отважная женщина, обладающая живой, непоколебимой верой, взор которой направлен к светлому будущему, а не к интересам сегодняшнего дня. Вера Иохавед — образец героизма родительской веры в момент кризиса.

Комментаторы Библии Лопухина отмечают одну деталь, в которой виден перст Божий: рождение младенца совпало с началом разлива Нила, который выходит из берегов в июне и возвращается в нормальное состояние  только в октябре. Таким образом, разлив про­должался три месяца. Наводнение затопило всю местность, затрудняло пере­дви­же­ние и связь с сельскими районами. Поэтому родителям Моисея представилась такая счастливая возможность прятать ребенка без опасения быть вскоре обнаруженным. Это Бог способствовал им!

И в наши времена были и есть верные и преданные Богу отцы и матери, которые живут верой и не страшатся угроз современных фараонов и их указов, кажущихся вавилонскими башнями до небес! Но какими бы грандиозными эти башни ни казались, вера Божия силь­нее их! Она не отдаст на уничтожение им своих рождающихся сы­новей и дочерей. Она твердо держится святого принципа, исповеданного героями веры: «Я и дом мой будем служить Господу» (И.Нав. 24:15).

Наступил момент, когда Иохавед не могла больше скрывать младенца. Не одну молитву вознесла она к Богу, прося Его защиты и помощи, вопрошая, как ей поступить дальше, чтобы сохранить ребенку жизнь. Рассуждая по-человечески, обстоятельства ее были безвыходными. Можно было бы пасть духом, в депрессию, лить напрасные слезы или малодушно роптать на Бога, как это делают некоторые из наших современниц.  Но мать Моисея, похожая на нас в вопросе материнской скорби, сердце которой трепетало, как и у нас, имела все же большое отличие: она не предалась бесполезной печали и расслабляющему унынию, но действовала! Ее сердце было исполнено бесстрашия веры и силы духа. А если такая вера действует в уповании на всемогущество и помощь Бога, она приводит к свету и к решению проблемы, ибо ею руково­дит Сам Бог. Вера, доверие и хотя бы капля мужества и отваги творят чудеса!

Иохавед, положившись на свое наитие, интуицию (а интуиция — это прямое знание от Бога), предпринимает удивительные шаги по спасению Моисея. Материнская любовь сказочно изобретательна, она способна на дух захватывающие поступки. И вот ее осеняет идея, близкая по замыслу к Ноеву ковчегу: она изобретает, вместе с мужем или дочерью, микроковчег  (ящик или корзинку) для своего сокровища. Этот ковчег она готовит из папируса и для большей прочности покрывает его смолой и асфальтом, предусмотрительно делает в ней крышку для защиты от крокодилов, которыми кишат реки Египта (это священные для египтян животные), укладывает туда дитя и ставит корзинку «в тростнике у берега реки» (Исх. 2:3). Она поставила свой маленький ковчег не в открытое место канала, чтобы его не унесло течением, а в изгиб рукава, где побольше водорослей и где течение более спокойное. Возможно, эту работу она выполняла вместе с мужем, ночью, а скорее всего, с дочерью, ее сообщницей по спасению Моисея. Молитвенно вверив дитя промыслу Божию, она вернулась домой продолжить молитву в уповании, что Бог отцов ее не оставит в беде и этого сына.

Это был решительный и смелый план: та река, которая предназначалась стать могилой для младенца, стала местом его «воскресения»! Нет сомнения, что Иохавед, этой глубоко верующей и умной женщине, Сам Бог подсказал этот удивительный план спасения, за который она так цепко ухватилась и так гениально исполнила. Ее вера проявила поразительную находчивость, обдуманность, предусмотрительность, все учла до мелочей, а потому и увенчалась радостью! Она, как видно, хорошо знала место купания принцессы, и туда ее вера направила свои шаги. Поставив ковчег в безопасное место у берега реки вблизи дворца принцессы и дав наставление дочери наблюдать за развитием событий, она удалилась. Такое поведение свидетельствует о глубине ее доверия Господу.

Вера Иохавед не была постыжена. Река Нил, поглотившая не одного еврейского мальчика, оказалась для Моисея спасительным мостом, откуда, по вере матери, он попал в царский дворец.

Провидением Божиим так случилось, что дочь фараона, по имени Фермутис, со своими рабынями вышла к реке купаться и там обнаружила корзинку с плачущим ребенком. Она была восхищена его красотой. Согласно еврейским преданиям, Архангел Гавриил сильно ударил младенца по ушам, чтобы он заплакал и тронул сердце принцессы. Увидев маленькое красивое создание плачущим и беспомощным, Фермутис сжалилась над ним и распорядилась взять его к себе. Тогда подошла Мариамь, сестра Моисея, и предложила свои услуги в поисках кормилицы. По договоренности с принцессой Иохавед забрала ребенка к себе, чтобы до определенного возраста вскармливать его и затем возвратить во дворец.

Несомненно, это был великий промысел Бога, ибо как иначе мог Моисей попасть в такие идеальные условия, какие он приобрел в доме фараона? Бог готовил освободителя для Израиля, поэтому в сферу Своей воли Он увлек не только дерзновенную веру матери и отца, но и сострадание бездетной принцессы, жестокость фараоновских указов и всю мудрость Египта. Так водительство Божие, Его премудрый план вкупе с усилиями веры, пламенного духа и подвига человека совершили чудеса! Готовы ли мы так же трудиться с Богом, чтобы Он и в нашей жизни творил чудеса?

Нам неизвестно точно, сколько времени пробыл Моисей в доме своих родителей, возможно, три или пять лет, пока подрос. По истечении договорного срока мальчик был возвращен принцессе, и она дала ему имя «Моисей», что значит: «вынутый, извлеченный, спасенный из воды». Но за то время, пока мальчик находился у матери, она вместе с грудным молоком передала ему и дух веры в Бога ее отцов. Нам трудно судить, как этого достигала мать Моисея, но и Библия, и наука доказывают, что в первые три-пять-семь лет жизни ребенка закладываются основы нравственности и духовности, а также его характер. В пророческом Псалме 21:10-11 сказано: «...Ты извел меня из чрева матери, вложил в меня упование у грудей матери моей. На Тебя оставлен я от утробы; от чрева матери моей Ты — Бог мой».

«Эти первые решающие годы жизни Моисей смог провести в родительском доме при своей верующей, молящейся матери. Он дышал воздухом веры и молитвы. От матери он слыхал Божественные истории от сотворения мира до его собственного чудесного спасения, и это стало для его жизни кладом, которого он не потерял» (Я. Крекер).

Верные мысли. Действительно, начальные годы жизни чрезвычайно важны для становления личности человека. И если родители заложат в ребенка основы благочестия и веры Божией, никакие стихии мира их не разрушат. Подтверждение этой истины — Моисей и множество других персонажей Библии. Хотя впоследствии Моисей не проходил в доме фараона библейских уроков, уроков истинного богословия, но он имел молящуюся за него мать, бесценного наставника и рассказчика в самом начале детства — и этого было достаточно, чтобы вырасти в титана веры.

Когда Иохавед отвела Моисея во дворец фараона, и он был усыновлен принцессой, там возрастал, воспитывался и учился, то вся премудрость египетских наук и ритуалов не смогла заглушить в нем чистого родника веры Божией. Мать вложила в него твердый фундамент всех основ, и уже никакие силы ада не смогли его поколебать или сдвинуть с пути, избранного им на всю остальную жизнь.

Интересно отметить один эпизод из его детства. Иосиф Флавий пишет, что, согласно еврейским преданиям, маленький, а затем и возросший Моисей был необыкновенно прекрасен лицом; при виде его все люди невольно останавливались, или прекращали работу, чтобы взглянуть на его красоту. А когда он учился, то был так умен, что далеко обогнал всех своих сверстников по глубине познаний. Когда он был еще маленьким, однажды Фермутис принесла его к своему отцу, положила мальчика на руки фараона, и тот был очарован им. В порыве умиления он обнял мальчугана и обещал дочери, просившей за Моисея, назначить его своим преемником. При этом он снял свою корону и в шутку надел на голову мальчика. Но Моисей рукой скинул корону на пол и стал топтать ее ножками. Один египетский мудрец заметил при этом, что если этого мальчика сейчас не убить, то он принесет египетской короне большое несчастье, так как будет попирать ногами царскую власть. Но дочь фараона заступилась за Моисея, и угроза миновала.

Уильям Баркли в своих комментариях дополняет этот рассказ. Прежде чем убить, мальчика решили сначала испытать. «Перед ним поставили одно блюдо с драгоценными камнями, а другое — с горящими углями; если он протянет руку к драгоценным камням, значит он очень умен и представляет большую опасность; если же протянет руку к горящим углям, значит глуп и не представляет никакой угрозы. Моисей хотел уже было протянуть руку к блюду с драгоценными камнями, но Архангел Гавриил положил его руку на угли. Мальчик обжег пальцы, а потом обожженные пальцы сунул в рот и обжег его. Вот почему, говорили иудеи, он не был речист (Исх. 4:10) и заикался всю жизнь». Но в тот момент, утверждает предание, он таким образом был спасен.

Что в этом предании правда, а что вымысел, трудно судить. Но в те древние времена в язычестве такие вещи могли происходить.

Впоследствии Моисей стал великим полководцем и вел египетские войны в Эфиопии, имел там победы, прославился как герой среди египтян и в Израиле. Но во все это время он не забывал своих братьев, и настанет день в его жизни, когда он свяжет с ними свою судьбу.

Египетская земля была полна идолов. Древние египтяне исповедовали не только многобожие — одну из самых грубых языческих религий, но обожествляли самого фараона и почти весь животный мир. Этот пантеизм, который в утонченной форме исповедовался во дворце, не повлиял на Моисея ни в его детстве, ни в юности. Он оставался верен вере в единого истинного Бога, Которого познал в доме своих родителей.

Фараон и его дочь, видимо, готовили Моисея сделать наследником престола, так как прямого наследника не было. Но это был их план — план человеческий. А план Господень усматривал другое: в царском дворце Бог готовил Моисея в вожди (или цари) Израилю. И этой великой цели послужила вера его выдающихся родителей. Вера Амрама и Иохавед через их достойного сына совершила великое в истории евреев, что описано в Торе (Пятикнижии Моисеевом).

Вера родителей Моисея учит нас тому, что даже во времена рабства, угнетения, гонений можно пережить чудеса Божии; и эти чудеса будут совершаться так просто, спокойно и естественно, что их можно принять за обычное течение жизни. В этой естественности кроется скрытое от глаз сверхъестественное действие веры, которая умеет брать у Бога силу и ею творить чудеса в личной жизни или в жизни своей семьи и своего народа.

Будем учиться у родителей Моисея и у самой Иохавед, его героической матери, растить детей верой, бороться за них верой и побеждать зло в их жизни верой! Будем верой взирать на начальника и совершителя веры (Евр. 12:2) и за тяготами повседневной нелегкой жизни видеть благодеющую, охраняющую и спасающую руку Бога.

«...Возвышенно и почетно положение женщины, которую Господь создал по воле Своей и наделил ее душу высшей скромностью, — пишет еврейский автор. — Все лучшее — от женщины, она — основа всех основ. Всякое благо получает свое питание от ее корня, а сама она остается в тени, отказываясь от заслуженных почестей в пользу другого. «Мать всего живого» (Быт. 3:20), она по сути своей проявляет себя как «помощник, соответственный ему» (Быт. 2:18). Она чиста, верна и преданна, открыта всякому доброму делу, непримиримо воюет против зла, защищая все, связанное с истиной, вечностью и добром, и при этом постоянно находится рядом с мужем, чью волю исполняет и которому бескорыстно передает право пользоваться почетом, который сама заслужила.

Адам, Сиф, Енох, Ной, Сим и Евер, Авраам, Исаак и Иаков, Моисей, Аарон и Иисус Навин, судьи, пророки и цари, Мессия — это явная, открытая сторона мира, принадлежащего Всевышнему, его Творцу. Ева и жена Ноя Ноама, Сарра, Ревекка, Рахиль и Лия, Иохавед и Мариамь, Девора и Иаиль, Ноеминь и Руфь, все праведницы всех поколений и каждая достойная жена, каждая мать, преданная своим детям, — это тайная, сокрытая сторона мира, сотворенного Всевышним, и она раскрывается лишь перед тем, кто искренне пытается постичь своего Творца. Так есть ли на свете что-либо более возвышенное, благородное и почетное, чем миссия женщины?..» (Э.Ки-Тов, «Ты и твой дом»).

И можно добавить: чем миссия матери всего живущего!

 


 

Глава 13

 

«ВЕРОЙ МОИСЕЙ... ОТКАЗАЛСЯ»tc "«ВЕРОЙ МОИСЕЙ... ОТКАЗАЛСЯ»"

 

 

Верой Моисей, пришед в возраст, отказался называться сыном дочери фараоновой, и лучше захотел страдать с народом Божиим, нежели иметь временное греховное наслаждение, и поношение Христово почел большим для себя богатством, нежели египетские сокровища; ибо он взирал на воздаяние.

Евр. 11:24-27

 

Жизнь Моисея длилась сто двадцать лет. И когда он умер, «зрение его не притупилось, и крепость в нем не истощилась» (Вт. 34:7). В чем секрет его необыкновенной крепости? В его глубокой вере, в жизни, целиком посвященной на служение Богу, в его исключительной святости и в доверительном, близком общении с Господом.

Моисей, этот выдающийся служитель Ветхого Завета, открывает нам веру Божию с разных сторон. Ее рассмотрению посвящено несколько глав.

Интересно, что сто двадцать лет прожитой им жизни делится на три равных периода, каждый по сорок лет. Схематично отметим их в самом начале главы.

Первые сорок лет он — принц в Египте (Исх. 2:1-15), живет в окружении множества слуг и полного достатка. В этом периоде его жизни можно отметить пять значительных вех.

1. Его рождение и укрытие матерью.

2. Избавление и усыновление дочерью фараона.

3. Обучение в царском дворце высочайшим наукам того времени, где напряженно протекают его отроческие годы и юность, всецело поглощенные учебой. Стефан отмечает, что он был научен «всей мудрости египетской и был силен в словах и делах» (Деян. 7:22). Получив высокое по тому времени образование и обладая большой властью, влиянием и выдающимся талантом лидера, Моисей отдается общественной деятельности целиком.

4. Затем наступает поворот: он обращает взор на своих братьев. Делает попытку собственной силой облегчить их положение. «Он думал, поймут братья его, что Бог рукою его дает им спасение; но они не поняли» и не признали его (Деян. 7:24-26; Исх. 2:11-14).

5. И наконец его поспешное бегство из Египта (Деян. 7:29).

Вторые сорок лет ме­нее колоритны по деятельности, но более важны по духовному содержанию молодого Моисея. Он — пастух в мадиамской земле (Исх. 2:15 — 4:23), пасет овец своего тестя Иофора на протяжении сорока лет. Жизнь приобретает однообразие, статичность и как бы замирает на одной точке. Но это не так, потому что у Бога и Его слуг нет статичности ни в чем и нигде. Просто Бог здесь переводит жизнь Моисея с внешнего плана на внутренний, духовный и дает его духу глубо­чай­шую работу. Эти годы он проводит на лоне природы и в кругу семьи. Вместе со спо­койно про­те­ка­ющей домашней жизнью одновременно происходит процесс его вос­питания и обу­че­ния в школе Божией. Здесь он постигает премудрость небесную и приобретает ис­тин­но духовный характер. В это же время происходит и его призвание на служение Богу. Господь открывается ему со своим чудным именем Иегова, что значит Су­щий, и повелевает идти вывести своих соотечественников из Египта (Исх. 3:13-14).

Третьи сорок лет обнимают целую эпоху в жизни Моисея, где он несет величайшее по объему и духовному значению служение пророка и освободителя Израиля (Исх. 4:28 — Вт. 34). Этот период имеет три отрезка:

1. От Египта до горы Синай. Посвятив себя на служение Богу и своему народу, Моисей с Его помощью выводит Израиль из рабства, приводит его к горе Синай (другое название — Хорив) в присутствие Господа.

2. Заключение Завета у Синая и получение от Бога двух даров: Закона (а вместе и Скрижалей) и проекта Храма (Скинии). См. кн. Исход и Левит.

3. От горы Синай до Ханаана (книга Чисел). Неудавшаяся попытка войти с Обетованную Землю. Сорокалетнее скитание по пустыне. Поколение вышедших из Египта умирает. Воспитание в вере и повторение Закона с новым поколением. Смерть Моисея.

В этой главе кратко рассмотрим первый период жизни Моисея. С молоком матери Моисей впитывает в себя веру в Бога Израилева и любовь к правде, проникается духом своих отцов. Затем Бог перемещает его во дворец фараона, где, усыновленный принцессой, он проводит свое безмятежное детство и юность. Вокруг полнота земных благ, всех прелестей и удовольствий. Но его держат под строгой дисциплиной, так как готовят в наследники фараону и обучают всей мудрости египетской. Однако Господь имеет о нем Свой план: дать вос­пи­та­ние в царском дворе, чтобы раскрепостить его дух, сделать волю свободной, независимой, словом, воспитать в нем лидера, вождя для Своего бедствующего, порабощенного и униженного народа.

За сорок лет, проведенных в доме фараона, Моисей многое видит, многое узнает и многое приобретает. Но не забывает одного: Бога Иегову, о Котором узнал у колыбели матери, не забывает своего происхож­дения и своих угнетенных братьев. И хотя в языческом Египте он ви­дит множество различных божеств, в том числе и обожествление самого фарао­на, хотя его приобщают к языческим ритуа­лам, к поклонению мертвым богам, однако Моисей твердо хранит две вещи: веру в единого Бога и любовь к своему народу. Эта вера в его сердце и жи­вая память о Боге отцов сохраняют его в Египте от раст­ления пантеизма.

Друзья! Никакие идеологии, лжерелигии, кумиры, почести и преимущества, никакие наваждения и обольщения не в состоянии убить живой веры, если она заложена в сердце ребенка с молоком матери и закреплена в раннем детстве воспитанием и молитвами.

Подошел к концу срок обучения. Моисею должно быть присвоено высокое звание наследника короны, и он должен будет вступить на служение Египту или стать крупным государственным деятелем. Перед его совестью встает вопрос: как сделать правильный выбор, чтобы не ошибиться? Он теперь зрелый муж, готовый на большие дела: может управлять страной, наслаждаться царской властью. Перед ним открываются широчайшие возможности, позволяющие проявить талант руководителя в государственном масштабе, иметь перспективу постоянно быть на высоте положения, возможно, быть одним из «богов» Египта и завершить жизнь в полном комфорте, славе и величии. Это великолепно и престижно! Этот путь манит его, открыт перед ним.

Но Моисей твердо знает, что есть другой путь жизни — путь его отцов, путь его народа, откуда он вышел. Он знает и верит, что этот путь — славнейший, имеющий вечную перспективу, путь, ведущий в вечную славу, в бессмертие. И ради него стоит пожертвовать всеми бренными земными благами и манящими преимуществами; стоит посвятить себя на служение Владыке всех владык, Богу живому и истинному, Творцу и Создателю миров и человеческой души. Какой же выбор сделать, чтобы не ошибиться? Какой путь лучше избрать? Тот ли, который полон земной славы и всяческих благ? Или тот, который сопряжен со страданиями, жертвами и опасностями, но конец которого — слава в небесах?!

Итак, выбора два: престол и крест. Что же избрать? Соблазн велик и велика борьба в решении этого вопроса. Она очень остро происходила у Моисея, молодого, цветущего, одаренного и облагодетельствованного мужа: два дома, две матери, два народа, две цели, два поприща и два будущих. Что избрать? Необходимо было все здраво взвесить, все переосмыслить и сделать основательную переоценку всех ценностей, чтобы вынести правильное решение. И решение это должно быть вынесено на всю последующую жизнь. Это было чрезвычайно важное решение.

«Верой Моисей, пришед в возраст, отказался...»

За короткими библейскими словами стоит, безусловно, целая история глубокой внутренней борьбы, когда взвешиваются все «за» и «против», ибо такие дела не решаются с легкостью и в одно мгновение. Нам не известно, как проходила эта борьба в душе Моисея, куда больше склонялось его сердце, но несомненно одно: борьба была великой. Перед решением, куда склонить сердце, он захотел посетить своих братьев, посмотреть на их жизнь, может быть, посоветоваться с ними (Исх. 2:11-15).

Посетив братьев, он увидел, в каком они угнетении, как порабощены и унижены, как безотрадна их жизнь, и скорбью наполнилось его сердце. Он увидел обиженного еврея, порыв — и египтянин убит. Этот порыв говорит о том, что Моисей не был безучастен к судьбе своих соотечественников, не был праздным наблюдателем. В его душе в это время происходила решающая борьба. Еще более остро встал вопрос: что делать? как быть? и с кем быть?

С одной стороны, — почет, власть, преимущества, земные блага и презренное имя поработителя; а с другой — страдание с народом Божиим в угнетении, пожизненном порабощении, тяжких, изнурительных работах под бичом приставников и постоянный страх смерти.

С одной стороны, — временное греховное наслаждение, с другой, — поношение Христово, тяжелая крестная ноша и крестный путь.

С одной стороны, — египетские яства, роскошь, прелести этого мира, которые так влекут; с другой, — высшие духовные блага в Господе, небесные сокровища и высшее блаженство на небесах.

Нелегко было решить Моисею. Но он решает. Решает смело, твердо и окон­чательно. Решает бесповоротно.

Как же он решает?

Писание говорит: «Верой Моисей, пришед в возраст, отказался называться сыном дочери фараоновой...» Он решает отказаться от звания принца, от наследственных прав на престол. Решает отказаться от великого преиму­щества в жизни, от высокого положения в этом мире; отказаться от всех сок­ровищ со всеми их привлекательными и при­тя­гательными греховными наслаждениями, чтобы избрать...

Что же избрать?

Писание отвечает: «...и лучше захотел страдать с народом Божиим, нежели иметь временное греховное наслаждение...» Моисей решил лучше страдать и готов бедствовать со своим народом, с теми, кто гоним за крест Христов, разделять участь тех, кто безропотно несет поношение Христово, кто попираем в этом мире, как сор. Обратим внимание, что поношение, которое нес еврейский народ в Египте, Писание называет «поношением Христовым». Это указывает на то, что духом Христовым, страданиями Христа, которое переносили Его избранные, был проникнут весь Ветхий Завет (1Пет. 1:10-12).

Моисей избрал это поношение Христово. С точки зрения человека мира сего, — это безумие (1Кор. 1:18-20; 4:10). С точки зрения истины Божией, — это самый верный путь, это правильный выбор, это подвиг веры. «Кто хочет идти за Мною, — сказал Иисус, — отвергнись себя и возьми крест свой и следуй за Мною» (Мф. 16:24). И Моисей делает этот единственно правильный, бескомпромиссный выбор — становится на путь креста Христова и посвящает себя Богу на служение. Он делает не только выбор, но предпринимает решительные шаги на этом пути: бежит от фараона! Он бежит от всех прелестей дома фараонова и от всех обольщений Египта.

Известно, что Египет есть прообраз этого мира со всеми его обольщениями и пагубным духом греха и что фараон — прообраз диавола, порабощающего многих людей и целые народы в страшное иго рабства. И Моисей решительной верой отказался от Египта и от фараона, от всех их благ, «и поношение Христово почел для себя большим богатством, нежели египетские сокровища, ибо он взирал на воздаяние» (Евр. 11:26).

Моисей глазами веры взирал не на земные презренные блага и награды, но на воздаяние Божие, на награды вечные, на то, что непреходяще, что не умирает и не исчезает никогда! Вера Моисея смотрела далеко вперед, а не на перспективы этой жизни, и видела перспективы будущей жизни. Он понимал, что те обетования, которые получили его отцы Авраам, Исаак и Иаков, не оканчивались благословениями на земле; они простирались в вечность, где их ожидало воздаяние Божие. Ведь недаром патриархи меч­та­ли и стремились к городу, строителем и художником которого является Бог.

Вера Моисея в этот период — это вера, идущая на решительный разрыв, на отказ без сожаления, без оглядки от всего самого лучшего, что приготовил мир в своем арсенале, чтобы пленять людей. Он покидает все сокровища, все преимущества, всю славу мира во имя служения Богу Небесному. Это вера, предпочитающая лучше страдать с Господом, Подателем жизни, Который в свое время вознесет, нежели иметь временное греховное наслаждение; вера, предпочитающая узкий путь широ­кому, избирающая жизнь лишений, самопожертвования, жизнь хоть и тяжелую, но благословенную Богом, вместо легкой, беспечной, греховной и скоротечной.

В этот период Моисей, бесспорно, был полон плотской кипучей энергии, нетер­пеливости, в какой-то степени и безрассудного риска, неумения спокойно выжидать часа Божия. Но он был мужествен и неустрашим, преисполнен решитель­ной веры и упования. В это время он размышлял о том, как помочь Израилю, как освободить его из непосильного рабства. Возможно, он хотел убедить фараона сменить политику относительно рабства. Моисей даже мечтал, что именно он мог бы стать их освободителем, строил планы еще во многом плотские, необдуманные, не принесенные пред лицо Божие и не проверенные Его истиной. И сам Моисей был еще не готов, он не созрел для такой великой задачи (Деян. 7:23-29).

Однако он вполне созрел для того, чтобы отказаться от притягательной силы мирских увлечений и был достаточно сильным и смелым мужем, чтобы порвать все нити, связывающие его с Египтом. Уже одно это — большое геройство его веры, которую Бог почтил Своими великими благословениями и употребил в дело. Да, отказаться по примеру Моисея и сделать такой выбор, какой сделал он, — это подвиг. Это не происходит без усиленной борьбы: человек ставит на карту все, взвешивает на весах правды всю свою жизнь и выбирает то, что ценно, что славно, что выше всего на свете и чему принадлежит бессмертное будущее.

На протяжении истории Церкви было много подвижников, которые по примеру Моисея совершали такой же подвиг жертвенности и самоотречения. Они отказывались от преимуществ этого мира, от своих богатств, должностей, привилегий и предпо­читали идти путем креста. Отказаться от земного и избрать небесное — это подвиг, совершаемый усилием веры, ибо вера, не видя, следует, не видя, любит, не видя, жертвует, не видя, устремляется вперед и приходит к жемчужным воротам.

Надлежит отказаться от всего! И в первую очередь от прелестей и наслаждений века, от почестей этого мира. Многие не могут этого сделать. Отказаться от многих привязанностей и влечений сердца, которые в большинстве случаев возбуждаются демоническими духами и сильнейшими обольщениями. Отказаться от таких влечений хотя и нелегко, но необходимо; трудно, но возможно. Надлежит отказаться от того, что любишь, но на что нет права. О, много что любит сердце человека, испорченное грехом; и от всего этого нужно отказаться!

Отказаться от своего эгоистического «я» и сораспяться Христу, согласиться смиренно нести крест Христов. Для этого нужна немалая вера, чтобы выстоять, взирая, как Моисей, на воздаяние Божие. Примером такого отказа в Новом Завете является Апостол Павел. До своего обращения он имел большие преимущества и высокое положение. Он был фарисей, сын фарисея. Это привилегированное и весьма влиятельное звание в среде иудеев. По закону — непорочный, с чистой биографией, имеющей большой авторитет. Воспитан у ног великого учителя Гамалиила, был уважаем в кругах старейшин, наделен властью и особыми полномочиями, а это так льстит честолюбию плотского человека!

Но когда Спаситель открылся ему, он, по его собственным словам, «не стал тогда же советоваться с плотью и кровью» (Гал. 1:15-16), но отказался от всего и то, что было преимуществом, «почел тщетой ради превосходства познания Христа Иисуса» (Фил. 3:7-8).

Какая переоценка всех ценностей происходит в человеке, когда он избирает путь славы со Христом! Все сокровища мира блекнут, теряют свою прелесть и власть над ним, становятся сором, и он тогда готов разделить участь со страждущими и идти путем креста. Тогда и страдания его не пугают. Один Христос становится и совершенным преимуществом, и единым сокровищем, и дивным наслаждением. Это делает живая Божия вера, пробужденная в сердце человека Духом Святым.

Дорогой брат и сестра, дорогой друг! Однажды в жизни ты будешь стоять перед большим выбором, как стояли Моисей и Павел. Они избрали поношение Христово, крест Христов, путь креста, избрали решительно, смело, твердо и бесповоротно, отказавшись от реальных благ этого мира, от всего, что многих так манит и влечет. Отказался ли ты от того, что стоит между тобой и твоим Богом? Моисей отказался от славы, блеска, почести и власти. О, это нелегко. Отказался ли ты от чего-нибудь во имя Господа Иисуса? Перед тобой однажды всерьез будет стоять проблема: отказаться от греха и стать великим святым, или отказаться от Бога и стать великим грешником. Что ты изберешь? А самый большой грех — это неверие.

Сегодня перед каждым из членов Церкви стоит задача: во свете откровения Божия пересмотреть всю свою жизнь, ее интересы, планы и увлечения, чтобы сделать единственно правильное решение и поправить то, что не согласуется со Словом Божиим. Мы стоим накануне Второго Пришествия Иисуса Христа, а это значит, что Церковь должна готовиться к восхищению, чтобы выйти Ему навстречу с горящими светильниками (Мф. 25:1). Необ­хо­димо активно освящать свою жизнь, свою душу. Всем своим существом — духом, душой и телом, волей, разумом, сердцем — мы должны совершить полней­ший отказ от всего, что препятствует нам, что стоит на пути к восхищению и тянет вниз, и решительно стать на сторону Божию.

Моисей, «взирая на воздаяние», сделал свой выбор и шаг веры решительно и бесповоротно. Он понял, что преимущества небесного мира бесконечно превосходнее мира земного, и потому без колебания избрал для себя небесное, Божие, вечное. И не ошибся.

Где фараон? Где его слава, роскошь, власть, величие, богатство? Истлели! Не осталось и следа. А Моисей жив во веки и во веки славен, ибо славен и всемогущ Бог, Которого он избрал. И славен пример его жизни, потому что учит, вдохновляет и воспитывает не одно поколение верующих людей.

Будем же и мы подражать Моисею в решении вечных вопросов, когда земное и небесное, личное и Божие сталкиваются и на наших перекрестках. Будем решать их так, как решал Моисей. И так же, как он, мы не постыдимся, ибо упованию живому «предстоит великое воздаяние» (Евр. 10:35).


 

Глава 14

 

«ВЕРОЙ ОСТАВИЛ...»tc "«ВЕРОЙ ОСТАВИЛ...»"

 

 

Верой оставил он Египет, не убоявшись гнева царского; ибо, он, как бы видя Невидимого, был тверд

Евр. 11:27

 

Вера Божия — духовная сила, которая рождает в сердце человека дух мужества, смелости, твердости, неустрашимости. Она поднимает его над его средой, выше земных интересов, выше всех форм зла на земле в чистую атмосферу неба, дает дух превосходства и торжества над духом фараонов — тиранов этого мира.

Живя в доме фараона и пользуясь всеми благами и преимуществами такой жизни, Моисей начинает переосмысливать всю свою жизнь и стоит перед проблемой выбора. Душа его протестует против порабощения израильского народа, против насилия и жестокости фараоновской системы, полной нечестия. И в конце концов, руко­вод­ствуясь верой, он избирает себе поприще служения Богу своих отцов. Если бы он прямо объявил фараону о своем выборе, то ему могла бы грозить тюрьма и, возможно, смертная казнь за измену. Понимая это, Моисей все же решает порвать с домом фараона. Удобный случай к побегу представился, когда он убил египтянина, и это стало известно в доме фараона.

«И услышал фараон об этом деле, и хотел убить Моисея; но Моисей убежал от фараона...» (Исх. 2:15).

А Новый Завет поясняет: «Верой оставил он Египет, не убоявшись гнева царского...» Противостав фараоновской системе жестокости и произвола, он не убоялся угроз и гнева царского, однако из Египта бежит. Почему?

Потому что был еще не готов и в какой-то степени безрассуден в своих порывах. Он вынужден был бежать. Ведь он попытался заступиться за права своего народа, но не смог добиться его поддержки, а фараон угрожал. Бог ценит разумный, осмысленный риск. Смелость, бесстрашие, мужество, самопожертвование веры Божией проявляется там, где это необходимо, где это приносит пользу. Вера не велит подкладывать голову под плаху любому тирану, чтобы лишить человека жизни преждевременно. Слово Божие учит: «Благоразумный видит беду, и укрывается; а неопытные идут вперед, и наказываются (Пр. 22:3; 27:12). Поэтому Моисей и укрывается на время от гнева и мести жестокого тирана и сопряженных с этим опасностей и бережет себя для дела Божия. Точно так же поступил и Иаков, на время скрывшись от гнева Исава, а фактически — от пося­гательств сатаны на свою жизнь.

Так наступил второй период жизни Моисея, который длился тоже сорок лет. Это был период новой, Божественной школы, период духовного воспитания и подготовки к величайшему поприщу вождя, пророка и законодателя того народа, с которым он предпочел разделить все: страдания, скорби, лишения, честь и благословение.

Бежав из Египта, он останавливается в мадиамской земле. Она лежит на восток от Синайского полуострова в пустынных местах на пути к Аравии, не так далеко от горы Синай. Эту местность населяли мадианитяне, потомки Авраама от Хеттуры (Быт. 25:2; 1Пар. 1:32).

«...И сел у колодезя» (Исх. 2:15).

У колодца остановился на отдых Елиезер (Быт. 24:11) и повстречал там Ревекку, остановился патриарх Иаков (Быт. 29:2) и повстречал там Рахиль. Колодцы в жарких странах древнего Востока были местом, где кочевники и пастухи поили свои стада и где, вероятнее всего, можно было повстречать человека. Моисей это знал и с этим рас­четом, утружденный от длительности пути, сел у колодца. Когда на водопой при­гнали стада, он знакомится с дочерьми священника Иофора, которых оби­жали местные пастухи. «Тогда встал Моисей, и защитил их, и напоил овец их» (Исх. 2:17).

Какая удивительная метаморфоза: египетский принц, которому подчинялась целая армия слуг, здесь сам охотно служит простым людям. Он черпает воду из колодца и поит скот, а ведь это был тяжелый труд. Но Моисей не боится физической работы, так как суровая действительность, в которой он оказался, закалила его, про­будила в нем иные стимулы и иные чувства. Он вновь вступается за оби­жен­ного и защищает, что указывает на доброту и отзывчивость его сердца. Оно горит любовью и состраданием к ближним, тем более, что Моисей сам в бедствии и нужде.

Женившись на Сепфоре, одной из дочерей Иофора, он пасет в пустыне овец тестя и на целых сорок лет устранен от общественной деятельности. Наследник престола становится пастухом овец, ведет теперь самый простой образ жизни. Не думал и не предполагал Моисей, что такое может случиться с ним. Какая удиви­тельная метаморфоза произошла в его жизни! Мы не видим и того, чтобы Бог дал ему в это время какие-либо откровения относительно его будущего или настоящего, относительно его предопределения вождем и освободителем Израиля. Он пока еще этого не знает. Мирно живет у своего тестя, пасет его стада, создает свою семью, тоскует о родном народе и размышляет о путях Господних.

На первый взгляд кажется, что ничего примечательного в этом периоде жизни Моисея нет и что годы эти пропали в его жизни даром. Но на самом деле это были годы серьезнейшей школы, и обучение в этой школе вел Сам Господь. Моисей пасет овец на широких просторах мадиамской пустыни и на долгие годы остается один, вдали от людей, наедине со своей совестью, наедине со своими мыслями, наедине со своим Богом.

Он пасет овец и много размышляет. Ум его очень развит, внутренний человек его имеет большие запросы. И для размышления у него теперь очень много времени. А поразмыслить есть о чем!

О чем же он может размышлять так много лет?

О своей жизни, сложившейся так удивительно; о своей судьбе, в которой так много необычного. Родился от прямых потомков человека Божия Авраама, рос в доме языческого царя, оказался пастухом овец в пустыне.

Что все это значит? Случайность ли это? Стечение обстоятельств или рука Божия?

Он вспоминает своих родителей, свою прекрасную мать, которая вдохнула в его сердце дух истинной веры. Вспоминает своих братьев израильтян, которых он посетил в Египте и за которых, воспламенившись духом, заступился. Стефан в своей речи перед Синедрионом (Деян. 7:22-29) представляет этот поступок Моисея, как желание помочь своим бедствующим братьям и как предзнаменование избавления израильского народа из египетского рабства. По маловерию своему народ не согласился в то время принять Моисея в каче­стве своего вождя. Он был тогда еще не готов к освобождению, еще не созрел дух на­рода, не возопил к Богу о помощи и защите, не взыскал путей Его и милостей Его.

Да и сам Моисей еще не был готов к этой миссии. Его желание освободить братьев было скорее по плоти, чем по духу, было от плотской энергии и воспламененного негодования, а не от трезвого разума и духа. Поэтому он и не имел успеха. Но эта мысль у него зародилась, и Бог видел это и знал. Богу нужен был человек, который жаждал бы освобождения Израиля, был бы инициатором этого освобождения и возглавил исход народа из Египта. Бог готовил Моисея на это служение от самого рождения, затем в доме фараона, а теперь — в мадиамской пустыне, в школе уединения. Лучшего уединения ему не найти. Здесь ему никто и ничто не мешает. Он имеет здесь достаточно времени все обдумать и основательно помолиться Богу.

Он старается все понять, все анализирует: свою жизнь, все свои поступки, намерения и неудачи. А намерения его перед Богом были и добрые, и честные. Но иметь добрые и честные намерения — еще не значит поступать правильно. Немало лю­дей с добрыми и честными намерениями попадали впросак, даже становились ви­нов­никами перед Богом. К примеру, Саул, когда оставил стада амаликитян для принесения их в жертву Богу, имел добрые намерения, но это было дело, не угодное Господу (1Цар. 15:9-26). Необходимо все добрые и честные намерения приносить в мо­литве пред лицо Божие, проверять и согласовывать их с Его волей. Господу нужны люди, не просто имеющие добрые и честные намерения, но повинующиеся Ему и знающие, что, когда и как надлежит делать, чтобы исполнить Его волю (1Пар. 12:32).

Так и Моисей. Он не был готов к миссии своего посланничества к сынам Израилевым в качестве вестника Божия и предводителя колен. Не были готовы к выходу из Египта и сами евреи. Они еще крепко держались за египетские яства; рабство еще не довело их до такого состояния, чтобы решительно порвать с Египтом, бросив все. Они не познали еще пути веры, которая уводит человека от чувственного мира и необузданной похотливости в мир преданности и послушания Богу, в мир полной зависимости от Него. Да и Моисей не созрел еще духовно настолько, чтобы повести за собой народ в этот мир веры и верности Богу. Он не готов был раскрыть перед ними всю глубину и ценность послушания веры. Ему самому еще надо было духовно расти и расти.

Моисей не готов был прежде всего своим духом. Еще много тормозящих препят­ствий стояло между ним и Богом. Ему нужно было освобождаться от усвоенных традиций Египта, от своего опыта, своих разочарований, от обремененной совести, чтобы духом всецело слиться со своим Господом.

Не готов был Моисей также и своим характером, и своей верой. Характер у него от природы был горячий, импульсивный, а в царском дворце он усвоил и властность, и нетерпеливость, и гневливость. Все эти качества непригодны для дела Божия.

Труд руководителя, пастора, вождя — самый привилегированный в мире, если он исполняется в угодном Богу духе и на должном духовном уровне. Тогда он приносит плод и подлинно высокую награду. Но этот труд требует от подвизающегося совершенно иных, духовных, качеств. Светские представления о величии и мирские претензии не могут быть перенесены на духовную область работы. Величие духовного работника должно вырастать изнутри — вот Божественный критерий. Служитель Божий должен быть свободен от жажды власти и прославленности, от безграничного самомнения и высокомерия. Это не просто греховно, но недопустимо. Он должен быть свободен от честолюбивых стремлений быть в центре внимания, выше всех, лучше всех. «Ты просишь великого: не проси», — вразумляет Господь Варуха (Иер. 45:5). Руководитель, угодный Богу, должен быть слугой всех. Он не должен мерить духовные ценности земными масштабами. У Бога другой масштаб. Он должен научиться жертвенности, выдержке, терпению, взвешенности, умению ждать, сносить невзгоды, немощи других, снисходить, уметь страдать от тех ран, которые ему будут наносить, уметь прощать людей и вместе с тем твердо отстаивать истину, проти­во­стоять злу. Чуткость и гибкость духа и веры должны сочетаться с твердостью и непреклонностью в вопросах действия властей тьмы.

Итак, светский образ поведения, эгоизм и честолюбие, все плотское, ветхое и низменное должно было в Моисее сгореть дотла от огня Духа Святого и на том месте вырасти новое — обновленный характер и полностью обновленная личность. Для этого ему нужно было более близкое знакомство с Богом, с Его характером, Его волей, с Божественными принципами руководства, чтобы развились в нем данные ему от Бога силы и способности. Вот почему Господь и послал ему эту чудесную школу уединения в мадиамской пустыне.

Но это еще не все.

Моисей не готов был и своим умом. В Деяниях (7:22) читаем: «И научен был Моисей всей мудрости египетской. И был силен в делах и словах». Он изучил в Египте, как считают комментаторы Библии Лопухина, четыре отрасли знаний: аст­рономию, медицину, математику и магию. Главными учителями его были тогда жре­цы. Моисей был научен мудрости египетской, мудрости мира сего, но не мудрости Божией. Был силен в словах и делах мирских, земных, но не духовных. Все это нужно было заново переосмыслить, перевести из низшего плана в высший, из плотского в духовный. А для этого Моисею нужно было познакомиться с миром ду­хов­ным, с его законами, познать глубже истину и волю Божию. Вот почему пона­добились ему годы учебы в мадиамской пустыне для постижения премудрости Божией.

Сорок лет Моисей находится в пустыне наедине с Богом в размышлении и молитве. Сорок лет — это большой срок (Деян. 7:29-30). Как медленно растет наш дух! Как медленно зреет он для Бога, медленно готовится к служению!

За это время происходит постепенное преображение характера Моисея: из пылкого, своенравного и гневливого он становится кротчайшим человеком на земле (Чис. 12:3). Это удивительная перемена. Моисей стал не более твердым, не более властным, не более пылким, не более умным, а стал кротчайшим человеком на земле. Под воздействием работы Духа Святого он стал настоящим духовным пастырем — мудрым, добрым, чутким, заботливым, терпеливым, смиренным. И этой кротости и смирению он научился в суровой пустыне от Самого Бога. Там явил ему Господь Свой дивный образ, о котором так ясно свидетельствовал Иисус в Новом Завете: «...Я кроток и смирен сердцем...» (Мф. 11:28-30). Ради приобретения этих качеств Моисей отложил все, что стояло между ним и Богом.

О, Господь высоко ценит эти дивные качества духа Христова — кротость и смирение! Он ищет этой кротости у жен (1Пет. 3:4), у мужей (1Тим. 2:8), у родителей (Еф. 6:4), ибо это драгоценнейшее качество характера нового человека, созданного по образу Сына Божия (Еф. 4:24).

Бог готовит Моисея к великому служению — пасти и водить Его избранный народ, овец Его паствы. А народ этот пока еще плотской, своенравный, духовно не воспитанный, даже необузданный (Исх. 32:25). Его нужно освободить от рабства физического, от гнета и неволи, но еще более — от рабства и оков греха; нужно учить дисциплине Божией, Его заповедям, законам, Его истине, правде, вере и любви. Моисею нужно научиться прощать слабости людей, обуздывать их прихоти, научиться носить их на руках веры, как няня носит малых детей. Не обижаться, не огорчаться, но быть терпеливым, выносливым и молиться за них, ходатайствуя перед Богом за их грехи и проступки.

Это качества духовно зрелого мужа, подлинного руководителя, качества Самого Господа. Прочтем, чему Иисус учит Своих учеников в Нагорной проповеди: «...лю­бите.., благословляйте.., благотворите.., молитесь.., будьте совершенны, как совершен Отец ваш Небесный» (Мф. 5:44-48).

Где Моисею было взять эти совершенные качества — качества личности с Божественным характером?

Он постиг их в общении с Господом, в размышлении и молитве, пася овец Иофора в мадиамской пустыне. На опыте своих пастушеских занятий с овцами в продолжение сорока лет Моисей усваивает великую и сложную науку пастыря человеческих душ, талант Божественного руководства.

Эван Робертс, «муж употребленный Богом» (И. Непраш), говорил, что он любил читать Библию потому, что она знакомила его с Богом, открывала ему характер Бога, которому он старался подражать. А Моисей читал живую книгу природы сорок лет и общался с Богом непосредственно, днем — под лучами солнца, ночью — под звездным небом. Не видя долгое время людей, он обращал свой взор с верой ввысь, к небу, и там, как бы видя Невидимого, постигал Его новую, Божественную премудрость.

Не всякий человек, надолго оставаясь наедине с самим собой, наедине с природой, найдет единение с невидимым Богом. Иной, попав в такое положение, посчитает свою жизнь бесплодной, бездеятельной, ненужной, а время — зря потерянным. Начнет роптать, сетуя на свое одиночество, на свою судьбу, огорчаться, даже ожесточаться, а порой и терять веру. Великие же люди, напротив, одиночество используют для более близкого общения с Создателем. В жизни и служении Богу им очень часто приходится испытывать одиночество, но в нем они проходят великую школу послушания.

Так было и с Моисеем.

Сорок лет он пасет овец и сорок лет учится у Бога быть Его слугой, Его рабом, Его пророком, чтобы научиться в своих решениях и действиях руководствоваться словом откровения и Божественными обетованиями. Сам Бог был Учителем, Наставником и Отцом Моисея. Там, в пустыне, он верой постигает Невидимого, Бога сокровенного и истинного, и верой получает у Него великие уроки. Там, в пустыне, где он не видит людей, где только овцы, трава да небо, он верой видит Невидимого!

О, как это чудно — видеть Невидимого, видеть Творца всемогущего, непости­жимого, безграничного, видеть Его своей верой! Человеку так хочется видеть Бога — каков Он? Ученики просят Иисуса: «Покажи нам Отца, и довольно для нас» (Ин. 14:8). Людям хочется видеть Бога своими глазами, и не только неверующим, но и верующим! Сегодня хотят видеть Бога, чтобы иметь доказательства Его бытия, Его близости к людям, Его внимания и любви, Его заботы в этом холодном, скорбном, трудном мире. А видеть Невидимого может только живая вера, движимая любовью и откровением Божиим, которая обитала в сердце Моисея.

Уоррен Уирсби в книге «Будь уверенным» пишет: «Христианин — граж­да­нин двух миров, земного и небесного. Он должен отдавать «кесарево кесарю, а Божие Богу» (Мф. 22:21). Являясь гражданином двух миров, он должен учиться, как жить верой в мире, где имеет значение только видимое. Подобно Моисею, верующий должен видеть невидимое, если он хочет преодолеть влечение мира (Евр. 11:24-27). Практический человек скажет: «Видеть — значит верить». Но верующий ответит ему: «Верить — значит видеть».

Именно эта вера в Невидимого помогла Моисею стать твердым, непоколебимым. Большинство людей готовы быть твердыми, когда они видят своими физическими глазами. А Моисей видит Невидимого очами веры и становится твердым в верности Ему, в послушании Ему, в соблюдении Его воли; твердым против всех невидимых властей тьмы и всех видов зла на земле, твердым и непоколебимым во всем домостроительстве Божием и во всем служении Богу.

Вера Моисея в свое время дала ему силы отказаться от египетского престола, от временных греховных наслаждений и избрать Христово поношение, страдание с Его народом. Вера помогла ему не только отказаться от преимуществ мира, но и сделать решительный шаг в этом направлении: оставить все и бежать из Египта в пустыню, от сатаны — к Богу. А теперь вера Моисея вырастает до такой высоты, что он видит Невидимого, видит сокровенного Бога и в личном общении с Ним находит великую радость, утешение, наслаждение духа, свое сокровище и свое преимущество.

Незаметно для себя Моисей духовно вырастает, поднимается на высшую ступень веры и становится героем веры. Его душа и характер преображаются по образу Божию, и он становится мужем, угодным Ему, способным вынести великое бремя руководства. И когда он полностью созрел духовно, Господь призывает его и возлагает на него это бремя —  бремя пастырского служения.


 

Глава 15

 

«ВЕРОЙ СОВЕРШИЛ ОН ПАСХУ...»tc "«ВЕРОЙ СОВЕРШИЛ ОН ПАСХУ...»"

 

 

Верой совершил он пасху и пролитие крови, дабы истребитель первенцев не коснулся их.

Евр. 11:28

 

Наступил третий период жизни Моисея — период величайшего служения, который длился тоже сорок лет. В 80 он был призван и поставлен Господом на это служение, а в 120 — отошел с земли. Насколько велико было его служение, настолько долго Бог и готовил его. Его сорокалетнее пребывание у мадиамского священника послужило для него, по мнению отцов церкви, «временем просветления и очищения».

Существует легенда, записанная раввинами; в ней рассказывается, что Моисей, будучи пастухом у Иофора, однажды долго искал заблудившегося ягненка и, найдя его, принес домой на руках, так как бедное животное очень устало. Тогда небо открылось, прибавляет легенда, и послышался голос: «Ты достоин быть пастырем Моего народа».

Призвание Моисея на пастырское служение состоялось удивительным образом, как, впрочем, и вся его жизнь исполнена чудес. Однажды, пася свое стадо, он углубился в пустыню «и пришел к горе Божией Хориву». Гора Хорив входит в состав горного хребта Синайского полуострова. «И явился ему Ангел Господень в пламени огня из среды тернового куста. И увидел он, что терновый куст горит огнем, но куст не сгорает» (Исх. 3: 1-2).

Это видение, кроме своей фактической стороны, носит глубоко символический смысл. Горящий, но не сгорающий терновый куст — это еврейский народ; пламя огня — прообраз тяжести страданий (Вт. 4:20; Иер. 11:4; 3Цар. 8:51). Израиль горит в огне страданий, но не уничтожается, а только очищается (Исх. 2:23), как, впрочем, никогда и нигде не уничтожился (Мал. 3:6). Терновник — колючий кустарник невысокого роста, непривлекательный с виду и не отличающийся благородством своих плодов; приносит терны — ягоды, терпкие на вкус. Согласно Суд. 9:8-15, он символ человека, презираемого и отвергнутого обществом. Так и Израиль был тогда похож на терновый куст, отражавший его глубоко уничиженное, подневольное положение в Египте. Явившийся в пламени огня Ангел Господень, по учению отцов Церкви, — это Сам Христос, что подтвердил и Стефан (Деян. 7:35). У пророка Исаии (63:9) Он назван «Ангелом лица Его». Ангелом Господним Он называется по Своей деятельности среди израильского народа (Исх. 13:21; 14:19), по своему видимому явлению людям (Исх. 3:2-14).

Важно отметить, что некоторые пророки и цари были призваны Бо­гом на служение в юности, как Давид (1Цар. 16:12-13) и Иеремия (1:4-7). Были и такие, кто был призван в отрочестве, даже в детстве, как Са­муил (1Цар. 3 гл.), царь Иоас (2Пар. 24:1), царь Иосия (2Пар. 34:1). Мои­сей же был призван в преклонные годы, когда его дух наиболее созрел. Его мис­сия — особая, потому и подготовка его шла особым путем: сорок лет в царском дворце он учился земной мудрости, которая ему пригодилась в его духовной деятельности; затем сорок лет в пустыне учился мудрости Божией.

Там, в мадиамской пустыне, он получает величайшие откровения о тайне неви­димого духовного мира.

Во-первых, он познает тайну Бога, Его невидимого, сокровенного естества (Ис. 45:15), Бога, Ко­торый обитает на высоте небес в неприступном свете, Его всемогущества, святости, пре­мудрости (1Тим. 6:15-17). Познает Его как Сущего — Иегову, Бога Авраама, Исаака и Иакова и их потомков (Исх. 3:1-15). Это тайна Бога Отца и Христа (Кол. 2:2).

Во-вторых, познает тайну Ангелов Божиих, светлых небесных духов. Их жизнь и строение уди­вительны. Ангельский мир имеет свою иерархию и делится на различные по высоте положения степени. По учению отцов Церкви (напр., Дионисия Ареопагита), существует девять категорий Ангелов, разделенных по три чина в каждой: высший, средний и низший. Чины высшей группы — это шестикрылые Серафимы, много­очис­тые Херувимы и Престолы. Серафим — огненный, он горит пламенеющей лю­бовью к Богу; Херувим — созерцающий, он созерцает мудрость Божию и проникает в ее тайны. На Престолах обитает или покоится Сам Бог. Средняя группа — это Начала, Власти и Силы. Низшая группа — Господства, Архангелы и Ангелы. Число всех Ангелов — тьмы тем, т. е. неисчислимое множество (Кол. 1:15-16). Все это Моисей познал в мадиамской пустыне.

И в-третьих, Бог открыл Моисею тайну властей тьмы, падших ангелов, тоже имеющих свою иерархию: начальства, власти, мироправители, под­не­бес­ные духи злобы (Еф. 6:12) во главе с диаволом, «богом века сего» (2Кор. 4:4).

О том, что Моисею были открыты все эти тайны, свидетельствует его внутренняя собранность, уверенность и подготовленность и то, как он в полном всеоружии Божием смело предстал перед фараоном и египтянами и решительно сражался за сынов Израилевых. Он сражался не просто с самими египтянами, но, в основном, с полчищами невидимых властей тьмы, поражая их словом истины и жезлом Божиим.

Моисей — редчайшая личность, рождающаяся один раз в тысячу лет, как Авраам, Давид и Апостол Павел. Диавол знал, что Бог обещал евреям исход из Египта, но когда и как это совершится, он до времени не знал. Поэтому диавол и возбуждал фараона на умерщвление еврейских мальчиков. Однако Господь скрыл Моисея сперва во дворце фараона на сорок лет, затем в пустыне на сорок лет, доколе наступил срок исхода Израиля из Египта.

Бог готовил Моисея не только в пророка и вождя, но и в законодателя израильского народа, через которого Он преподал им Закон (Деян. 7:53). По выражению Ап. Павла, Моисей был «посредником» между Богом и народом (Гал. 3:19), являясь прообразом великого Посредника Нового Завета — Госпо­да Иисуса Христа (1Тим. 2:5). Это служение Моисея было так величественно и славно, что во Вто­розаконии (33:5) он назван «царем Израиля».

Интересно отметить, что молодой Моисей сам рвется на служение освобождения своих братьев. Он мечтает вывести их из рабства и ищет пути к этому (Деян. 7:23-25). А пожилой Моисей долго отказывается от призвания Божия, считая себя неподходящей кандидатурой.

Чем это объяснить?

В молодости человек полон сил и кипучей энергии, чаще всего более плотской, чем духовной. Он горит огнем ревности и берется за дело, не всегда рассчитав свои силы, ибо это дело захватывает его целиком. В зрелые же годы человек многое испытал, приобрел опыт и понимает, как все это нелегко. Он боится ошибиться и потому не решается. Зрелая вера трезво взве­шивает всю ответственность задачи, свои возможности и силы. Она предвидит многие затруднения, осложнения и потому осмотрительна, осторож­на и сдерживает свой пыл. Она знает по опыту, что такое призвание не сулит восторженных радостей, но, напротив, несет много страданий, порой горьких разочарований и даже времена жгучей скорби и отчаяния.

Поэтому Моисей так настойчиво, под разными предлогами, категорически отказывается от призвания: и что он косноязычен, и что его не примут братья, и наконец говорит: «Пошли другого, кого можешь послать» (Исх. 3:13).

Но Господь недаром много лет готовил именно его и потому властно повелевает ему принять это ответственное задание, и тогда Моисей повинуется. Бог в Своем всемогуществе считает, что человеческая слабость способна на великое тогда, когда человек отдает себя в распоряжение Бога. И когда в душе Моисея угасли самомнение, само­надеянность, опора на собственные силы и притязания на геройство, Господь усмотрел призвать его и превратить в Своего слугу — вестника и пророка для Израиля. Он и обеспечивает его необходимыми полномочиями и силами.

Духовные пастыри и вожди не создаются, как видим, путем выборов или назначений. Ими становятся в силу призвания Божия, когда человек в состоянии заплатить самую высокую цену. Божии условия при этом принимаются в тишине, наедине с Ним в молитвенной комнате, прежде нежели они будут обнародованы. Так и Моисею Бог ясно дал понять, что в Его домостроительстве полномочие дается для важного труда и предназначается тому человеку, кто оправдал себя в тиши. «Настоящий и надежный руководитель, — пишет д-р А. В. Тозер, — тот, кто не стремится руководить, а под внутренним давлением Духа Святого и под давлением внешних обстоятельств вынужден занять это место... Тот, кто стремится руководить, уже не годится в руководители. У подлинного руководителя нет никакого стремления играть роль повелителя над Божиим наследием, но он будет смиренным, кротким, готовым сам к жертве и также готовым покоряться, как и руководить, если Дух Святой откроет ему, что есть кто-то умнее и способнее его».

Таким человеком и был Моисей.

По повелению Божию он идет в Египет, чтобы явиться к фараону и потребовать отпустить евреев из рабства. Это было очень нелегкое дело, потому что за спиной фараона стояли могущественные силы диавола, который вознамерился во что бы то ни стало задержать Израиля и нарушить планы Божии. Фараон — это прообраз диавола, крепко держащего души в своем рабстве и не отпускающего их на свободу без усиленной борь­бы.

Эту задачу и выполнял Моисей изо дня в день, представ перед фараоном от лица Иеговы, Бога Израилева, облеченный полномочиями, которые признавались на небе, на земле и в аду. В помощники ему Бог определил Аарона, его старшего брата (Исх. 4:27-31), который был для него устами (Исх. 4:14-16; 7:1-2). Доказательством Божественного посланничества был для Моисея жезл, который превращался в змея (Исх. 4:2-4,17; 7:8-10). Как свидетельствуют древние египетские памятники, жезл и змей были символами, эмблемами божества и атрибутами царской власти. Поэтому, явившись во дворец фарао­на, Моисей в первую очередь утвердил свои полномочия, превратив свой посох в змея перед глазами фараона и его свиты. А затем, образно выражаясь, он мертвой хваткой «вцепился в глотку». Жезл в руках Моисея оживал и поглощал жезлы магов, творил знамения и чудеса и казнь за казнью. Бог евреев оказался могущественнее прочих богов и оказался способен сокрушить власть Египта!

Упорство фараона, не желавшего признать над собой Его власть и могущество, приводит к целому ряду бедствий, разразившихся над Египтом и ставших великим знамением для египтян. Это была ожесточенная битва с властями тьмы, в которой Моисей и Аарон буквально шаг за шагом отвоевывали народ, поражая Египет все новыми и все более усиливаю­щимися казнями. Их было десять. Это Бог совершал Свой праведный Суд над египетской землей, наполненной языческими мерзостями, методично унижая идолов, которым поклонялись египтяне.

Познакомимся с интересным свидетельством ученого: «Куда бы ни обращал свои взоры египтянин, всюду видел он вокруг себя божеские существа. Вся окружающая природа было населена богами, и вся жизнь казалась ему божественной тайной. Небесные тела с их закономерным движением, плодородная мать-земля, благо­словенный Нил казались ему могущественными божествами, без помощи которых он не мог обойтись. Фантазия его рисовала ему пустыню населенной страшными баснословными животными, и ему казалось, что в шелесте листьев он слышит звуки божественного голоса.

Древнему египтянину животные казались наделенными сверхъестественными дарами, и он приписывал им дар слова, дар пророчества и сверхъестественные тонкие чувства. Он представлял себе, что животные одушевлены богами, и потому многим животным воздавал божеские почести.

Египтяне обоготворяли все: деревья, животных, людей и даже здания. Боги и демоны могли обитать повсюду. Но самым распространенным культом в Египте был культ животных, то есть поклонение животным. В Египте поклонялись ястребу, кошке, крокодилу, собаке, жабам, змеям, гусю, быкам, коровам, козлам, баранам, лошадям, верблюдам и т. д. Все животные считались воплощением божества и имели свои собственные храмы, жрецов, свои особые праздники. Весь Египет был покрыт храмами, посвященными разным священным животным, где совершалось поклонение и служение им. Сам фараон тоже обожествлялся и считался сыном бога-солнца Ра (отсюда слово «фа-ра-он», т. е. сын Ра)».

 

Через Моисея Бог совершил великий Суд над всеми ложными божествами Египта и дал фараону, его жрецам, волхвам и всему египетскому народу един­ственную возможность познать истинного живого Бога.

Книга Исход с 7 по 12 главы описывает подробности этого Суда, который является в некотором роде соревнованием Бога евреев с богами Египта. Божии деяния определенно следуют за его словами.

1. Воды «священного» Нила, одного из главнейших и популярнейших божеств, превращены в кровь. «И рыба в реке вымерла, и река воссмердела...» (Исх. 7:21). Поражены были все нильские рукава, каналы, цистерны, резервуары. Это был великий удар по одному из священнейших кумиров Египта — «священной» рыбе и «священной» реке, превративший их в предмет отвращения и в доказательство их ничтожества. «Вода, превращенная в кровь, обвиняла египтян в грехе детоубийства» (Феодорит).

2. Жабы. «Громадное количество жаб появилось совершенно в необычное для Египта время, притом внезапно, по одному мановению жезла Моисея. Вопреки своим привычкам и естественному образу жизни, жабы устремились в дома, на людей, на домашнюю утварь, проникали на постели, в печи и даже квашни. Безвредные сами по себе, они сделались по воле Божией орудием наказания» (Библия Лопухина, т. 1, с. 299). Жаба у египтян была олицетворением богини плодородия. Ее нельзя было ни убить, ни тронуть. И вдруг египтяне тысячами топчут их ногами. Какой удар по «священному» предмету! Фараон дрогнул.

3. Мошки — на людях и на скоте (Исх. 8:17). Русское слово «мошки» (в подлиннике «кинним») по переводу семидесяти — «скнипы» (Пс. 104:31). Одни из толкователей видят в них москитов, обычный бич Египта в период наводнения; но они не появляются из пыли, а только из воды. Другие под словом «кинним» видят насекомых, которые выводятся из персти земной и могут быть на скоте и людях. Эти мошки (скнипы) покрыли все египетские божества, уничижили и осквернили их так, что египтяне ничего поделать не могли. Так был унижен бог земли, т. к. земля превратилась в скнипов.

4. Песьи мухи. Имеется в виду определенный род мух, производящих сильно болезненный укус (Пс. 77:45), отличавшихся лютостью и неотвязчивостью. Как стрела, несется эта муха на человека или животное и, стремитель­но нападая, впивается жалом в тело и как бы прилипает к нему. Очень распространены в Египте (Ис. 7:18). В данном случае это явление мух приняло сверхъ­ес­тественный характер. Они покрыли весь скот, людей и саму землю так, что Египет погибал от них (Исх. 8:24). Еще больше дрогнуло сердце фараона.

5. Моровая язва. Весь скот, находившийся в поле — кони, ослы, верблюды, волы, овцы — от опустошительного действия весьма тяжелой язвы вымер во всех пределах Египта (Исх. 9:3-6). Это удар по священным животным! Все божества египетские погибают. Это привело народ в ужас.

6. Воспаление с нарывами. В древнем Египте существовал обычай приносить богу Тифону жертвы, а пепел от них разбрасывать по ветру; куда он попадал, та область защищалась от зла. В изобличение этого суеверия Бог повелел взять полную горсть пепла из печи и бросить к небу, и это принесло не благословение, а проклятие — воспаление с нарывами (Исх. 9:8-11). Были поражены и главные египетские маги, Ианний и Иамврий, которые больше всех противились Моисею (Исх. 7:11-12; 2Тим. 3:8). Но теперь и они не устояли перед Божиим Судом. Моровой язвой и воспалением с нарывами Господь проиллюстрировал бессилие египетских богов воды, земли, воздуха и огня.

7. Великий град, сопровождаемый громом и молниями (Пс. 77:47-48: Сравни Пс. 28:3-9; Иез. 1:4; Исх. 19:16; 20:18). Это был удар по растительному миру, основному источнику питания людей и животных (Исх. 9:22-25). Этим Господь показал слабость бога грозы и атмосферы.

8. Саранча в несметном количестве (Исх. 10:13-15) смела с лица земли всю растительность, поставив под угрозу саму возможность выжить как для людей, так и для животных. Еще один большой удар по «богине плодородия» — «священным» деревьям и растениям. Этот бог оказался неспособным защитить поклоняющихся ему.

9. Густая тьма (Исх. 10:21-23) — удар по главному божеству Египта: богу солнца и света Озирису или богу Ра, сыном которого объявлял себя фараон.

10. Смерть всех перворожденных в каждом доме Египта — от человека до скота. Господь повелел Моисею предупредить фараона: «Так говорит Господь: Израиль есть сын Мой. Я говорю тебе: отпусти сына Моего, чтобы он совершил Мне служение; а если не отпустишь его, то вот, Я убью сына твоего, первенца твоего» (Исх. 4:22-23).

Фараон не мог сказать, что он не был предупрежден. И потому десятая казнь явилась кульминацией Судов, произведенных над Египтом. До этого фараон считал, что Бог Израиля доказывал Свое превосходство над прочими менее значительными богами, но не над ним, сыном верховного бога Ра, и потому не считал себя обязанным подчиниться Его требованию. Он выгнал от себя Моисея, пригрозив: «Берегись, не являйся более пред лицо мое; в тот день, когда ты увидишь лицо мое, умрешь» (Исх. 10:28).

Эта фраза знаменательна: под ударами тяжелейшего Суда фараон принял то решение, к которому Бог хотел его привести без Судов. Да, Моисею не нужно было более видеть его лица; напротив, фараону нужно было видеть лицо пророка Божия, если он не хотел вместе с народом погибнуть и сам. Так как Египет не отдавал Богу Его первенцев, то Бог Судами отнял их у него. Суды Божии в истории всегда совершались в той области, где человек более всего грешил против откровения Божия и Его требований.

Десятая казнь подвела черту под Божиими Судами, которыми Бог перевернул Египет вверх дном и потряс до основания всю жизнь египетского населения. Это был Суд, совершенный по всем законам правосудия, когда святость, правда и строгость Божия заявили о себе очень громко, показав Его справедливость. Десятая казнь была ударом по культу обожествления фараона, по культу почитания первородного в семье, а также по всей гордыне Египта. Египтяне кичились и превозносились своей мудростью, ученостью, достижениями, почитая себя непревзойденными во всем. Рука Божия оказалась достаточно сильна, чтобы ниспровергнуть эту гордыню и показать им, что они совершенное ничто перед Ним. Египет был постыжен, а Израиля Бог извлек из бедствия, чтобы даровать ему будущее.

Под тяжестью наказаний все египетские божества пали, обнаружив свое полнейшее ничтожество (Ис. 41:23-24). Эти казни не шли непрерывно одна за другой, а имели короткие интервалы, чтобы дать фараону и народу Египта возможность передохнуть, опомниться, осмыслить происходящее и покаяться в своих грехах. Подобные Суды Божии будут происходить над миром перед Вторым Пришествием Христа в первую половину седьмины, о чем пророчест­вует книга Откровения (8 и 9 гл.), показывая эти Суды в виде семи труб. И как тогда исход Израиля совершался в тяжелейших Судах над Египтом, так будет и при исходе (восхищении) Церкви из мира: ему будут предшествовать природные катаклизмы. Закономерность здесь одна: когда Слово Божие пренебрегается, когда его благодатное действие не достигает цели, неизбежно следуют Суды. Их цель — привести людей к покаянию.

Перед наступлением последней казни Моисей объявил фараону: «Так говорит Господь: в полночь Я пройду посреди Египта, и умрет всякий первенец в земле египетской... И будет вопль великий по всей земле египетской, какого не бывало и какого не будет более. У всех же сынов Израилевых ни на человека, ни на скот не пошевелит пес языком своим, дабы вы знали, какое различие делает Господь между египтянами и между израильтянами. И прийдут все рабы твои сии ко мне, говоря: «Выйди ты и весь народ, которым ты предводи­тельствуешь». После сего я и выйду» (Исх. 11:4-8).

Египтяне презирали и угнетали евреев, как самую низкую касту рабов, и этой последней казнью Господь высоко поднимает планку преимущества евреев над египтянами, удостоверяя тем самым, что Израиль — Его избранный народ, первородный сын у Бога, и ему, а не египтянам, принадлежит первенство во всем (Исх. 4:22-23).

Перед тем, как выйти из Египта, и перед началом последней казни Моисей заповедал иудеям строго соблюсти его инструкции относительно двух вопросов: совершения устава Пасхи, который он им преподал, и подготовки к Исходу. Суд предстоял нелицеприятный и лишь только иудеям было обещано спасение их первенцев благодаря их подчинению Богу.

Соблюдение Пасхи ставило веру израильтян под серьезное испытание. Сущность Пасхи заключалась в том, что вместо них должен умереть другой, и этой заместительной жертвой был агнец. Пролитая кровь невинного животного обеспечивала защиту от Ангела смерти. Положиться всецело на кровь ягненка — значит признать себя виновным и достойным смерти. Дух такой веры и покаяния был угоден Господу, так как смертью невинного вместо виновного получало удовлетворение правосудие Божие.

В установлении Пасхи Господь говорил Своему народу не только о предстоящем избавлении от смерти первородного, но и о новой жизни, для которой Израиль должен был воскреснуть. Благодаря жертве ягненка народ спасался от двойного рабства: от египетского и от греховного порабощения, от тьмы греха, которая все эти годы царила в хижинах рабов. В празднике Пасхи Израиль чествовал не столько само историческое событие Исхода, сколько возникновение Нации, рожденной на крыльях Божией милости, свое избрание и свое новое творение.

В то время Бог выставил Израиль на центральную сцену истории как народ, избранный выполнить Его цель и объявить всему миру, что он будет народом, через который Бог совершит Свой план спасения. Бог вызволял Израиль из цепей угнетения к свободе, чтобы сделать его народом царей и священников, Его возлюбленными детьми, Его сокровищем и, как сказал Л. Д. Форбс, «зарождающимся эмбрионом Небесного Царства». Именно это и было главной целью Исхода евреев из Египта: стать уделом Господним (Исх. 19:4-6). Поэтому праздник Пасхи — это праздник всех праздников, праздник возрождения новой жизни. А чтобы быть достойным высокого избрания, народу необходимо очиститься, освятиться, приготовиться ко встрече с Богом. Таким средством очищения, искупления, обновления с незапамятных (допотопных) времен служили приносимые людьми жертвы животных. Вот почему еврейскому народу в Египте в пасхальную ночь было заповедано вкушать ягненка и помазать его кровью перекладины и косяки дверей.

Само еврейское слово «песах» (пасха) буквально означает: «пройти мимо» или «пощада». Так, когда Ангел-губитель, проходя ночью по Египту, поражая первенцев, он прошел мимо домов израильтян, и они были пощажены от Суда. Эту страшную, наполненную ужасом смерти и воплей ночь израильтяне провели спокойно в стенах своих домов. Нет, не стены защищали их от поражения, но Бог, Которому они поверили по слову Моисея, доверяясь Его защите. Конечно, Ангел Суда и без крови на дверях мог легко определить, где живет египтянин и где еврей. Но кровь была не столько внешним указателем, сколько доказательством внутренней готовности повиноваться Господу, исполнять Его волю. Кроме того, она напоминала Господу о Его собственном жертвоприношении и Его обязательстве обеспечить то, в чем нуждался еврейский народ. А нуждался он в Божией милости. Но не только еврей, любой египтянин, который укрылся бы тогда под кровью убитого ягненка на дверных столбах и притолоке, как было повелено, мог бы спастись от смерти.

Это наказание сокрушило, наконец, жестокое сердце фараона. Он не только отпустил евреев из страны, но с поспешностью выгнал их, не дожидаясь утра. Господь предвидел это, поэтому Он заранее предупредил их быть в эту ночь наготове. Грозный Суд шел по Египту, а израильтяне спешно собирались в дорогу, так что, уходя, они несли на своих плечах квашни с замешанным тестом.

Ставится вопрос: почему из всех совершенных Моисеем великих дел и чудес третьего периода его жизни Дух Святой в Новом Завете отмечает, как самые значительные, только два: переход через Красное море и совершение Пасхи, поставив их в заслугу его веры?

Ответ прост: эти два события имеют, во-первых, непреходящее значение и в Новом Завете, а во-вторых, здесь вера Моисея особенно ярко отразила будущий путь Церкви и пророчески указала на Евангелие Христово. Впервые учреждая в Египте Пасху для Израиля, Моисею потребовалось применить всю веру, все доверие и послушание Богу, всю мудрость и власть, данные Богом, чтобы народ выполнил устав Пасхи. Ведь ничего подобного раньше не совершалось, ничего подобного до этого люди не переживали. Но Моисей поверил слову Господа и в соответствии с этим словом дей­ствовал. Результаты были феноменальными: израильтяне были защищены от смерти. Вот почему эта вера поставлена ему в заслугу, в великий подвиг.

В праздновании Пасхи вера Моисея нашла свое самое сильное выражение. Он настолько глубоко проник в великое значение Пасхи, что сумел передать эту веру израильтянам, что отмечает и Новый Завет: «Верой совершил он пасху и пролитие крови, дабы истребитель первенцев не коснулся их» (Евр. 11:28). Так активная вера наставника, пастыря и вождя в состоянии стимулировать и вызывать положительную веру в других людях. Вера Моисея была зажигающим примером для его народа.

При установлении Пасхи Моисей имел непоколебимую уверенность в том, что народ будет освобожден из рабства и введен в Обетованную Землю. Но он постиг и то, что этот народ нуждается в чем-то большем, чем Исход: ему необходимо духовное возрождение! Эта бедствующая многочисленная толпа измученных рабов нуждалась в обновлении сердец, в освобождении их от греховных настроений и привязанностей. Ей нужна была чистая, возрождающая вера, а к вере — сокрушение духа, покаяние, отдача сердца Господу. Поэтому он постоянно призывал народ к послушанию и вере и устав Пасхи повелел праздновать ежегодно до тех пор, пока явится истинный Агнец Божий, их Мессия.

Кроме того, пасхальный агнец в каждом еврейском доме в то далекое время играл еще одну важную роль: он объединял всех вокруг одной трапезы, одной жертвы, одной истины, соединяя народ узами любви в одну большую семью. Так праздник Пасхи для них оказался удивительным вет­хо­за­ветным Евангелием искупления, которое было возвещено посреди разразившихся Судов мужественной верой пророка. Моисей как пророк Божий поднялся духовно столь высоко, что верой прозревал будущее: за полторы тысячи лет до Р.Х. он уви­дел Агнца Божия, Который будет величайшей и единственной Жертвой за все человечество.

Итак, пасхальный ягненок в Египте — это прообраз Агнца Иисуса Христа. Заслуга пророческой веры Моисея в том, что он совер­шил Пасху во имя грядущего Агнца в переходный период ис­то­рии своего народа. Все, что символически отражено в праздновании Пасхи в Египте, совершил Христос Своим фактическим жертвоприношением (Евр. 9:11-12). В Своей жертве Он представлял и Сына Божия, и Сына Человечес­кого. Как Сын Божий Он принес Себя в жертву Отцу вместо нас и стал нашим Замести­телем, Невинный умер за виновных, наши грехи понес на Себе, а нас поставил под прощающую Благодать. Как Сын Человеческий Он в Своей жерт­ве отразил нашу отдачу Богу и наше посвящение, соделав нас орудием пра­вед­ности и новым творением. Он одновременно Жертвенник и Жертва, Священник и Агнец, Пастырь и паства, Господь и Слуга Божий. В одном лице.

Моисей постиг это верой. Вера, с которой он действовал в глазах египтян, вера, с которой он провозглашал Суды над Египтом, и особенно результат последней казни, вера, с которой он преподал Израилю устав Пасхи, соделала его великим (Исх. 11:3) — великим в исповедании веры и в делах веры, глашатаем веры, героем веры!

Величие пророка (и величие каждого верующего человека) в том, что он благо­говейно выслушивает, принимает и соблюдает слово Господне. Моисей соблюл устав Пасхи в точности так, как Бог повелел ему, во всех деталях, прообразно указывающих на жертву и Голгофские страдания Иисуса Христа.

Устав Пасхи гласил (гл. 12):

1. Ягненок должен быть однолетний, мужского пола, обязательно непорочный (ст. 5), как и Христос есть чистый и непорочный Агнец Божий (1Пет. 1:18-20).

2. С десятого по четырнадцатый день, т. е. три с половиной дня, избранный ягненок находился в доме, к нему привыкали и присматривались все члены семьи, обследовали на порок (ст. 6). Так и Христос находился на служении среди иудеев три с половиной года; Его созерцали, изучали, к Нему присматривались, как бы узнавали Его значение и цену.

3. Ягненка надлежало заколоть вечером (около 3 часов дня) и его кровью помазать косяки и перекладины дверей, где будут его есть (стт. 6-7). Само помазывание или разбрызгивание крови и сосуд на пороге завершают пророческую картину, указывающую на распятие. Мессия тоже умер в 3 часа дня после полудня на 14-й день месяца нисана. Он на самом деле был Агнцем Божиим, понесшим на Себе грех мира, как свидетельствовал о Нем Иоанн Креститель (Ин. 1:29). Иисус предложил Себя на Пасху в качестве Агнца Божия и пролил Свою кровь, чтобы обеспечить искупление, необходимое не только для Израиля, но и для всего человечества. Его кровью, пролитой не кресте, верующие помазывают косяки и перекладины сердечных дверей, очищаясь от грехов и порочной совести.

4. Мясо ягненка, испеченное на огне, съедалось в эту же самую ночь с пресным хлебом и горькими травами (стт. 8-10). Мало было помазать косяки дверей и перекладину, необходимо было и съесть ягненка цели­ком. Это означало, что виновный, подлежащий Суду, не только защищался от смерти пролитием крови ягненка, но эту смерть принимал глубоко внутрь себя, усваивал ее, приобщался к ней и таким образом носил ее в своей плоти и кро­ви.

Христос Иисус сказал о Себе: «Я есмь хлеб жизни. Ядущий Меня жить будет Мною» (Ин. 6:48,57). Огонь, на котором испекался ягненок, и горькие травы, с которыми его вкушали, символизировали огненность и горечь страданий Иисуса Христа. Пресные хлебы — прообраз чистоты и святости, с которыми каждый должен приступать для вкушения Пасхи, ибо «Пасха наша — Христос заклан за нас» (1Кор. 5:7). Он — чистый и непорочный Агнец, поэтому Церкви заповедано праздновать Пасху «с опресноками чистоты и истины», удалив «все квасное» — греховное — из своей жизни. «Блаженны чистые сердцем, ибо они Бога узрят» (Мф. 5:8).

5. Для принятия трапезы в тот первый пасхальный вечер было дано особое распоряжение: «Ешьте его так: пусть будут чресла ваши препоясаны, обувь ваша на ногах ваших и посохи ваши в руках ваших, и ешьте его с поспешностию; это Пасха Господня» (ст. 11).

Ягненка приготавливали на огне с вечера и вкушали после захода солнца, а в полночь проходил Ангел-губитель, и вскоре после этого надо было уходить, так как египтяне, пришедшие в ужас от последней казни, понуждали евреев поскорее оставить Египет. Вот почему им надо было есть ягненка с поспешностью и полностью быть готовыми в путь.

Эта ночь произвела полное разделение между евреями и егип­тянами, между детьми Божиими и язычниками. Одетые по-дорожному, они исполняют устав Пасхи и немедленно отправляются в путь, созна­тельно и окон­чательно порывая со старой жизнью. Каждая еврейская семья в тот памятный вечер через заклание пасхального агнца знаменовала свое уми­ра­ние для прежнего образа жизни в Египте, чтобы отныне жить в новом посвя­щении и послушании Богу.

«Исход есть акт веры, смелый уход в неизвест­ность. Люди должны поверить словам Моисея, ибо у них нет реальной надеж­ды вернуться на родину праотцов. Поэтому исход должен начаться с возрожде­ния веры патриархов, с поклонения Богу Израилеву, Который был оставлен многими ради богов Египта» (Библия, Брюссель, 1973, Приложения, с. 1865).

Так Бог всегда и всех учит вере, послушанию и соблюдению Его уставов.

Так и наша духовная жизнь должна пройти через отделение от мира, через смерть и воскресение Иисуса Христа, через личное сораспятие и совоскресение с Ним верой (Кол. 3:1-3).

Какое в этом дивное поучение для нас, желающих и ожидающих Второго Пришествия Иисуса Христа! Нам, как и Израилю в Египте, заповедано быть готовыми ко встрече с Господом в любой момент нашей жизни. Наставляя Своих ближайших учеников, Иисус говорил им (и нам тоже): «Да будут чресла ваши препоясаны и светильники горящи; и вы будьте подобны людям, ожидающим возвращения господина своего с брака, дабы, когда придет и постучит, тотчас отворить ему. ...Будьте же и вы готовы, ибо, в который час не думаете, приидет Сын Человеческий» (Лук. 12:35-36,40).

Праздник Пасхи был для Израиля вечным установлением. Праздновать ее было повелено каждый год в память об этом великом событии, что указывает на его чрезвычайное значение (ст. 14); а также в знак вечного прообраза Иисуса Христа, Агнца Божия, Искупителя и Освободителя из греховного рабства. Израилю было повелено: «Месяц сей да будет у вас началом месяцев; первый да будет он у вас между месяцами года» (ст. 2). Это было установление нового начала. Месяц, числившийся седьмым, становился первым, и Израиль не мог выйти из Египта и начать новую жизнь, пока ягненок не был заколот и соответствующая цена не была уплачена за свободу.

В то далекое время сыны Израилевы мало понимали значение заместительной жертвы ягненка. Но внимая тому, что преподал им Моисей, они шли верой, и эта вера явила победоносные плоды в их жизни. Они поверили и соблюли инструкции, и Бог трансформировал их веру в действие.

Так и во всех последующих поколениях людей и до наших дней мало кто со всей серьезностью и отчетливостью понимает великое значение жертвы Христа; но принимая ее верой, спасаемся от гнева Божия. Значение жертвы и страданий Господа Иисуса не понимали до времени даже Его ближайшие ученики, ибо омраченному грехом человеческому разуму очень трудно понять, как Всемогущий Создатель и Владыка вселенной, святой и праведный Бог может страдать за грешника, Свое творение? Голгофа была непостижимой тайной для многих веков и родов, для священнослужителей времен Христа и остается доныне таковой. И эта Голгофа, прообразно показанная израильтянам на закланном ягненке, заступившем их, осталась для них непостигнутой тайной. В целом для всей Нации.

На смену Ветхому пришел Новый Завет. И на смену ветхозаветной Пасхе с ягнятами из овец явился единократный Агнец из людей — Богочеловек Иисус Христос, Мессия, Который принес Себя в жертву за меня и тебя! И кто Его принимает — спасается. Весь христианский мир планеты празднует сегодня новую Пасху в честь воскресения Иисуса Христа, празднует ее с новым сердцем и новым духом, в истине и чистоте, в святой жизни по вере.

«Блажен народ, у которого Господь есть Бог» (Пс. 143:15)! «Он возвысил рог народа Своего, славу всех святых Своих, сынов Израилевых, народа близкого к Нему. Аллилуйя» (Пс. 148:14).

 


 

Глава 16

 

ПЕРЕХОД КРАСНОГО МОРЯ ВЕРОЙtc "ПЕРЕХОД КРАСНОГО МОРЯ ВЕРОЙ"

 

 

Верой перешли они Чермное море, как по суше, — на что покусившись, египтяне потонули.

Евр. 11:29

 

Проследим внимательно 14 главу книги Исхода, где сам Моисей описывает это событие, и в дополнение прочтем 1 Послание к Коринфянам (10:1-2), где Апостол Павел одним штрихом, с духовной точки зрения, комментирует его.

Это был один из наиболее опасных моментов в судьбе Израиля, только что по­кинувшего Египет. Этот народ, ослабленный физически и духовно продол­жительным рабством и только что обретший долгожданную свободу, еще вполне не осознал, что рабство кончилось и связывающие его оковы рухнули. Он еще не вдохнул полной грудью воздуха свободы. А поэтому малейшее затруднение или пре­пят­ствие пугало его, повергало в панику. Народ был не готов ни к борьбе, ни к про­тивостоянию, ни к отпору воинственным филистимлянам, находившимся в дружест­венных отношениях с египтянами. Духовно Израиль был еще младенцем, не утверж­денным в вере, робким и малодушным. Бог знал это состояние людей, колеблющихся духом и умом, и повел их в Ханаан окружным путем, чтобы они, столкнувшись с войной, не раскаялись и не повернули обратно. Ужасам войны они могли предпочесть тяжесть рабства и по этой причине возвратиться в Египет (Исх. 13:17-18).

Из Раамсеса (Исх. 12:37) израильтяне двинулись на восток, по направ­лению к северной оконечности Суэцкого залива, в пределах которого и произошел их чудесный переход Красного моря. Затем они круто изменили курс направления с восточного на юго-западное, чтобы избежать столкновения с гарнизонами пограничной заставы. Первая остановка их была в Сокхофе, вторая — в Ефаме, в конце пустыни (Чис. 33:5-6). Труд­ность перехода по пусты­не вызвала особое покровительство Бога: днем облачный столп охранял народ от жары, а ночью он становился огненным, освещая путь (Исх. 13:20-22).

Сыны Израилевы благополучно миновали пограничные крепости, где стояли на страже войска фараона, и вышли к Красному морю. «Расположились станом пред Пи-Гахирофом, между Мигдолом и между морем, пред Ваал-Цефоном» (Исх. 14:2). Это была третья остановка. И вот здесь они столкнулись с первым серьезным ис­пы­та­нием. Господь это предвидел и повелел Моисею подготовить народ, чтобы они му­жа­лись и уповали на Его помощь и защиту, «и познают египтяне, что Я — Господь» (Исх. 14:3-4).

Между тем опасность назревала очень быстро. Фараону доложили, что «народ бежал». Наблюдая за странным передвижением еврейского стана, который делал резкие повороты, петлял и уже три дня был в пути, так и не совершив своего жертвоприношения в пустыне (как это представлял Моисей фараону — Исх. 5:3), фараон сделал выводы, что народ заблудился, чего и добивался Господь. Он вел народ таким образом, чтобы создать у египтян впечатление, будто евреи заблудились и чтобы фараон и его силы бросились в погоню и настигли их у берега Красного моря. Фараон экстренно снарядил такую погоню из шестисот колесниц, с конями и всадниками и часть войска с намерением вернуть обратно этих бежавших рабов. В те времена у фара­онов была одна из самых мощных и хорошо экипированных армий. Колесницы Египта вселяли ужас в сердца народов и неприятельских армий, населявших плодородные земли. И Бог умышленно увлек эту мощную армию в битву с Самим Собой. Библия не случайно указывает число колесниц, коней и всадников, упоминая армию, чтобы показать, что армада была устрашающей. Не взирая на потрясшие страну бедствия, этот тиран лично сам возглавил погоню, и настиг еврейский стан у моря.

Какое это безумие, когда при явном вмешательстве карающей руки Божией и при явном действии Его могучих сил человек в своей слепоте ожесточается! Но еще безумнее, когда он бросается в безрассудную борьбу с Богом, «черепок из черепков земных» (Исх. 45:9)! Фараон до мелочей отразил на себе характер, реакцию и образ поведения диавола: когда жертва ускользает из-под его власти или влияния, он насылает на нее легионы духов, чтобы вернуть обратно и закрепостить еще сильнее. Это и есть то «по­гло­щение» диаволом, о котором говорится в 1Пет. 5:8-9. Неутверж­денных в вере, неспособных к духовному воинствованию и не умеющих со­крыться под крыло Божие он настигает и силой возвращает назад (Мф. 12:29,45).

С человеческой точки зрения, израильтяне действительно оказались в безвы­ход­ном положении, в тупике (запертыми в пустыне): с одной сто­роны, им преграждал путь горный хребет Джебел-Атака (или горы Ваал-Цефона), преодолеть которые могут разве что альпинисты; с другой — их действительно заперла пустыня; впереди расстилалось Красное море, а позади — настигающий их фараон с вооруженным войском. Ни средств к спасению, ни силы противостать у народа нет. Что делать?

И хотя Моисей заранее предупредил и подготовил людей, что Бог, хранящий их в пути, избавит их чудесным образом, однако дух народа сильно упал. Моисей оказался среди потерявшей веру и мужество толпы, готовой побить его камнями из-за страха, так как они чрезвычайно испугались. «И возопили сыны Израилевы к Господу, и сказали Моисею: разве нет гробов в Египте, что ты привел нас умирать в пустыне?..» (Исх. 14:10-11).

Но Моисей, твердо уповая на Бога (хотя душа его скорбела и трепетала), личным мужеством, самообладанием и верой продолжал успокаивать малодуш­ных братьев. Их внутренней слабости он противопоставил всю силу своей веры и откровения Божия. Устрашенной толпе он говорит удивительные слова веры, в которых звучит светлая надежда на победу, как гарантию их безопас­ности: «Не бойтесь, стойте и увидите спасение Господне, которое Он соделает вам ныне... Господь будет поборать за вас, а вы будьте спокойны» (ст. 13-14).

В этих словах — вся мощь веры Моисея, покоящейся на скале обетований Божиих. Говорить «не бойтесь», когда были все основания для страха, «стойте!» — когда были все основания для замешательства (фараон уже настигал их); говорить «вы увидите спасение Господне», когда они находились в положении словно пойманных в ловушку,— говорить так может только бесстрашная вера, которая, невзирая на страхи и опасности, может быть покойна упованием на Бога.

Моисей укреплял в вере не только народ, но и себя. Его вера подверглась здесь испытанию, ибо положение действительно было угрожающим. Не колеблясь, не поддаваясь панике, его вера с твердым убеждением заявляет: «...ибо египтян, которых видите вы ныне, более не увидите во веки». Вскоре это осуществилось.

Этот пример показывает, как часто колеблется вера человека, идущего по пути освобождения от гнета сатаны! Позади множество милостей Господних и великое избавление от Судов, но стоит возникнуть новому малейшему испытанию, как вера начинает колебаться и терять почву под ногами... А как важно не дрогнуть сердцем тогда, когда враг наступает, когда он ополчается и старается нас устрашить! Писание постоянно призывает верующих быть твердыми, непоколебимыми (1Кор. 15:58; 16:13). «Твердого духом Ты хранишь в совершенном мире; ибо на Тебя уповает он» (Ис. 26:3). При любых невзгодах, опасностях, затруднениях, при самых нераз­ре­шимых или безвыходных обстоятельствах, при самых ожесточенных напастях врага самое правильное — взирать на Бога и твердо стоять в вере, и помощь Его приходит. Всякое же расстройство, уныние, расслабление сердца или паника только на руку тому, кто ходит по нашим пятам, чтобы поглотить нас (1Пет. 5:8).

О, как необходим христианину дух мужества! «Я оказал помощь мужественному» (Пс. 88:20). Мужественного Бог благословляет. Любимый дух у Господа — это дух смелости, твердости, дерзновенной веры. И излюбленное слово Евангелия Христова: «Не бойся, только веруй» (Мр. 5:36); «Не бойся, малое стадо» (Лук. 12:32). Спасителю доставляет огромную радость дать возможность человеку положиться на Него, чтобы потом, в ответ на доверие, подарить ему ободрение, утешение, нечто из щедрот Своей великой благости, даже сделать невозможное.

В этом новом испытании сынов Израилевых, в час их крайней нужды и опасности, только от Господа могло прийти избавление. И оно не замедлило, потому что раб Господень непоколебимо уповал на помощь свыше. Первый акт Божественной помощи или чуда состоял в отделении евреев от египтян: шедший впереди облачный столп стал позади стана «и был облаком и мраком для одних и освещал ночь для других» (Исх. 14:19-20). Так сверхъестественной силой Бог заслонил и защитил Израиля от настигавшего его войска. Насколько видно из рассказа, это событие происходило ночью, что усиливало напряженность ситуации.

Второй акт великого чуда Божия — разделение моря.

После того, как Моисей мобилизовал веру всего народа и подвел людей к берегу моря, Господь повелел ему простереть жезл над водами, чтобы открылась дорога по морскому дну и народ смог переправиться на другой берег. Спокойный и мужественный стоит Моисей перед растерянным и трепещущим станом недавних рабов — настоящий исполин веры! Глядя на огромный массив воды, достаточно глубокий и широкий, чтобы в нем утонуть всей этой армаде, можно было усомниться. Как? Море разделить? Возможно ли такое? Но Моисей недаром воспитывался в школе Божией и научился законам неба. Доверять Богу всецело, полагаться на Его слово, уповать на Его могущественную силу и власть — вот девиз веры пророка!

Моисей, вдохновленный Духом Святым и дерзновением веры, победным именем Иеговы простирает жезл на море, и воды расступаются. В Библии сказано: «И простер руку свою Моисей на море, и гнал Господь море сильным восточным ветром всю ночь, и сделал море сушею; и расступились воды» (Исх. 14:21). Образовался брод шириной в 1,5 км и длиной в 16 км (как это установили сегодня ученые). Утверждая возможность такого безопасного перехода израильтян по морю, как по суше, ученые опираются на упомянутый в Библии сильный восточный ветер, дувший не менее 12 часов, вследствие чего уровень воды мог упасть на три метра.

Интересно, что в подлиннике слово, которым обозначено производимое ветром действие (Исх. 14:21), имеет смысл распарывать, раскалывать, расщеплять. Значит, водная масса не просто разгонялась восточным ветром, но как бы раскололась, разделилась на две части. Воды воистину «расступились». Та же самая мысль звучит и в других текстах Писания: «расторг» (Пс. 73:13), «разделил» (Пс. 77:13; 135:13; Ис. 63:12), «рассек» (Неем. 9:11).

«И пошли сыны Израилевы среди моря по суше; воды же были им стеною по правую и по левую сторону» (Исх. 14:22). «Грозно рек морю Чермному, и оно иссохло; и провел их по безднам, как по суше» (Пс. 105:9-12).

Друзья мои! Какая нужна была вера, чтобы совершить такое дело и повелеть морским водам расступиться в стороны! Какая нужна была вера, чтобы вступить в этот коридор, где дно морское стало сушей, а вода стояла стеной справа и слева! И что переживали в этот момент сердца израильтян, идущих этими морскими безднами? Могла ли хоть одна душа из ропщущих и возмутившихся у моря (Пс. 105:7) остаться равнодушной в такой критический момент? Ведь они пересекали не мелководье: рукав моря был достаточно глубок, чтобы потопить египтян.

Без сомнения, души вступивших в море трепетали. Ап. Павел пишет, что пересечение моря не было веселой и легкой прогулкой. Для Израильтян это было «крещение в Моисея, в облаке и в море» (1Кор. 10:1-4). Сыны Израилевы в этот час пережили одновременно крещение водное, духовное и огненное и, очищенные в этом Божием пламени, вышли на другой берег с обновленным духом и обновленным сердцем. Столп облачный, в котором находился Ангел Господень, все время ограждал их от египтян, пустившихся в погоню и дерзнувших вступить в середину моря.

Таким образом, погруженные в море израильтяне вместе с тем были погружены в дух Моисея, в его веру, погружены в облако славы Божией, которая окружала их со всех сторон. Они испытали на себе мощную силу Его спасающей десницы.

В ст. 23 читаем: «Погнались египтяне, и вошли за ними в средину моря все кони фараона, колесницы его и всадники его». Увидев чудо разделения моря, фараон и его армия, вместо того, чтобы упасть наземь и взмолиться истинному Богу, устремились в средину моря в последней попытке уничтожить израильтян. Что за неистребимая гордыня, высокомерие и ослепление! Что за сумасшедшая ненависть и вражда!

Далее читаем: «И в утреннюю стражу воззрел Господь на стан египтян из столпа огненного и облачного, и привел в замешательство стан египтян, и отнял колеса у колесниц их, так что они влекли их с трудом» (ст. 24).

Это был третий момент великого чуда избавления. «Воззреть» для Господа означает движение Его воли, направление Его внимания. Для врагов Израиля оно означало нечто устрашающее: очи Господни были обращены «на беду им, а не во благо» (Ам. 9:4). Книга Исход указывает, что Он «привел в замешательство стан египтян», а Псалом 76:16-21 открывает, как Он это сделал: Бог наслал на них жестокую бурю, поражая их громовыми ударами со сверкающими молниями. Вот почему отнялись «колеса у колесниц их, так что они влекли их с трудом», в то время как израильтян Господь провел «через бездны, как коня по степи, и они не спотыкались» (Ис. 63:13).

Египтяне сильно испугались и решили повернуть обратно, но было уже поздно. Евреи достигли противоположного, восточного, берега, и, когда на берег ступил последний человек, Моисей простер жезл на море. В одно мгновение с ним произошла метаморфоза, страшная и гибельная для египтян: на них хлынули две приливные волны одновременно с обеих сторон. В результате кони и колесницы были поражены с такой силой, что их подбросило в воздух, а затем они навсегда скрылись под водой. Воды сомкнулись и погребли тела дерзких ненавистников Иеговы и Его народа. Пресловутая мощь Египта с ее «избранными военачальниками» потонула в море (Исх. 15:4). Это была удивительная военная победа без оружия — исключитель­но верой и силой всемогущего Бога. Это избавление стало образцом личного спасения, которое Бог сделал доступным каждому, кто ищет в Нем помощи и защиты.

А для нечестивых, в своей гордыне и высокомерии посягающих на наследие Господне, — это предупреждающий урок. Те, кто покушается на заповеданное Христом водное крещение, погибнут неготовыми, подобно египтянам. А покушаются на него принимающие крещение неверным путем, перелезая «во двор овчий» иначе (Ин. 10:1), без покаяния и возрождения, как фарисеи, приходившие к Иоанну креститься на Иордан (Мф. 3:8).

Перейдя море и увидев трупы утонувших, волнами выброшенных на берег, сыны Израилевы исполнились страха и трепета. Под влиянием чуда прежнее неверие сменилось верой. Только сейчас они по-настоящему осознали, что освобождены от рабства навсегда и поверили Господу и Моисею, рабу Его. Один и тот же путь завершился избавлением для одних и страшным Судом для других. Само море, по словам Ап. Павла в 1Кор. 10:1-2, стало образом крещения, а облако — образом Благодати Духа Святого. Моисей же уподобился «иерею; жезл — кресту; прошедший море Израиль — крещаемым, а преследовавшие его египтяне представляли собой образ демонов, сам же фараон служил изображением диавола...» (Библия Лопухина, т. 1, с. 322).

Это событие несказанно ободрило израильтян, осознавших, что они навсегда распрощались с рабством и преодолели немыслимые преграды, ибо за них вступился Сам Бог. Там же, на берегу, они с великим ликованием празд­новали этот триумф. В Исх. 15:1-21 записана песнь Моисея, которую тогда пел весь стан. Это первая песнь, записан­ная в Библии, песнь победы, воспетая по случаю избавления от тяжкой неволи, гнета и погони. В ней ключевой фразой являются слова: «Господь — муж брани, Иегова — имя Ему» (ст. 3). Выражение «муж брани» широко используется в еврейских писаниях, чтобы обозначить людей-воинов; но здесь это относится к Богу. Переживание, которым израильтяне обогати­лись у Красного моря, привело их к богопознанию и к дивному исповеда­нию веры: «Он — Бог мой, и прославлю Его» (ст. 2).

Тот участок моря, через который был осуществлен чудесный переход, ис­сле­дователи сегодня называют одним из северных рукавов Красного моря, другие — «Горькими озерами» или «Морем тростников» (по-еврейски так назывался один из заболоченных заливов Красного моря в области, где теперь проходит Суэцкий канал) (Библия, Брюссель, 1973, Приложения с. 1866). Переход через этот залив был указан как раз в том месте, где начиналось повышение морского дна, позволившего разделение воды. Но кто знал этот секрет? Один только Господь, Который воздвиг восточный ветер в определенный час и прекратил его в точно установленное время, чтобы волны сомкнулись и покрыли врагов Израиля. Эти научные данные нисколько не умаляют величия того, что совершил Бог. Хотя это был и лиман, но он был глубок, имел бездны и был не менее опасен, чем само море.

Для нас, верующих новозаветной Церкви, это должно быть величайшим уроком. Господь «вчера, сегодня и во веки тот же» (Евр. 13:8). В жизни каждого из нас и каждого поколения людей бывает свое Красное море, имеется и свой фараон с египтянами, старающимися преследовать, настигнуть и погубить. В наши тревожные земные дни мы невольно оказались «в средине» моря — в центре мировых проблем, бедствий, опасностей и катаклизмов, какие раньше нам были неизвестны. И чтобы выжить, выстоять, быть победителями, есть одно средство, ведущее к спасению, — вера! И есть одно-единственное безопасное убежище — Бог всемогущий и раны Христа. Он один проведет сквозь «Красное» море, и только Он избавит от всех «египтян» (Пс. 90; 17:2-3).

«Прежде нежели родились горы, и Ты образовал землю и вселенную, и от века и до века Ты — Бог» (Пс. 89:3), — так впоследствии запишет сам Моисей.

Апостол Павел говорит, что все это были «образы для нас», записанные нам в наставление (1Кор. 10:6,11). Наш путь в Обетованный Край — небесный город Иеру­салим — проходит точно так же, как и у древних евреев, выходивших из Египта и направлявшихся в ханаанскую землю. Нас отделяет от вечности, от чудного небесного Ханаана, море нашей земной жизни. Воды его темные и холодные: столько кругом безразличия, равнодушия к Богу, к Его Слову, а часто и презрения, и ненависти к истинным Его последователям! А диавол не перестает преследовать и угрожать, насылает на нас целые полки. На этом житейском море множество оболь­щений, силь­ных ревущих волн. Каждое переживание — это волна. Каждая скорбь, каждое искушение, увлечение, соблазн, падение и вопиющая нужда — это новые волны! Порой море шумит, страшно шумит. Волны вздымаются и готовы захлестнуть нашу маленькую ладью... Писание уподобляет этот греховный мир морю в непогоду: «А нечестивые — как море взволнованное, которое не может успокоиться и которого воды выбрасывают ил и грязь» (Ис. 57:20). Многие пережили это и по опыту знают, что это значит.

Что же нам делать сегодня при виде грозных накатывающихся волн? Отчаиваться? Падать духом? Унывать и опускать руки? Сетовать на тяжкий жребий или воз­мущаться, как делали евреи? Нет! Повеление Господне гласит и сегодня: иди вперед! Не смотри на страшные волны моря, на его грозный шум, а взирай на твоего Вождя, «начальника и совершителя веры» (Евр. 12:2) и вступай в воды моря. Бог наш и сегодня тот же! Он — «Ветхий днями» (Дан. 7:9). Его голос — «шум вод многих» (Отк. 1:15). Он сильнее всех вод морских и волн, страшно ревущих. Из каждой волны мы слышим Его ободряющий голос: «Не бойся, ибо Я искупил тебя, назвал тебя по имени твоему; ты — Мой. Будешь ли переходить через воды, Я с тобою, — через реки ли, они не потопят тебя...» (Исх. 43:1-2).

Это обетование вечно сущего и всемогущего Бога. И если мы доверяем Ему, Он исполнит на нас Свое дивное обетование и спасет из любой беды.

Как Он проявляет Свою силу?

У Красного моря, глядя на свою безвыходность, народ вопиял, а Моисей взывал к Богу. Но вопиять к Богу перед лицом реальных опасностей — только полдела. Надо и действовать! Когда против нас вздымаются организованные напасти властей тьмы, надо противостать им твердой верой (Иак. 4:7; 1Пет. 5:8-9). Господь сказал Моисею: «Что ты вопиешь ко Мне?.. Подними жезл твой и простри руку твою на море, и раздели его, и пройдут сыны Израилевы среди моря по суше» (Исх. 14:15-16).

Иными словами, чего ты вопиешь, робеющее перед опасностями, сокрушенное скорбями, трепещущее сердце, если Бог с тобой? В твоей руке Его сила, а в Его Слове — указания, как побеждать. Употреби все это в дело — и придет облегчение, избав­ление, победа! Нельзя допускать малодушия или пассивности, — они расхо­лаживают, парализуют и без того немощные силы человека. Пользуйся истиной, которая есть свет Его! Простри на врагов твоих жезл правоты, власть Божию (Лук. 10:19) — и море усмирится, препятствия отступят или исчезнут совсем.

Господь избавляет тех, кто взывает к Нему, полагается на Него, но и кто про­тивостоит всем противным силам с твердостью мужественной веры. Он не попустит, чтобы волны греха, скорбей и страданий захлестнули нас. С помощью Божией воды всех морей на свете, как бы глубоки и непреодолимы они ни были, станут для нас благословенной дорогой в Царство блаженства и покоя. Туда войдут только победители (Отк. 21:7). Достигнув той небесной пристани, мы затем прославим дивного Господа за наши неспокойные земные моря, которые мы преодолевали верой.

По примеру Моисея будем исполняться духом дерзновенной, решительной веры, чтобы и перед ней, как перед простертым жезлом, расступались препятствия на пути. Бог преподал эти незабываемые уроки не для истории, а для нас, чтобы мы учились жить верой и воинствовать верой. Подражая вере Моисея, не будем отчаиваться даже в отчаянных обстоятельствах. «Слабый пусть говорит: «я силен» (Иоил. 3:10)!

Итак, древнее повествование об исходе евреев из Египта стоит сегодня перед нами, как яркий указатель и нашего пути. Как тогда, так и теперь Исход совершается в трех этапах: 1) низвержение власти тирана, 2) выступление под прикрытием крови Агнца и 3) полное освобождение после прохождения Красного моря.


 

Глава 17

 

МОИСЕЙ — ВЕЛИКИЙ ВОЖДЬ И ЗАКОНОДАТЕЛЬtc "МОИСЕЙ — ВЕЛИКИЙ ВОЖДЬ И ЗАКОНОДАТЕЛЬ"

 

 

Закон дал нам Моисей, наследие об­ще­ству Иакова. И он был царь Израилев...

Вт. 33:4-5

 

 

МоиСей как вождьtc "МоиСей как вождь"

 

В истории человечества Моисей более всего известен как выдающийся вождь, как великий пророк и как непревзойденный, Богом помазанный законодатель.

О том, что он был пророк, Библия дает множество указаний. Осия, например, пишет о нем (12:13): «Чрез пророка вывел Господь Израиля из Египта и чрез пророка Он охранял его». Пророческое служение Моисея примечательно тем, что Господь Сам открылся ему и велел идти в Египет, к своим братьям, чтобы возвестить им откровение об Иегове (Сущем) и вывести их из египетского рабства. С этого момента Моисей и его окружение были включены в драму Египта.

Во Второзаконии (18:18-22) Моисей сам себя называет пророком, воздвигнутым Богом, в том смысле, что лично от Него он получил заповеди, законы и постановления и передал их народу, а также был учителем и воспитателем народа. Здесь он представлен, как величайший из провозвестников Божиих, так как предсказывает пришествие другого Пророка, Который будет более, чем Пророк, — о Сыне Божием Иисусе Христе, Спасителе мира.

Но служение Моисея не ограничивалось только миссией пророка. Священное Писание показывает, как многогранна была его деятельность, в которой он наиболее ярко проявил себя как вождь и законодатель Израиля. В пророческом псалме Асафа (76:21) Моисей и его старший брат Аарон представлены, как вожди, рукой которых Сам Бог вел израильский народ. Но это общее представление о служении Моисея, красной нитью прошедшее через весь Ветхий Завет.

О том, что он был вождь, находим подтверждение и в Новом Завете. Стефан ви­дит Моисея как правителя, «начальника и избавителя» (Деян. 7:35). Павел в Послании к Евреям (3:2,5) сравнивает его со Христом, «Вождем спасения» (Евр. 2:10; Мф. 2:5-6).

Для верных Божиих Моисей — несомненный лидер, воистину выдающийся вождь, фактически «царь Израилев» (Вт. 33:5). Да, он был вождь от Бога, Его помазанник.

Кратко рассмотрим, что представлял он из себя как вождь, и хотя бы упомянем те основные черты, которые так существенно отличают его от множества вождей и лидеров всех времен и народов.

1. Моисей был вождем не сам от себя, но призван и поставлен на это служение Богом (Исх. 3-4). Хотя он долго отказывался, но Господь настоял и все равно поставил его, так как готовил его с детства в особых условиях и особыми путями. Он снабдил его всеми необходимыми духовными дарами, помазал Духом Святым, открыл ему сокровенную истину и многие из тайн.

2. Он — вождь, которого Бог использовал исключительным образом (Исх. 5 гл. и далее). Когда Моисей возвратился в Египет из мадиамской пустыни и предстал перед фараоном, Бог могущественно действовал через него.

3. Моисей — истинный вождь, исполненный отеческого, даже священнического духа и милосердия. Он любил свой народ и заботился о его материальном и духовном бла­го­состоянии. Когда народ согрешал (а согрешал он часто), Моисей молитвенно заступал его перед Богом, ходатайствовал о нем и делал это решительно и смело.

4. Он — вождь, которому противостояла сильная оппозиция из его же народа, даже из его близких. Библия передает два случая такого противостояния, как наиболее яркие. Остановимся на них подробнее, чтобы извлечь для себя уроки.

а) Мариамь и Аарон (Чис. 12:1-3).

Когда влияние Моисея возросло, он сталкивается с честолюбивыми и завист­ливыми соперниками, в числе которых оказались, к удивлению, его сестра и брат. Сестра была инициатором и привлекла на свою сторону Аарона. Она забыла, что если бы Моисей самоотверженно не последовал призыву Божию, то всем им при­шлось бы долго страдать под бичами приставников. Она явно была недовольна вто­рым местом и по наущению сатаны попыталась подорвать авторитет Моисея. По­водом к недовольству послужил его брак с Сепфорой, у которой бы­ла смуглая кожа, как у эфиоплянки. Свою зависть они оба (Мариамь и Аарон) благочестиво прикрыли мнимой ревностью о Боге, отказываясь признать за Моисеем единственное право говорить народу от имени Иеговы.

Реакция Моисея была образцовой. До глубины души уязвленный, он не стал оправ­дываться перед ними, потому что для него превыше всего была слава Божия, а не собственный авторитет. В связи с этим делом Библия и упоминает, что Моисей «был человек кротчайший из всех людей на земле». Но не­смотря на свою кротость, он твердо стоит против оппозиции там, где он прав и верен Господу, и всякий раз Сам Бог вступается за него. Кротость Моисея в английской Библии переведена как смирение. Это способность Моисея подчиниться воле Божией, смиренное хождение перед Ним. Если у человека это есть, тогда он смел и отважен перед людьми. Так и Господь Иисус был самым смиренным среди людей, но Он твердо стоял за истину.

В данном случае Моисей сохранял полное достоинства и величия спокойствие, и Господь не допустил, чтобы авторитет Его слуги был оспариваем. Поскольку дело шло о публичном оскорблении, оно потребовало публичного суда и наказания: Бог наказал Мариамь проказой, и она была удалена из стана на семь дней. Когда ревнивые и честолюбивые соперники посягают на помазанников Божиих, то какими бы немощными и заблуждающимися они ни были, Бог подвергнет их суду и наказанию.

б) Восстание Корея, Дафана и Авирона (Чис. 16).

Второй вызов был брошен Кореем и его сообщниками, питавшими безосно­вательную зависть к Моисею и даже Аарону. Они тоже, под влиянием сатаны, прикрывают свою зависть мнимой ревностью за святость общества. «Полно вам, — заявляют они, — все общество, все святы, и среди них Господь! Почему же вы ставите себя выше народа Господня?» Какое лицемерие! Но оно воздействовало, и эти трое составили заговор против Моисея и Аарона, втянули в него 250 именитых мужей и произвели возмущение в народе. И хотя Моисей и на этот раз не оправ­ды­вался, Бог не замедлил заступиться за него, и над отступниками свершился грозный суд: разверзлась земля и живыми поглотила Корея и всех его сообщников с семьями и имуществом. Бог ревниво защищает тех, кого Он призвал и поставил!

 

5. Моисей — вождь, который заботился о том, чтобы иметь преемников. Он понимал, что после его отшествия дело Божие будет продолжаться, и просил Господа поставить на его место человека, могущего продолжить его миссию (Чис. 27:15). Господь усмотрел и поставил его преемником Иисуса Навина.

6. Моисей — вождь, который тоже спотыкался и получал от Бога наказание (Вт. 32:48-52). Но он осознавал свои ошибки и сокрушался, молился Богу о милости (Вт. 3:23-29), что указывает на его высокий и чуткий дух. Он верой преодолел все свои слабости и вошел в славу Божию победителем.

7. Моисей — мудрый вождь, проявлявший готовность выслушивать по­лез­ные со­веты и увещания от тех, кто стоял рангом ниже его. Его отличала удивительная спо­­­собность принимать и следовать этим советам, когда он убеждался в их целе­сооб­раз­ности и разумности. Примером такого рода служит совет его тестя Иофора (Исх. 18:1-27).

Израиль вышел из Египта, как беспорядочная, неорганизованная толпа рабов, забитых, униженных и строптивых. Трудности пути в пустыне часто вы­зы­вали у них ропот и недовольство, ставили проблемы. Их надо было рассматривать, выслу­шивая жалобы людей, выносить по ним решения. Этот народ надо было приводить в порядок, делать его дисциплинированной нацией. Но общество было ог­ромным (около двух миллионов), а он, вождь, поставленный от Бога, один! Невы­но­симый гнет управления, перегрузки судебных функций едва не подорвали здоровье Моисея, так как физические и нервные силы человека имеют свой предел, который нельзя переступать! И вот однажды, наблюдая за тяготами судо­производства, Иофор подает Моисею, своему глубоко уважаемому зятю, разумный и своевременный совет. Он предлагает ему второстепенную часть той непосильной ра­боты, которую он нес один и едва не свалился под ее бременем, передать другим. Пусть это будут спо­собные, хотя и менее одаренные, чем он, но обязательно бого­боязненные, надежные и достаточно зрелые люди. Сам же он должен сосре­до­точиться на высших целях и функциях руководства народом в целом.

Это был совет от Бога, и Моисей последовал ему.

Искусство распределения обязанностей и заданий — великий талант руководства. Он тем и славен, что руководитель, не выпуская из рук бразды правления, одно­временно предоставляет другим проявить свои дарования, при этом не пере­кладывая на плечи сотрудников своей ноши. Господь не благословляет ленивых, а тех, кто стяжает себе власть и имя трудами других, с омерзением отвергает!

Моисей — это вождь сугубо ветхозаветной истории. Новый Завет нам тоже представляет выдающихся вождей, лидеров нового времени, нового, Христова, Завета, нового, Христова, духа, руководителей более возвышенных качеств. Это Апостолы и многие служители и подвижники Церкви. Но мы много чему можем поучиться и у Моисея, особенно его обращению с людьми, теми, кто находился к нему в оппозиции. Мы должны ходатайствовать за тех, кто стоит в оппозиции к нам и выдвигает против нас несправедливые обвинения. И после нас дело Божие будет продолжаться, поэтому и мы должны беспокоиться о своих преемниках и го­товить их заблаговременно. Мы тоже спотыкаемся и падаем, поэтому должны хо­дить в смирении и быть снисходительны к другим.

Итак, Моисей как вождь является образцом для нас в том, что он никогда не переставал учиться руководству.

 

 

Моисей как законодательtc "Моисей как законодатель"

 

В этом качестве Моисей проявил гениальные способности. Он — личность уникальная и неповторимая, единственная в истории человечества, которая так близко приступала в присутствие Бога. «...Кто отважится сам собою приблизиться ко Мне? — говорит Господь» (Иер. 30:21). Конечно, только тот, кого Он Сам приблизит, чтобы предстательствовать перед Ним. Этим особым избранником и был Моисей, поднявшийся в присутствие Господа настолько близко, что лицо его «стало сиять лучами от того, что Бог говорил с ним». От Бога он получил необходимое свидетельство о Его святости, Его чело­веколюбии и гнушании идолами и о Его участии в судьбах человеческой истории (Исх. 34:1-35).

Однако величие личности Моисея не исчерпывалось тем, что Бог так приблизил его к Себе и так доверительно беседовал с ним. Оно заключа­лось в том, что Бог через него даровал народу Свое живое творческое слово, преобразившее мировоззрение и жизнь народа, просветившее его силой Божиих откровений. Моисей впервые в истории человечества сформулировал и передал народу уставы, законы и поста­новления Господни, которые с такой чистотой и ясностью изложены в Синайском кодексе и получили название Закона Моисеева. Израиль отныне и впредь стал жить и поступать, руководствуясь заповедями этого Закона.

Благодаря этому великому делу Моисей стал фигурировать в Писании, как тот, через кого Бог дал ветхозаветный Закон. И потому в Новом Завете читаем: «Ибо закон дан через Моисея, благодать же и истина произошли чрез Иисуса Христа» (Ин. 1:17). Новый Завет много раз соединяет Моисея и Закон вместе. Новозаветные писатели часто говорили: «как сказал Моисей», ссылаясь на него, как на незыблемый авторитет.

Цель Бога в отношении Израиля была чрезвычайно велика: народ необходимо было, во-первых, оторвать от зависимости Египту и подвести к зависимос­ти от Бога, чтобы дать ему источник сил свыше; и во-вторых, употребить его в прямом назначении как пророков и священников для народов земли. Для этого потребовалось заключить с Израилем Завет.

Книга Исход в главах 19-20 показывает хронику тех событий. На третий месяц после выхода евреев из Египта Господь приводит их в Синайскую пустыню к величественному Синайскому хребту и размещает стан у горы Хорив, чтобы здесь заключить с ними Завет и преподать законы для руководства. Обстановка для этого была чрезвычайно серьезной, экстремальной и даже шоковой, настолько взволновавшей и поразившей все собрание, что люди не в состоянии были в полной мере оценить происходящее. Народу было повелено стоять у подножия горы в полной готовности ко встрече с Господом, три дня готовиться к этому событию и соблюсти святость и чистоту как внутренне, так и внешне. А стоя у подножия горы, не сметь переступить запретной черты, чтобы не быть мгновенно пораженными Богом.

Моисей поднялся на гору в присутствие Господа, Который сошел на гору, отчего она дымилась и пылала огнем. Этому экстремальному явлению сопутствовали дым, огонь, гром, молнии, землетрясение и густое облако. Темная вершина Синая, казалось, являлась центром шторма и сейсмической активности. Оттуда, из среды огня, из этого центра шторма вечный Бог вселенной объявлял Десять Заповедей Своему насмерть перепуганному народу. Люди были настолько потрясены и дрожали от ужаса, что взмоли­лись к Моисею, чтобы он, а не Бог говорил с ними напрямую. Никогда прежде они не были так объединены в своем желании, как на этот раз, и никогда прежде они не испытывали подобного страха. Страх переполнял их настолько, что они не могли нормально реагировать на происходящее и просили Моисея быть их заступником, их ходатаем, их посредником и их послом.

Таким образом, в тот наиболее серьезный и ответственный день в истории Израиля было решено, что Моисей будет говорить к народу именем Бога, и все, о чем он как посредник и заступник будет им говорить или требовать от них, будет восприниматься как Божие слово и как Божие требование. Небесное слово и небесная воля будут переданы израильтянам через этого избранного посредника. В этом Моисей отразил главный про­образ Мессии Иисуса Христа — Посредника и Ходатая Нового Завета.

Стоявший у подошвы Синая народ трепетал перед святостью и гроз­ностью Бога, потому что каждый сознавал свою нечистоту и греховность, и каждый знал, что Бог судит нелицеприятно. Завет, заключенный с Израилем у горы Синай, можно представить в рамках Завета, заключенного с Авраамом, Исааком и Иаковом. Однако этот Завет был новым и отличаю­щимся своей требовательностью, повелительностью и необходимостью подчинения. Моисеев Завет должен был продемонстрировать народам (через Израиля) слабость человечества в достижении Бога и в то же время подчеркнуть Его милость, предоставляя людям только один путь доступа к Нему.

Ни одна нация в мире не имела такого доступа, и ни один народ не имел таких мудрых и проницательных законов, какие имел Божий народ, и потому Израиль был ответственен в демонстрации этой правды людям (Вт. 4:5-7). Этот Завет не только обеспечил верное и правдивое свиде­тельство народам о требованиях Бога, но также содержал надежду спасе­ния для всего человечества, так как все нации увидят Бога вселенной, Творца неба и земли через послушный Израиль, Его избранный народ. (Вт. 28:9-10).

С того времени, как Бог у Синая бросил в огромный мир человечес­кого общества Свои строгие заповеди и постановления, считают еврейские богословы, и долго после того, как сопутствующие этому событию сейсми­ческие явления и Таинственный Голос прекратились, сила Божиих повеле­ний произвела такое неизгладимое впечатление, что веками отражалась в людских разговорах вплоть до сегодняшнего дня.

Господь остался верен Своему Завету, Израиль же со своей стороны часто нарушал его и не сдерживал обещания. Новый Завет в совершенстве осуществил то, с чем не справились евреи, и потому ново­заветная Церковь названа царями и священниками (1Пет. 2:9; Отк. 5:10).

У горы Синай через Моисея Господь преподал народу Десять фундаментальных Заповедей, носящих название Десятисловия или Декалога и положенных в основание «книги завета» (Исх. 24:7). Эта Книга Завета или Свод Законов, начиная с книги Исход и кончая книгой Второзакония, является расширенным толкованием Десяти Запо­ведей, приспособленных к потребностям оседлого образа жизни. Но дух Моисеева учения насквозь пронизывает и эти постановления.

Десять Заповедей, изложенных в книге Исход (20:1-17), разделяются на две части: одна половина размещалась на одной скрижали, другая — на второй. Первая часть характеризует отношение человека к Богу (ст. 2-12), вторая — отношения между детьми (ст. 13-17). Суть этих заповедей можно сформулировать следующим образом:

1. О единобожии — закон против политеизма. Это была совершенно исклю­чительная заповедь, до того времени абсолютно неизвестная другим религиям древности.

2. Закон против служения образу. Бог — есть Бог ревнитель.

3. Величие и значение имени Божиего. Это закон против злоупотребления Его именем или употребления Его имени всуе, т. е. напрасно.

4. Закон о субботе.

5. Закон о почитании родителей, которые в каком-то смысле представляют Бога пред людьми. Ап. Павел говорит, что это «первая заповедь с обетованием» (Еф. 6:1-3).

6. Закон священного дара человеческой жизни: «не убей!»

7. Закон святости брака: «не прелюбодействуй».

8. Закон неприкосновенности собственности: «не кради».

9. Закон против ложного свидетельства, подчеркивающий необходи­мость святости характера и личности человека.

10. Закон против посягательства на чужое, подчеркивающий необходимость иметь святое сердце, потому что все желания исходят из сердца.

Итак, Десять Заповедей охватывают обе стороны жизни, одна из которых связана с Богом, другая — с людьми. Образно говоря, первые пять заповедей обращены вверх, другие пять — вокруг нас. Десять Заповедей — основа Моисеева Закона; они имеют непреходящее значение. Поэтому Иисус говорит: «Не думайте, что Я пришел нарушить закон или пророков; не нарушить пришел Я, но исполнить» (Мф. 5:17). В новозаветную эру большинство заповедей из Закона было упразднено, так как на его смену пришла Благодать (Ин. 1:17; Гал. 2:15-19). Однако нравственные предписания Закона не теряют силу, а лишь доводятся до совершенства (Мф. 5:21-48). Поэтому Иисус, цитируя две великих заповеди (Мф. 22:37-38), фактически обобщил ими все Десятисловие, даже весь Закон. В учении Иисуса Христа и Апостолов мы находим все ветхозаветные заповеди, кроме субботнего дня, т. к. соблюдение субботы связано с выходным днем. И Христос, и Ап. Павел объяснили, как понимать субботу по Новому Завету (Мр. 2:23-28; Рим. 14:5-6; Евр. 4:1-11).

Вникнем в то, как Павел трактовал Закон. В Послании к Галатам он разъясняет, что мы получаем оправдание не через Закон, а единственно по вере в жертву Иисуса Христа. Целью Закона никогда не было оправдание: его задача — показать, что мы грешники и нуждаемся в Спасителе. Поэтому мы должны рассматривать Закон через Голгофу и воскресение Христа, тогда все становится на свои места.

Вот четыре важнейших назначения Закона, указанных Павлом:

1. «Для чего же закон? Он дан после по причине преступлений...» (Гал. 3:19). Закон был дан после того, как Авраам получил обетование о рождении Мессии и спасении по Благодати. Завет Бога с Авраамом, Исааком и Иаковом не отражал сущности греха. Через всю историю спасения завет с патриархами — это завет, полученный по вере. Поэтому через Моисея был дан Закон, имевший определенную цель: во-первых, показать страшную пагубную силу греха и, во-вторых, подвести людей к покаянию и вере. И когда Иисус Христос пришел на землю, первое, что Он возвестил, это покаяние и веру в Евангелие (Мр. 1:15). То же проповедует и Петр в день Пятидесятницы (Деян. 2:38). Таким образом, Закон был дополнением к откровениям, данным Аврааму (Рим. 5:20).

2. Закон был дан на определенный срок — «до времени пришествия семени» (Гал. 3:19), т. е. Иисуса Христа. Он один исполнил Закон, который до Него никто не мог исполнить по причине действия иного закона — закона греха и смерти. Исполнив, Он отменил его, поэтому о Нем сказано: «Конец закона — Христос, к праведности всякого верующего» (Рим. 10:4). Закон имел цель подвести людей ко Христу, Который есть наш Спаситель (Евр. 7:11-12,17). Только верой в Христа, Сына Божия, Первосвященника Нового Завета человек обретает спасение.

3. Закон был дан израильскому народу, как наставление, как «детоводитель ко Христу» (Гал. 3:24). Он сдерживал грех. Если посмотреть на него сверху, он был инструментом управления Израилем. Это был барьер, отделявший его от язычников. Если смотреть на него снизу, он служил препятствием для развития греха в Израиле.

4. Если смотреть на Закон изнутри, то он был зеркалом, помогающим человеку увидеть самого себя (Иак. 1:23-25). Благодаря Закону каждый мог увидеть себя грешником и понуждаться в Искупителе.

Кроме скрижалей Десятисловия, Моисей получил от Бога откровение о построении скинии, законы, уставы и постановления относительно всех сторон жизни народа — общественной, гражданской, духовной, семейной. Он не только передал это народу, но и научил его все тщательно соблюдать, строго наказывая нарушителей Закона.

Вот что пишет д-р Лоуренс Даф-Форбс относительно двух даров на Синае: «Закон был Божиим шоковым лечением от безумия греха! И мне кажется, что шок был так силен, что ум человека не был в состоянии в полной мере оценить и порадоваться факту, что с этой самой горы, в тот же самый момент и через того же самого человека, Моисея, тот же самый вечный Бог дал человечеству второй превосходный подарок.

Было два откровения на горе Синай, а не одно! Первое сопровожда­лось немедленно другим, разъяснительным, подаренным от любви к людям. Законы, которые Бог дал на Синае, были дарованы от любви, ибо Бог, хотя и Верховный Законодатель, извергает любовь на их происхождение. И в самом деле, свет, ярко светящий с этой самой горы, был светом, струившимся от любви; поддерживающая и успокаивающая правда была про­демонстрирована преподнесением второго Божественного подарка, второго дара от Трона Господня, ибо в то же самое время Бог передал проект Храма, уникального в истории, детали которого начинают открываться в Исходе 25 гл.

Это поразительно: Закон, объявляющий Самого Бога Автором, Влады­кой и Глашатаем, сопровождается сооружением, которое в равной мере заявляет Самого Бога его Творцом, Оформителем и Руководителем» (Ж. «Виноградник», 03-94).

Конечно, для столь великой задачи необходим был образованный и одаренный человек, способный изложить и духовным, и юридическим языком все заповеди и предписания Закона в доступной и вразумительной форме. Моисей был таким человеком, которого Бог готовил от чрева матери и соответствующим образом воспитывал в Своей школе. Фактически законодательство Моисея было первым в мире чело­ве­колюбивым законом, четко и ясно сформулированным и переданным от Бога целому народу. Этот Закон был столь совершенен и прогрессивен, что впоследствии был заимствован многими народами для составления своих законодательств. Моральная сила его заповедей неиссякаема.

Преподавая Израилю Закон на Синае, Бог преследовал далеко идущую цель: «Итак, если вы будете слушаться голоса Моего и соблюдать завет Мой, то будете Моим уделом из всех народов, ибо Моя вся земля» (Исх. 19:5). Изучая историю израильского народа на предмет выполнения ими этой задачи, мы видим, что она полна драматизма: сколько раз этот народ был на грани исчезновения! Но всякий раз он словно восставал из пепла, возрождался и укреплялся. В чем причина столь феноменального явления?

У этого народа было нечто такое, что давало ему силу снова и снова восставать и двигаться вперед. Этим нечто было слово живого Бога, Его откровение, Его святой Закон, который Израиль получил через Моисея. Именно этот Закон сформировал его в крепко сплоченную Нацию; не просто в интеллектуально сильных людей, но в избранный народ, в общество Господне. Этот Закон сопровождал его во все периоды его истории и сохранил во всех превратностях судьбы. Он не был сухим предписанием определенных правил и постановлений об отношении человека к Богу, друг к другу, животным, природе, земле и т. д., но был живым творческим словом Самого Бога, Его откровением и потому явился сокровенным источником силы для национального и духовного сознания Израиля. Источник созидательной силы Закона заключался в Боге, поэтому он обладал большим влиянием на народ. Закон открывал Бога, бесконечно великого и непостижимого, Который хочет говорить с человеком и давать ему Свои откровения, наставления и законы, чтобы он мог праведно жить. В Законе Израиль видел Бога своим Творцом и Попечителем, а себя — Его творением, всегда нуждающимся в Нем и обязанным Ему поклоняться и служить.

Но самое главное назначение Закона было в том, что благодаря ему Бог тща­тель­ным образом оберегал израильский стан от посягательств сатанинских сил, пытаю­щихся туда проникнуть, чтобы губить народ. Моисей, как мудрый домо­стро­итель, старался уберечь народ от контактов с властями тьмы. Передавая ему законы и постановления от Бога, он строжайшим образом внушал народу мысль, что каждое нарушение заповеди — не просто преступление или грех, но это та дверь, через которую духи зла могут вторгнуться в общество и разложить его.

Поэтому от Синайского Кодекса веет такой суровостью. Сегодня многие читатели Библии зачастую не понимают ни Моисея, ни Бога, ни причин такой большой строгости по отношению к нарушителям Закона. Они не понимают и той роковой опасности, которая постоянно угрожала всему обществу и стояла за тем или иным нарушением заповеди Божией. А потому необходимо взглянуть на этот вопрос с позиций откровения Божия в Новом Завете, раскрывающем как сущность опасности, так и сокровенный смысл строгости Моисея. Послание Апостола Павла к Ефесянам (2:2; 6:12) снимает покров над этой тайной, показывая существование высоко организованной иерархии властей тьмы, ведущих непрестанную войну против народа Божия и использующих малейший проступок верующего, чтобы нанести урон всему обществу Господню.

Учитывая именно эту грозную опасность, Бог и создал такой непреодолимый барьер в виде строгих предписаний Закона. И Моисей, и Закон Моисеев соответ­ствовали этой колоссальной задаче. Именно с этой точки зрения и следует рас­сматривать некоторые «неблаговидные» проступки отдельных персонажей Библии, так как они были спровоцированы через обольщение и явились результатом совращения их диаволом.

В связи с этим приведу выдержку из книги Дж. Пенн-Луис и Э. Робертса, духовных работников начала нашего века, трудившихся на юге Англии. Они пишут: «На огненной горе Бог дал Моисею строжайшие указания, как обороняться от влияния и воздействия этих духов. Он получил торжественное повеление хранить израильский стан в чистоте от всякого общения с властями тьмы, наказывая смертью любую попытку предоставить вход этим властям в стан. Моисей обязан был применить наказание смертью к каждому, кто хотя бы на йоту готов был уступить усилиям духов обольстителей.

Уже тот факт, что Бог дал такой Закон, который простирается на эту духовную область, а также тяжесть наказания, угрожавшая каждому за преступление этого Закона, доказывали:

1) существование высокоорганизованных властей тьмы;

2) их зло и великую опасность для человеческого общества;

3) их способность общаться с людьми и стремление завладеть ими;

4) необходимость неизбежной и постоянной борьбы с ними и с их делами.

Бог никогда не установил бы определенных законов для защиты от воображаемых опасностей; к тому же Он не установил бы тяжелейшего из всех наказаний, если бы соприкосновение народа со злыми существами невидимого мира не было таким страш­ным преступлением с тяжелыми последствиями. Суровость наказания ука­зы­вает на то, что вожди народа должны были быть в состоянии ясно и отчетливо различать духов, так чтобы верно судить в тех случаях, которые доводились до их сведения» («Война со святыми», Лейкастер, 1916).

Как во времена Моисея, так и в более поздние времена духовный подъем и духовный упадок израильского народа зависел от того положения, какое он занимал в отношении сатанинских воинств тьмы. Когда вожди народа твердо придерживались Закона Божиего, оберегали стан от проникновения в него духов зла, народ в духовной жизни стоял высоко; когда же вожди впадали в грех и отступали от Закона, духи зла проникали в их среду. Начиналось падение, нравственное разложение, а затем и полное поражение народа. И если порой сила Божия могущественно проявлялась в этом народе, как затем и в новозаветной Церкви, то это зависело от того, насколько их вожди преодолевали силы властей тьмы.

Это очень важная и серьезная истина, от понимания которой зависит победа или поражение народа Божия. И сегодня там, где служители понимают этот вопрос и тверже придерживаются библейских принципов борьбы, они тщательно оберегают свою паству от обольщения и проникновения в нее учений заблуждения; а те церкви, где сами служители отступили от истины и попустили ересям проникнуть в их среду, — подверглись разлагающему действию обольстителей. И как древнему Израилю Бог заповедал тщательно соблюдать Закон и хранить себя (И.Нав. 22:5), так и Церкви Нового Завета надлежит усиленно бодрствовать и тщательно хранить себя от учений заблуждения, последнее время наводнивших весь мир (1Ин. 5:18; Лук. 21:36).

Преподав Израилю Закон, правила духовной и общественной жизни, Моисей постепенно подвел его под дисциплину Божию так, что властям тьмы были закрыты все двери в общество Господне. Народ был поставлен под знамена, по коленам и по станам, и выглядел со стороны организованным и могущественным обществом.

Вот как предстал Израиль перед глазами пророка Валаама, нанятого его проклясть: «С вершины скал вижу я его, и с холмов смотрю на него: Вот, народ живет отдельно, и между народами не числится... Не видно бедствия в Иакове, и не заметно несчастия в Израиле; Господь, Бог его, с ним, и трубный царский звук у него. Бог вывел их из Египта, быстрота единорога у него. Нет волшебства в Иакове и нет ворожбы в Израиле. В свое время скажут об Иакове и об Израиле: вот что творит Бог!» (Чис. 23:9,21-23).

Задача Моисея по формированию Израиля в общество Господне, защищенное Законом Божиим во всех сферах его жизни и деятельности, была завершена. Бог велел Моисею избрать себе преемником Иисуса Навина, а самому взойти на гору Фасги, чтобы отойти с этой земли. Подводя итог его жизни, Библия свидетельствует: «И не было более у Израиля пророка такого, как Моисей, которого Господь знал лицом к лицу» (Вт. 34:10). Можно добавить еще: и такого законодателя и вождя тоже больше не было.

 


 

Глава 18

 

ДВЕ МОЛИТВЫ ВЕРЫ МОИСЕЯtc "ДВЕ МОЛИТВЫ ВЕРЫ МОИСЕЯ"

 

 

Верой побеждали царства, творили правду.., были крепки на войне, прогоняли полки чужих.

Евр. 11:33-34

 

Слова эпиграфа, обобщающие могущественные действия веры многих святых, более всего отражают молитвенный подвиг Моисея, необыкновенные дела его веры и служения.

Моисей — удивительная личность в Писании, талант которой многогранен. Он был не только великим мужем веры, но и великим мужем молитвы. Молитвой он достиг высшего величия. Он был влиятельным вождем и наставником народа не в силу своей гениальности, блестящих мыслей, неисчерпаемых сил, способностей, образования или при­род­ных данных (хотя все это играет свою роль), но потому, что молился. Бла­годаря молитве в его распоряжении была сила Божия, которая и оказывала такое сильное влияние на людей. На протяжении всего повествования о его дея­тель­ности Библия представляет нам Моисея, как мужа настойчивой молитвы, который сознавал ее бес­ко­нечные возможности и Божественную необходимость и находил в ней разрешение всех проблем. Для него молитва была так же важна, как и другие его обязанности. Источ­ник его силы и успех служения заключался именно в молитве. Он не просто молился, он боролся в молитве, а это требовало большого напряжения сил, времени и искусства. Молитва всецело владела его жизнью, была существенной составной частью его служения, открывала перед ним путь; в ней он черпал силу для своего нелегкого поприща.

Из повествования о Моисее как вожде и молитвеннике ясно вытекает мысль, что молитва — это не просто долг или обязанность, но это упражнение, требующее крайней духовной дисциплины и сосредоточенности. Он постоянно прибегал к молитве и подвизался в ней до полного изнеможения. Молитвенная борьба его обессиливала, измучивала, изнуряла; он уставал от парализующей слабости своего тела, зато достигал просимого и полной победы в борьбе.

Благодаря молитве Моисей поднялся на новую, более высокую ступень своего служения людям: он приобрел дух отца, священника, стал ходатаем и заступником перед праведным небом за много раз согрешавший и падавший народ. А когда Израиль подвергся величайшей опасности истребления через амаликитян, Моисей оружием веры и молитвы сразился с властями тьмы и во имя Божие одержал победу. Моля­щийся Моисей преодолел коварное противодействие сатаны в лице Амалика.

Молитвенное ходатайство и молитвенное борение Моисея неподра­­жа­емы.

 

1. Молитва ходатайстваtc "1. Молитва ходатайства"

 

Читая историю об Исходе Израиля, приходится удивляться: до чего этот народ был своенравным, непокорным, маловерным и малодушным! Столько чудес он видел, столько пережил благословений от Господа и при этом так много согрешал. Это был не просто плотской, но, по свидетельству Самого Господа, «жестоковыйный» народ (Исх. 32:9-10). Малейшие затруднения и невзгоды повергали его в уныние и ропот, и Моисею нелегко было справиться с его необузданностью и бунтами; часто приходилось нянчиться с ним, как матери с капризным ребенком.

Эта строптивость и малодушие древних евреев, отвергавших и забывавших бла­го­де­яния Бога,— образ души, противящейся Его Благодати и милости.

Реакция Моисея на постоянное бурление народа была образцовой. В неимоверно сложных обстоятельствах он всегда сохранял выдержку и полное достоинства спокойствие. Такие понятия, как личный престиж или авторитет для него не существовали, ибо он искал славы Божией. Он умер для своего «я» и обрел совершенно новые качества — качества духовного человека. Его кротость и смирение помогли ему вынести величайшее бремя — бремя всего народа. Он не только не обижался на ропотников, но прощал их, заботился о них и отечески умиротворял их души, регулируя между людьми отношения и ходатайствуя за них перед Богом.

Книга Исход (17:1-7) представляет нам один из замечательных примеров хода­тайственной молитвы Моисея.

Народ двинулся из пустыни Син и расположился станом в Рефидиме. Там не было воды, и люди в очередной раз подняли ропот. Этот ропот возрос до кощун­ст­венного утверждения: Моисей вывел нас из Египта для того, чтобы жаждой уморить нас, наши семьи и стада! Сколько кричащей плоти и духовной слепоты в этом их дерзком ропоте! Не их ли Бог перевел через воды Красного моря, которые силой Божией расступились в разные стороны? Разве Бог бессилен, чтобы напоить жаждущих? Где вера ваша? Но как скоро они забыли Его великие дела, Его милости и щедроты! Кажется, невозможно простить этот кощунственный ропот народа...

Что же делает Моисей? Сперва он пытается вразумить, усовестить народ: «Что вы укоряете меня? что искушаете Господа?» Но слова его не достигают успеха: народ еще сильнее начал роптать. Что было делать в таком положении? И тогда Моисей идет с молитвой к Богу. Он не просто молится, — он возвышает свой голос до великого вопля, прося у Бога совета и помощи: «Что мне делать с этим народом? еще немного, и побьют меня камнями». В своем тяжелейшем духовном конфликте и глубоком внутреннем беспокойстве он борется за то, чтобы разрешить проблему.

Господь поспешил ему на помощь и указал, где взять воду: «И сказал Господь Моисею: пойди перед народом, и возьми с собою некоторых из старейшин Израильских, и жезл твой..; вот, Я стану перед тобою там на скале в Хориве, и ты ударишь в скалу, и пойдет из нее вода и будет пить народ» (стт. 5-6).

В этом ответе содержится наставление и Моисею: этих негодных, ропщущих, бунтующих, готовых побить камнями надлежит терпеливо нести, заботиться о них, воспитывать их, удовлетворять их нужды. И Моисей в точности исполняет повеление Божие: он ударяет скалу — и потекла пресная, живая вода, благословение для измученного от жажды народа. Бог посредством жезла совершает великое чудо. Псалмопевец, размышляя об этом событии, облекает его в поэтические образы: «Рассек камень в пустыне, и напоил их как из великой бездны. Из скалы извел потоки, и воды потекли как реки» (Пс. 77:15-20); «Разверз камень, и потекли воды, потекли рекою по местам сухим» (Пс. 104:41).

Комментируя это событие с духовной точки зрения, Ап. Павел пишет: «...все пили одно и то же духовное питие, ибо пили из духовного последующего камня; камень же был Христос» (1Кор. 10:4).

Как не вспомнить здесь о страдающем Христе? «Он изъязвлен был за грехи наши и мучим за беззакония наши; наказание мира нашего было на Нем, и ранами Его мы исцелились... Он истязуем был, но страдал добровольно...» (Ис. 53:5-7).

Скала в Хориве — прообраз страдающего Христа. Он принял на Себя удары и поношения для блага людей. Его страдания открыли для нас, живущих в пустыне греха и умирающих от духовной жажды, живительный источник воды. Ударенная скала в Хориве — это распятый Христос, из Которого текут воды Благодати для жаждущего человечества. Вода в Библии — прообраз Слова Божия и Духа Святого, возрождающих нас. А потому свежая, пресная, родниковая вода в пустыне — жизнь для истомленных. Соленая или мертвая вода, непригодная для питья — образ мирских благ, приводящих к разложению и погибели.

Скала в Хориве указывает не только на Христа, но и на тех, кто идет по Его следам и не избегает ударов. Мы должны научиться молчаливо и мужественно выдерживать любые удары, как и Он «не открывал уст Своих; как овца, веден был Он на заклание, и, как агнец пред стригущим его безгласен, так Он не отверзал уст Своих» (Ис. 53:7). Перенося тяжкие страдания, Иисус молился за Своих мучи­телей, благословлял врагов. Не горькую воду проклятия, но живую, студеную давала эта Скала.

«Хорив» означает: «пустыня, глушь, дикая местность». Но когда Моисей ударил там в скалу, потекли чудные, обильные воды. История эта пристыдила тогда Израиль. Но и для нас она служит увещанием, о котором мы не должны забывать, когда оказываемся перед подобными затруднениями.

Роль ходатайственной молитвы Моисея в становлении Израиля трудно пере­оценить. Но, воспитывая народ, Бог одновременно воспитывал и самого Моисея. Он хотел приобщить его к тому роду служения, которое неизбежно сопровождает любого руководителя, — служению ходатая и посредника, фактически священника. Бог пробуждал в его душе те чувства сострадания и милосердия, без которых он как вождь и законодатель народа не мог бы состояться. Бог внушал ему пастырский дух: спасая своих братьев и ведя их к более высоким целям, он должен любить их и в состоянии подъема и воодушевления, и в состоянии падения и ослепления, должен носить их немощи и бремена. Через Моисея Господь находил доступ к сердцу народа, через Моисея и народ находил доступ к Богу.

Рассматриваемый нами случай произошел в самом начале Исхода, в Рефидиме, при выходе из пустыни Син (Чис. 33:11). Моисей дал название тому месту «Масса и Мерива», т. е. искушение и укорение (Исх. 17:7).

Подобный случай повторился в конце сорокалетнего странствования Израиля, уже с новым поколением, и тоже в пустыне Син, в Кадесе (Чис. 20:1-13; 33:36). На первый взгляд кажется, что это одна и та же история — так много здесь сходства. Но разница между ними весьма существенна: в Хориве Бог повелел ударить скалу, в Кадесе — только обратиться к скале со словами.

Как поступил Моисей на этот раз?

Вместо того, чтобы только сказать скале, он гневно ударяет в нее дважды и этим крупно погрешает перед Господом. Почему? Можно было бы подумать, что он погрешил вследствие своего возмущения неверностью народа, как это комментирует псалмопевец: «И прогневали Бога у вод Меривы, и Моисей потерпел за них. Ибо они огорчили дух его, и он погрешил устами своими» (Пс. 105:32-33). Но дело здесь не только в этом.

История об этой скале, кроме поучения, имеет глубоко пророческий смысл. Ударенная скала — образ Христа страдающего в Свое Первое Пришествие, когда Он был отвержен, презрен и прибит к кресту. Во Второе Пришествие Он явится как Царь, прославленный Глава Церкви, живущий Духом Святым в душах Своих искупленных. И отношение к Нему теперь должно быть подобающим — более духовным, более зрелым и возвышенным. Мы не должны Его уничижать, ударять грехами своими. Как Царь наш, Он достоин славы, чести и преклонения. Но, может быть, мы непослушны, как Моисей, и ударяем Его? Он стерпит любую боль, но оттого потерпим и мы.

Можно было бы предположить, что Бог, при таком очевидном пренебрежении Его волей, не даст обещанной воды. Но Он, невзирая на согрешение Моисея, подкрепил жаждущий народ, ибо из-за неверности Его служителей не должны страдать люди. Со служителями Он разбирается отдельно. Безусловная милость Божия, несмотря на удары и глумление людей, продолжает изливаться на этот недостойный, погрязший в грехах мир. Он остается неизменно верным, хотя Его творение проявляет неверность (Вт. 32:4; 2Тим. 2:13).

Это повествование преподает нам еще больший урок: то, что в Хориве было правильным и в согласии с волей Божией, во втором случае, в Мериве, было неправильным и против Его воли. Эта истина должна предохранить нас от легкомыслия и высокомерия и не позволить думать о себе и своих дарованиях больше, чем положено. Она должна удержать нас в покорной зависимости от Бога. Мы должны помнить, что существуют правила, которые даны нам на вечные времена, а другие — только для ориентира.

На протяжении своего сорокалетнего странствования по пустыне Израиль много раз искушал Господа, и Моисей неоднократно вымаливал для него прощение. Так было, когда израильтяне сделали себе идола и устроили вокруг него пляску по обычаю египтян (Исх. 32). Это был их тяжкий грех отступления от Господа (Пс. 105:19-23). Разгневанный Моисей сжег этого идола в огне, растер в порошок, рассы­пал по воде и дал ее пить народу. Затем призвал сынов Левия и повелел мечом истребить всех инициаторов и зачинщиков греха. Левиты умертвили около трех тысяч человек. Остальной народ Моисей призвал к освящению и посвящению себя Господу. На другой день он сказал народу: «Вы сделали великий грех; итак я взойду к Господу, не заглажу ли греха вашего. И возвратился Моисей к Господу и сказал: «О, народ сей сделал великий грех: сделал себе золотого бога. Прости им грех их. А если нет, то изгладь и меня из книги Твоей, в которую Ты вписал» (стт. 30-32).

Чтобы спасти Израиль от Господнего гнева, Моисей пред­лагает свою собственную жизнь. Он готов взять грех народа на себя, если Бог не найдет другого способа простить Израиля. Он просит Господа, чтобы его жизнь стала искуплением за грехи народа. Как представитель колена священства и сам исполненный священнического духа, Моисей мог сделать грандиозное жерт­во­приношение из тысячи овец и быков, но он просто предложил свою жизнь и этим символически отобразил Христа, взявшего на Себя грехи человечества.

Моисей вымолил народу прощение. Его молитва, предложившая Богу себя во искупление грехов народа, — это не просто молитва высочайшего посвящения и ходатайства. Это жертвенная молитва, молитва самой вели­кой и невосполнимой жертвы. Только великие мужи веры готовы были разделить участь своего народа, какой бы печальной она ни была. Они настолько отождествлялись с ним, что Бог мог использовать их как орудие избавления и благословения этого народа. В решающий час испытаний они способны были возвращать отпадших к Богу. Таковы были Моисей в Ветхом и Павел в Новом Заветах (Рим. 9:1-4).

Четыре раза Господь хотел истребить этот народ за его грех ропота, возмущения и отступления: Исх. 32:11-14; Чис. 14:1-24; 16:20-22; 16:41-45. И все четыре раза Моисей заступил его. Был ли Моисей милосерднее Бога? Нет, конечно. Но Бог, созидая Израиля в особый народ, таким образом хотел избавить его от внешнего и внутреннего рабства — от порабощения грехами плоти и от привязанностей сердца к этим грехам. Благодаря помощи Господа Моисей достиг успеха в своей заботе о народе.

Моисей терпеливо нес бремя народа и на высшем уровне исполнил закон Христа, который в Новом Завете повелевает верующим носить «бремена друг друга» (Гал. 6:1-2). Он на все времена явил чудный пример пастырства, по­казав служителям Церкви, как надлежит пасти Божие стадо, «надзирая за ним не принужденно, но охотно и богоугодно, не для гнусной корысти, но из усердия, и не господствуя над наследием Божиим, но подавая пример стаду...» (1Пет. 5:1-3). В этом он — великий прообраз Иисуса Христа, истинно­го Пастыря и Ходатая Нового Завета, Который полагал Свою душу за овец.

Моисей сумел показать людям не только любовь Божию, Его прощение и бесконечное долго­терпение, но и Божию строгость, справедливость и суд. Некто сказал: «Истинное руководство всегда требует большой дани от всего человека. И чем больше он годится для руководства, тем выше та цена, которую он за это платит». Моисей уплатил вы­сокую цену: он пережил путь креста, одиночество, критику, отвержение, изнеможение в трудах и борьбе. Его жизнь и служение — сплошная жертва.  Какой это пример для нас! Способны ли мы на такое самопожертвование? Ибо только такой человек может быть ходатаем за других. Да, велика была вера пророческой души Моисея в Божию благость и справедливость. Велика была и сила его заступнических молитв. Один муж веры, насмерть стоящий «в проломе» (Иез. 22:30) за народ, спасает его от гибели!

Ходатайственное служение Моисея за наследие Божие окончилось с его жизнью на земле. Мы же в новозаветное время имеем такого Ходатая, Который вечно жив, чтобы всегда предстоять пред Богом за нас (1Ин. 2:1-2; Евр. 7:24-25). Когда мы в искушении, в борьбе или нам грозит большая опасность, и мы мечемся, не зная, как поступить и на что решиться, вопием к Богу, — тогда к нашим молитвам Господь присоединяет Свою и ходатайствует за нас пред Отцом. Он ходатайствует за нас и тогда, когда мы согрешаем и падаем, как это делал Моисей за согрешивший народ. Иисус поднимает нас и дает нам новые силы для борьбы и победоносной жизни.

Итак, молитва веры, которую Моисей приносил за свой народ и которую мы рассмотрели, является дивным примером ходатайственной веры. Она учит нас любить и быть ходатаями за своих ближних. Таким образом исполняется правда Божия.

 

 

2. Молитва борьбыtc "2. Молитва борьбы"

 

На пути Израиля стояли три сильнейших и злейших врага: Ог — царь васанский, Сигон — царь аморрейский и амаликитяне, потомки Исава, жившие разбоем и грабежом. Ог, Сигон и Амалик — диавольская троица, руками которой он создал план уничтожения евреев. Но Моисей сумел разгадать этот план, противостал диаволу и разрушил его замысел. С этой стороны он являет нам веру, противостоящую и активно борющуюся против врага Божия, веру побеждающую (1Ин. 5:4).

После чудесного напоения водой из скалы Израиль встретил новую большую и грозную опасность. Библия сообщает: «И пришли амаликитяне, и воевали с израильтянами в Рефидиме». Амаликитяне — один из коварнейших языческих народов-кочевников. Они обосновались на юге Палестины и вели разбойничий образ жизни, докучали Израилю набегами и грабежами (Быт. 36:12; Вт. 25:17-19; 1Цар. 15:1-2; 30:1-2). Вот как коварно поступал Амалик: он нападал не на главные силы народа, а на немощных, уставших в пути, а потому и отставших от колонны, неспособных защититься, и убивал их. Это было племя бедуинов, преданное Богом проклятию, которое Он повелел уничтожить полностью, чтобы от них не осталось даже памяти (1Цар. 15:3). Амалик — прообраз сатаны, который ставит преграды народу Божию на пути веры, чтобы губить души.

Когда амаликитяне напали на израильский стан, в тот момент весь народ, в полном его составе, не готов был к отпору из-за недавно пережитого ропота и недовольства. Что же предпринимает Моисей?

В виду того, что на этот раз ситуация была более опасной и угрожающей, чем прежняя (с водой), так как этих непримиримых, жестоких врагов поднял диавол, Моисей меняет тактику молитвы: он превращает ее в поле битвы, в духовную брань. Он ведет войну на двух фронтах — физическом и духовном. Ключевую, духовную и более ответственную позицию занял он сам, а физическую поручает Иисусу Навину. Для этой цели он повелел избрать отважных, мужественных, не потерявших духа воинов и во главе с Иисусом Навином вступить в сражение с амаликитянами. Сам же поднимается на вершину холма, чтобы оттуда обозревать поле сражения и одновременно молитвенно бороться против невидимого врага, стоящего за Амаликом.

Это одно из интереснейших мест Писания, открывающих средства и методы духовной войны с нашим противником. Там, на горе, Моисей воз­девает свои руки вверх; в руке у него жезл Божий — его духовное оружие. Это был тот самый жезл, которым он поражал Египет казнями и разделил во­ды Красного моря. Этим жезлом он в Рефидиме извел воду из скалы. А теперь Моисей поднимает его против невидимых поднебесных сил зла, восставших на Израиля, чтобы не допустить к пределам Обе­то­­ван­ной Земли.

Этот случай показывает, что главным противником народа Божия во все периоды его истории были не сами люди, а бесовские духи во главе с их князем, господ­ст­вующим в воздухе и действующим в сынах противления (Дан. 10:13; Еф. 2:2-3; 6:12). Это они поднимали и поднимают амаликов всех времен — людей мира сего, богоненавистников и богоборцев. Поднимают их с мечом и без меча в руках, чтобы преградить сынам света путь в небесную страну.

Заметим, что в методах борьбы и противостояния властям тьмы Иисус Навин впо­следствии в точности следовал Моисею. Когда он завоевывал Ха­наан, то, по повелению Господа, простирал свое копье против невиди­мых врагов, в то время как его воины сражались против видимых — сопротивля­ющих­ся языческих племен, и так одерживал победу (И.Нав. 8:18,26). В этом можно усмотреть некое чрезвычайно важное правило борьбы с духовны­ми врагами Церкви Божией. Ее брань с вражьей силой не прекратится, доколе ей не по­ложит конец Сам Христос, Господин вселенной. А пока это произойдет, каж­дый служитель и каждый христианин должен научиться искусству духовной борьбы, чтобы иметь победоносную жизнь. И как Моисей взошел на холм и, воздев к небу руки, тем самым явил «знамение креста» (Иустин Фило­соф), которым поражал диавола, так и мы должны верой подниматься на Голгоф­ский холм и воздетыми вверх руками, силой Его и Кровью Его, поражать вра­га в обстоятельствах своей жизни. Сегодня наш «холм» — это уединенная комната молитвы, где вдали от забот и суеты мы можем простираться к Богу, «воздевая чистые руки без гнева и сомнения» (1Тим. 2:8).

По Писанию можно проследить, что означали воздетые к небу руки или прос­тертые по повелению Господа. Образ служения с простиранием рук и с протянутым вперед перстом Сам Бог от Себя передал человеку. И потому все ветхозаветные служители (пророки и мужи веры) при необходимости прибегали к этим действиям. Во-первых, руки поднимали (простирали) вверх во время молитвы, тем самым вы­ражая молитвенное устремление души к Богу, при котором нисходит на нее Благодать и вдохновение (3Цар. 8:22; Пс. 133:2; 142:6). Во-вторых, руки простирали по повелению Бога с жезлом (Исх. 14:16,26-27) или копьем (И.Нав. 8:18,26). Библия показывает случай с Озой, который самовольно простер руку к Ковчегу Божию, за что был наказан (1Пар. 13:10). Многие праведники Ветхого Завета следовали этому святому правилу — молиться с поднятыми вверх руками: Моисей на горе, Давид (Пс. 27:2; 62:5; 142:6), Соломон (3Цар. 8:22; 2Пар. 6:12-13), Иеремия (Пл. Иер. 3:41). Такое же повеление дано молящимся мужам в Новом Завете (1Тим. 2:8).

Итак, служение рук ветхозаветных святых имело большое значение. Это видно из следующих за ними действий. Например, чтобы вывести евреев из Египта, Богу недостаточно было действия Его сил («руки крепкой и мышцы простертой» — Исх. 6:6; Вт. 4:34; 5:15; 7:19). Ему понадобился еще и служитель, который смог бы проявить перед фараоном авторитет этой «руки крепкой и мышцы высокой». Таким служителем оказался Моисей. Вместе с Аароном он должен был практически, неотразимыми доказательствами, убедить фараона отпустить народ. Для этого именем Иеговы ими были совершены все великие и страшные знамения и чудеса. Обращает на себя внимание тот факт, что они делались через одно, на вид не­зна­чительное, с точки зрения человека, действие — простирание руки. Оно пред­шествовало каждой казни, каждому событию или знамению, которое Господь хотел совершить перед фараоном (Исх. 7:19; 8:5-6,16-17; 9:22-23; 14:16,21,26-27).

Бог неоднократно повелевал: «Простри...», «Простри...», «Простри руку твою с жезлом». Неужели нельзя было иным путем, не таким почти «юродивым» (1Кор. 1:21,25), вызвать эти сильные и ужасные явления? Видимо, нельзя и не нужно было делать иначе, но именно так, как определил Бог. И это была не магия, не колдовство, не волхвование. Моисей и Аарон были мужами святой молитвы и глубокой веры. О них сказано, что «верой перешли они Чермное море, как по суше» (Евр. 11:29).

Тогда возникает вопрос: когда есть вера и усиленная молитва возносится к Богу, как было у моря перед Ваал-Цефоном (Исх. 14:15-16), то для чего еще простирать руки? Однако Бог повелевает простереть руку, чтобы разделить воды моря, а затем чтобы сомкнуть их. Неужели, совершая великое, о чем рассказывает 14 глава, Господь Сам, без простертой руки Моисея, не мог разделить и соединить воды моря?

Это действие осталось бы для нас загадкой, если бы его не объяснила Библия. Видимо, простертая рука имеет глубокий духовный смысл, что хорошо иллюстрирует эпизод с воздетыми на горе руками Моисея (Исх. 17:8-16). После того, как он целый день продержал свои руки поднятыми вверх, он устроил жертвенник и сказал: «Иегова Нисси — Господь знамя мое». Как радуга пред Богом и людьми была знамением милости и спасения (Быт. 9:11-16), так про­с­тертые к небу руки являются знамением силы и могущества Божиего над невидимым станом врагов. Только так могло быть проявлено могущество и победа Божия над властью сатаны в деле избавления Израиля.

Значение этого действия очень велико: «...для одних запах смертоносный на смерть, а для других запах живительный на жизнь» (2Кор. 2:16), в зависимости от того, для чего простираются к Богу руки (Иер. 1:9-10). Не потому ли наши руки названы «мужами силы» (Еккл. 12:3), «мышцами» сокрушения, а наши персты — «перстами брани» (Пс. 17:35; 143:1)? Богу нужны не только слова и молитвы, но и руки, и персты верных Его служителей (Рим. 12:1; 1Кор. 6:20). О, если бы мы постигали «верность Ему в малом», чтобы стать сильными во всем!

Во имя Господне воздевание и простирание руки или обеих рук (Пс. 62:5) мы видим не только у мужей веры (Моисея, Аарона, Иисуса Навина, Давида и др.), но и у Самого Бога, от Него оно перешло и на Его рабов:

«Простру руку Мою и поражу Египет» (Исх. 3:8), — говорит Господь.

«Я всякий день простираю руки Мои к народу» (Ис. 65:2). Библия многократно свидетельствует о том, что Бог простирал Свои руки: Ис. 11:11,15; 26:11; 31:3; Иер. 6:12; 21:5; Иез. 13:9; 14:9,13 и др.

«Я поднял руку Мою и клялся Аврааму» (Исх. 6:8). Библия со всей ясностью показывает, как велико значение в духовном мире, когда Бог на небе, а человек на земле простирают руку. Это действие производит в стане врагов, духов поднебесных, великий ужас (Иер. 32:21), а в обществе Господнем — великое торжество, радость и песнь хвалы (Исх. 15:1-21). Это результат сотрудничества человека с Богом (1Кор. 3:9), производящий чудную симфонию единения, когда истина возникает «из земли» и правда «приникает с небес» (Пс. 84:11-12). Бог всегда ищет такого сотрудничества с верующими людьми.

Итак, простереть руку во имя Господа (Пс. 19:6) означает: с уверенностью возвестить победу Божию в тех обстоятельствах, где враг противостоит исполнению Его обетований, подобно тому, как через Вечерю смерть Господня возвещается, «доколе Он придет» (1Кор. 11:26). Так было и с Израилем: Бог обещал вывести его из Египта через четыреста лет (Быт. 15:13-14), а фараон усиленно стал препятствовать этому. Получилась задержка и нарушение верности Божией (Исх. 12:40). Вот здесь-то нельзя было ограничиться одними молитвами. Необходимо было проявить могу­ще­ство, силу и власть Бога. Поэтому повеление «простри руку твою» было грозным напоминанием врагу о том, что израильский народ не беспомощен, он под защитой Божией и поднимает знамя победы, знамя избавления от удерживающей силы врага. В книге Песни песней (6:4) народ Божий представлен грозным, «как полки со знаменами».

О даровании такого дерзновенного действия Давид и вопиет к Богу: «Даруй боящимся Тебя знамя, чтобы они подняли его ради истины» (Пс. 59:6).

Это «знамя» Моисей нес от пределов Египта до конца своего странствования на земле. Там, на холме, он прежде всего молился Богу о ниспослании народу помощи; но то, что он весь день простоял с воздетыми вверх руками, указывает именно на его молитву противостояния невидимому врагу. Моисей знал эту форму борьбы, так как был наставлен Господом еще в мадиамской пустыне. Он не просто молчаливо стоял с простертыми руками, но силой Господа «обще» с духом своим сокрушал силу вражью, как это впоследствии делал и Апостол Павел (1Кор. 5:3-5). Так Моисей связывал бесовские силы и развязывал силы народа Божия. Вот почему, когда он поднимал руки с жезлом вверх, побеждал Израиль; когда руки уставали и опускались, одолевал Амалик.

Иисус Навин в долине сражался с амаликитянами, а Моисей на горе — с невидимыми духами. В протянутом им жезле воедино соединились могущество власти и воли Божией и противодействие веры и духа Моисея, его властная молитва разрушения. Многие сегодня недооценивают опасности вмешательства властей тьмы в жизнь верующих и не знают методов борьбы с ними. Они недопонимают и того, что происходило во время пребывания Моисея на холме. Но фактически его молитвенное борение там — наглядный пример ведения духовной войны, который учит и нас, как мы должны бороться с врагом, осаждающим наши церкви.

Новый Завет говорит на эту тему очень много и открывает, что с момента Голгофской победы диавол — убегающий враг. На борьбу с ним указывает Петр (1Пет. 5:8-9), Павел (Еф. 6:12-18), Иаков (4:7). Сатана убегал от Иисуса Христа, Его Апостолов и от всех, кто облечен в силу Божию. Апостол Иоанн показывает в Откровении, что скоро он будет изгнан с поднебесных пространств и с земли и окажется в бездне (Отк. 12:7-12; 20:1-3).

Но сатана — убегает не от всех. Две тысячи лет он боится тех, кто противостоит ему твердой верой. Оказывается, твердая вера и противостояние связывают его действия, а поэтому не будем пассивными! Твердая вера тверда духом и сильна словами, заявляемыми вслух в силе Духа Святого, поэтому враг и убегает от нее (Отк. 12:11). Подавляющее большинство членов церкви знает диавола как порабощающего и оболь­щающего, но те, кто верой принял силу и власть Христа и стал активным воином Христа (Лук. 10:19; 2Тим. 2:3), узнают его и как убегающего. «Для сего приимите всеоружие Божие...», — говорит Павел. К нему относятся: препоясание истиной, броня праведности, благовествование мира, щит веры, шлем спасения, меч слова Божия и молитва (Еф. 6:13-18). Другими словами, святая благочестивая жизнь, употребление слова Божия с верой, имя Христа (Мр. 16:17; Деян. 3:6; 14:10), Кровь Христа (Отк. 12:11) и пост (Мф. 17:21), — все это дает право смело простирать свои персты в брани с врагом, и Бог дарует ему победу.

 

Чудесная истина преподана нам в этой главе через воздетые руки мужа веры. Оттуда, с неба, шла невидимая помощь к Моисею на холме и к Иисусу Навину в долине. Но исход битвы решился не полководческим талантом Навина, не мечами воинов, а силой веры и духа Моисея. Значит вера, обращенная к Богу в молитве в трудный час испытания, и вера, предпринимающая решительные шаги в борьбе против невидимых противников — это вера борющаяся и побеждающая.

Это очень важная истина, друзья! Мы должны понимать, что в любом испытании, искушении, за всеми тяжело сложившимися обстоятельствами или преследующими нас людьми стоит он, исконный враг. И наша брань не с людьми, а с тем, кто стоит за ними и направляет их, т. е. с диаволом, источником всякого зла, горя и страданий. Он яростно нападает на Церковь предпришественного периода через самые оболь­сти­тельные и опустошительные лжеучения, уязвляя души смертоносными стрелами, чтобы задержать их ход вперед. Будем же бдительны и благоразумны!

Нелегко было Моисею в его борьбе. Он устал, изнемог, руки его отяжелели и начали ослабевать. Но его братья, Аарон и Ор, подкрепили его свежими силами, поддерживая руки один с одной, другой с другой стороны. «И были руки его подняты до захождения солнца» (Исх. 17:12-13). Это чудный пример братской помощи от служителей, которые стоят на передовой линии духовного сражения Церкви. О, как нужны сегодня такие верные, преданные, ревностные и просвещенные в истине братья, готовые верой, молитвой и всяческой помощью поддержать в борьбе. Когда такие служители есть в Церкви, жизнь Божия в ней будет пульсировать.

Моисей стоял на холме до полной победы сынов Израилевых. «И низложил Иисус Амалика и народ его острием меча». Победа приходит там, где противостоящий стоит до конца, как бы тяжело ему не было. И чем сильнее враг, тем больше борющийся выбивается из сил, пока не достигнет победы. Сразу же после сражения Моисей устроил жертвенник Богу и назвал его «Господь — знамя мое» в знак того, что «брань у Господа против Амалика в род и род». Иными словами, под знаменем Господа Церковь не прекратит своей борьбы вплоть до Второго Пришествия Христа, когда диавол и его легионы будут низложены совершенно.


 

Глава 19

 

МОИСЕЙ КАК ПИСАТЕЛЬ И ПОЭТtc "МОИСЕЙ КАК ПИСАТЕЛЬ И ПОЭТ"

 

 

Внимай, небо, я буду говорить; и слушай, земля, слова уст моих.

Вт. 32:1

 

Моисей — не только великий вождь, законодатель и пророк, но и величайший духовный писатель, автор Пятикнижия, первых пяти книг Библии. Он обладал обширнейшим умом, высокой образованностью и необыкновенной эрудицией и потому через него Божественное откровение впервые было записано и доведено до сведения всего человечества. Его имя наречено на первых пяти книгах Библии, а четыре из них, начиная с книги Исход и кончая Второзаконием, непосредственно связаны с его биографией и его обширной деятельностью. И потому Моисей считается вели­чай­шей личностью человеческой истории.

Кратко, но бесконечно гениально он под вдохновением Духа Святого описывает творческий акт Самого Бога, Который представлен в Библии как Творец и Промыслитель вселенной. Удивительно точно описано создание нашей планеты и самого главного ее жителя — человека. Моисей собрал и записал сохранявшиеся в его народе устные предания, и сам получил от­кровения Божии о порядке сотворения мира, о грехопадении первых людей, историю допотопного человечества и первоначальную ис­торию израильского народа. На всем его повествовании лежит печать не просто ду­ховности, но сокровенного знания Божия, богооткровенной истины, и это оп­ре­де­ля­ет истинную достоверность всех описываемых событий, как открытых Самим Богом.

Все пять книг Моисея сперва были как одна книга, которая называлась Книгой Закона и о которой говорится во Второзаконии (31:26): «Возьмите сию книгу закона, и положите ее одесную ковчега завета Господа, Бога вашего...» Об этой же Книге Закона неоднократно упоминается во многих местах Библии (См. 3Цар. 2:3; 4Цар. 23:25; Пс. 18:8; Ис. 5:24; Мф. 7:12; 11:13; Лук. 2:22 и др.). Впоследствии она была разделена на пять частей или пять разделов и названа Пятикнижием, а по-еврейски — Тора, Закон.

Книга Бытия — по-еврейски «Брейшит» («В начале...») — содержит в себе пове­ствование о происхождении мира и человека. Это универсальное введение в историю человечества, избрание еврейского народа быть носителем откровения Божия в лице патриархов Авраама, Исаака и Иакова. В книге Бытия каждый человек находит объяснение своего происхождения. В самом начале книги он получает ответ на вопросы, занимающие его: о мире, о жизни и смерти, о страдании и т. д. Эта книга указывает ему путь жизни в вере и послушании единому истинному Богу, Который является Богом всех людей. Бытие полно обетований: сперва Адаму и Еве (Быт. 3:15), затем Ною и его потомству (Быт. 9:7-9) и наконец Аврааму, Исааку и Иакову, а в них — всем верующим на земле, признающим Его своим Господом.

Книга Исход — по-еврейски «Ве эллэ шемот» («И сии суть имена») — повествует об исходе евреев из Египта и о получении Синайского законодательства. Основная мысль книги: Бог являет Себя не как далекая от человека космическая сила, но как Личность, действующая в истории, избавляющая верующего в Него от рабства, но требующая от Своих избранных верности Себе и нравственной чистоты. Центральная фигура книги — Моисей, вождь, воспринявший древнюю веру праотца Авраама и возвестивший о новой, более высокой ступени откровения.

Книга Левит — по-еврейски «Вайикра» («И воззвал») — содержит изложение За­кона во всех его частностях, имеющих отношение к богослужению и левитам. В ней излагаются предписания о жертвах, священстве, праздниках и пророчество о судьбах Израиля. В подробно описанной обрядности многие библейские комментаторы увидели подготовку и прообразы искупительной жертвы Христа, Сына Божия. Единая жертва Христова лишила значения все ветхозаветные формы жертвоприношения, но требования чистоты и святости в деле служения Богу остаются в силе и в Новом Завете.

Книга Чисел — по-еврейски «Вай-эдаббер» («И сказал») — описывает историю странствования Израиля по пустыне и исчисление их. В ней повествуется о времени его испытания, о том, как Бог научает и наказывает Своих сынов. Уже в первых главах народ представлен как упорядоченная религиозная община. Ее душой были левиты, которые занимали особое место в стане: вокруг Ковчега Завета выполняли богослужебные функции и представляли собой группу, заменившую всех первенцев, рождающихся в народе. Сама народная перепись представлена религиозным дей­ст­вием и сопровождалась выкупом за каждую душу (Ср. 2Цар. 24).

Книга Второзакония — по-еврейски «Эллэ хаддибарим», иногда «Дварим» («Сии слова») — содержит повторение Закона новому поколению израильтян. Она открыва­ет собой новый цикл библейских книг, называемых историческими, которые находятся под сильным влиянием Второзакония. Книга Второзакония отличается пропо­вед­ническим стилем, основой которого является завещание Моисея. Испытывая тревогу при мысли о соблазнах, ожидающих израильтян в Ханаане, он стремится запечатлеть в их сердцах сущность всего Закона и поселить в душе народа твердую уверенность в Боге, предохранить от отпадения. Моисей пророчески говорит им о благословениях, которыми они будут облагодетельствованы при соблюдении заповедей Закона, и о проклятии, которое постигнет их при отступлении от Бога (гл. 28).

 

Итак, Пятикнижие Моисея фактически является основным фундаментом всего Ветхого Завета, на который опираются все остальные книги Библии. Оно является основанием и Нового Завета, так как содержит план домостроительства нашего спасения. Сам Иисус и Его Апостолы многократно ссылались на Закон Моисеев. В Своей Нагорной Проповеди Иисус сказал, что Он пришел не нарушить Закон, но исполнить (Мф. 5:17).

Так Моисей как писатель через свое Пятикнижие донес Божественное откровение до всего человечества. И сегодня имя Моисея вспоминается там, где читается Библия; оно вспоминается с благодарностью как имя пророка, законодателя и автора Слова Божия, донесшего уникальную весть до людей. Все его дела и служение столь величественны, что почти никто не обращает внимания на то, что Моисей был еще и поэт. Он сложил несколько замечательных, возвышенного содержания песен, помещенных в Библии, которые и на сегодня не утратили своего значения.

Его первая песнь воспета израильским народом после избавления из египет­ского рабства (Исх. 15:1-21). Это выражение хвалы Богу за чудесное спасение, которое совершило переворот в умах рабов, забитых и униженных рабством. Они поверили в миссию Моисея и в могущество Бога и воспели Ему песнь. Фактически это первая песнь, записанная в Библии. В ней воспевается Господь, крепость и слава Израиля и Спаситель каждого человека, воспевается Его сила, величие и власть. «Он муж брани, Иегова имя Ему». Он тот, Кто вверг в пучину морскую отборное войско фа­­раона. Величие славы Божией низлагает восстающих против Него и избранных Его. От дуновения Господа «расступились воды, влага стала, как стена, огустели пучины в сердце моря». Враг сказал: «погонюсь, настигну, разделю.., истребит их душа моя». Но Господь дунул духом Своим, «и покрыло их море: они погрузились, как свинец, в великих водах».

«Кто, как Ты, Господи, между богами? Кто, как Ты, величествен святостию, досточтим хвалами, творец чудес?»

«Услышали народы, и трепещут; ужас объял.., смутились.., уныли все жители Ханаана».

В этой песне звучит молитва об Израиле: «Введи его и насади его на горе достояния Твоего, на место, которое Ты соделал жилищем Себе, Господи, во святилище...» и выражается глубокая вера в то, что «Господь будет царствовать во веки и в вечность».

Какие метафоры! Сколько здесь поэтичности, выразительности! Какие точные сравнения, слова, обороты речи. И сколько пафоса, торжественности. Воистину Моисей — натура глубоко поэтическая, утонченная и возвышенная.

Эту песнь еврейские женщины под предводительством Мариами и под акком­панемент тимпанов воспевали с ликованием на другом берегу Красного моря, когда воочию убедились в избавлении Божием.

Вторая песнь Моисея помещена во Второзаконии (31:30; 32:1-44). Это чудесная песнь. В ней много общего с той песнью Моисея и Агнца, которую будут петь побе­ди­тели антихриста (Отк. 15:3-4). Эту песнь он сочинил в конце своего жизненного пути и передал народу на прощание. Она исполнена пророческого духа: в ней обо­стренный взор пророка видит в даль судьбу сынов Израилевых, их победы и по­ра­жения. В ней он призывает небо и землю в свидетели о том, что скажет народу ис­тинную правду. Впоследствии тот же прием Моисея повторит пророк Исаия и тоже призовет в свидетели небо и землю против Израиля (Ис. 1:2).

Поэтический прием Моисея здесь очень возвышенный, речь исполнена пафоса, торжественности, величавости: «Польется, как дождь, учение мое, как роса, речь моя, как мелкий дождь на зелень, как ливень на траву».

Прежде всего Моисей прославляет здесь Господа и призывает народ воздать Ему славу, ибо «Он твердыня; совершенны дела Его, и все пути Его праведны. Бог верен и нет неправды в Нем; Он праведен и истинен». Так поется и в Откровении: «Велики и чудны дела Твои, Господи Боже Вседержитель! праведны и истинны пути Твои, Царь святых!»

В этой песне Моисей спрашивает о язычниках: «...где боги их, твердыня, на ко­то­рую они надеялись, которые ели тук жертв их и пили вино возлияний их? Пусть они восстанут и помогут вам, пусть будут для вас покровом!» (стт. 37-38). И тут же отвечает от имени Бога: «Видите ныне, что это Я, Я — и нет Бога, кроме Меня; Я умерщвляю и оживляю, Я поражаю и исцеляю; и никто не избавит от руки Моей» (стт. 39-40).

Но самое удивительное в этой песне то, как точно, пророчески обрисована ис­торическая судьба Израиля. Господь нашел этот народ «в пустыне, в степи печальной и дикой; ограждал его, смотрел за ним, хранил его, как зеницу ока Своего». Израиль стал Его частью, Его наследственным уделом. Бог вознес его на высоту земли, «питал его медом из камня и елеем из твердой скалы...» (стт. 13-14). Он стал у Бога мерилом расселения народов на земле (ст. 8). Затем развратится, увлечется чуждыми богами, языческими мерзостями и не сохранит Ему верности и своего достоинства. Поэтому Бог сокроет от него Свое лицо, и его постигнет Суд Божий: придут бедствия, голод, страдания; путь его станет нелегким. И все-таки враг не одолеет этого народа!

Господь скорбит и глубоко сожалеет, что это случится и что сыны Израилевы не видят своей беды, не видят Заступника, Защитника своего и оттого страдают. А «как мог бы один преследовать тысячу и двое прогонять тьму...» (ст. 30)! Но придет время, «Господь будет судить народ Свой, и над рабами Своими умилосердится...» (ст. 36). Он вступится за них, явит им Свою милость, очистит Свою землю и Свой народ (ст. 43).

Моисей действительно был выдающийся поэт, который использовал свой талант для прославления Бога. Он написал свой знаменитый 89 Псалом, в котором снова звучит утверждение, что Бог «нам прибежище в род и род. Прежде нежели родились горы, и Ты образовал землю и вселенную, и от века и до века Ты — Бог». Это молитва Моисея и это одна из величайших его песен. Она была написана в конце странствования по пустыне и в конце его жизни. Здесь мы находим отражение картины странствования Израиля по пустыне. Обратим внимание на некоторые из мыслей этого псалма.

При его написании Моисей был уже пожилым человеком. За свою продолжительную жизнь он приобрел солидный духовный опыт. Но и теперь, хотя ему исполнилось 120 лет, зрение его не притупилось и крепость в нем не истощилась (Вт. 34:7). Все эти годы он прожил с Богом и видел цель Бога в своей жизни. Он понимал и свою жизненную цель, которая совпадала с тем, чего ожидал от него Бог. А потому он смело и безошибочно мог отличить, что временно, а что вечно, что истинно, а что ложно. Он не жалуется на свою судьбу, не смотрит на нее, как на пустую трату времени. В его сердце нет пессимизма, как у современных поэтов, изображающих жизнь, как сказку безумия. В своем псалме он верно отражает, что человек смертен, ограничен временными рамками. Только Бог вечен, потому что Бог выше времени.

Жизнь человека очень коротка, даже если она продлится и тысячу лет. Пред глазами Создателя она — «как день вчерашний, когда он прошел, как стража в ночи». Она похожа на траву в пустыне, которая растет и цветет короткий миг и скоро исчезает. «Ты как наводнением уносишь их (годы); они, как сон, — как трава, которая утром вырастает, утром цветет и зеленеет, вечером подсекается и засыхает. Ибо мы исчезаем от гнева Твоего...»

Только Господь Бог живет от века и до века. Поэтому Моисей и пишет: «Прежде нежели родились горы, и Ты образовал землю и вселенную, и от века и до века Ты — Бог». Оглядываясь на свою жизнь, Моисей удовлетворен ею, несмотря на ошибки и согрешения, и он просит у Господа: «Рано насыти нас милостию Твоею, и мы будем радоваться и веселиться во все дни наши».

В этом псалме много намеков на ценность людей, проживших долго. Это рассматривается в Писании, как благословение Божие. В другом псалме Бог дает обетование: «Долготою дней насыщу его...» (Пс. 90:16). Многие считают, что и 90-й Псалом тоже написан Моисеем. Итак, преклонные годы рассматриваются Библией, как результат Божиих благословений (Пр. 3:2; 4:10; 9:11; 10:27). Продолжительность жизни связана с мудростью. Мудрость часто ассоциируется с долгой жизнью, со старостью. Это подтверждает и Новый Завет (см. Луки 2, где представлены Симеон и Анна). Апостол Павел называет духовных лидеров старцами. В книге пророка Исаии (46:2) Господь обещает: «И до старости вашей Я тот же буду, и до седины вашей Я же буду носить вас...»

Библейская мера или продолжительность жизни определена в псалме в 70-80 лет: «Дней лет наших семьдесят лет, а при большей крепости восемьдесят лет; и са­мая лучшая пора их — труд и болезнь, ибо проходят быстро, и мы летим» (Пс. 89:10). Мы живем в наше время по 70-80 лет, иногда чуть больше или чуть меньше. Клю­чевой стих 89 Псалма двенадцатый: «Научи нас так счислять дни наши, чтобы нам приобресть сердце мудрое». Параллельный стих другого псалма содержит ту же мысль: «Скажи мне, Господи, кончину мою и число дней моих, какое оно, дабы я знал, какой век мой» (Пс. 38:5). Кто же должен «счислять» число наших дней? По­­чему мы должны научиться «счислять» наши дни? И как мы можем «счислять» их?

На эти вопросы отвечает Моисей: «...чтобы нам приобресть сердце мудрое» (Пс. 89:12). Это относится и к пожилым, и к молодым. Через искание Бога нам надо приобрести сердце мудрое. Надо сохранять в жизни чувство полноценности и уверенности в будущее, не допуская разочарования. Нужно всегда искать и стремиться найти значимость и смысл жизни, а когда отходим с земли — помнить, что с нами Бог. Нам нужно «счислять дни наши» потому, что время летит быстро. Нужно жить так, чтобы и в старости быть плодовитыми, сочными и свежими духовно, как сказано об этом в псалме (91:13-15). О Давиде говорится, что он умер «в доброй старости, насыщенный жизнью, богатством и славой» (1Пар. 29:28).

Жизнь наша действительно коротка. Она — как «пар, являющийся на малое время, а потом исчезающий» (Иак. 4:14). И потому нам велено научиться считать дни наши так, чтобы приобрести мудрое сердце. Из-за краткости жизни необходимо дорожить временем, отпущенным нам. Это во-первых.

А во-вторых, — из-за качества жизни. «Дорожите временем, — пишет Павел, — потому что дни лукавы» (Еф. 5:15-16). Поэтому Моисей молится Господу: «Рано насыти нас милостью Твоею...» (Пс. 89:14-17). И Бог дает нам это качество жизни: дает нам новое сердце, новый дух, новые мысли и новые интересы; новые цели, новые планы и новое отношение ко всему; Он радует, утешает и благословляет нас; отсвет Его славы ложится и на нас, когда мы слушаемся Его голоса.

И в-третьих, неизбежность смерти должна подстегнуть нас считать мудро скоротечные дни нашей жизни. По Писанию, смерть нельзя отложить. Она приходит к каждому из нас: «...человекам положено однажды умереть, а потом суд...» (Евр. 9:27). Мы все встречались с похоронами. В молодости мы не замечали смерти, не обращали на нее внимания, игнорировали ее, не придавали ей особого значения. Но смерть — непрошеный гость. Она может прийти в любое время и надо уметь встретить ее мудро. Смерть — наш враг (1Кор. 15:26). Но Христос победил ее, и теперь мы не должники смерти. Теперь мы приближаемся к ней с глубокой уверенностью, что Бог там, на той стороне, и мы имеем надежду воскресения. Иисус Христос — первый плод воскресения, а мы все — Его жатва, Его нива. Если мы сталкиваемся со смертью лицом к лицу, зная, что она враг наш, но враг побежденный, то это прибавляет нечто к качеству нашей жизни. Тогда все для нас — Божие творение, красота этого творения более заметны. И когда мы стоим на пороге смерти, к нам приходит лучшее понимание и собственной, и чужой жизни. Тогда мы замечаем любовь близких, друзей и родных, ценим их.

Так кто же должен «счислять дни» свои? Все! Но особенно те, кто подошел вплотную к рубежу жизни, к ее финишу.

И четвертая мысль: как надо считать наши дни?

Во-первых, через искание Бога. Он наше прибежище и конечная пристань. Нам надо искать Бога всегда, приходить к познанию Его через Его Слово, ибо Он там от века и до века. С практической стороны, мы должны сохранять в жизни чувство полноценности, завершенности дела, исполненного долга, не допускать духа пора­жения и опустошенности. Вспомним слова Павла: «Если Бог за нас, кто против нас?» (Рим. 8:31). Мы должны подкреплять Словом Божиим чувство своей зна­чи­мости, своей ценности у Бога, исключить грех и вину из своей жизни, ибо мы прощены авансом. Удалить чувство бесполезности и одиночества, ибо Бог с нами.

Во-вторых, упрощать нашу жизнь, удалять из нее все то, что бесполезно и не нужно. У пожилых время, силы и энергия ограничены, поэтому время следует отдавать лишь на то, что наиболее важно и ценно, чтобы попусту не расточать силы.

Итак, Псалом 89 хотя и составлен человеком преклонного возраста, но он, как видим, обращен к людям всех возрастов — к пожилым, средних лет и молодым. Все, что в нем написано, необходимо всем. Это было пережито Моисеем на собственном опыте, и этим опытом он делится с нами. Этот мудрый взгляд на жизнь, на ее цен­ность и смысл он приобрел у Господа и открывает нам. В его лице Бог показал, какой высоты может достичь человек, когда он верой ходит с Богом и пред Богом.

 


 

Глава 20

 

ВЕРОЙ МОИСЕЙ ВХОДИТ В НЕБЕСАtc "ВЕРОЙ МОИСЕЙ ВХОДИТ В НЕБЕСА"

 

 

Верой побеждали царства, творили правду, получали обе­то­вания...

Евр. 11:33

И все сии, свидетельствованные в вере, не получили обе­щанного...

Евр. 11:39

 

 

Слова из Послания к Евреям, поставленные в эпиграфе, отражают как бы некоторое противоречие. Выходит, Моисей и получал верой обетования и в то же время не получил обещанного. Как так может быть?

Как сказал богослов Яков Крекер, «и в общении с Богом существуют процессы, которые стоящим издали могут казаться исключительно внутренними проти­во­ре­чиями, но которые тем не менее являются непоколебимой действительностью и исполнены священной гармонии». Как избранный Божий и Его слуга Моисей лишь в определенной мере был получателем дара Божия, при этом никогда не становясь безмерно обладающим. Это станет более понятным при рассмотрении этой главы, излагающей отшествие пророка с земли.

Моисею было 120 лет, когда он подвел сынов Израилевых к пределам Палестины. Сорок лет вел он их по пустыням, где они скитались «по горам, по пещерам и ущельям земли» (Евр. 11:38). Много важных и интересных событий происходило на их пути; все они записаны в книгах Исхода, Чисел и Второзакония. На сороковой год они подошли к Обетованной Земле. Моисей оказался на закате своих земных дней и в конце пророческих задач.

Находясь у пределов Ханаана, он взошел на гору Нево, на вершину Фасги, что против Иерихона, и Бог показал ему эту землю. Он готовил раба Своего для отхода в вечность и потому позволил ему обозреть вожделенную цель его заветных стрем­лений и его земных странствований — Ханаан. Даже созерцание Обетованной Земли издали превращалось для Моисея в блаженное предвкушение радости обладания ею его потомками. «И сказал ему Господь: вот земля, о которой Я клялся Аврааму, Исааку и Иакову, говоря: семени твоему дам ее. Я дал тебе увидеть ее глазами твоими, но в нее ты не войдешь». В состоянии этой блаженной и почти сбывшейся надежды Господь и отозвал Своего достигшего преклонных лет слугу домой. И как бы с некоторой грустью Библия сообщает: «И умер там Моисей, раб Господень, в земле моавитской, по слову Господню» (Вт. 34:1-5).

По слову Господню Моисей родился, по слову Господню жил, по слову Господню совершал служение, по слову Господню и умер. Блажен человек, который все делает по слову Господню! Как нужно Церкви наших дней среди многочисленных труд­ностей, бедствий и опасностей последнего времени совершать все по слову Господню!

«И погребен на долине в земле моавитской, и никто не знает места погребения его даже до сего дня» (Вт. 34:6).

По-разному отвечают богословы, почему Господь скрыл место погребения Моисея. В большинстве своем сходятся на том, что Моисей был чрезвычайно выдающейся фигурой и был очень велик в глазах всех евреев. И так как человек склонен всегда преклоняться перед величием лидера, то и сыны Израилевы могли сделать могилу Моисея местом поклонения всех последующих поколений. Но все же два места Нового Завета заставляют нас переменить это мнение: первое — Послание Иуды 1:9 и второе — указание в Евангелиях: Мф. 17:1-8 и Лук. 9:28-36.

Бесспорно, что человек часто преклоняется перед гениальностью знаменитых людей и что плоть склонна более поклоняться плоти, материальному символу, делать из него божество, идола. Примеров в истории более, чем достаточно: это и поклонение иконам, крестам и мощам в русском православии, это и паломничество магометан к священному камню в Мекке и многое другое. Вполне возможно, что последующие по­коления сынов Израилевых сделали бы могилу Моисея местом паломничества и преклонения, как перед великой святыней, заслонив этой святыней истинное поклонение Богу Небесному.

Но Апостол Иуда приоткрывает нам завесу над тайной смерти Моисея: у тела только что почившего Моисея идет крупный и серьезный спор — диавол прилетел мгновенно, чтобы поразить тело великого человека тлением и хоть в этом тор­жест­во­вать над ним. Он не мог торжествовать над жизнью пророка: Моисей своим слу­жением нанес сокрушительный удар по господству диавола над народами. Целый на­род, состоявший из двенадцати колен (или племен), численностью более двух миллионов, он вывел из египетского плена, вырвал из греховного рабства сатаны, неоднократно отстаивал и спасал его от гибели и привел его к поклонению истинному Богу. Это был мощный удар по грозной власти диавола на этой земле. Моисей настолько был предан Богу и Его истине, что враг нигде и ни в чем не мог уловить его в свои сети, только преследовал его.

Следы этого преследования видны на протяжении всей его жизни, начиная с дня его рождения. Указ фараона об умерщвлении еврейских мальчиков был продиктован диаволом. И тогда, когда Моисей вышел к братьям и вступился за еврея, убив египтянина, фараон имел намерение убить за это его самого. Моисей бежал и скрывался в мадиамской пустыне. Диавол попытался тогда найти уязвимое место в его жизни, чтобы умертвить его в восьмидесятилетнем возрасте. И нашел через непослушание Сепфоры, его жены, о чем описано в книге Исход 4:20-26. Кратко остановимся на этом эпизоде.

Сепфора, дочь языческого священника Иофора, хотя и близкого к исповеданию истинного Бога, но все же не знавшего Его так, как должно, по-видимому, про­ти­вилась обрезанию своих сыновей. Это послужило основанием для диавола умертвить Моисея и требовать этого от Господа (ст. 24). Сепфора поняла, что через ее непо­виновение может погибнуть ее муж, пророк Божий, и мгновенно бросилась исправлять ошибку. По свидетельству Иосифа Флавия, обрезание в племени, к которому принадлежала Сепфора, совершалось над мальчиками на 13-м году их жизни. Она не хотела нарушать этого обычая и потому один из ее сыновей оставался необ­ре­занным. Но в этот опасный момент, чтобы спасти мужа от неминуемой смерти, Сеп­фора поспешила обрезать сына, бросила крайнюю плоть к ногам Моисея и сказала: «Ты жених крови у меня». Слова эти свидетельствуют о ее раздражении, потому что супружество с Моисеем явилось для нее причиной нежелательного отступления от обычаев ее предков. После этого она с сыновьями возвратилась к своему отцу, а Моисей сам последовал в Египет.

Египетские казни, угрозы фараона, затем Исход евреев из страны, странствование по пустыне — напряженнейший период жизни пожилого Моисея. Сколько раз диавол возбуждал народ к ропоту, возмущению, бунту и провоцировал на то, чтобы он побил Моисея камнями! Но Бог хранил его, потому что Моисей всегда оказывался на высоте и знал место прибежища. Вместе с народом, который рос духовно, рос и он как вождь и царь Израиля. Возможно, Бог готовил его взять на небо живым, как Еноха, чтобы смерть не коснулась его. Но однажды он ослушался Господа и погрешил в Мериве, в гневе ударив скалу дважды своим жезлом, чтобы извести воду для уто­ления жажды бунтующего народа. Мы рассматривали это в предыдущей главе и установили, почему этот случай вменен ему в грех. Здесь отметим только два момента: гнев и удар жезлом.

Как ни берегся этот кроткий человек, но однажды искуситель вывел его из равновесия ропотом народа настолько, что он разгневался и забыл повеление Господне. Да, даже самый святой и справедливый гнев человека не творит правды Божией (Иак. 1:20). Вот почему Дух Святой везде в Писании предостерегает от гнева и всего, что связано с ним (Еф. 4:31).

Господь сказал Моисею: «Возьми жезл и собери общество, ты и Аарон, брат твой, и скажите в глазах их скале, и она даст из себя воду...» (Чис. 20:8). Если нужно было только сказать скале, зачем нужен был жезл? После применения его в войне с Амаликом он находился в святилище пред Господом. «Жезл Божий в руках Моисея, — отвечает Я.Крекер, — всякий раз определял его как посланника Божия. Каждое движение жезлом, каждый взмах, удар перед наступлением предсказанного события означал, что это событие следует рассматривать, как мгновенное и непосредственное вторжение действия Божиего». На этот раз Моисею не следовало ударять в скалу жезлом, а только обратиться к ней со словом, чтобы народ понял, что сила заключается не в таинственном действии жезла, а исключительно в Господе, Который изведет воду из скалы. Моисей должен был преподать народу урок веры и упования единственно на Бога, чтобы Израиль уяснил, что ни жезл и никакое другое средство помощи не обладает магической силой, но что Сам Иегова принимает живейшее участие в его нуждах и проблемах.

Моисей, однако, взмахнул жезлом и дважды ударил в скалу. И хотя вода потекла обильно, слава Божия на этот раз не была явлена. Поэтому от Господа последовал строгий приговор: «За то, что вы не поверили Мне, чтобы явить святость Мою пред очами сынов Израилевых, не введете вы народа сего в землю, которую Я даю ему» (Чис. 20:12).

Как нелицеприятен Бог!

Несмотря на то, что до сих пор Моисей с такой преданностью и самозабвенной отдачей исполнял свою пастырскую и пророческую миссию, столь редкую в истории человечества, Бог все же не сделал ему исключения. Таковы Его правосудие и святость. Перенесены все тяготы и страдания пути, пережиты многочисленные потрясения, весь позор мятежей, распрей, неудач, отчаяние, усталость, испытаны все муки борьбы и печали за народ, явлен им весь героизм веры и преданности, и в результате этот народ достигает желанной цели, а он, вождь его, нет! Такое решение Бога способно сокрушить какое угодно мужество, и Моисей был сокрушен. Он умоляет Господа отменить приговор; но ради народа, чтобы имели страх Божий и боялись грешить, Господь не внимает его молитве и приговора не отменяет. Моисей должен был умереть и сойти со сцены. «Ибо возмездие за грех — смерть...» (Рим. 6:23). За грех такого великого святого, как Моисей, — тоже смерть.

Так была соблюдена правда Божия. Какое это произвело впечатление на самого Моисея, видно из того, что он неоднократно об этом вспоминает и напоминает народу (Чис. 27:12-14; Вт. 1:37-38; 3:23-28; 4:21-22).

Но далее Бог все же решил иначе, и эту тайну немного приоткрывает нам Апостол Иуда (1:9). Хотя смерть и взяла Моисея, но Бог не позволил тлению коснуться его тела, ибо в плане Божием было забрать его на небеса, не дать душе его опуститься в темницу, хотя бы и на лоно Авраамово (Лук. 16:22), куда помещались святые до времени воскресения Христа (Мф. 27:52:53). Моисей был не просто великий святой, но выдающийся служитель Ветхо­го Завета, отмеченный печатью особого избрания Божия. О нем Бог заявил Ааро­ну и Мариами, посягнувшим на авторитет брата, — и это чрезвычайно высо­кий отзыв: «Если бывает у вас пророк Господень, то Я открываюсь ему в видении, во сне говорю с ним. Но не так с рабом Моим Моисеем; он верен во всем доме Моем. Устами к устам говорю Я с ним, и явно, а не в гаданиях, и образ Господа он видит» (Чис. 12:6-8). Господь разговаривал с Моисеем в такой близости, как будто говорил со Своим другом (Исх. 33:11). Оттого лицо Моисея сияло лучами, и он вынужден был закрывать его покрывалом (Исх. 34:29-35).

Служителя такого ранга Бог наметил восхитить на небеса. Но один сделанный им грех дал право сатане требовать его смерти. Поэтому, окончив свое земное поприще, Моисей умер по слову Господню. Хотя он и умер, но коснуться тлению Господь не позволил, поставив Архангела Михаила охранять его тело. Диавол настойчиво добивался своего, но слова Архангела «Да запретит тебе Господь» повергли его в бегство. И тогда Господь, возвратив душу Моисея в тело, вознес его в горние обители, где уже находился Енох и куда впоследствии прибыл пророк Илья. Они оба, Моисей и Илья, потом явились ко Христу на гору Преображения, чтобы беседовать с Ним о Его исходе из этого мира (Лук. 9:31).

Читателей Нового Завета наводит на глубокое размышление картина преоб­ра­жения Христа, описанная в Евангелиях (Мф. 17:1-3; Мр. 9:2-4; Лук. 9:28-31). На горе Иисус беседовал с Моисеем и Ильей, явившихся, без сомнения, с неба. Надо принять к сведению, что на тот момент все ветхозаветные святые находились на лоне Авраамовом, которое было помещено в пределах преисподней (Быт. 37:35), где нахо­дится держава смерти диавола (Евр. 2:14). Никто не мог явиться или выйти оттуда без разрешения Господа. Один такой случай представлен в Библии, как исключение: по вызову Аэндорской волшебницы, а точнее, по велению Господа, оттуда явился Саулу пророк Самуил (1Цар. 28:6-20), потому что Бог владычествует над живыми и над мертвыми (Лук. 20:38; Рим. 14:9).

И вдруг на гору Преображения к Иисусу, еще не совершившему победу над адом и не отнявшему у сатаны ключи от державы смерти, явились Моисей и Илья. Откуда? Несомненно, с неба! А значит, они оба были туда восхищены. К Иисусу явились не два духа, а две духовно-телесные личности с их характерными и индивидуальными чер­тами. Они явились в своих преображенных телах и их узнали ученики Христа — Петр, Иаков и Иоанн. Явившиеся Моисей и Илья беседовали с Иисусом об исходе, ожидавшем Его в Иерусалиме, и подкрепляли Его своей беседой на великий крестный подвиг.

Все вышеизложенное наводит на мысль, что Моисей недолго пребывал в смерти. По повелению Господа душа его соединилась с телом, которое через преображение стало новым, нетленным и бессмертным; в нем он вознесся на небеса в присутствие Царя царей, как великий святой и победитель диавола. В своих Посланиях Павел не распространяется об этом, потому что это одна из сокровенных тайн Божиих, как и восхищение Церкви (1Кор. 15:51-53; 1Фес. 4:15-17; Отк. 10:5-7).

Вот почему не сохранилось могилы Моисея: ее не было вовсе!

Почему же все-таки Моисей был проведен через умирание? Во-первых, он есть прообраз Закона. Закон является детоводителем ко Христу. Подготовив условия для наступления Нового Завета, Закон подвел избранный народ к высшей степени истины — Благодати Христа. Переступить реку Иордан Моисей не мог, как и Закон не вошел в Благодать, ибо «конец закона — Христос» (Рим. 10:4). Иисус Христос ис­полнил весь Закон и прекратил его дальнейшее действие, открыв двери Благодати. Поэтому Моисею, как прообразу Закона, надлежало окончить путь жизни через смерть.

Во-вторых, за один-единственный грех у вод Меривы, когда Моисей и Аарон не явили святости Божией, сатана получил право поразить их смертью. Но смерть не смогла взять Моисея в пределы своей державы. Бог оживил его и вознес на небеса, и в этом смысле Моисей является прообразом Церкви, умершей во Христе и вос­крешенной в первое воскресение.

Итак, Моисей явил великий образец веры — веры в духовном возрастании, в жизни, в делах и в славном служении; веры ходатайственной, творившей правду, побеждавшей царства и победившей мир, диавола и смерть. Бог дал ему, как и пророку Илье, силу и власть для наказания непокорных и в благословение пови­нующимся. Моисею и Илье в большой мере был открыт духовный мир и потому они могли так смело заступать народ Божий.

В конце времени перед Вторым Пришествием Христа, в первую половину «седьмины» (Дан. 9:27), в Израиле будут действовать два пророка в силе и духе Моисея и Ильи (Отк. 11:3-6). Некоторые считают, что ими будут Моисей и Илья, которые после окончания своей деятельности будут убиты. Так исполнится над ними всеобщий закон (Евр. 9:27). Однако победители смерти и все принявшие обетование нетления и восхищения исключены из этого закона: «Говорю вам тайну: не все мы умрем...» (1Кор. 15:51-55). Моисей, как победитель смерти и особый по­ма­занник Божий, не будет возвращаться на землю, чтобы умирать. Считать так — значит, уничижать истину Божию, Его великие и драгоценные обетования, особенно обетование «жизни и не­тле­ния» (2Тим. 1:10). Победоносной верой Моисей взошел на небеса в ве­ли­кую славу бессмертия и больше оттуда не вернется в земное тленное тело.

Моисей — величайший из пророков ветхозаветной истории. Все поколения евреев и христианской Церкви на образе его жизни учились познавать и любить Бога, служить Ему, учились веровать, стоять в истине, бороться и побеждать. Пока Моисей был жив, израильский стан был под надежной защитой. «Не Обетованная Земля была высшим Божиим даром Израилю, а такие люди, как Моисей, Иисус Навин, Давид и др., потому что Его наивысшие дары — люди. Самое большое, что Он поручил Своей церкви, — это был дар тех двенадцати, которых Он подготовил к руководству», — пишет Освальд Зандерс.

«Нетрудно представить себе, — продолжает он, — то смятение, которое охватило народ, когда стало приближаться для Моисея время выпустить из своих сильных и талантливых рук кормило правления. Четыре десятилетия был он центральной фигурой всей жизни Нации. К нему обращались сыны Израилевы за разрешением всех своих проблем и улаживанием споров между собой. Он творил суд и правду во все дни своего служения, объяснял им волю Бога. Их, считавших, что он незаменим, можно было понять. Правда, было еще и семьдесят старейшин, служивших под его руководством, но, насколько было видно, второго Моисея не было. Обстоятельство, что его смерть наступила именно в тот момент, когда они готовы были вступить в ханаанскую землю, еще более усугубило кризис. Им трудно было поверить, что у Бога был уже наготове человек, могущий справиться с этой проблемой. А Бог уже давно подготовил Иисуса Навина. Необходимо было только наступление кризиса, чтобы выдвинуть его.

Часто бывает, что человек меньшего масштаба с совершенно другими способ­ностями может полезнее вести работу, чем его предшественник, основавший ее. Возможно, что Моисей не был бы в состоянии так умело провести завоевание и раздел Ханаана, как это сделал Иисус Навин. Он доказал свою способность руко­водителя тем, что, не колеблясь, взял на себя колоссальную ответственность пойти по следам такого вождя, как Моисей. У Иисуса Навина было гораздо больше причин, чем у Моисея, оправдываться своей неспособностью, но он не повторил ошибки своего учителя, когда тот отказывался от служения (Исх. 3-4 гл.). Вместо этого он сразу же взял на себя полномочия и принялся за дело.

Только после ухода с земли характер и заслуги руководителя познаются пол­ностью. Только после отшествия Моисея Израиль целиком познал величие его. Под впечатлением смерти уроки жизни приобретают заслуженный ими вес» («От­вет­ст­венность, руководство, служение»).

 

Тайна силы Моисея даже в тяжелейших ситуациях, тайна его ориентации даже в самые мрачные дни заключалась в глубочайшем доверии Богу, в безусловной пре­дан­ности его веры, в том, что в своих действиях он всегда руководствовался откро­ве­нием Божиим. Верность в домостроительстве Божием приобреталась им благодаря близкому знакомству с Иеговой. А потому жизнь Моисея и даже смерть его превра­ти­лись в благословение не только для еврейского народа, но и для всех народов земли. Его святое, благоговейное хождение верой превратилось в пребывание в доме Божием. Благодаря постоянному общению с Господом, он был знаком с Его планами и намерениями, с Его силами и законами, с Его любовью и Благодатью. А потому и все испытания веры, и все окольные пути (в Египте, в пустыне мадиамской, в пус­тыне Синайской и Син с народом) не были для Моисея бесцельными, и все поражения не лишали его надежды, а все промедления он не воспринимал как нечто безутешное. Они не потрясали и не колебали его, когда в его жизни встречались всевозможные бедствия, потому что он твердо стоял на недосягаемой Скале (Пс. 17:3).

Таков результат хождения в вере Божией.

Величие и подвиг веры Моисея не исчерпаны в этом коротком исследовании. Пусть Дух Святой больше, глубже и шире откроет каждому из читателей Библии чудный образ Моисея и славные дела его веры, чтобы мы могли многое позаимствовать и для себя.

 

 

 


 

Глава 21

 

 «ВЕРОЙ ПАЛИ СТЕНЫ...»tc " «ВЕРОЙ ПАЛИ СТЕНЫ...»"

 

 

Верой пали стены Иерихонские по семидневном обхождении.

Евр. 11:30

 

Я хотел бы в самом начале препроводить эту главу восхищенным отзывом об Иисусе Навине еврейского автора Даниила Гертцмана, который пишет следующее:

«Иисус (а это имя означает «Господь — наш Спаситель»), сын Навина из колена Ефремова и лидер израильтян после Моисея, является лучшим образцом смиренного ученика, какой только можно найти в Библии. Гос­подь действительно разговаривал с Моисеем «лицом к лицу, как бы кто говорил с другом своим... а служитель его, Иисус, сын Навин, юноша, не отлучался от скинии» (Исх. 33:11). Моисей у скинии общался с Богом, и его лицо при этом сияло, то Иисус, который не отлучался от скинии и был всегда при Моисее, тоже мог получать этот свет. И если лицо Моисея сияло, как солнце, то лицо Иисуса могло сиять, как луна...

Уникальность Иисуса в том, что он был на редкость способным учеником, умевшим получать от Моисея ослепляющий духовный свет и отражать его народу Израиля. Был только один Моисей, но также был только один верный ученик — Иисус...» (Ж. «Виноградник», 03-98).

Моисей, раб Господень, умер у вод Иордана. Его благородная миссия, возложенная на него Богом, завершилась. Умер и Аарон, великий первосвященник Израиля. И несмотря на то, что было известно, кому Господь передает бразды правления, народ все же был чрезвычайно взволнован. Всех охватило смятение и беспокойство: как смогут они теперь обойтись без Моисея? Как справится без Моисея и сам Иисус Навин? Сможет ли он отвечать духовным потребностям народа, удовлетворит ли их жгучую нужду в крепком и надежном руководителе?

Но Тот, Кто избрал и поставил Иисуса Навина в вожди Израиля, повелев ему заполнить образовавшийся вакуум, поручает ему и дальнейшее служение по вводу народа в Ханаан (Вт. 31:23; И.Нав. 1:2). Заметим при этом, что дар руководства — духовное качество, и оно дается только Богом. Здесь мы находим смену стражи, преемственность лидерства. Моисей, вокруг которого народ сплотился в Египте, окончил свой жизненный путь. Но дело Божие не может стоять, оно должно продолжаться, и преемником его становится Иисус Навин. Он получает от Бога повеление перевести народ через Иордан и покорить Обетованную Землю.

Какая тяжелая задача и какая непостижимо огромная ответственность легла на плечи Иисуса Навина! Даже Моисей, этот титан духа и веры, выдающийся вождь, наде­лен­ный особыми полномочиями и обладающий высокой мудростью и много­летним опы­том, не смог справиться с ней: он так и не ввел сынов Израилевых в Ханаан, хотя всей душой стремился туда. На что же мог рас­счи­тывать Иисус Навин, более молодой слу­житель и по вере, и по опыту жиз­ни, который долгое время был при Моисее слугой (Исх. 24:13; 33:11)? Как мог он справиться с этим упорным, жестоковыйным народом, который постоянно бунтовал, жаловался и был исполнен смертельного страха? Страх — про­тивоположность веры. Как вера дает свободу силе Божией, так страх открывает простор сатанин­ской силе для господства в нашей жизни. Человек, которым владеет страх, небла­гонадежен для Царствия Божия (1Ин. 4:18; Отк. 21:8). В отличие от че­ло­ве­ческого страха есть страх Божий, который есть истинная премудрость (Иов. 28:28; Пр. 1:7).

Призывая Иисуса Навина, этого скромного человека, но бесстрашного воина, на служение вождя, Господь повелевает Моисею возложить на него руки. Через это воз­ложение Господь наделяет Навина силой свыше. «Никто не устоит перед тобой во все дни жизни твоей, — говорит Он, — и как Я был с Моисеем, так буду и с тобой; не отступлю от тебя и не оставлю тебя» (И.Нав. 1:5). Ключевой фразой в этом обе­товании являются слова: «...как Я был с Моисеем, так буду и с тобою». Господь обе­щает ему Свое покровительство, защиту и помощь в управлении народом. Вот почему Иисус с легкостью и даже с радостью принял на себя тяжелое бремя руко­водства.

Главное, что необходимо отметить с самого начала, — то, что Иисус Навин — выдающийся полководец. Но не за полководческий талант он удостоился избрания в преемники Моисея, а за свою веру. Да, это был талантливый, храбрый, бесстрашный ратоборец. Но, наверное, это не дает еще полного представления о нем, как о вожде народа Божия. Его вера была ведущей силой его жизни, к которой он приложил блестящий талант военачальника и воинскую доблесть. Это был первый великий неутомимый воин Господень. В этой роли он представлен в Библии. Еврейская традиция говорит, что он был научен воинскому искусству в армии фараона, и это был дар от Бога. Он не смог стать ни учителем, ни пророком, но был первоклассным воином. Ревновал за пророческий дар Моисея (Чис. 11:27-29).

В момент первой битвы Израиля с Ама­ликом мы видим Навина на передовых позициях во главе войска (Исх. 17:8-16). Благодаря его отваге и полководческому таланту, упорству и стойкости, а также уси­лиям Моисея амаликитянам было нанесено сокруши­тельное поражение. «И низложил Иисус Амалика и народ его острием меча». Эта фраза указывает, что он славился своим мечом и владел им в совер­шен­стве. Впоследствии этим мечом он противостоял и духовным врагам.

Его мужество не подвергалось сомнению. Мужество — это такое качество духа, которое делает человека способным встречать опасности и испытания без страха и колебаний, с полной верой и решительностью. Мы нигде не видим этого отважного человека веры в страхе. Это он и Халев, двое из двенадцати избранных от общества разведчиков, осматривавших ханаан­скую землю, готовы были идти на ее покорение, хотя другие десять были против, проявили малодушие, ослабили сердца народа и «распускали худую молву о земле» (Чис. 13:33). «Худую» в том смысле, что, рассказывая о ней правду, действительное положение вещей, присовокупляли к этому свой пессимизм и неверие: мы не сможем ее завоевать, так как живущие там великаны проглотят нас, как козявок. И это не было вымыслом: исполи­ны, сыны Енаковы, действительно обитали там; они были достаточно развиты и привели Ханаан к процветанию; их города, обнесенные мощными стенами, были хорошо защищены, и захват этих крепостей физической силой было делом немыслимым.

Но из двенадцати разведчиков было двое, которые имели иное мнение. Они тоже реально оценили обстановку, но обратили взор не на мощь хананеев, а на Бога, и с позиций веры в Него призывали идти и овладеть Ханааном. Бог, Чью волю Израиль исполнял и Кем он был при­зван, пойдет впереди и сокрушит врагов. Они достанутся нам на съеде­ние, заявил Иисус (Чис. 14:6-9). Но общество прислушалось к большинству, подняло ропот и готово было поставить себе другого начальника и возвратиться в Египет.

Как поразительно легко поддается народ ажиотажу! Уже позади длинный путь с множеством препятствий и испытаний, преодоленных силой Божией. Остается сделать последний рывок и овладеть этой землей. Но диавол через соглядатаев возбудил народ, сделал их глашатаями своих планов, чтобы этот огромный стан, примерно в три миллиона человек, повернул назад. И куда назад? В Египет, в дом рабства, в страну ужасного фараона, откуда они с таким трудом вырвались на свободу!

В жизни человека, который еще не утвержден в вере и в познании истины, иногда происходит нечто подобное: проделав значительный путь следования за Христом, он чем-то соблазняется и возвращается назад в мир, на путь греховного рабства. О таковых Писание говорит, что лучше бы им не познавать истины, «нежели, познав, возвратиться от преданной им святой заповеди» (2Пет. 2:20-22). Они не выдерживают искушения, как те израильтяне, забывая, что у нас есть общий враг — диавол.

Господь разгневался на народ и готов был истребить его за неверие (Иуд. 1:5; Евр. 3:19). Но новое ходатайство Моисея и Аарона заступило его: народ остался жить. Однако суровое наказание постигло непокорных: десять малодушных и маловерных соглядатаев было поражено на месте, а общество, легкомысленно внимавшее речам своих вожаков, отправилось странствовать по пустыне на целых сорок лет — год за день, по числу дней, в которые осматривалась земля. Вместо облегченного одиннадцатидневного путешествия из Синая к их будущему наследию потребовалось еще 40 лет блуждания в знойной пустыне, 40 лет тяжелого изматывающего пути, и все это из-за бунта и неповиновения в Кадес-Варни.

На сорок лет отложилось исполнение обетования Божия. Старое поколение от 20 лет и выше, которое вышло из Египта, видело славу Божию и не сохранило Ему верности, вымерло (Евр. 3:17-18), а Обетован­ной Землей овладели их дети и внуки.

Этим эпизодом Бог преподает и нам очень серьезный урок. Бог есть Бог свободной воли человека и, если она проявляется в своеволии, при­том демонстративно, как у Израиля перед вступлением в Ханаан, мы должны нести за это ответственность. За потерянные благословения, за отказ следовать повелению свыше человек обязан и должен отвечать. Не в будущей, а уже в этой жизни мы зачастую несем наказание и потери. Когда вопрос касается воли Божией, Бог не требует от нас, как не требовал от Израиля, что-то сделать самим. Он требует от нас одного: подчиниться, остальное Он обеспечит (или уже обеспечил) Сам, как тогда, у границ Ханаана, что впоследст­вии доказал Иисус Навин сорока годами позже.

Тогда на сорок лет задержалось осуществление плана Божия, ибо пре­успел сатана: он сумел усыпить народ страхом и неверием. Это происходит и в наше время: «И как жених замедлил, то задремали все и ус­нули» (Мф. 25:5). Современную церковь сатана усыпляет всевозможными оболь­щениями, отчего многие теряют трезвость веры в силу и победу Грядущего.

Только двое из старшего поколения — Иисус Навин и Халев — ока­зались людьми, видевшими больше и дальше, чем другие, людьми твердой и не­поколебимой веры, потому что вера — это дальновидность и широта взгляда. Дальновидность замечательна тем, что она преисполнена оптимизма и надежды, способна на самопожертвование и готова немедленно перейти к делу, не задумываясь о послед­ствиях и ничего не страшась. Между эти­ми двумя героями веры и десятью малодушными пессимистами-бунтовщи­ка­­­ми ра­зительное отличие: эти двое видят Бога, Его силу и власть, Его победу; а те десять видят только то, что перед их глазами. Они смотрят на трудности и проблемы, сами падают духом и угашают дух народа, подрезая крылья веры. Господь истребил их, потому что они стали орудием сатаны (Чис. 14:36-37).

Иисус Навин тоже был реалистом, тоже видел и понимал обстановку, сознавал весь объем трудностей и опасностей. Но при всем этом он был преисполнен опти­миз­ма и веры и видел также возможности преодоления трудностей. Там, где другие видят только затруднения и тупик, оптимист и человек веры находит выход! Такой человек способен вдохновить на подвиг даже самых слабых, подав им пример веры. Этими качествами обладал Иисус Навин. Он мгновенно принимал решения и претворял их в жизнь. На протяжении всего пути из Египта в Ханаан он был ближайшим соратником Моисея, его правой рукой и его воена­чальником. Бесстрашие Навина в битве с врагами было очевидно всем. Через всю жизнь он про­нес этот дух бесстрашия и мужества, а мужеству присущи спокойствие и само­обладание.

Вместе с Моисеем Иисус поднимался на гору и находился там сорок суток. С ним он получал Скрижали Завета, откровение о построении скинии и Закон для Израиля (Исх. 32:15-19), поэтому Иисус Навин лучше других постиг большую науку победы. Он также видел славу Божию, был тверд в вере и верности Богу, как и Мо­исей. Он был достойным преемником Моисея и продолжателем дела Божия, на которого можно было положиться. Его длительное общение с пророком, тесная духовная связь, послушание, преданность откровению Божию приготовили его к выполнению Господних задач. Некто сказал: «Бог признает единственно свободную преданность и только жертву любви». Все это явил Иисус Навин в полной мере.

Но надо подчеркнуть и следующее. Когда пришло время для Моисея избрать себе преемника, кандидатура Иисуса, долго находившегося в его тени, не была автоматическим решением. Библия сообщает, что Моисей обратился с этим вопросом к Господу и просил Его назначить ему преемника (Чис. 27:15-17). Господень ответ не оставил никаких сомнений, что вождем Израиля Он избирает именно Иисуса, сына Навина (стт. 18-19).

Моисей с радостью вручил ему кормило власти. По повелению Господа Иисус был приведен в присутствие первосвященника Елиезера и поставлен перед всем обществом. Моисей принародно наставил его, затем возложил на него руки и помолился; так он передал от себя часть своей славы. Библия констатирует: «И Иисус, сын Навин, исполнился духа премудрости, потому что Моисей возложил на него руки свои, и повиновались ему сыны Израилевы» (Вт. 34:9). Не за заслуги своего преданного служения Моисею, не за полководческий талант в поражении врагов, не за то, что Иисус постоянно сопровождал Моисея на гору и с горы Синай (Исх. 24:13; 32: 17-18) и был одним из двенадцати разведчиков, смело выразившим свою веру в покорении Ханаана, а потому что его избрал Бог и потому, что Моисей возложил на него руки. Только после этого священного действия общество Израиля признало Иисуса своим вождем и подчинилось ему.

Господь обращал Свое слово к Иисусу не так, как к Моисею в горящем кусте, или как к Илье пророку в тихом веянии ветра. Он явился ему у входа в скинию собрания в столпе облачном и поручил быть преемником Моисея, заповедал ему «быть твердым и очень мужественным» (Вт. 31:14-15,23).

После смерти Моисея Господь вновь явился Иисусу и сказал замечательные слова ободрения, наставления и обетования. Эти слова являются библейским афоризмом и золотым правилом для христиан на все времена: «Только будь тверд и очень мужествен, и тщательно храни и исполняй весь закон, который завещал тебе Моисей, раб Мой; не уклоняйся от него ни направо, ни налево, дабы поступать благоразумно во всех предприятиях твоих. Да не отходит сия книга закона от уст твоих; но поучайся в день и ночь, дабы в точности исполнить все, что в ней написано: тогда ты будешь успешен в путях твоих и будешь поступать благоразумно» (И.Нав. 1:7-8).

Иисус Навин оправдал свое высокое избрание и доверие Моисея; он постарался выполнить и Господень наказ. «Часто приходилось наблюдать, — пишет Освальд Зандерс, — что человек, занимавший подчиненное положение при сильном и главенствующем руководителе, внезапно развивает неожиданные способности, когда на него ложится ответственность. Пробуждаются скрытые силы и способности, которых никто раньше не предполагал. Иисус Навин никогда бы не стал таким выдающимся руководителем Израиля, каким оказал­ся на самом деле, если бы он остался всю жизнь слугой Моисея». И это верно.

По смерти Моисея Иисус Навин приступил к исполнению своих великих обязанностей. Первым наказом было перейти реку Иордан и вступить в ту самую землю, которую Господь обещал еще Моисею и в разведывательном рейде по кото­рой участвовал сам Иисус Навин. Получив от Господа задание и обещание всяческой поддержки, Иисус сказал надзирателям народа: «Пройдите по стану, и дайте повеление народу, и скажите: заготовляйте себе пищу для пути; потому что, спустя три дня, вы пойдете за Иордан сей, дабы прийти взять землю, которую Господь... дает вам в наследие» (И.Нав. 1:11).

Иисус Навин ясно представлял себе важность информации о местности, на которую предстояло ступить, поэтому тайно послал в разведку двух молодых людей осмотреть землю и Иерихон. Эти двое, судя по их после­дующим шагам, были хорошо подготовлены для выполнения порученной миссии и действовали оперативно и грамотно. Вернувшись обратно в стан, они рассказали Иисусу обо всем, что с ними случилось, и доложили обстановку и важные сведения, согласно которым Иисус приступил к захвату Иерихона.

С этого времени Иисус Навин открывает нам веру Божию с новой стороны. Его вера — это вера воинствующая, одно из могущественных средств разрушения иерихонских стен, укрепленных твердынь сатаны. Эти твердыни есть и в человеке (2Кор. 10:4-5). Вера Навина — это вера не в свои собственные силы, способности или возможности; ее центром является Бог. Его вера — не положительное мышление, когда человек сам старается убедить себя в том, что с каждым днем все будет лучше и лучше. Порой при таком отвлеченном мышлении, когда человек полагает, что все будет прекрасно, и на этом успокаивается, случается как раз наоборот. Воинствующая вера — это нечто совершенно иное. Это — абсолютное убеждение в могуществе Бо­жием, в Его власти и силе, в Его владычестве и в Его помощи надеющимся на Него. Это нечто, в чем мы полностью уверены и утверждены, в чем не сомне­ва­емся, каковы бы ни были обстоятельства. Эта вера наделена духом мужества, бес­страшия, решения бороться и побеждать. Она полна благородного риска. И она готова к действию!

Именно такой верой и обладал Иисус Навин. Такую веру необходимо иметь каж­до­му воину Христа. Ее смело можно положить в основание устроения своего ду­хов­но­го дома и с ней безбоязненно вступать в бой с любым противником, рушить лю­бой его оплот, как это сделал Иисус Навин. Эту веру так ярко ил­лю­ст­рирует нам Писание. Это символы, «образы» для нас (1Кор. 10:6), на которых мы учим­ся постигать истину. Эта истина, по сути дела, должна бы стоять во главе угла ду­ховной брани каждого христианина (Еф. 6:12), который призван быть «добрым во­ином» Иисуса Христа (1Тим. 1:18; 2Тим. 2:3) и вести победоносную духовную жизнь.

Обратим внимание на тот факт, что Бог, обещавший сынам Израилевым еще при выходе из Египта ввести их «в землю хорошую и пространную, где течет молоко и мед» (Исх. 3:8,17), не приготовил этой земли в готовом виде, чтобы можно было свободно войти в нее и спокойно жить, наслаждаясь ее благами. Эта земля была еще занята: на ней жили туземные племена, потомки Ханаана, проклятые Богом за свои злодеяния. Ее необходимо было еще завоевать и истребить семь ханаанских народов (Вт. 7:1), которые окончательно разложились нравственно и духовно, наполнив меру своих беззаконий. Они осквернили землю идолопоклонством, нравственными преступлениями и грехами оккультизма (Вт. 18:9-14).

Со стороны Бога этот Суд не был делом жестокости, а был делом заботы и милосердия к народам, населявшим эту землю. Как хирург в целях спасения отрезает ногу, пораженную гангреной, чтобы предупредить дальнейшее заражение и избавить человека от смерти, и за это его никто не осуждает, так и Бог спасал Свой народ от растления. Во дни Авраама пораженные идолопоклонством и грехами оккультизма племена еще не наполнили меру беззаконий (Быт. 15:13-16). Там был ходатай за эти народы — царь и священник Мелхиседек (Быт. 14:18-20; Евр. 4:1-4). К приходу евреев в Ханаан грехи местных жителей доросли до апогея, и Бог повелел евреям совершить Суд. Он дал им очень ясные инструкции: «Когда перейдете через Иордан в землю ханаанскую, то прогоните от себя всех жителей земли, и истребите все их изображения, и всех литых идолов их истребите и все высоты разорите...» (Чис. 33:51-52).

Земля была отдана потомкам Авраама в вечное владение, и деградировавшие носители оккультизма не должны были там обитать. Таково было Божие установление. Поэтому Ханааном предстояло овладеть с оружием в руках и с духом ясной и твердой веры в единственного Бога, Которому надлежит поклоняться. Евреи должны были разрушить греховные крепости хананеев, истребить идольские капища, очистить саму землю от нечистоты демонизма (Исх. 23: 23-24; Лев. 18:3-4) и только затем наследовать и превратить ее в бла­гословенный край, «где течет молоко и мед» и где они будут иметь полное благословение.

Раскопки в современном Израиле показали, что даже спустя три тысячи лет после тех исторических (библейских) событий отчетливо видны следы исполнения Иисусом Навиным повеления Господня: он на самом деле сжег наиболее мощные ханаанские города, как и записано в Библии. Также там обнаружены статуи идолов и царей с преднамеренно разбитыми головами и руками. Это свидетельство того, что израильтяне совершили то, что Бог повелел им сделать, и Он за это подарил им победу, которая была невозможна и недостижима на основе стратегии и военных действий.

Завоевание Ханаана в упорной борьбе с хананеями является сильнейшим прообразом духовной войны Церкви. В беседе с учениками Иисус сказал: «От дней же Иоанна Крестителя доныне Царство Небесное силой берется, и употребляющие усилие восхищают его» (Мф. 11:12). Это одна из тайн Царствия Божия. Блаженство, благословения и полнота радостей этого Царства имеют непреходящую ценность и достигаются приложением больших усилий, как духовных, так и телесных. Господь призы­вает стать наследником Его Царства (Лук. 22:28-30), но заповедует «под­визать­ся» за него (Лук. 13:24-30; Мф. 7:13-14). Слово «подвизайтесь» подразумевает подвиг, усилие веры, напряженную борьбу веры. Поэтому на пути каждого христи­анина, старающегося достичь небесных врат, так много борьбы и испытаний, которые нужно богоугодно преодолеть, чтобы быть достой­ными избрания Божия.

Первым действием Навина после вступления в полномочия преемника Моисея была подготовка к заключительному этапу долголетнего странствования — входу в Обетованную Землю. Здесь он проявил себя, как духовный руководитель и мудрый стратег, как истинный пастырь народа, показав вместе с благочестием и страхом Божиим деловитость, распорядительность и готовность беспрекословно повиноваться Господу, чтобы исполнить все Его планы относительно израильского народа. Укрепленный и наставленный Господом (И.Нав. 1:1-7), он пришел к старейшинам и отдал приказ готовить народ в путь: через три дня они будут переходить Иордан и приступать к завоеванию земли. Но прежде он посылает двух юношей в разведку, чтобы узнать, в каком месте земля открыта для вторжения в нее и каково настроение жителей. Разведка показала, что хананеяне в переполохе и панике от приближающегося израильского стана. Это был верный признак того, что Господь предал эту землю в руки евреев. Ободренный этими сведениями, Иисус начал переход через Иордан, сильно разлившийся к тому времени.

Пересечение Иордана сопровождалось таким же чудом, как и пересе­чение Красного моря. Поэтому Господь сказал Иисусу: «В этот день Я начну прославлять тебя пред глазами всех сынов Израиля, дабы они узнали, что, как Я был с Моисеем, так буду и с тобою» (И.Нав. 3:7). Сначала Иисус дал четкие инструкции, как народ должен переходить реку, и потребовал соблюсти их неукоснительно. Священникам он повелел взять Ковчег Завета и пойти впереди колонны на расстоянии 2.000 локтей (приблизительно 1 км) от нее, войти в Иордан и остановиться на месте, пока стечет вода и покажется суша, по которой народ начнет переход.

Отметим одну деталь. Иордан в это время не был мелководным, и течение не было спокойным, а священники, да и сам Иисус не имели ни опыта, ни уроков плавания, ибо этому не способствовало странствование по горячей Синайской пустыне в течение сорока лет. Акт вступления в воду надлежа­ло совершить исключительно верой, голой верой: сначала войти в воду, затем Бог ответит на этот шаг веры. Священники сделали этот рискован­ный шаг по слову Иисуса Навина, и как только стопы их погрузились в воду, Бог ответил немедленным чудом: вода, текущая сверху, останови­лась и стояла стеной на очень большом расстоянии, а текущая по течению вниз ушла в море и иссякла (стт. 14-17). «Священники, несшие ковчег, стояли среди Иордана.., а народ между тем поспешно переходил» (И.Нав. 4:10).

Это повествование символично. Само название «Иордан» означает «стре­ми­­тельно падающий», так как его русло с большим уклоном. Он часто является про­образом смерти, как Ханаан — прообразом вечной жизни. Здесь он является прообразом нашего отождествления с Христом в смерти, погребении и воскресении. Это одноразовый акт, но он должен подтверждаться нами постоянно. Переход этот немедленно столкнул израильтян с врагами. Духовная борьба с невидимым врагом в моей собственной жизни — это «признак того, что я стою на Обетованной Земле» (Еф. 6:12). И сам путь из пустыни в Обетованную Землю через реку Иордан — это прообраз перехода из жизни временной в жизнь вечную. Израиль перешел Иордан посредством Ковчега Завета. Ковчег Завета — самый святой предмет в скинии, олицетворяющий присутствие Божие. Это он (Ковчег) остановил воды Иордана, и они иссякли. Там, где присутствует Господь, все преграды на пути народа Божия исчезают.

Ковчег Завета символизирует и то, что придет время, когда действие смерти на земле прекратится; слава Божия наполнит всю землю. Это произойдет после Второго Пришествия Иисуса Христа. Смерть не устоит пред Господом, и пророк говорит: «Поглощена будет смерть навеки» (Ис. 25:8). «Последний же враг истребится — смерть...» (1Кор. 15:26). «И смерти не будет уже», — сказано в Отк. 21:4.

«Если бы израильский народ для вторжения в Ханаан был вынужден оставаться на восточной стороне Иордана до того времени, как окончится наводнение, — замечают комментаторы Библии Лопухина, — его встретили бы, конечно, ханаанские цари с многочисленным войском и загородили бы ему дальнейший путь. Если этого не произошло, то именно потому, что чудодейственно осушенное русло Иордана во время наводнения дало израильтянам возможность вторгнуться в Ханаан в такое время, когда этого не ожидали, а потому не приняли мер к отражению нападающих».

Первое, что увидели евреи, перейдя на другой берег, был город Иерихон, обнесенный высокими стенами и башнями. Фактически это была сильная крепость, стоящая на пути к овладению землей. Библия подробно описывает захват Иерихона и его уничтожение, и нам здесь есть чему поучиться, так как это была вторая победа веры всего народа. Когда народ объединил свою веру с могуществом Бога, случилось невозможное. Книга Иисуса Навина показывает два примера великих чудес Божиих, явленных в жизни Навина: первое — разделение вод Иордана, имевшее далеко идущие последствия (гл. 5); второе, большее чудо, — падение иерихонских стен.

Приближение огромного стана к стенам города перепугало жителей. «Иерихон заперся, и был заперт от страха сынов Израилевых; никто не выходил из него и никто не входил» (ст. 16). Великие и страшные чудеса Господни потрясли язычников и сломили их воинственный дух. То же происходит и с нашим духовным врагом: оружие света и веры связывает и парализует его, превращая в ничто.

Иисус Навин не стал сразу же готовиться к наступлению. Народ расположился станом в окрестностях Иерихона. Иерихонские жители видели море шатров, слышали доносившиеся издали голоса, но не видели никаких приготовлений к военным действиям: не формировались отряды, не готовилось оружие, не сооружались насыпи, чтоб взбираться по ним на стены. Полная тишина и неизвестность. Мы же знаем, что в это время в стане Израиль готовился к ответственному делу в своей духовной жизни, проявляя послушание Богу: исполнялась заповедь обрезания и праздновалась Пасха. Иисус Навин обновлял завет с Господом того поколения, которое родилось в пустыне, и освящал все общество.

Так Бог учит народ соблюдать святыню завета в любых обстоятель­ствах жизни, но особенно перед ответственным выступлением против врага. Это урок и для нас: прежде чем совершать свое молитвенное борение с силами тьмы, необходимо тщательно подготовиться и освятиться.

Бог со Своей стороны приучал народ к самостоятельной, активной жизни: подача манны с этого дня прекратилась, и люди должны были добывать себе пропитание. Лагерь стоял на месте три дня, пока обрезанные поправились. Казалось бы, с внешней стороны эта задержка была некстати; но с духовной стороны послушание Богу и соблюдение святыни Завета имело весьма положительные результаты. Активная вера наиболее плодотворна там, где есть послушание Богу, где соблюдается Его воля.

Что думали жители Иерихона, ожидая нападения? Они видели израильтян и море раскинувшихся шатров, но не видели приготовлений к штурму и самого штурма крепости. Не видели потому, что смотрели чисто внешне. С духовной же стороны все, что происходило в стане, было прелюдией к более высокой победе, которая незримо готовилась Богом, ибо победа над Иерихоном была результатом не военной стратегии, а борьбы веры. «Верой пали стены иерихонские...» (Евр. 11:30)! Это та победа верой и силой Божией, о которой говорит Писание, что «наша брань не против крови и плоти...» и что «оружия воинствования нашего не плотские» (Еф. 6:12; 2Кор. 10:4-5; 1Ин. 5:4). Когда мы рассматриваем победу веры в прошлом, это помогает нам побеждать верой в настоящем.

Английский проповедник Эрик Хейден так изобразил шестую главу книги Иисуса Навина, описывающую взятие Иерихона:

* Божественное наставление — стт. 1-7;

* человеческое исполнение   — стт. 8-14;

* Божественное вмешательство   — стт. 15-18;

* человеческое доделывание  — стт. 21-24.

Так обеспечивается победа веры: Бог вмешивается и совершает. Но эта победа верой может прийти только через верных Ему людей.

Взглянем на эту победу с точки зрения веры.

Во-первых, Иерихон, эта языческая крепость, была обречена. С. Эмери пишет: «Иерихон, должно быть, был красивый город; но именно он был оплотом зла, идолопоклонства и оккультизма. Бог сказал, что всё должно быть «предано» заклятию. Навин должен был двигаться прямо к бастиону, главному, а не одному из второстепенных, препятст­вию, цитадели сатаны» («День за днём с В. 3.»). По приговору Господа судьба города была предрешена, но его все же надо было завоевывать.

Не будем, однако, преуменьшать величия и мощи этого города. Это был богатый и укрепленный хананейский город, расположенный в плодородной местности — иерихонской равнине (И.Нав. 4:13), где пальмы, розы и бальзам великолепно украшали ее. Этот город назывался также «городом Пальм» (Вт. 34:3; 2Пар. 28:15). Обычное значение слова «Иерихон» — «благоухающий, благовонный». Некоторые толкователи считают, что это название означает божество луны, которое почитали основателем города. Иерихон был построен вокруг знаменитого фонтана пророка Ильи и обнесен мощной двойной стеной. По тем временам это был настоящий бастион, шедевр военной защиты. Между стенами был ров с водой пятиметровой ширины. Наружная стена двухметровой толщины была сооружена наклонно наружу, чтобы по ней труднее было взбираться; а внутренняя — четыре метра толщиной и десять метров высотой. Обе стены соединялись надстройкой жилых домов поверх стен. В городе находились склады с большим запасом продовольствия, а в центре бил фонтан, обеспечивавший горожан водой. Это был хорошо укрепленный город, армия не могла завоевать его за несколько дней. Если бы израильтяне пытались захватить Иерихон собственными силами, они долго не смогли бы его взять. Но Бог был с ними и научил, как овладеть городом посредством веры и послушания.

По человеческим суждениям, задача по захвату Иерихона была сверхсложной. Иисус, по-видимому, ломал голову над тем, как сокрушить эти каменные бастионы, чтобы проникнуть внутрь. Он молился и просил у Бога совета и помощи. Даже самая крепкая вера может иссякнуть и время от времени нуждаться в приливе новых сил. И как бы мала она ни была, она продолжает неизменно взирать на Бога, а Бог выше обстоятельств.

И второе. Библия представляет нам здесь великого Победителя, совершившего победу в этой невидимой духовной битве.

«Иисус, находясь близ Иерихона, взглянул...» (И.Нав. 5:13).

Эта фраза по­ка­зывает, что Иисус Навин, конечно же, изучал город, все подходы к нему и готов был ринуться в битву, атаковать стены, проломить ворота, захватить крепость силой. Стих 16 показывает, что «Иерихон заперся, и был заперт от страха сынов Израилевых...» Повтор слова «заперт» говорит о том, что город приготовился к осаде и защите. В нем тоже были храбрые и сильные воины (И.Нав. 6:1). Иисус обдумывал, как лучше начать осаду. Его размышления были прерваны человеком с обнаженным мечом, который назвался «Вождем воинства Господня». Господь явился Иисусу под видом человека, как когда-то Аврааму (Быт. 18). Он представляет здесь великого Победителя, Самого Иисуса Христа, Который явился в качестве Вождя, повелевающего небесными боевыми силами. В Писании Христос неоднократно представлен как Вождь (Дан. 8:11; Мф. 2:6; Евр. 2:10).

Вождь воинств Господних потребовал от Иисуса Навина полного подчинения Своей воле и власти. Он изложил ему целую программу действий, следуя которой Иисус легко и без потерь сумеет занять город. Для этого повелел ему применить против неприступных стен и башен не воинскую стратегию, технику и людей, а духовное оружие: имя Господа и коллективную веру израильтян в это победоносное имя. Для этого они должны были подчиниться тому образу действий, какое Он указал (И.Нав. 6:1-4).

Поскольку вера имеет небесное происхождение, то и действия ее имеют небесные результаты. Она обладает властью самого Бога, и такой вере все воз­мож­но, когда она обретает свободу действий и помазана силой свыше. Вере свой­ственно творить непостижимое, хотя бы она была мала, как горчичное зерно (Мф. 17:20). Это возможно потому, что она приходит от Бога, как Его сила, а для Бо­га нет ничего невозможного (Лук. 1:37). И когда мы в своей жизни встречаем та­кие неприступные города и стены, мы можем надеяться только на Господа, если будем иметь веру. Победа приходит только к тем, кто крепко уповает на Него.

Итак, победа над Иерихоном — это результат духовного акта. Со стороны народа мы видим полное послушание, а со стороны Бога — силу и действие. Бог дал ясные указания, которые могли выглядеть в глазах людей смешными или нелепыми. Но сыны Израилевы не сочли их абсурдными, а выполнили повеление: сохраняли тишину в течение шести дней, а в седьмой — воскликнули все вместе. Там не было места для проявлений собственной воли или инициативы, но результат был феноменальный. Это победа веры через послушание веры: один раз обходить город вокруг и возвращаться в стан. Так делали они шесть дней подряд, а в седьмой — обошли его семь раз. Всего двенадцать раз они обходили свое препятствие в полном молчании и только на тринадцатый раз при звуке юбилейного рога громко воскликнули. Так за семь мирных, спокойных дней была завоевана и ниспровергну­та одна из древнейших языческих крепостей, настоящий бастион сатаны.

Но обходить молча вокруг городских стен с уверенностью, что они падут без применения техники, это «безумие веры»,— сказали бы сегодня даже некоторые из верующих. Если бы в наше время кому-то из военачаль­ников была предложена такая «примитивная» стратегия, чтобы разрушить неприступную крепость, это предложение высмеяли бы. Но Иисус Навин, тоже здраво­мыслящий человек, при этом раб Господень, не посчитал повеление Божие безумием; он поверил Господу и в глубоком благоговении и смирении исполнил все, что ему было предписано. Он воодушевил на этот подвиг веры и смирения народ и не был постыжен. Вот почему точное соблюдение повеления Господня в завоевании Иерихона, стратегического пункта в покорении всего Ханаана, расценивается как героизм веры Иисуса Навина.

Настоящая вера тверда, бесстрашна, послушлива, деятельна и готова на подвиг. В спокойном уповании она полагается на Бога невидимого и смело вступает в противоборство с самыми грозными силами противника, за какими бы высокими стенами он не скрывался. Умеем ли мы так верить и так полагаться на Бога, как это делал Иисус Навин? Вера — это средство, данное нам Богом. Она растет через Слово Божие, которое мы читаем или слушаем. Когда соединим нашу веру с обетованиями Божиими, со всеми Его предложениями и предписаниями и когда признаем их истинными, принадлежащими нам здесь и теперь, тогда все придет в движение в нашей жизни и произойдет чудо. Вера способна на чудо, потому что Божия любовь и возможности неисчерпаемы. Свои силы и возможности Господь хочет отдать в наше распоряжение, хочет вверить Себя нашей вере. Мы ничем не рискуем, если попытаемся испытать эту истину в своей жизни.

Из рассматриваемой нами темы усвоим главную мысль: иерихонские стены — ярчайший прообраз всех сильнейших препятствий, воздвигаемых диаволом на пути каждого христианина в Царство Небесное. Они также символизируют все сатанинские твердыни в самом человеке, когда он восстает против познания Божия, противится Его свету (2Кор. 10:4-5); они ниспровергаются духовным оружием в молитвенном борении. Кроме веры, молитвы и послушания Господу, необходимо также точное соблюдение духовных законов и безграничная преданность истине (Мф. 7:7-8; 21:21-22; Ин. 8:32).

Но в нашей жизни есть нечто еще более трудное, чем вера. Это терпение, необходимость ожидать, чтобы увидеть помощь Божию. Израильтянам пришлось применить большое терпение, чтобы дождаться обещанного результата. И тем, кто хочет следовать Божиим заветам, нужно запастись очень большим терпением. Кто-то назвал терпение царицей добродетели. И это верно, потому что оно способствует нашему духовному возрастанию и победоносной духовной жизни. Фактически терпение — это мужественное христианское постоянство, смелое и неустрашимое приятие всего того, что преподносит нам жизнь, переполненная невзгодами. Мы часто не являем терпения веры, не доводим своего молитвенного борения до конца, не сражаемся, так сказать, «до крови» (Евр. 12:4), а потому и не имеем победы.

Плод веры является тогда, когда мы непоколебимо держимся за слово Господа, Который сказал: «Я дам вам победу». Надо научиться верить и ожи­дать, как верил и ожидал в терпении Иисус Навин. Очень хороший пример такого рода подает нам пророк Аввакум (3:17-19) и царь Давид (Пс. 26:1-3). Оба примера показывают, что хотя опасности возрастают, а верующий твердо держится Господа! Это и есть качество веры Божией.

Можем только представить себе, что испытывали жители Иерихона, ожидая осады города. Вначале они устрашились, потом пришли в себя и осмелели. Затем начали наблюдать и смеяться над тем, что делали израильтяне. Но когда раздался звук трубы, они не на шутку перепугались. И вдруг дружный крик — и стены стали рушиться. Они погибли!

Это замечательный урок веры всем тем, кто следует за Господом. Этим подвигом Иисус Навин учит нас тому, что перед верой Божией падут стены всех языческих Иерихонов, какой бы крепости они не были. Любые препятствия падут по семиднев­ном обхождении. «Семидневное обхождение» — это школа воспитания в нас духовных качеств: веры, терпения, искусства молитвенной борьбы. «Семидневное обхождение» — это и наше настойчивое действие с полнотой веры. Вера и действия по вере — неотделимы. Апостол пишет: «Вера без дел мертва» (Иак. 2:20). Вера мертва не без добрых дел вообще, а без дел веры.

Глубокий прообраз заложен и в повелении обходить крепость именно семь дней. Не за один раз, не за два, а при семидневном обхождении израильтяне взяли город в кольцо; и тогда стены неприступного Иерихона пали до основания! Они пали силой Бога, которая была приведена в действие послушанием веры и молитвой.

Так и мы должны совершать свое молитвенное борение против стоящих на пути пре­пятствий. Господь призывает нас к такой борьбе и указывает на всеоружие Божие (Еф. 6:12-18; Рим. 12:12). В жизни каждого христианина есть свой Иерихон. Незави­симо от того, какие это стены, какие трудности, но есть Тот, Кто даст победу, — это Господь Иисус Христос. Тихое упование на Него и есть «молчаливое» обхождение Иерихона.

Эту тайну борьбы и победы над духовным противником зна­­ли все мужи Божии всех времен. До семи раз они с большой настойчивостью со­­­вер­­шали молитву с верой — и достигали успеха. Семь раз — это полнота Божия. Вот пророк Илия молится семь раз о дожде после сильнейшей трехлетней засухи (3Цар. 18:42-46; Иак. 5:17-18). До семи раз потому, что силы ада противятся: Суд за грехи Израиля они хотели превратить в проклятье и совсем погубить этот народ. Семикратная молитва Илии разрушила их планы. «Семикратно в день про­слав­ляю Тебя за суды правды Твоей», — говорит псалмопевец. И как следствие этих мо­­литв: «Велик мир у любящих закон Твой, и нет им преткновения» (Пс. 118:164-165). Неотступное моление и прославление Господа приносит благословенный плод в духовной жиз­­ни верующего. По примеру Иисуса Навина многие в наше время делали семи­дневные посты и молитвы против своих преград на пути веры и имели успех.

Хотя шествие вокруг Иерихона совершалось при полном молчании народа, но священники, идущие впереди, трубили в священные трубы. В этом тоже сокрыт прообраз. Священники, трубящие трубами, напоминают служителей, возвещающих о победном имени Господа и указывающих народу Божию на его беззакония (Ис. 58:1). Слово Божие, читаемое вслух, и особенно подобранные в соответствии с пере­живанием обетования Божии, на которых основывается молитва, разгоняют тьму вокруг человека, дают силу и победу. Священные трубы — это также символ нашего свидетельства об освобождении и удостоверение победы, когда мы про­воз­глашаем ее наперед (Чис. 10: 1-10; Отк. 12:11). Трубы — это и знамение возвращения на родину, в свой удел, в свой покой от Господа, знамение торжества веры.

При обхождении в седьмой раз седьмого дня Иисус Навин призвал народ воскликнуть. И когда все громко воскликнули, высокие стены города обрушились до основания, и Израиль вошел в Иерихон со всех сторон. Они предали город заклятию по слову Господа. Сохранили только Раав блудницу и всех тех, кто вошел под кров ее дома, за то, что она укрыла израильских разведчиков (И.Нав. 6:15-16). Иерихон, как сатанинская крепость, был предан огню, уничтожен и обращен в развалины без права восстановления. Иисус Навин предал проклятию даже того, кто попытается его восстановить (И.Нав. 6:25), в назидание потомкам. Более пятисот лет Иерихон находился в развалинах и зарос травой. Библия сообщает, что когда во дни израильского царя Ахава некто Ахиил вефилянин отстроил этот город вновь, он поплатился за это двумя сыновьями, которых Господь поразил во исполнение проклятия, произнесенного Навином (3Цар. 16:34).

В наши дни при раскопках древнего Иерихона ученые-археологи были поражены, обнаружив стены обрушенными внутрь города. Они не смогли дать этому объяснения, так как обычно стены при разрушении падают по обе стороны и чаще всего наружу. И то, что стены Иерихона упали внутрь города, этому только одно объяснение: они рухнули без содействия людей силой Божией, притом одновременно.

Вход Израиля в ханаанскую землю был победоносным. Иерихон был первыми вратами, и эти врата Бог отворил перед дерзновенной, мужественной верой, освободив израильтянам путь в наследственный удел, как для законных хозяев. В дальнейшем израильтяне, под предводительством Иисуса Навина, сразились с двумя коалициями ханаанских царей и разбили их до основания (И.Нав. 11:1-12).

Находясь во главе израилевых колен, Иисус Навин, в результате этих двух великих сражений, покорил весь юг и север Ханаана, «ибо Господь сражался за Израиля». Господь шел впереди воинов, как могучий стенорушитель, и слушал голос человека так, как никогда раньше (И.Нав. 10:12-14). С ревностью выполняя волю Божию, в первом великом сражении с коалицией ханаанских царей Иисус воззвал к Богу и воскликнул: «Стой, солнце, над Гаваоном, и луна, над долиною Аиалонскою!» Дело требовало продолжить сражение, ибо полки аморреев еще не были до конца разбиты. От исхода этого сражения зависело дальнейшее полное покорение Ханаана. Иисус понимал важное значение предстоящей битвы, справедливо причисленной к величайшим сражениям, поэтому двинул против врагов все свои силы. Быстро, в течение ночи, он совершил трудный переход через горы и неожиданно напал на вражеский стан. В сокрушительном сражении враг был разбит, а остатки его войска разбежались. И чтобы окончательно их уничтожить, Сам Господь способствовал израильтянам: из грозовой тучи посыпался крупный град, побивавший врагов; и солнце не спешило к западу, «доколе народ мстил врагам своим» и сражение не увенчалось полной победой.

Было ли когда-нибудь в истории человечества что-либо подобное, чтобы вращение земли вокруг своей оси приостановилось, пока муж Божий выполнит Его волю? Вот каких вершин может достигнуть вера, когда она согласуется с волей неба! В древнекитайских летописях того времени записано, что был один день непомерно длинный, и этому явлению никто из мудрецов не мог дать объяснения. А объяснение лежит в вере человека Божия, который так угодил Господу, что ему было позволено совершить это чудо.

Для христианина в этом нет ничего странного и удивительного. Учение о возможностях веры, которая угадывает свой час и делает дела Божии, широко раскрыто в Священном Писании, и кто желает его постигнуть — постигнет! Вера приходит от Духа Святого, чтобы творить волю Божию. И чтобы наша вера стала действенной и Господь мог ее употребить, мы должны принять Его обетования глубоко в свое сердце, сделать их своими, в них жить, ими дышать. Когда вера их усвоит и они станут частью нашей жизни и силы, тогда и начнется процесс творения чуда. Чуда Божия. Чуда преображения нашей личности и чуда служения ближним. Это самое великое чудо, какое нужно видеть нам.

Вера Иисуса Навина — пример твердой воинствующей веры, которая с Господом смело сокрушает преграды на пути и реально овладевает обетованиями Божиими. Такой дерзновенный дух и постоянство активной веры особенно необходимы верующим предпришественного периода. Великое наваждение зла извне и изнутри, подобно ханаанским царям во главе с Адониседеком (царем неправды, зла и насилия), атакует Церковь. Атакует и проникает в ее среду, принимая форму крепостей сатаны, которые могут быть ниспровергнуты только верой Божией. А для этого нужны посвященные и преданные Богу работники, вера и силы которых напоена Духом Святым.

Что служило источником Духа для смиренного Иисуса? Возможно, то, что он был очень скромен. Он говорит о себе как о «служителе Моисея» (И.Нав. 1:1), в то время, как после его смерти Бог называет его точно так же, как и Моисея: «раб Господень» (И.Нав. 24:29).

Некогда Иисус Навин семь дней обходил наглухо запертую крепость, и только тогда стены Иерехона рухнули. А сегодня во много раз более мы должны обходить свои «иерихонские крепости», прежде чем они падут. В духовной борьбе ничего не дается легко. Враг всегда старается затаиться глубоко внутри, как запертый Иерихон. Он создает видимость спокойствия и тишины, чтобы обма­нуть человека, а на самом деле трепещет от приближения оружия света. Мы должны усилить молитву, только тогда он сдастся, и крепость будет завое­вана.

Как вера действует и движет рукой Божией — это великая тайна. Но в Духе Святом она борется в нас и через нас для нашего же блага. Господь говорит своим детям: «...верующий в Меня, дела, которые творю Я, и он сотворит, и больше сих сотворит...» (Ин. 14:12). «...Все возможно верующему» (Мр. 9:23). Это обетования нашего Господа. Ими Он возбуждает нашу веру, чтобы мы возрастали в ней и чтобы в нас ожило стремление увидеть, как Бог делает и для нас то, что кажется немыслимым. Он хочет, чтобы это стремление возросло в нас в глубокую ус­тремленность веры.

И еще один урок.

Как тогда Бог хотел видеть активное содействие Израиля в очищении земли от хананеев, и эту задачу выполнял Навин со своими воинами, так и ныне, перед Вторым Пришествием Христа, Он хочет видеть активное содействие Церкви в приго­товлении земли к Тысячелетию (Отк. 20:4). Как это возможно выполнить? Начинать надо с освящения собственного сердца, своей семьи, своего дома, постепенно расширяя этот круг до пределов своей общины, затем Церкви своей страны и, по возможности, до края земли. Это и есть духовное сотрудничество членов Церкви со своим Главой. Кто понимает это, должен еще с большим прилежанием верой трудиться на любом поприще во имя Господа. «Хорошо, добрый и верный раб! — скажет Он ему. — В малом ты был верен, над многим тебя поставлю; войди в радость господина твоего» (Мф. 25:21).

 

Мы кратко рассмотрели образ Иисуса Навина и наиболее яркие подвиги его воинственной и бесстрашной веры. Иосиф Флавий, еврейский историк первого столетия, пишет, что Иисусу Навину было 85 лет, когда он заступил на место Моисея. Шесть лет он покорял ханаанскую землю, остальные годы распределял ее по коленам и обустраивал жизнь народа. Он очень тщательно и аккуратно разделил землю по уделам. Границы между коленами установлены так четко и точно, что мы, пишет Кларенс Х. Вагнер, сверяя их с Библией, можем проследить их долину за долиной и холм за холмом на современной карте Израиля. В этом большая и несом­ненная заслуга Иисуса Навина.

Умер Иисус в возрасте 110 лет. Он — достойный про­дол­жатель героических дел и служения своего великого учителя Моисея и славный сын обетований Божиих. От начала и до конца своего служения он выполнил всю правду Божию и все завещания Моисея: ввел народ в Обетованную Землю и произвел ее раздел по коленам. Завоевание и распределение Иисусом Ханаана — это самый яркий прообраз того, как Церковь завоевывает языческие страны для Господа, прообраз ее побед и распространения Евангелия на земле.

Итак, в то далекое время, когда формировалась духовно-нравственная жизнь Израиля и созидалась его государственность, вождь Иисус Навин, осуществивший план Божий по вводу народа в Ханаан, явился чудным прообразом Иисуса Христа, Того, Кто уже готовился на небесах, Того, Кто придет позже: Спасителя всего человечества и всего мироздания. Это не историческая случайность, что Навин имел то же самое спасительное имя, какое было и у Христа — Иисус. Это имя имеет общий корень и означает: «Иегова — Спаситель». Его Навину дал Моисей вместо прежнего Осия (Чис. 13:17).

Подводя итог вышесказанному, отметим три характерные черты служения Иисуса Навина, нашедшие свое яркое отражение в Новом Завете.

 

1. Иисус Навин — прообраз Христа, Который вводит нас в спасение.

Эта мысль многократно фигурирует во всех книгах Моисеевых, особенно во Второзаконии (6:23): «...а нас вывел оттуда, чтобы ввести нас и дать нам землю, которую клялся отцам нашим дать нам». Здесь кратко сформулированы два неразделимых звена одного и того же искупительного дела: Бог вывел и Бог ввел. Он вывел народ через Моисея, а ввел через Иисуса Навина (одно из значений имени «Моисей» — выводящий). Этих два лидера совершили общее дело и своей миссией дополнили друг друга. И если Моисей представлен, как прообраз Христа-Осво­бодителя, выводящего народы из рабства греха и сатаны в свободу сынов Божиих, то Иисус Навин — прообраз Христа, вводящего их в Царство Божие. И как толкует это Ап. Павел, выход из Египта и переход Красного моря — это прообраз возрождения и крещения, а переход через Иордан — прообраз освящения (1Кор. 10:1-11).

 

2. Иисус Навин символизирует победоносную жизнь в Иисусе Христе.

Иисус Навин получает повеление перейти Иордан. При этом ему дается чудное обетование идеальной победы — той великой победы, какую мы имеем во Христе. Но оно стоит под определенным условием: необходимо, во-первых, проявить непоколебимое мужество и верность и, во-вторых, закон Божий должен занять подобающее место в нашей жизни (И.Нав. 1:3-9).

Ханаанская земля дана была евреям в наследие, и Бог был с ними. Но Он обещал пребывать с ними постоянно только в том случае, если они будут соблюдать Его закон, заветы и повеления. Как Израиль соблюдал свое обещание и слушался Бога, видно из книги Иисуса Навина: в ней попеременно чередовались победы с поражениями; например, успех в Иерихоне, поражение — у Гая. Иисус очень болезненно переживал поражение. Это видно из того, как в конце своей жизни он вспоминает эти победы и поражения. Он говорит израильтянам такие важные, ставшие знаменитыми слова: «...Изберите себе ныне, кому служить,.. а я и дом мой будем служить Господу» (И.Нав. 24:15). Тогда были особые условия для произнесения этих слов. Но вся жизнь Иисуса Навина была ярким подтверждением высказанного им кредо его веры: он со всем своим домом дейст­вительно преданно служил Господу.

Здесь нам показан еще один прообраз: как у Израиля, так и у нас часто победы чередуются с поражениями. Несмотря на то, что Господь обещает дать нам победу, далеко не всегда мы умеем взять то, что Он хочет дать. Мы не всегда овладеваем той силой, которая нам доступна. Мы не бодрствуем так, как это нужно; оттого не достигается победа в нашей жизни. У Израиля были памятники, напоминавшие ему, Кем был Бог для него и что Он ему дал. Это Ковчег, в котором лежали скрижали откровения; пасхальный агнец и суббота. И у нас есть такие памятники, один из которых — вечеря Господня.

Ключом к победе для Израиля было послушание Господу и использование Его великого имени. То же и у нас: именем Иисуса Христа мы живем и побеждаем. «Ибо нет другого имени под небом, данного человекам, которым надлежало бы нам спастись» (Деян. 4:12). Нет более могущественного, более победоносного, более освобождающего и более славного имени.

 

3. Иисус Навин и истинный покой израильского народа — это прообраз вечности. Непослушание Богу имело печальные последствия для израильтян: они не испытали того покоя, какой им был обещан (Вт. 25:19). В пустыне они часто провоцировали на себя гнев Божий, и потому Господь сказал: «Сорок лет Я был раздражаем родом сим,.. это народ, заблуждающий сердцем; они не познали путей Моих; и потому Я поклялся во гневе Моем, что они не войдут в покой Мой» (Пс. 94:10-11).

Павел, цитируя этот псалом, предостерегает верующих, чтобы они не поступали так, иначе и они не войдут в Его покой (Евр. 3:7-11). Это же он упоминает в связи с Иисусом Навином (Пс. 4:7-9). Точно так же, как Израиль, войдя в Ханаан, не обрел покоя из-за своего непослушания, так и мы из-за непослушания Богу можем не войти в Его покой. Это очень серьезное предупреждение для нас, уже стоящих у границ Небесного Ханаана и ожидающих зова Его «трубы» (1Кор. 15:51-52; 1Фес. 4:15-17).

Переход через Иордан символически означает переход через реку смерти и вход в покой вечности. Те слова, которые Иисус Навин говорил Израилю в свое время, и те прообразы, которые он являл собой, сегодня нечто весьма существенное говорят и нашему времени (Евр. 3:7-14).


 

Глава 22

 

ВЕРА ХАЛЕВАtc "ВЕРА ХАЛЕВА"

 

 

И что еще скажу? Недостает мне времени, чтобы повест­вовать о... других пророках, которые верой побеждали царства, творили правду, получали обетования...

Евр. 11:32-33

 

Апостолу Павлу недоставало времени, чтобы упомянуть в длинной цепи примеров всех героев веры, помещенных в Библии. Среди пропущенных имен находится и Халев.

Некоторые из толкователей говорят: «История — это биография, когда мы изучаем ее через деятельность великих людей». Другие находят в биографиях богословие, поскольку жизнь людей, их идеалы, их посвящение отражают богословские истины. В таком плане и рассмотрим жизнь Халева, то есть с исторической и богословской точек зрения.

Историческая сторона жизни Халева состоит как бы из двух актов или двух частей: до входа в ханаанскую землю и после входа в нее. Кратко коснемся каждой из них.

 

 

1. Жизнь в путиtc "1. Жизнь в пути"

 

Халев, сын Иефоннии (Чис. 13:7), прозванный кенезеянином за то, что наследовал землю древних кенезеев (Быт. 15:19; Чис. 32:12; И.Нав. 14:6), происходил из колена Иудина. Он, по-видимому, был ровесником Иисуса Навина, а по характеру веры — его единомышленником, и по храбрости походил на него.

Имя «Халев» означает: «горячий, храбрый». Он и на самом деле был человеком необычайно храбрым, отважным в своей вере, в своей жизни и на войне; но храбрым не той безрассудной, отчаянной храбростью, которая бросается в битву, сломя голову, или идет на неоправданный риск, а благоразумной храбростью, готовой во имя Господа на подвиги. Эти качества, как и его непоколебимая вера и мужество, проявились в момент великого кризиса израильского общества, о чем будет сказано ниже.

Халев — человек неустрашимой веры. Нам трудно с точностью сказать, где родилась его историческая вера: в доме ли отца, когда он с родителями еще находился в рабстве, или при видении чудес и знамений Божиих, совершенных Моисеем в египетской земле. А может быть, при переходе через Красное море или при встрече с Богом у горы Синай? Но факт остается фактом, что он видел все чудесные действия руки Божией и твердо верил всему, что Бог говорил народу через Моисея. Скорее всего, что в формировании его замечательной веры сыграли роль как его личная предрасположенность, его одаренность, так и призвание его Богом.

По свидетельству Библии, Халев был в числе двенадцати разведчиков, которых Моисей, по повелению Господа, посылал из пустыни Фаран для осмотра Ханаана. Все являлись лидерами, главами израильских колен. Халев представлял колено Иудино и был одним из начальствующих в этом колене (Чис. 13:4-16; 34:18-19). Моисей поручил им тщательно разведать ту землю, которая была назначена Израилю в наследие. Разведать как саму землю на предмет качества ее плодородия, так и ее жителей, города, поселения (Чис. 13:18-21).

В конце 13 главы книги Чисел представлен доклад соглядатаев, а в 14-й — реакция народа на этот доклад, которая была бурной и драматичной. Вот тут-то, в этот критический момент, когда весь стан пришел в движение, и проявилась героическая вера Халева. В вопросе состояния самой земли, которую они осматривали, ее чрезвычайного плодородия и богатства все разведчики были единодушны, дружно подтвердив, что «в ней подлинно течет молоко и мед». В доказательство они представили виноградную кисть такого размера, что двое несли ее на шесте. Но затем свидетельства их разошлись: десять из них утверждали, что эту землю невозможно завоевать, а двое убеждали, что возможно. Эти десять «распускали худую молву о земле», говоря, что жители ее многочисленны и исполинского роста, города укреплены и очень большие. В противовес им Халев и Иисус Навин с твердой уверенностью заявляли, что Господь поможет, и народ овладеет землей.

Весь стан принял к сердцу свидетельство большинства, пришел в страх и поднял вопль. Народ плакал всю ночь и роптал на Моисея и Аарона (Чис. 14:1-2). Халев, видя потрясающее действие этого известия, ободрял народ и, укрепленный упованием на Господа, предложил немедленно приступить к завоеванию земли. Он твердо верил Господу и знал, что Господь верен в Своих обещаниях; и как бы ни были страшны и многочисленны враги, Он даст Израилю победу.

А те десять упорно продолжали распространять слухи о могуществе хананеев, так что народ впал в малодушие, быстро забыв все чудеса Божии, явленные в Египте и в пути. «Не лучше ли нам возвратиться в Египет?» — говорили они, и готовы были устранить Моисея и Аарона от управления, избрать другого вождя и возвратиться в Египет. Халева же и Иисуса Навина, старавшихся предотвратить этот критический момент, народ, озлобленный речами десяти соглядатаев, готов был побить камнями.

Тогда вступился Сам Господь: «слава Господня явилась в скинии собрания всем сынам Израилевым» (Чис. 14:10). Господь намерен был уничтожить весь народ, но Моисей в молитве заступил его. За неверие и произведенное в народе возмущение десять соглядатаев были мгновенно поражены, а народ приговорен на сорок лет блуждания в пустыне (Чис. 14:26-35). За свою верность Богу только Халев и Иисус Навин впоследствии вошли в Обетованную Землю из всех тех, кто покинул Египет совер­шен­но­летними. Халеву Бог даровал особое обетование: «Но раба Моего, Халева, за то, что в нем иной дух, и он совершенно повиновался Мне, введу в землю, в которую он ходил, и семя его наследует ее» (Чис. 14:24).

Это обетование Моисей напоминает в книгах Чис. 32:11-12 и Вт. 1:36, когда новому поколению повторяет весь Закон, данный на горе Синай. Этим он подтверждает, что земля, по которой Халев отважно, с твердостью духа и веры проходил в числе двенадцати соглядатаев, справедливо дана ему и его детям в наследие, что Господь затем и исполнил.

На протяжении сорока лет Халев странствует по пустыне вместе со своим народом, несет тяготы нелегкой, скитальческой жизни. Все эти долгие годы он видит, как умирают его братья, уходят из жизни его родственники и друзья, проявившие в ответственный момент неверие, малодушие и ропот. Он понимает, что они умирают за то, что обесславили Господа и не покорились слову Его (Пс. 94:7-11; 1Кор. 10:1-11). Все это могло бы привести его в отчаяние, ослабить или поколебать и его веру. Но Халев проходит эти годы мужественно и с неизменным упованием, что Бог исполнит то, что обещал, и он однажды войдет в Ханаан. В то время, как другие переживали горе, поражение и смерть, эти двое — Халев и Иисус Навин — пребывали в радости и покое, хранили веру и бодрый дух (Евр. 10:38-39).

Сорок пять лет длилось это ожидание, и сорок пять лет Халев терпеливо проходил свое поприще. Это не просто оптимизм, но это особый дух веры, которая крепко держит свой якорь в обетовании Божием и не остается в постыжении (Ис. 14:10; Ис. 28:16; 1Пет. 2:6). И он дождался обещанного!

 

 

2. Жизнь в Ханаанеtc "2. Жизнь в Ханаане"

 

Второй акт биографической драмы Халева изложен в книге Иисуса Навина, гл. 14 и 15. Войдя в Ханаан, он принял активное участие в завоевании этой страны. Все это время он верно служил Господу и оставался вождем Иудина колена. Всей своей жизнью Халев служил напоминанием тем, кто понес осуждение. И теперь мы встречаем его в связи с разделом земли Иудину колену. По повелению Господа он вошел в число двенадцати мужей, которым было поручено делить землю на уделы всем коленам.

Когда Ханаан был завоеван, Халев обратился с просьбой к Иисусу Навину дать ему обещанный Богом удел, напомнив о том, как сорок пять лет назад он был послан в разведку в эту землю и как клялся Моисей: «Земля, по которой ходила нога твоя, будет уделом тебе и детям твоим навек; ибо ты в точности последовал Господу, Богу моему» (И.Нав. 14:9). В качестве удела он попросил себе Хеврон и окружающие его города, где в больших укреплениях жили сыны Енаковы. Излагая просьбу, он говорит о своей силе и просит дать ему самую трудную задачу и небезопасный участок земли — горную, хорошо укрепленную местность. Иисус Навин исполнил его желание (И.Нав. 14:6-15; 15:13-15).

Уповая на Господа, верный Ему во всем, Халев завоевал то место и поселился в нем со всем своим домом. Эта земля на юге Палестины, доставшаяся ему и его потомству, была названа его славным именем: Халев-Ефрафа (1Пар. 2:24).

Чему учит нас жизненный путь Халева с богословской точки зрения?

 

1. Своей жизнью и верой Халев учит о природе Бога, о Его естестве.

В том свидетельстве о Господе, которое Халев дал вместе с Иисусом Навином, заложено глубокое богословие. Он сказал: «Господь с нами, поэтому не бойтесь этих народов, мы одолеем их». Здесь вера Халева переходит от величия задачи к величию Бога, в Которого он верит. Другие десять разведчиков сравнивали себя с великорослыми хананеями и говорили: «Мы как саранча в их глазах». Но Халев и Иисус Навин сравнивали этих великорослых людей с Богом и убеждали, что Бог будет сражаться с ними и мы одолеем их. Они помнили, как Бог выводил их из Египта рукою крепкою и мышцею простертою, помнили чудесный переход через Красное море, манну в пустыне, воду из скалы, победу над Амаликом. Они не потеряли всех проявлений Божественной силы.

Обратим внимание, что несмотря на свой преклонный возраст, Халев не утратил бодрости. Годы его увеличились, но силы не оскудели. Он говорит: «Я был сорока лет, когда Моисей, раб Господень, посылал меня из Кадес-Варни осмотреть землю... Господь сохранил меня в живых, как Он говорил; уже сорок пять лет прошло от того времени... теперь, вот, мне восемьдесят пять лет. Но и ныне я столько же крепок, как и тогда, когда посылал меня Моисей; сколько тогда было у меня силы, столько и теперь есть для того, чтобы воевать, и выходить и входить» (И.Нав. 14:7,11), т. е. заниматься деятельностью.

 

2. Биография Халева отражает правильные отношения человека с Богом.

Эти отношения вырастают из веры в Бога, Который говорит Халеву: «Но раба Моего, Халева, за то, что в нем иной дух, и он совершенно повиновался Мне, введу в землю, в которую он ходил, и семя его наследует ее». Это прямой результат его послушания Богу. Халев верил и знал, что Господь будет действовать за него и через него и в этой вере он твердо стоял до конца жизни.

Такая вера принесла ему свободу:

* от страха перед великорослыми сынами Енаковыми,

* от страха перед старостью.

Он был свободен совершать великие дела, следуя повелениям Божиим.

Его вера была преисполнена оптимизма и надежды. «А надеющиеся на Господа, — говорит пророк, — обновятся в силе; поднимут крылья, как орлы, потекут, и не устанут, пойдут, и не утомятся» (Ис. 40:31). Это та вера, которая передвигает горы, поэтому Халев и стал обладателем горной местности на юге Палестины.

 

3. Биография Халева учит нас праведному обращению человека с его ближними.

Такой муж, как Халев, уподобляется Богу в том, как он поступает с людьми. Библия показывает его отношение к дочери и зятю (И.Нав. 15: 18-19). Ахсу, свою единственную дочь, он выдал замуж за Гофониила, своего племянника, который завоевал крепость Кириаф-Сефер. Дочь пришла к отцу за благословением и просила дать ей в наследство поле и прилегающие к нему источники. И Халев дал ей источники верхние и нижние (Суд. 1:12-15), т. е. облагодетельствовал ее с избытком, даже больше, чем она просила.

В этом содержится чудное поучение и для нас. В своем служении Богу мы тоже нуждаемся в источниках нижних и верхних. Нижние источники — это благословения земной, материальной жизни, а верхние — благословения небесной, духовной жизни; это и получение сил свыше. Халев имел то и другое и сумел уделить их своему потомству. Следуем ли мы в своей жизни примеру Халева или держимся мертвой хваткой за земное?

О его кончине Священное Писание ничего не сообщает. Можно полагать, что он, как и многие библейские святые, умер в старости доброй, насыщенный днями и благословениями Божиими. Выше мы уже цитировали, как высоко отзывался о Халеве Сам Господь (Чис. 14:24). «Это был поистине муж энергичный, верующий и решительный, храбрый между робкими, уверенный среди маловерных. Рука его никогда не ослабевала в неизменном уповании на помощь Божию, и его сердце постоянно было преисполнено надеждой на благость, всемогущество и праведность Иеговы», — такая характеристика ему дана Библейской энциклопедии (1891, М., с. 738).

Как видим, образ Халева, подобно многим другим героям веры, сияет на страницах Писания, как пример великой, твердой и непоколебимой веры, помогая нам возрастать в ней силой Господа по его примеру. Мы не можем сказать, что Библия не дала нам примера угодного Богу мужества, стойкой веры, окрашенных в благородный дух жертвенности, отцовства, любезности, нежности. Именно мужественная и непоколебимая вера обладает таким редким сочетанием прекрасных качеств, как жертвенность, материнский или отцовский дух, готовые обнять не только детей Божиих или своих близких, но и весь мир. А там, где этого нет, нет и настоящей Божией веры, нет и Христова духа.

 


 

Глава 23

 

«ВЕРОЙ РААВ...»tc "«ВЕРОЙ РААВ...»"

 

 

Верой Раав блудница, с миром принявши соглядатаев (и проводивши их другим путем), не погибла с неверными.

Евр. 11:31

 

Каждый из героев веры занимает в плане Божием свое уникальное мес­то, обладает строго индивидуальными, присущими только ему чертами. Каж­дый из них — лич­ность оригинальная, наделенная редкими, исклю­чи­тельными качествами. Каждого из них Господь одарил богатством внут­ренних осо­бенностей и духом живой веры, поставив на том месте в истории, которое предусмотрела Его воля и Его премудрое Провидение.

Это то, что мы получаем от Бога. И если бы Господь ограничивался только тем, что Он дает, и не нуждался в сотрудничестве человека, в соработе его воли для выполнения Его планов, то что стоили бы наши рассуждения о героизме веры праведных людей.

Библия показывает, что есть нечто, во многом зависящее и от человека — его воли, его усилий, его стараний, от его доли участия. За эту-то заслугу Господь и причисляет подвижников к сонму «великих» и «сильных» (Ис. 53:12). Таланты, данные Богом, можно «зако­пать», а можно пустить в оборот и приумножить, принеся прибыль в небесную житницу (Мф. 25:14-30). Активность человека играет определенную роль в плане Божием: она может развить свой дар, успешно употребить его в дело и максимально использовать. Но своим нерадением и беспечностью можно и погубить его. Все это зависит от нашей веры, нашего поведения, нашего усердия, энергичности, трудолюбия и от наших творческих сил.

Человеком такого рода в Писании предстает перед нами вторая из женщин, героев веры, по имени Раав (или Рахава, Мф. 1:5), которую Библия, отмечая ее подвиг, поместила среди великих праведников именно за ее веру.

Мы привыкли считать героями веры выдающихся людей — патриархов, пророков, вождей, Апостолов, одним словом, подвижников, совершавших во имя Господа нечто особенное, необычное и перенесших на поприще веры большие испытания, из которых они вышли победителями. Несомненно, это славные люди. Их подвиги, совершенные верой, бесподобны!

Но Священное Писание и в Ветхом, и в Новом Завете предлагает нам другой подход к оценке человеческой личности, ломающий привычные представления. Бог желает, чтобы Его последователями были люди, усвоившие широту взгляда, свободные от предвзятости и стереотипов, способные вместить в свое сердце тех, кого порой незаслуженно клеймят или презирают. Не случайно Библия приводит ряд имен, которые, по человеческим меркам, должны быть отвергнуты, однако Бог принял их. Отсюда вывод: замечательными людьми в вере могут быть не только праведники, но и большие грешники, обратившиеся к Богу. Благость Божия достигает всех, и падших, и уничиженных, извлекает их из пучины греха, с самого дна человеческой трагедии, преображает и делает святыми. Они становятся ценными в глазах Бога через веру. Так Он творит во Христе «новую тварь» (2Кор. 5:17).

Без малейшего смущения Новый Завет представляет целую категорию мужчин и женщин, которые имели изъян в биографии, но тянулись к свету, к истине, к правде Божией всем своим сердцем, всей душой, и были облагодетельствованы Богом. Это и Мария Магдалина, одержимая семью бесами (Мр. 16:9-10), и Самарянка, с которой Иисус так живо беседовал у колодца Иакова (Ин. 4) и дал ей шанс на спасение. Это и хананеянка, искавшая милости у Христа для своей бесновавшейся дочери. Именно ей Он сказал такие ободряющие слова: «О женщина! велика вера твоя; да будет тебе по желанию твоему» (Мф. 15:22-28).

И ряд других.

Перед нами Раав, тоже хананеянка, вышедшая из того народа, который был отвержен Богом за грехи оккультизма. Апостолы Иаков (2:25) и Павел (Евр. 11:31) неизменно называют ее «блудницей», этим словом добавляя что-то к ее портрету. Однако эта грешница своей верой не только опередила многих праведников, но и послужила для нас великим примером.

Вот что пишет о ней Уильям Баркли: «...Память о Раав так прочно запечатлелась в народе Израиля, что Ап. Иаков (2:25) приводит ее в качестве примера того, на какие великие свершения подвигает человека вера. Раввины были счастливы и горды, если они могли проследить свое происхождение от нее. И еще более поразительным представляется тот факт, что ее имя упоминается в родословной Иисуса (Мф. 1:5). Климент Римский тоже приводит ее в качестве выдающегося примера человека, спасшегося «верой и гостепри­имством» (Толкование на Послание к Евреям, с. 166).

Конечно, вера Раав не была такой блистательной и совершенной, как у многих других мужей и жен веры. Но ее вера просияла там, где была полная тьма, и имеет тем большую цену, что возникла на основе тех же самых слухов, которые произвели в других только страх. В случае с Раав вера Божия открывается нам с новой, чудесной стороны: язычница, женщина, далекая от Бога и закона Его, однажды услышав о Нем, спасается сама и спасает дом своего отца! Вера ее столь энергична, что сумела повлиять на близких ей людей. Раав посвящает их в свои планы, извлекает их из сферы поражения и переводит в сферу избавления.

Народ, к которому принадлежала Раав, был предан ужасному идо­ло­по­клон­ству. «Хананейское идолопоклонство, — сообщает словарь Геллея, — было такой эсте­ти­ческой комбинацией религии со свободным проявлением плотских страстей, что только люди особой силы воли могли устоять и не поддаться искушению» (с. 173). На этой почве все женщины ха­нанеянки, хотели они этого или не хотели, были посвящены языческим божествам Ваа­лу и Астарте и обязаны были в праздничные дни отдавать себя в распо­­ря­же­ние мужчин, соединявших поклонение божеству с распутством. Не поэ­тому ли и Раав названа в Писании блудницей? Скорее всего, она так названа не из-за древней профессии куртизанок, а из-за гнусных обычаев своего племени.

По этому поводу Я. Крекер пишет: «Древнееврейское слово, которое переведено на русский словом «блудница», означает также «хозяйка»...» А в Библейской Энциклопедии сказано: «Некоторые полагают смягчить это ос­кор­бительное название и называют ее содержательницей гостиницы» (М., 1891).

Так это или не так, судить трудно, но можно думать, что не случайно Дух Святой называет Раав «блудницей» — женщиной презренной профессии. Это сделано с определенной целью: указать на могущественную силу Благодати, спасающей в этом мире самых падших и больших грешников.

Хананеяне, к которым принадлежала Раав, были чрезвычайно грешным народом. Они не просто не знали истинного живого Бога, но были носителями демонических культур. Они впоследствии служили для Израиля «петлею и сетью», «бичом для ре­бер» и «терном для глаз» их (И.Нав. 23:13). Иисус Христос строго предуп­реж­дает о подобного рода контактах: «Не давайте святыни псам и не бросайте жемчуга вашего пред свиньями, чтоб они не попрали это ногами своими и, обратившись, не растерзали вас» (Мф. 7:6).

Ханаанские племена не просто не верили Богу: они своими грехами хулили Духа Святого. Эти язычники оскверняли землю своими капищами, множеством истуканов и мерзостными делами, принося сыновей и дочерей своих в жертву идолам (факти­чески бесам, Пс. 105:34-38). Как носители растления и демонизма они подлежали истреблению. Эти народы, как и Раав, слышали о великих и чудных делах Божиих в Египте и на пути Израиля в Ханаан. Но они воспротивились Ему, отвергли Его волю и вместе с Валаком наняли Валаама, чтобы проклясть Израиля, навести на него беды (Чис. 22:4-7; И.Нав. 24:9). Они предпочли лучше погибнуть, чем покориться Богу и принять Его закон. Ожесточение их было так велико, что они оказались неспособны ни к покаянию, ни к исправлению и превратились в хулителей дел Божиих, врагов Бога, за что и погибли как «неверные».

Это очень удивительно, что в таком падшем, развращенном и обреченном на истребление народе, нашлась одна ищущая душа, которая взыскала лица Божия, и Бог ее помиловал. Эта душа была не из знатных по происхождению, не из правителей или начальников, а из простого народа — рядовая хананейская женщина, к тому же еще и блудница. В ней родилась вера, давшая ей силы подняться из бездны греха; и проявилось такое мужество, которое позволило ей решительно выйти из среды хулителей Бога и примкнуть к народу Божию. Бог не мог не почтить такой веры.

Вера Раав наполняет радостью и тихим светом души тех, кто подобно ей, был недостойным и негодным в этом греховном мире, но обратился к Богу, сокрушился, смирился и покаялся, а потому обрел в Нем прощение, благословение и смысл своей жизни. Вера этой простой женщины помогла им подняться из «глубины рва» и «тинистого болота» и поставить ноги свои на камне — Иисусе Христе, Спасителе грешников. В Нем грешник обретает полное умиротворение души. Факт этот громко свидетельствует о том, что у Бога есть место и для таковых (1Кор. 6:9-11).

Писание говорит о Раав, что она «верой... не погибла с неверными». Весь народ ее был «неверным», и дом отца ее был «неверный». И сама она по происхождению была из «неверных», тех, о которых Слово Божие говорит: «Не преклоняйтесь под чужое ярмо с неверными...» (2Кор. 6:14-18). «Неверный» и «нечистый» в данном случае — нечестивый, величайший грешник. Не просто великий грешник, но богоотступник и богопротивник, мерзкий, порочный человек, кощунник и хулитель Бога.

Именно таким и был народ, откуда вышла Раав. Она вышла из него верой и вошла в число истинных поклонников Бога. На решительный разрыв с грехом, с миром, со своим греховным прошлым способна только вера, рожденная Духом Святым. Такая вера нашла место в сердце хананеянки. Хотя она и называется блудницей, но Библия отмечает добродетельность и незаурядность этой женщины. Бог видел ее сердце и готовность послужить Его народу, видел, что душа Раав протестует против мрака ее религии, томится и ищет выхода, и протянул ей руку через соглядата­ев.

Библия изображает ее смелой и решительной, женщиной с чутким, вни­мательным сердцем. Она замечает то, на что другие не обращают внимания. Судьба Израиля глубоко волнует ее. Она анализирует все слухи, доходившие до нее, и делает для себя выводы. Когда Бог предоставил ей шанс ко спасению, она им воспользовалась. В укрывательстве разведчиков она проявила удивительную находчивость и проворность.

Ее жилище располагалось в крепостной стене, окружавшей Иерихон. Это было очень удобное место для наблюдения. Кроме того, она жила у самых ворот. Израильские разведчики спрятались в ее горницу, и Раав оказала им гостеприимство, сообщила ценные для Израиля сведения. Когда царю донесли о том, что она приняла у себя израильтян, ее призвали к ответу. Но смышленая женщина сумела выйти из положения. Она не только не выдала разведчиков, но спрятала их в снопах льна, раскинутых на кровле дома для просушки. Вполне сознательно она дезинформировала преследователей, а им способствовала скрыться на горе, пока прекратится погоня.

Раав обманула царских посланников. Это было в некотором смысле низким предательством по отношению к своему народу. Но она понимала, что сейчас не время думать о патриотизме и преданности царю, когда народ обречен на гибель и Суд стоит у ворот. С позиции Божественной истины, она поступила правильно и совершила, как свидетельствует Новый Завет, геройский подвиг. Для этого потребовался немалый риск, но это был оправданный риск во спасение своей души и душ своих ближних.

Проявляя сообразительность, она спасла соглядатаев. От нее они получили необходимую информацию о настроениях жителей города, о паническом страхе, который они испы­тывают перед евреями, зная о всесильной поддержке израильтян Господом. «Мы слышали, — говорит она, — как Господь иссушил перед вами воду Чермного моря, когда вы шли из Египта, и как поступили вы с двумя царями аморейскими за Иорданом, с Сигоном и Огом, которых вы истребили. Когда мы услышали об этом, ослабело сердце наше, и ни в ком из нас не стало духа против вас; ибо Господь, Бог ваш, есть Бог на небе вверху и на земле внизу» (И.Нав. 2:10-11).

Перед этими двумя израильскими юношами она исповедует веру в Бога Изра­илева, Который, по ее вере, «есть Бог на небе вверху и на земле внизу». Она правильно поняла сущность Бога и Его отношение к человеку: Бог — Владыка всей вселенной и каждой души в отдельности. И потому при их помощи она ищет путь к этому Богу, так как понимает, что ее народ погибнет за свои беззакония и нет ему помилования. Но в отличие от своего народа, который пошел по пути не только неверия, но открытого хуления Бога и Его великих дел, по пути ожесточения сердца и упорного противления Богу, она ищет в Нем спасения. В ее сердце рождается живая вера, что Бог помилует ее, если она послужит Его народу.

Вместе с тем в ней рождается и крепнет удивительно светлая вера в великие судьбы Израиля, в его особое избрание перед народами земли и особую миссию среди народов, в его великое будущее на небе и на земле. Удивительно, что язычница, хананеянка, признала первородство Израиля и смело засвидетельствовала об этом сначала двум представителям этого народа, а затем всему своему дому и всему своему племени. И эта светлая, мужественная вера ее созрела в сознательное, твердое убеждение, о чем она так уверенно заявляет соглядатаям: «Я знаю, что Господь отдал землю сию вам...» (И.Нав. 2:9).

Откуда же ты знаешь, Раав? Интуицией глубокой, истинной веры! Интуи­ция ее была феноменальной и безошибочной: она не обманулась в том, что избрала верный путь.

Вместе с верой у нее рождается и зреет готовность послужить израильскому народу, доказать ему свою преданность и верность, что она и сделала. Когда соглядатаи оказались в опасности, она поспешила им на выручку, так как сердце ее было готово принять Бога, отдаться Ему. Апостол Иаков, характеризуя веру и дела веры, ставит нам в пример Раав и пишет о ней такие проникновенные слова: «Видите ли, что человек оправдывается делами, а не верой только? Подобно и Раав блудница не делами ли оправдалась, приняв соглядатаев и отпустив их другим путем? Ибо, как тело без духа мертво, так и вера без дел мертва» (Иак. 2:24-26).

Этот текст показывает, что Раав искала оправдания у Бога, и это ее стремление было настолько глубоко, что она приложила все свое старание, чтобы подтвердить его в делах. Не просто в добрых делах, но в делах веры. Дела ее были плодом ее веры, которая шагнула так далеко, что достигла Благодати Божией, пришедшей в мир спустя полторы тысячи лет.

В обмен за спасение разведчиков и переданную им информацию Раав попросила их сохранить жизнь всем ее родственникам в случае захвата Иерихона. Разведчики поклялись, что если она сохранит все в тайне, они окажут ей милость и истину. Договорились, что Раав во время штурма соберет своих близких у себя в доме, а в качестве условного знака привяжет веревку красного цвета к окну, из которого юноши спустились по городской стене. Красная веревка по ветхозаветному обрядовому установлению являлась символом очищения от проказы (Лев. 14:4,6,52) и от прикосновения к мертвому телу (Чис. 19:6,13). Красная веревка, в новозаветном понимании, была символом спасения не только Раав, но и прообразом будущего спасения язычников через жертву Христа и Его пролитую Кровь.

Когда пали иерихонские стены и город был предан огню и заклятию, Иисус велел разведчикам: «Пойдите в дом оной блудницы и выведите оттуда ее и всех, которые у нее, так как вы поклялись ей» (И.Нав. 6:21). Так усердие веры, служение веры и ходатайство веры этой женщины не было забыто Богом. Он помнит тех, кто жертвенно полагает за Него свою жизнь и уповает на Его помощь (Ис. 41:10-13; 43:1-2; Лук. 12:6-7).

И не только это. О Раав сказано, что «она живет среди Израиля до сего дня» (И.Нав. 6:24). Что это значит?

На первый взгляд может показаться, что она просто поселилась среди евреев, как поселенка. Такие всегда были в Израиле (Исх. 22:21; Лев. 19:33-34; Вт. 10:17-19). Но надо взглянуть на этот вопрос шире. Вера Раав была настоящая живая вера, и Бог по ее вере принял ее в наследие Господне, как позже принял и Руфь моавитянку, пришедшую «с полей моавитских» (Руф. 1:6) со своей свекровью Ноеминью к стопам Бога Израилева. Верой Раав спаслась не только от гнева и Суда Божия, постигших ее неверный народ, но и вошла в наследие Его, получила вечный удел в Господе. Поэтому она осталась жить среди этого народа навсегда и пользовалась теми же благословениями, которые Бог посылал для Израиля.

Как свидетельствует Писание (Мф. 1:5), Раав стала женой Салмона, князя колена Иудина, прямого потомка Авраама, Исаака и Иакова. От нее родился Вооз, пра­дедушка Давида (Руф. 4:21).

Удивительно и то, что в Новом Завете Бог дает высокую оценку поступку Раав и подтверждает ее великое избрание, не один раз ставя ее веру в пример для новозаветной Церкви.

Уильям Баркли в связи с родословием Иисуса Христа пишет следующее:

«Вообще уже само существование этих имен в родословной представляет собой чрезвычайно удивительный и необычный феномен... Здесь, в самом начале, Матфей показывает нам в символах суть Евангелия Божия в Иисусе Христе, потому что он показывает, как падают барьеры. Исчез барьер между иудеем и язычником. Рахав, женщине из Иерихона, и Руфи, моавитянке, нашлось место в родословной Иисуса Христа. Уже в этом получила отражение истина, что во Христе нет ни иудея, ни еллина. Уже здесь виден универсализм Евангелия и любви Божией.

Исчезли барьеры между женщинами и мужчинами. В обычной родословной не было женских имен, но в родословной Иисуса они есть. Старое презрение прошло; мужчины и женщины одинаково дороги Богу и одинаково важны для Его целей.

Исчезли барьеры между святыми и грешными. Бог может использовать для Своих целей и вписать в Свой план даже того, кто очень много согрешил. «Я пришел, — говорит Иисус, — призвать не праведников, но грешников к покаянию» (Мф. 9:13). Уже здесь, в самом начале Евангелия, есть указания на всеохватывающую любовь Божию. Бог может найти Своих слуг среди тех, от которых с содроганием отвернутся уважаемые ортодоксальные иудеи» (Тол­ко­вание на Евангелие от Матф. 6, т. 1, с. 17-18).

О, как велика милость Божия к смиренным и сокрушенным сердцем! Хотя они и были запачканы грехами и пороками, но если взыскали Бога с верой, как Раав, то спасутся! Вера Раав — это вера, спасающая из страшного плена греха, из диавольской бездны, независимо от происхождения человека и величины греха. Вера подняла ее не только над своим нечестивым и растленным народом, над ужасным неверием и идолопоклонством своего времени, но побудила ее выйти из тенет греха, который крепко держит человека. Очистившись от него, она верой получила оправдание и праведность Божию и вошла в число героев веры.

Здесь открывается одна из могущественных сторон веры Божией и одна из великих тайн Царства Небесного: для Благодати Христа, идущей к сердцу человека через веру, практически не существует таких грехов, из которых она бы не извлекала (или не освобождала) человека. Апостол Павел пишет: «Когда умножился грех, стала преизобиловать благодать» (Рим. 5:21). Благодать Божия сильнее всех грехов, вместе взятых. Она разрушает силу закона греха и смерти, спасая человека из любого тупика.

Эта евангельская истина образно преподана в книге Левит (13:12-17): человек, который покрыт проказой от темени головы до подошвы ног, так что на нем не оставалось здорового места, объявлялся чистым; а если проявлялось только пятнышко проказы — объявлялся нечистыми и на время удалялся из общества. Что это означало?

Проказа — самый сильный прообраз греха. Когда человек грешит незаметно, но много и часто, скрывая свои слабости или затушевывая их, он не считает себя большим грешником, а потому не кается и не сокрушается. Если покаяния нет, то в глазах Бога он нечист. Если же человек грешит явно, грех его очевиден всем и он не может с ним справиться, но при этом сожалеет о нем и кается, то покаяние ведет к очищению, — и человек чист! «Сказываю вам, — говорит Иисус о кающемся мытаре, — что сей пошел оправданным в дом свой более, нежели тот...» (Лук. 18:10-14).

Благодаря покаянию человека Благодать Христа силой Божией спасает от самой сильной проказы греха. Она спасает не по делам, а по вере; не за заслуги, а исключительно из милости, но только кающихся. «Благодатию вы спасены через веру, и сие не от вас, Божий дар: не от дел, чтобы никто не хвалился» (Еф. 2:8-9). В деле спасения на первом месте стоит вера в искупительную жертву Христа, в Его заслуги, дающие нам оправдание по вере (Рим. 4:25; 5:1).

Итак, оправдание по вере — величайший библейский принцип, лежащий в основании оправдания; вера является ведущей силой духовной жизни христиан. В виду того, что эта истина остается многими непонятой, особенно той частью верующих, которые ищут праведности от своих дел, рассмотрим этот вопрос немного шире. Бог ненавидит принцип дел, потому что он исклю­чает Благодать, как ненавидит все то, что приносит вред человеку, Его образу и подобию. Принцип достижения спасения своими делами в конечном результате приводит к духовной смерти (Рим. 8:1-8). Тех, кто и поныне утверждает свое спасение на делах, Писание называет плотскими, а их состояние характеризует, как вражду против Бога. Плотскими они называются за свою половинчатость и раздвоенность: с одной стороны, они веруют в Бога, с другой — опираются на дела, объявляя человека собственным избавителем (Гал. 2:21). Это характерно почти всем религиям, не исповедующим Иисуса Христа. А потому нельзя смешивать Благодати с подзаконностью и делами плоти. Одно из двух: или Христос спасает всецело, или Он вовсе не Спаситель.

Принцип «ты должен», т. е. спасение делами, лишает крест Христов его славы и отнимает от нас всякий мир. Отнимает потому, что если спасение зависит от того, что мы из себя представляем, или от того, что мы делаем, то погибнем (Рим. 11:6; Гал. 4:28-31). Ведь Закон Моисеев показал, что «нет праведного ни одного» (Рим. 3:10; Пс. 13:1-3; 52:4), «все согрешили и лишены славы Божией» (Рим. 3:23; 5:12) и «делами закона не оправдается никакая плоть» (Рим. 3:20; Гал. 2:16). Если спасение есть дело Благодати, надо, чтобы оно и было всецело делом Благодати. Спасение не может быть наполовину  делом Благодати и наполовину делом закона, т. е. человеческого вмешательства или плоти. Если это «Агарь» (плоть), то Бог устранен; если это «Сарра» (благодать), то человек исключен (Рим. 4:1-8).

Оправдание человека по вере делает Бога всем, а человека ничем (Рим. 5:1-2). Сердца наши всегда склонны основывать наш мир и наш доступ к Богу на том, что мы есть и что есть в нас самих. Отсюда наша привычка заглядывать в самих себя, тогда как Дух Святой желает всегда направлять наш взгляд на Христа. Положение верующего обуславливается не тем, что он есть или каков он сам, но Кто для него Спаситель, совершенная Им жертва, умиротворяющая сердце и совесть.

Все, кто верой осуществляют эту истину, насладятся обилием мира Божия в своем сердце, который люди не могут ни дать, ни отнять (1Пет. 2:24; Рим. 8:31; Евр. 9:12-14). Вера в оправдание Христово, в очищение Его Кровью приносит человеку праведность Божию, истинную святость (Фил. 3:3-9). По завету Благодати, завету оправдания верой, вера Божия становится главенствующей, ведущей силой жизни. Человек верует и потому получает силу от Бога, смело и радостно начинает делать святые дела (Ин. 4:34). Вера усовершает, освящает человека, делает его «семенем Божиим» (Рим. 9:8), сыном Божиим (Гал. 3:26-27).

И как удивительно, что эту чудную сторону истины, эту тайну Благодати Божией — оправдание по вере — язычница Раав поняла и применила к своей жизни. Как могла она, не просвещенная в познании Бога, когда сыны Израилевы только начинали усваивать Закон Моисеев, верой предвосхитить то, что выше Закона — Благодать Христа? Она шагнула в вере дальше самого Израиля. Ее сердцем, ее духом, душой руководил Дух Святой, и потому она предвосхитила спасение по милости чело­веко­любивого Бога. В этом универсальность и героизм ее веры.

И последняя важная мысль: самые великие грешники часто становятся самыми великими святыми перед Богом. Потому что, как только Благодать касается их сердца, они ясно осознают свою греховность, свое гибельное состояние и решительно спешат к Богу за прощением и освящением. Бог смотрит на сердце человека, а не на его грех, не на вид его лица (1Цар. 16:7). И если сердце верует к праведности, а уста исповедуют ко спасению (Рим. 10:9-10), Он спасает таковых. Это и подтвердила собой хананеянка Раав.

Господь охотно принимал великих грешников. «И когда Иисус возлежал в доме, — читаем в Евангелии, — многие мытари и грешники пришли и возлегли с Ним и учениками Его» (Мф. 9:10). «...Много их было, и они следовали за Ним» (Мр. 2:15). За это самоправедные, высокомерные фарисеи с пренебрежением называли Его «другом мытарей и грешников» (Мф. 11:19). Иисус видел жаждущие сердца этих бедных людей, готовых к покаянию и вере в Его Благодать, жалел их и потому принимал и спасал. Они с радостью принимали Его истину и следовали за Ним. Законникам и фарисеям, Своим насмешникам, величавшимся перед Ним, Он говорил суровое, но справедливое слово: «Мытари и блудницы вперед вас идут в Царствие Божие» (Мф. 21:31).

История Церкви показала, что действительно многие из великих грешников легче шли к Иисусу, опережая многих самоправедных людей в духовной жизни. Об Израиле, который не принял Его Благодати, Господь сказал: «Говорю же вам, что многие придут с востока и запада и возлягут с Авраамом, Исааком и Иаковом в Царстве Небесном; а сыны царства извержены будут во тьму внешнюю...» (Мф. 8:11-13). Как велика благость Божия к поверженным грехом, но ухватившимся за Его руку! «Сказываю вам, — заявил Иисус фарисеям, — что так на небесах более радости будет об одном грешнике кающемся, нежели о девяноста девяти праведниках, не имеющих нужды в покаянии» (Лук. 15:7).

Слова Иисуса Христа не расходились с Его делами. В число двенадцати Апостолов избран мытарь Матфей (Мф. 10:3). Великая блудница Мария Магдалина стала одной из самых приближенных Его учениц (Мр. 16:9; Лук. 8:2). К мытарю Закхею он вошел в дом, назвав его «сыном Авраама» (Лук. 19:1-10). С самарянкой Он беседует у колодца, открыв ей источник воды живой, и она становится его благовестницей в Самарии. Воистину, «Сын человеческий пришел взыскать и спасти погибшее» (Мф. 18:11). На примере Раав блудницы и ее веры мы начинаем понимать все величие и силу спасающей Благодати Христа. Всю будущую вечность Церковь на небесах будет прославлять Бога за Его Благодать, явленную через Спасителя человеческому роду.

 

 


 

Глава 24

 

ВЕРА ВАРАКА И ДЕВОРЫtc "ВЕРА ВАРАКА И ДЕВОРЫ"

 

 

И что еще скажу? Недостанет мне времени, чтобы повест­вовать... о Вараке... и других пророках, которые верой... творили правду, получали обетования,.. были крепки на войне, прогоняли полки чужих.

Евр. 11:32-34

 

 

Твердо установив свое господство в давно желанной земле, евреи приступили к осуществлению предписанного Моисеем богоправления. Так началась полная драматизма эпоха их истории, эпоха судей. Судьи — были особо избранные вожди народа, которые поддерживали Израиль в вере отцов, когда он уклонялся от истинного пути и начинал поклоняться идолам соседних племен. Они также спасали его от вторжений филистимлян и других враждебных народов.

Из судей, период которых продолжался около 350 лет (1450-1100 гг до Р.Х), наиболее замечательны Гофониил, Варак с пророчицей Деворой, Гедеон, Иеффай, Самсон и Самуил.

Судьи Израиля жили во времена формирования его как нации и государства. Это были хотя и героические, но трудные времена — времена величайших бедствий и тяжелейших конфликтов евреев с окружающими народами, времена внутреннего смятения и национального позора. Автор книги Судей с печалью отмечает: «В те дни не было царя у Израиля. Каждый делал то, что ему казалось справедливым» (Суд. 17:6).

В то время в Израиле отсутствовало организованное управление, часто царила все­общая анархия. Как в социальной, так и в религиозной жизни не было подъема. Между израильскими коленами не было полного единства, иногда возникала вражда, выли­вав­шаяся в междоусобные войны. Кроме того, отдельные колена в северных рай­онах Ханаа­на вели более кочевой образ жизни, переходя с места на место; в южных, успокоившись от войн по завоеванию земли, бездействовали и пребывали в каком-то сонном равнодушии. Таким образом, народ был разобщен, обессилен внутренними распря­ми и духовно неустой­­­чив. Его несчастья и бедствия, изложенные в книге Судей, были в какой-то степени повторением скорбей евреев в египетском рабстве, только это было уже рабство в земле их свободы в наказание за грехи и непослушание Господу.

Но Бог не оставлял Своего первенца совсем. Хотя и проводил его через испытания и наказания, но периодически Он пробуждал отдельные души, призывал их в качестве судей и избавителей народа от допущенного Им гнета. Одновременно с пророческой миссией эти избавители несли и служение на общественном поприще, которое зачастую было предпочтительнее и считалось важнейшим. Исключение составляли Девора и Самуил.

Казалось, этот период не мог родить героических личностей. Но они все же родились! Бог намечал их задолго до выхода на общественное поприще. Это были самые обычные люди, каких много жило в Израиле и какие есть и у нас. Но от всех их отличало то, что они не могли смириться с бедствием своего народа и активно выступали за его освобождение, когда их призывал Бог. Героизм их веры заключался не в том, что они были исключительными, идеальными людьми, а в том, что, несмотря на свои немощи и недостатки, израильтяне в трудные времена явили Богу верность и в определенный час смогли стать Его орудием. Верой и силой Божией они смогли преодолеть и свои недостатки, и тиранический гнет поработителей.

Самое трагическое, что произошло тогда с Израилем, — это его частое отпадение от Бога и смешение с господствующим идолопоклонством окружающих его племен. До тех пор, пока жили Моисей и Иисус Навин, выдающиеся вожди, сильные и преданные Богу люди, которые неумолимо проводили строгие, установленные Богом законы и мероприятия, ограждавшие стан от проникновения сатанинских властей, Израиль оставался верным Господу и находился на высоте положения. Эти вожди понимали, что только пребывая в истине и соблюдая Закон, народ может быть чист, свят и защищен от посягательств духов тьмы, от всех бедствий и поражений. Но как только они отступят от Бога и Его истины, силы тьмы хлынут в стан и наведут на него бедствия и мрак, чтобы его поработить. Вот почему Моисей и Иисус Навин крепко держали духовную дисциплину в стане, оберегая Израиля от языческих культов идолопоклонства, всех видов оккультизма и всяческих извращений язычества (Вт. 18:9-15; И.Нав. 24:14-24). Любую болезнь легче предупредить, чем лечить. Особенно в духовном плане. И мы тоже должны понимать это.

Но то, от чего вожди предостерегали свой народ, случилось после их отшествия. Когда умерли эти великие мужи веры, сыны Израилевы стали отступать от Бога, подвергаться воздействию различных культов Ханаана и очень скоро оболь­сти­лись поклонением языческим божествам. Да и отцы их не изгнали до конца всех хананеев, и эти хананеи служили для них преткновением (Вт. 32:15-18). Псалмопевец сетует: «Не истребили народов, о которых сказал им Господь; но смешались с язычниками, и научились делам их. Служили истуканам их, которые были для них сетью...» (Пс. 105:34-40).

Вера в Иегову, Бога Израилева, в еврейском народе в то время оскудела. Свет откровения угасал как в жизни отдельных людей, так и в истории всего общества. В сознании и представлении народа Бог Израиля был низведен до уровня других национальных покровительствующих божеств соседних племен. И в религиозной жизни израильтяне стали жить двойной жизнью: они приносили жертвы Иегове и в то же время вопрошали Ваалов Ханаана. Когда их постигали суды и наказания для их вразумления, они взывали к Богу, но более искали политического и общест­венного избавления, чем нравственного очищения и обновления сердца. Народ нуждался в покровительстве Божием, но не проявлял к Нему ни преданности, ни веры, ни любви.

Такова печальная действительность тех дней.

Но печальнее всего то, что грех, в который впадал Израиль, Бог расценивает, как поклонение сатане и общение с бесами (Пс. 105:37; 1Кор. 10:19-21). В таком свете идолопоклонство выглядит, как страшное преступление перед всесвятым Богом, вызывающее Его гнев и возмездие. Это предупреждение и для нас, чтобы мы бодрствовали, стояли на страже своего сердца и ни в чем не давали места диаволу (Еф. 4:27). Через пророков Ветхого Завета и особенно через Евангелие Иисуса Христа идолопоклонство было разоблачено и грубые его формы отвергнуты и вытеснены из сознания многих народов. И все же оно сохранилось до наших времен, только обрело более утонченные и многочисленные формы.

В ту эпоху, когда Израилем управляли судьи, положение было трагическим. Вместо того, чтобы быть светочем для народов, научать их истинному богопочитанию, евреи сами заразились грехом идолопоклонства и свои неразрешенные задачи подменили культовой жизнью хананеев. Какой позор! И неудивительно, что гнев Божий приводил их в чувства. Увещательные слова Моисея потрясающим образом исполнились над ними (Вт. 32:19-25). Книга Судей открывает несколько случаев отпадений Израиля от Бога и уклонение его в идолопоклонство. И после каждого отпадения, когда сердца евреев прилеплялись к идолам и им грозило духовное умирание, Бог предавал их в руки врагов. Стеная от тяжелого угнетения, они отвращались от идолов и искали лица Божия. Так, от падения к падению, они проходили Суд за Судом, но и милость за милостью, и потому не исчезли.

Отцы Церкви видят в испытаниях, постигавших ветхозаветный Божий народ, образ борьбы, которую душа ведет за обладание истинной «Землей Обетованной» — Небесным Ханааном.

Перед нами главы 4 и 5 книги Судей, где рассказывается о героической вере Варака и пророчицы Деворы. Эти имена в Писании стоят рядом, потому что дело, которое они совершили, было обоюдным делом их веры. Как сообщает Библия, по смерти Аода израильтяне за свои беззаконные дела были преданы в руки ханаанского царя Иавина, жестоко угнетавшего их в течение двадцати лет (Суд. 4:1-4). Резиденция Иавина находилась в городе Хацоре (Асоре), на запад от озера Мером (И.Нав. 11:4-5; 4Цар. 15:29). Хананеяне были хорошо вооружены: они имели 900 железных колесниц и способного военачальника Сисару и крепко устрашали Израиля. Свой командный пункт Сисара разместил в городе Харошеф-Гоиме, очень удобном страте­ги­ческом пункте. Занимая его, армия Сисары тем самым разделила израильские колена, не давая им возможности сплотиться для противостояния ему. Хананеяне на своих быстрых колесницах совершали опустошительные набеги на израильские поселения и грабили их.

Народ стенал от этого невыносимого гнета и взмолился к Богу об освобождении. Орудием его освобождения Господь избрал пророчицу Девору из колена Ефремова, которая была в то время судьей Израиля. Удивительно, что среди мужской половины общества Израилева не нашлось человека, могущего занять этот пост. Печально, когда среди мужчин не находится духовных лидеров, способных нести ответственное служение. Тогда Господь обратился к женщинам и в их среде нашел одну с высоким духом пророчицы, которую и призвал быть судьей. В дальнейшем образ Варака будем рассматривать вместе с образом Деворы. Феодорит, толкователь Писания первых столетий, утверждает, что Девора была одарена пророческим даром в обличение мужчин своего времени.

О своем высоком призвании Девора сама говорит в торжественной оде, посвя­щен­ной победе над врагами Израиля: «Не стало обитателей в селениях Израиля, не ста­ло, доколе не восстала я, Девора, доколе не восстала я, мать в Израиле» (Суд. 5:7).

Девора была не просто судья, занимавшая административную должность упра­ви­теля народа, но была матерью людям, которыми управляла. Мать — не просто женщина, родившая детей, с любовью и самоотверженностью воспитавшая их достойными членами общества. Мать — это великое звание женщины, имеющей материнский дух ко всем людям. Матерью можно назвать ту, которая является душой общества, которая исполнена сердечного участия и заботы не только к своим детям, но ко всем людям. Мать — это женщина с великим сердцем, способная на самопожертвование и служение на любом месте: в собственном доме, в своей церкви и в обществе. Есть матери, обнимающие своим сердцем весь мир. Таких в мире мало, как мало и мужчин, имеющих истинный отеческий дух. Но иметь его можно, и стремиться к этому должен каждый и каждая. Мать в Израиле, мать в христианстве, мать бедным, сирым, убогим, несчастным, нуждающимся в тепле человеческого сердца, и просто чуткость, простертая к любому человеку, — что может быть выше этого? А в материнском сочувствии и теплом слове люди нуждаются больше, чем в правителях и судьях.

Именно такой матерью и была Девора в своем народе.

О, если бы все матери сегодня понимали свое высокое призвание и достойно выполняли свой материнский долг, тогда, наверное, не было бы на земле столько осиротевшей, одинокой, бунтующей и разложившейся молодежи. И с другой стороны, если бы дети всегда прислушивались к материнским советам и наставлениям, пути их были бы намного чище, прямее, а жизнь — более устроенной. Настоящая мать старается передать ребенку не только молоко из своей груди, но и свою душу, и здоровые нравственные начала. Мать закладывает в его душе истинное познание о Боге, о правде, о святой жизни, о добре и зле и о многих других вещах, которые человеку нужно хорошо знать, чтобы не сбиться с пути.

Девора была матерью в Израиле в полном смысле этого слова — матерью не только рожденным ею детям от мужа своего Лапидофа, но и всем сыновьям и дочерям Израилевым. Она с материнской заботой и любовью пеклась о духовном и мате­риальном благополучии своего народа. Как пророчица, Девора непосредственно соприкасалась с престолом Божиим, получая оттуда силу и откровение и оказывая духовную помощь людям. К ней приходили на суд разрешать свои проблемы, лечить свои раны и боли. Она передавала им волю Божию, старалась отвратить их от идолопоклонства и управляла народом по правде и справедливости.

Израильтяне стенали под тяжелым бременем угнетения. Но еще более они томились от того, что не видели вождя, который вступился бы за них, сплотил рассеянные силы их колен (особенно в северной части Ханаана) и возглавил военный поход против Иавина, чтобы сбросить его иго. В своем бессилии они воззвали к Господу, и Господь послал им избавление в лице Варака и Деворы.

Когда читаешь книгу Судей, создается впечатление, что Девора стоит на первом месте, а Варак — на втором. Но фактически дело, которое они сделали, требовало участия обоих; и Девора сыграла в нем духовную роль, а Варак — практическую. Благодаря своей вере он выдвинулся на передний план, что подтверждает и Новый Завет.

Безусловно, Девора, пророчица и судья Израиля, — самая значительная фигура среди судей того периода, кроме Самуила. «Моисей дал народу закон, Иисус Навин — родину, а Девора — общую песнь» (Я.Крекер). Это важное дело — давать порабощенному, угнетенному народу ободряющую песнь, поскольку песнь вдохнов­ляет, разгоняя тьму. Она — одно из сильных оружий в борьбе против духовного врага. Девора как мать в Израиле понимала это, так как была женщиной с большим кругозором и великим сердцем. Духовно она высоко поднялась над бедами своего народа и видела вещи, которых не видели ее братья. Она обладала пророческим оком и священнической душой и очень страдала за свой народ. Занимая пост судьи, Девора была близка всем израильтянам, приходившим к ней на аудиенцию, находившуюся под пальмой, которую прозвали в ее честь «Девориною», на горе Ефремовой, между Рамой и Вефилем.

Девора вовремя уловила тот момент, когда настало время освободить Израиля. Это был час крайнего бедствия и позора ее народа, сердца которого повернулись к Богу. Она ходатайствует перед Богом, и Он повелевает ей «воззвать к знаменам Израиля». Она обращается к Вараку, сыну Авиноамову, из колена Неффалимова (Суд. 4:6) и поручает ему возглавить военный поход против поработителей. В своей песне позже она запишет: «Воспряни, воспряни, Девора, воспряни, воспряни! воспой песнь! Восстань, Варак! и веди пленников твоих, сын Аминоамов!» (Суд. 5:12). Так сам Дух Святой взывал к рассеянным овцам дома Израилева.

Девора воспрянула, а вместе с ней восстал и Варак, поведший «пленников» на решительную борьбу за свое освобождение. Благодаря Деворе и Вараку воспрянул, пробудился, очнулся от беззаконий и народ, встав на свою защиту. В народе всегда есть верные Богу люди. Хотя нам их не видно, но Бог Своим всепроницающим оком видит и знает их. Казалось, откуда взяться в Израиле воинственным людям? Но когда раздался клич, тех, кто владел мечом, набралось десять тысяч. Нашелся для них и предводитель, кото­рый повел их на битву. Необходимо было только пробудить в них дремлю­щие силы и угасшие надежды, окрылить их дух, открыть им новые перспективы и направить взор их на всемогущего Бога. Это было достигнуто через пламен­ный клич матери в Израиле: она воззвала к разрозненным коленам, сообщила им волю Божию и вдохновила на борьбу. Это говорит о ее большом авторитете в народе. Она призвала Варака, которого Бог избрал в воена­чаль­ники, и поручила ему мобилизовать войско из десяти тысяч человек, чтобы вступить в сражение против поработителей и сбросить их иго.

Хотя Девора и была судьей Израиля, но она сама не могла возглавить войско. Ей, женщине, эта задача была не по плечу. Мало иметь пророческий дух, учить, наставлять, просвещать народ. Надо суметь и защитить его. Поэтому потребовалась сильная и твердая мужская рука, способная организовать и повести за собой воинов, чтобы сразиться с таким жестоким и опытным противником, как Сисара. Так рядом с Деворой становится Варак, умелый и храбрый предводитель войска.

При этом заметим замечательную черту Деворы, истинно святой и богобоязненной женщины: она понимает, что во главе дела Божия должны стоять мужи, облеченные властью от Бога, а ей, женщине, подобает оставаться на своем месте, быть «помощницей», как и определил Господь от начала. Это не просто ее скромность, но это дух истинного благочестия, понимание своего долга и своего места. Девора ясно отдает себе отчет в том, что не женам, а мужам Бог доверил руководящую роль в обществе, особенно в деле Божием и тем более в военном. Для этого Господь наделил мужчин силой и способностью воинствовать, держать в руках меч. Девора же, хотя и женщина и считается «немощным сосудом», но совершала в Израиле великую миссию судьи, неся на своих плечах нужды всего народа, что должен был бы выпол­нять кто-то из мужчин . Идти же впереди войска она решительно поручает Вараку.

Что представлял из себя этот человек до того, как был призван Богом, из Писания не видно. Известно только, что род его незнатен и колено его незначительно, и сам он ничем особенным не отличался. Но при всем этом именно его избирает Господь быть освободителем Израиля. Почему? Потому что Бог смотрит не на родословную человека, не на его способности или заслуги, а на его сердце. Сердце же Варака было преисполнено веры, любви и преданности Господу. Он был смелым и храбрым вои­ном, ревновавшим за свой народ, за дело Божие, и готов был доказать это на деле.

«Как Священное Писание, так и история Церкви подтверждают, — пишет Освальд Зандерс, — что если Бог находит человека, отвечающего его духовным требованиям и готового заплатить полную цену за свое ученичество, то Он воспользуется этим человеком до крайнего предела, несмотря на его явные слабости».

Такого человека, несмотря на его некоторые слабые стороны, Бог нашел в лице Варака, благословил и настолько использовал его, что Варак удостоился стать одним из национальных героев Израиля. Само имя «Варак» означает: «блеск, молния». Когда Девора призвала его возглавить армию, он немедленно откликнулся. Не все, однако, способные к войне, приняли горячее участие в военном походе. Из гимна Деворы видно, как некоторые из колен уклонились и не поддержали своих братьев. Одни проявляли нерешительность, равнодушие, другие занимались делом постыдной наживы. А Варак ни на минуту не усомнился в важности своей задачи, поверил слову Господа и послушался голоса Деворы.

Правда, он не решался идти в поход один, без нее. На ее призыв он ответил: «Если ты пойдешь со мною, пойду, а если не пойдешь со мною, не пойду» (Суд. 4:8). Некоторые в этих словах усматривают его малодушие или страх. Но более точный перевод с подлинника несколько проясняет смысл его слов: «...потому что я не знаю того дня, в который Господь пошлет мне Своего Ангела». Из этих слов следует, что Вараку, сугубо военному человеку, не хватало способности духовного видения. Он вынужден был довериться пророческому видению Деворы, поэтому и приглашает ее с собой в качестве пророчицы. Он целиком полагался на то откровение, которое она получит от Господа и в нужный час передаст ему. Только получив ее согласие, Варак обратился с призывом к народу и собрал большое войско.

Девора предсказала успешный исход битвы и сопровождала Варака в походе, чтобы его поддерживать и вдохновлять на подвиг веры. И надо сказать, делала это умело и с великим тактом. Она подала ему мудрый совет от Господа расположить военный лагерь на горе Фавор, которая являлась границей между уделами Иссахара и Завулона. Гора Фавор находилась на северо-восток от Ездрелонской равнины и была очень удобным стратегическим пунктом для военных действий израильтян.

Когда Сисара узнал, что Варак сосредоточил на горе Фавор свои боевые силы, он снарядил 900 колесниц и огромную армию. Историк Иосиф Флавий сообщает, что у Сисары было 300 тысяч пехоты, 10 тысяч конницы и 3 тысячи колесниц. И Писание говорит, что он имел «многолюдное войско» (Суд. 4:7), во много раз превосходившее силы Израиля. Свой стан Сисара расположил на одном из удоб­ней­ших для сражения мест — в Ездрелонской долине, вблизи потока Киссон, где он располагал необходимой пищей и водой для своей армии (людей и коней). Кроме того, оттуда он имел возможность угрожать израильтянам и на юг, и на север. На такой позиции можно было продержаться долго, выжидая, пока истощатся запасы у израильского войска, и оно вынуждено будет оставить свою позицию. Сисаре ка­залось, что ему ничего не стоит разбить израильтян.

Но Бог решил иначе и раз­рушил все планы хананеян. Как только Сисара занял свою позицию, Девора, по велению Господа, дала сигнал Вараку сделать молниеносный бросок. Находясь на горе Фавор и обозревая оттуда надвигающиеся орды, она, объятая Духом Господним, воскликнула: «Встань, ибо это тот день, в который Господь предаст Сисару в руки твои; Сам Господь пойдет пред тобою» (Суд. 4:14).

Этот момент был очень важен для исхода битвы. В этой подсказке Деворы и нуждался Варак.

Благодаря стремительной атаке израильтян огромное войско Сисары дрогнуло, пришло в замешательство и обратилось в бегство. Колесницы из-за неровности почвы застревали в долине. Иосиф Флавий пишет, что в момент атаки поднялась сильная буря с градом и дождем, причем ветер дул в лицо хананеям и в тыл израильтянам. Все это сильно затрудняло обороноспособность ханаанских солдат. Поэтому одна часть войска Сисары обратилась к северу, стараясь скрыться в Харошеф-Гоиме, но была перебита преследовавшими их евреями. Другая часть устремилась к югу, чтобы перебраться через поток Киссон, который от дождя переполнился. Его бурные воды потопили остатки пресловутой армии Сисары (Суд. 5:19-22).

Так, в течение короткого времени, могущество Иавина было сокрушено и положен конец двадцатилетнему угнетению израильтян. Победа Варака над хананеями привела к полному исчезновению этого племени с Обетованной Земли, и в дальнейшем они больше не упоминаются в числе угнетателей Израиля. Там, где есть истинная, живая вера, где на Бога полагаются всем сердцем, Он идет впереди, как сильный ратоборец и сокрушает все силы врага, обращая его в бегство. Так вдвоем, Варак и Девора, носители веры Божией, воин и пророчица (которая по еврейскому преданию причислена к семи выдающимся пророчицам Ветхого Завета), совершили славную победу. Это была победа веры, мудрой стратегии и необыкновенной храбрости, где «народ показал рвение». Сисара с его полками, колесницами и конницей был разбит. Сам он ускакал на колеснице, а потом пеший побежал и по пути был убит кенеянкой Иаилью в ее шатре, где искал укрытия. Благодаря этой победе Израиль усилился так, что «земля покоилась сорок лет» (Суд. 5:31).

Варак и Девора с триумфом и ликованием вернулись с поля сражения. Они сложили чудесный гимн, который является шедевром древнееврейской литературы, жемчужиной поэзии. В этом блестящем произведении еврейского красноречия отражены не только исторические события, но дана их оценка с Божией точки зрения и толкование высоких истин. Фактически это гимн торжествующей благодарности Богу и прославления Его имени. Бог помог Своему народу, и Ему принадлежит победа. Эта воинственная песнь исполнена искренней любви к Нему, проникнута верой в Его обетования. В ней звучит духовный подъем народа, вместе с тем напоминается его главный грех: «Избрали новых богов, оттого война у ворот» (Суд. 5:8). Сознавая это преступление, Варак и Девора призывают начальников колен всем сердцем покаяться в нем, очиститься и обратиться к Богу, чтобы служить Ему в благоговении и чистой совести.

Чему учит нас Бог через Варака и Девору, и какой урок извлечем мы для себя?

Писание воздвигает памятник этим людям не как храбрым национальным героям, но как подвижникам Божиим в основном по двум причинам:

Во-первых, Варак и Девора жили в очень трудные времена, когда их народ бедствовал и стенал, а вождей, способных его освободить, которых Бог мог бы употребить, не было. Тогда Он воспользовался людьми с меньшими силами, которые отдали себя в Его распоряжение, и через них совершил победу.

Во-вторых, Варак — это единственный образ в Писании, когда муж Божий со­вершает блестящую победу над врагами совместно с женщиной, той, которая названа в Писании «немощнейшим сосудом» (1Пет. 3:7). Эта чудесная победа прославила Варака, мужа веры, но и Девору, жену веры, возвысила до небес. Бог показал, что даже с малой верой и немощными силами можно достичь большого результата.

Женщина, если она ходит в истине и соблюдает Слово Божие, способна оказывать влияние, как и служители Божии из мужчин. И через ее уста может говорить Бог, как Он говорил через Девору. Эта жена веры стяжала себе славу тем, что пробудила совесть своего народа, зажгла в их сердце веру и надежду. Она учила народ, потому что стояла на более высокой страже, чем ее братья. Все же она была ограничена в своих возможностях и нуждалась в муже веры, уступая ему ведущую роль. Содействуя друг другу и дополняя друг друга, Варак и Девора послужили своему народу тем даром, которым Бог их наделил. Братья и сестры, будем помнить, что Господь не возлагает тяжелых обязанностей на одни плечи, но раскладывает их поровну на всех, повелевая служить друг другу каждый тем даром, какой получил (1Пет. 4:10).

И если посмотрим теперь на новозаветную Церковь, то с кем в ней побеждает Господь? Через кого Он делает Свои великие дела? С теми и через тех, кто в этом мире самые немощные и бессильные (1Кор. 4:13). Но Он «избрал немудрое мира, что­бы посрамить мудрых, и немощное мира избрал Бог, чтобы посрамить сильное, и не­знатное мира и уничиженное и ничего не значащее избрал Бог, чтобы упразднить значащее, — для того, чтобы никакая плоть не хвалилась пред Богом» (1Кор. 1:26-31).

В этом смысле Варак являет собой прообраз Иисуса Христа, Который победил мир и диавола и строит Царство Божие не с мудрыми и сильными мира сего, не с благородными и знатными по происхождению, а с простыми людьми, каких миллионы, но которые откликнулись на Его призыв (Мф. 11:25; 1Ин. 5:4).

Вместе с тем Бог открывает здесь, как Он возвеличил женщину. В Новом Завете Благодать Христова подняла женщину из подневольного состояния и наравне с мужчинами сделала ее «сонаследницей благодатной жизни» (1Пет. 3:7), равно­правным членом Царствия Божия.

Отмечая заслуги героев веры в трудный период истории израильского народа, мы должны подчеркнуть, что Библии чужд дух патриотического почитания этих героев. Если судьи, о которых идет речь, смогли помочь народу выйти из состояния внутреннего разложения или совершить победу над врагами, то это были не их личные заслуги, но это было дело Господа, Который любит Свой народ и заботится о нем.

Итак, если причиной бедствий израильского народа в то далекое время было, как правило, его обольщение и увлечение идолопоклонством, то и в наши дни различное идолопоклонство служит причиной падения многих христиан. Поэтому Апостол Иоанн писал: «Дети! храните себя от идолов» (1Ин. 5:21). Идолом для верующего становится все, что занимает первое место в сердце, отодвигая Господа на второй план. Если это происходит с нами, Господь допускает в нашей жизни трудности и борьбу, как и у израильтян при судьях.

Да хранит нас Бог от духовного идолопоклонства и да даст светлый разум и дух распознавать его в каждом отдельном случае, чтобы отвергать его.

 


 

Глава 25

 

ВЕРА ГЕДЕОНАtc "ВЕРА ГЕДЕОНА"

 

 

...О Гедеоне... и других пророках, которые верой... творили правду, получали обетования, были крепки на войне, прогоняли полки чужих.

Евр. 11:32-34

 

 

Чудесный пример победы верой, совершенный в духе смирения, являет собой Гедеон. Он открывает новую грань веры, показывая, что вера в союзе с духом смирения — могущественное оружие победы над властями тьмы.

За то, что «сыны Израилевы стали опять делать злое пред очами Господа», то «и предал их Господь в руки мадианитян на семь лет» (Суд. 6:1). Мадианитяне — потомки Мадиана, сына Авраамова от Хеттуры (Быт. 25:1-6). Жили на восток от моавитян и часто вместе с ними совершали набеги на израильтян. «Тяжела была рука мадианитян над Израилем».

Как много раз во дни судей повторялась эта история: когда у израильтян было благоденствие и спокойная жизнь, они вскоре забывали Господа и легко увлекались божествами соседних народов, принося им жертвы на высотах. И как только они подменяли служение Богу культовой жизнью язычников, в их жизни наступали потрясающие бедствия: Бог отдавал их в порабощение тем из племен, чье идолопоклонство они перенимали. Язычники безжало­стно угнетали и обирали из­раильтян до полного обнищания. Какая траге­дия: любящий Бог вынужден отдавать Своих избранных в порабощение Своим врагам! Этими Судами Он вразумлял и от­резвлял израильтян, стараясь очистить и освободить их души от заблуждений, ставших для них источником их бедствий.

«Это были образы для нас, — пишет Ап. Павел, — чтобы мы не были похотливы на злое, как они были похотливы» (1Кор. 10:6). Эта картина несколь­ко раз запечатлена в книге Судей, чтобы, читая, мы поняли, как «лукаво сердце человеческое более всего и крайне испорчено» (Иер. 17:9). Как легко оно забывает благодеяния и милости Божии, особенно когда по­падает в спокойную обстановку жизни! Как легко откликается оно на голос искусителя и увлекается соблазнами, ведущими к греху идолопоклонства! Идолом становится все, к чему привязывается сердце.

Часто никакие наставления и увещания не помогают человеку образумиться. Только когда Бог пошлет горе, скорбь, переживания, допустит нести гнет или отягченные обстоятельства, тогда он обращает свой взор к Богу. Господь делает страдания средством отвращения от идолов и восстановления в душе человека истинного богопочитания. Так было с древним Израилем, когда он жил при судьях. Так было с ними и в последующей истории, так оно есть и сегодня. И не только с ними. Это типичная картина для всего человечества.

Сыны Израилевы обратились к Господу с мольбой о помощи, и Он послал им сперва пророка для обличения, чтобы они поняли, что является причиной их бедствия и угнетения. Их горе — увлечение языческими богами. Пророк призвал их покаяться, оставить этих идолов и обратиться к Богу отцов. И это слово привело их в страх: они обратились к Господу, и Он воздвиг им спасителя от ига мадианитян в лице Гедеона, сына Иоасова, проживавшего в Офре.

Что представлял из себя Гедеон, видно из слов, сказанных им самим: «Вот, и племя мое в колене Манассиином самое бедное, и я в доме отца моего младший» (Суд. 6:15). Слова эти свидетельствуют о его большой скромности, его смирении и сокрушенном сердце. Бог видел это и избрал его орудием избавления Израиля.

Гедеон был сыном Иоаса, потомка Авиезера. Хотя племя Авиезера и было незначительно и бедно, но сам Иоас в своем роду был человеком состоятельным и уважае­мым.

Как свидетельствует книга Судей (6:3-6), мадианитяне, амаликитяне и жители востока приходили в великом множестве, селились шатрами и истребляли произ­ведения земли Израилевой. «И весьма обнищал Израиль от мадианитян, и возопили сыны Израилевы к Господу». Чтобы уберечь от грабителей урожай пшеницы, собранный с поля, Гедеон спрятался в точиле и там обмолачивал снопы. За этой работой и застал его Ангел Господень, явившись ему в облике человека. «Господь с тобою, муж сильный!» — приветствует он Гедеона. Но тот был так удручен и погружен в свои горестные думы, что только ответил: «Если Господь с нами, то отчего постигло нас все это?» Отчего постигло его народ это бедствие и унижение — вот проблема, всецело занимавшая его мысли и сердце. «И где все чудеса Его, о которых расска­зывали нам отцы наши?»

Из вопроса, который Гедеон поставил перед незнакомцем, видно, что его глубоко волновала судьба Израиля. Он страдал от сознания уничиженного положения своего народа. Сравнивая прошлое с настоящим, сильно переживал и сокрушался от поражения Израиля. Бог ищет таких людей, чтобы однажды обратиться к ним со Своим откровением, поручить им Свое задание. Гедеон искал Господа, а Господь искал Гедеона, чтобы сделать его освободителем народа. Гедеон готов был помочь народу, но не знал, с чего начать, он только сокрушался в душе. И когда Ангел затронул беспокоившую его тему, он мгновенно отреагировал. «Ныне оставил нас Господь, — делает он вывод, — и предал в руки мадианитян».

Какое глубочайшее сознание вины своего народа, от которого он не отделяет и себя! Какое признание заслуженного наказания и правоты Божией! Это и есть дух покаяния, который так угоден Господу. Сердце Гедеона печалится за себя, за народ, за Бога, оставившего их, потому что они оставили Его. Вначале Гедеон даже не осознает, что перед ним Ангел Господень, а принимает его за обычного человека и разговаривает с ним, как с человеком, открывает ему свою душу в простоте и искренности.

Так короткое описание встречи Гедеона с Ангелом, небольшой диалог — и перед нами предстает человек, у которого дух открыт к Богу и который ищет у Него правды. Дух смирения очень благоприятен Господу. Сам Спаситель был кроток и смирен сердцем (Мф. 11:29). Таких людей Он использует в Своих планах в деле созидания Церкви. На образе Гедеона еще раз наглядно подтверждается та истина, что Бог смотрит не на происхождение, таланты или способности человека, но на его сердце (1Цар. 16:7; Пс. 33:19; 50:19; Ис. 66:2).

Гедеон был угоден Господу, и Господь избрал его быть освободителем Израиля. Это избрание совершилось через явление ему Ангела, который сказал Гедеону: «Иди с этою силой твоею и спаси Израиля от руки мадианитян; Я посылаю тебя» (Суд. 6:14). Что же это за сила, с которой Бог посылал его на эту миссию? Конечно же, это сила смирения и сокрушения, что так «драгоценно пред Богом» (1Пет. 3:4). Смирение является силой потому, что человек всецело опирается на Господа, как на свою силу.

На политическом поприще или в сфере экономики смирение не принимается в расчет. Там оно не имеет цены, поэтому к нему никто не стремится. Там нужны престиж и популярность, предприимчивость и дипломатия. Только Бог хочет видеть в Своих последователях смирение. Оно высоко ценится на небе, в Царстве Божием.

Апостол Павел понял этот секрет и смело пошел по пути смирения и сокрушения своего «я». Ведь смирение признает силу и мощь Господа, а себя видит немощным. Немощь — это глубочайшее сознание того, что сами по себе мы бессильны совершить угодное Господу. И смирение — это всецелое доверие Богу, опора на Него, упование на Него. Это готовность нести крест, страдать со Христом. Павел писал о себе: «Посему я благодушествую в немощах, в обидах, в нуждах, в гонениях, в притеснениях за Христа: ибо когда я немощен, тогда силен» (2Кор. 12:10).

Подобная немощь была и у Гедеона, и за это Господь называет его мужем сильным — сильным в смирении, сильным в вере, в доверии Богу, сильным в уповании на Него. Это Господь видит его сильным; сам же Гедеон видит себя слишком слабым для возлагаемого на него Богом бремени. Силен человек тогда, когда его плотское «я» сокрушено и полностью распято, как у Павла, который говорит: «Я сораспялся Христу...» (Гал. 2:19-20). Он называет себя «наименьшим из Апостолов» (1Кор. 15:9), а позже — «наименьшим из всех святых» (Еф. 3:8); в конце жизни считает себя первым из грешников (1Тим. 1:15). Этот дух умаления, а не возвеличения себя и есть смирение, которое так угодно Господу.

Эта черта характера Гедеона видна в Библии во всем его поведении. Господь, глубоко проницающий душу, видел это и потому дважды повто­ря­ет ему: «Иди с этой силой твоею и спаси Израиля от руки мадианитян... Я бу­ду с тобою, и ты поразишь мадианитян, как одного человека» (Суд. 6:14-16).

Оказывается, смирение, рожденное в нас от духа Христова, — это сила. Оно сила потому, что преодо­левает человеческую гордыню и помогает видеть себя в подлинном свете, верно оценивать свои поступки. Смирение — сильнейшее оружие против духовных врагов. Власти тьмы более всего боятся Божественного смирения, которое в состоянии побеждать их козни. Поэтому Господь и повелевает Гедеону идти на врагов в силе смирения и веры, обещает быть с ним и обратить в бегство полчища мадианитян. Гедеон в своем смирении олицетворяет Иисуса Христа, смиреннейшего из все смиренных, Который сказал о Себе: «Приидите ко Мне.. и научитесь от Меня, ибо Я кроток и смирен сердцем» (Мф. 11:28-30). Небесное смирение Иисуса победило все козни врага и обрело Благодать от Отца не только для Себя, но и для всего человечества, для тех, кто уверовал в Него, как своего Спасителя.

Получив повеление от Господа стать освободителем Израиля, Гедеон ищет под­тверждения своей миссии, так как не видит в себе тех сил, которые помогут ему выполнить поручение Господне. Возможно, он не был уверен, что переживаемое им — подлинное откровение. Поэтому он просит у Бога знамения, и Господь дает ему это знамение для укрепления его веры (Суд. 6:17-23). Благодаря знамению его вера превращается в полную уверенность, он исполняется силы, смелости и ре­ши­мости.

Вторым подтверждением Господнего посланничества было повеление идти разрушить жертвенник Ваала, стоящий вблизи отцовского дома, срубить священное дерево при нем, а затем на этом месте соорудить жертвенник Господу и на дровах срубленного дерева принести Ему всесожжение (Суд. 6:25-26). Это было непростой задачей, так как служение Ваалу было той духовной атмосферой, в которой вырос и воспитывался Гедеон. Непростой еще и потому, что народ был очень привязан к этому капищу.

Но после его посещения Господом Гедеон исполняется силы свыше, берет десять слуг своего отца и идет с ними решительно искоренять ненавистное Богу капище. С десятью человеками он управился с этой трудной и небезопасной работой за одну ночь. К утру на том месте на вновь устроенном жертвеннике Господу курился дым от вознесенного во всесожжение тельца. Так Гедеон безбоязненно, по слову Господа, восстановил истинное богопочитание, принесенной жертвой очистил дом отца и освятился сам.

Жители города негодовали и хотели побить Гедеона камнями. Но отец защитил сына, сказав: «Вам ли вступаться за Ваала?.. Если он Бог, то пусть сам вступится за себя...» (Суд. 6:31). С тех пор народ прозвал Гедеона Иероваалом, что значит: «Ваал отомстит ему сам». Конечно же, со временем израильтяне убедились в полном бессилии этого бога, так как никакого мщения не последовало.

Однако силы сатаны возбудили мадианитян, амаликитян и другие племена восточной Аравии против Израиля. Эта неприятельская армия перешла реку и стала станом на Изреельской долине. Тогда «Дух Господень объял Гедеона», он затрубил трубой и созвал сынов Израилевых в поход против врагов. На его призыв отклик­нулось не только родственное ему племя Авиезера, но и другие колена. Собралось войско в количестве 32 тысячи человек. Однако неприятельская армия численно превосходила израильскую, и Гедеон не решался начинать военные действия. Он еще раз вопрошает Господа и через двойное знамение получает от Него подтверждение в Его помощи и спасении. Чтобы воодушевить Гедеона, Бог дает ему знамение через росу (Суд. 6:36-40). «Ориген сравнивает росу с Божией Благодатью, которая сначала была дарована еврейскому народу, а затем и всем народам земли».

Вместе с тем, Господь воспитывал Гедеона в вере. Чтобы усилить этот урок как для него, так и для народа, Господь повелевает ему произвести тщательный отбор воинов по особым признакам, чтобы показать, что не количеством, не силой армии побеждает Его избранный народ, а рукой Господа и духом веры. Из собравшихся 32 тысяч Господь повелевает отобрать только тех, кто по духовным качествам соответ­ствовал бы Его особой задаче: это должны быть мужи веры и послушания. Бог хотел научить их всецело полагаться на Него. Победа, достигнутая ими самими, придала бы им гордости; они могли бы высокомерно заявить: «Моя рука спасла меня», и не воздали бы Богу славы.

Отсев производился дважды. Первый раз Господь повелел Гедеону объявить, чтобы робкие и боязливые возвратились домой, и из стана ушло 22 тысячи. Второй раз Господь делал отбор Сам: Он повелел Гедеону подвести народ к воде, и отобраны были те, кто пил воду небольшими глотками из рук (Суд. 7:1-7). После такого тщательного отбора с Гедеоном осталось только 300 воинов, остальные были отпущены по домам. И то, что Гедеон решился на битву с многочисленным неприятелем своим маленьким отрядом в триста человек, говорит о том, что он верой полагался только на помощь Божию. Поэтому Павел и причисляет его к героям веры.

В самом методе отбора воинов содержится чудное поучение для нас.

Во-первых, не силой плоти, не большим количеством поражаем враг, но малой горсткой отважных мужей веры, полагающихся на Господа. «Ибо где двое или трое собраны во имя Мое, там Я посреди них» (Мф. 18:20). Писание полно примеров, показывающих, как святые полагались на Бога верой в трудных ситуациях, нуждах и проблемах, и имели победу. Вот несколько поучений из псалмов Давида:

«Иные — колесницами, иные — конями, а мы именем Господа, Бога нашего хвалимся: они поколебались и пали, а мы встали и стоим прямо» (Пс. 19:8-9).

«Не спасется царь множеством воинства; исполина не защитит великая си­­ла. Ненадежен конь для спасения, не избавит великою силой своею» (Пс. 32:16-17).

«Не на силу коня смотрит Он, не к быстроте ног человеческих благово­лит; благоволит Господь к боящимся Его, к уповающим на милость Его» (Пс. 146:10-11).

Во-вторых, на примере пьющих двумя методами воду из реки представлены две категории верующих. Новый Завет тоже открывает, что все члены Церкви по своему духовному состоянию делятся на две категории — духовных и плотских. Духовные — это те, кто в своей духовной жизни руководствуется духом, имеет дух Христов (1Кор. 2:15-16), распял плоть со страстями и похотями (Гал. 5:24). А плотские — это «младенцы во Христе» (1Кор. 3:1-3), руководствующиеся в своей жизни влечениями плоти и неспособные питаться «твердой пищей» (Евр. 5:11-14).

Так, пьющие воду из своих рук являются прообразом тех верующих, которые проверяют всякое учение Словом Божиим, духом откровения, чтобы установить, что от Бога, а что от лукавого, что истина, а что подделка под истину. Подобно тому, как человек рассматривает в своих ладонях зачерпнутую из реки воду, так духовный верующий все тщательно исследует во свете Писания, отбрасывая всякую ложь. Господь признает таковых способными воинствовать духовными средствами и ориентироваться в мире, полном обольщения учениями заблуждения (1Тим. 4:1). «Возлюбленные! — призывает Апостол Иоанн, — не всякому духу верьте, но испытывайте духов, от Бога ли они, потому что много лжепророков появилось в мире» (1Ин. 4:1).

Пьющие воду прямо из реки означают тех, которые всякое учение о Боге принимают без исследования, без проверки его Словом Божиим. Господь признает их негодными для ведения духовной войны.

Гедеон был мудрым человеком. Он понял, чего требовал от него Господь, и проявил безусловное повиновение Ему. С тремястами воинов, объятых Духом Божиим, он приготовился к выступлению против неприятельского полчища. Свой небольшой отряд он «вооружил» пустыми кувшинами, светильниками и трубами. Меча и никакого другого оружия у них не было. Судя по-человечески, это было безрассудство: неприятелей — огромное полчище, заполнившее долину, как саранча, где людям и верблюдам не хватало места, и все они были вооружены; а тех, кто с Гедеоном, — небольшая горсточка безоружных. Только вера, опирающаяся на Бога, могла отва­житься на подобный риск. Гедеон верил, что Господь помогает и слабому, как сильному, и малому числу, как большому, и потому был преисполнен смелости, мужества и дерзновения.

Есть люди, которые не воспринимают такую веру, а мир смеется над ней, как над безумием. Но именно такая вера есть вера Божия, вера победоносная и торже­ствующая. Именно такую веру Бог признает и такой вере Он открывается, ей содействует и ее благословляет.

Так как Гедеон немного в душе все же опасался начать сражение с таким малочисленным отрядом, Господь решил ободрить и укрепить его веру. В ночь, накануне сражения, Он явился Гедеону и повелел спуститься в неприятельский стан, расположенный в долине. Гедеон и его отряд располагался на Гелвуйских горах и оттуда хорошо просматривал всю долину. Вдвоем со слугой Гедеон проник в стан врагов и подслушал разговор: один рассказывал сновидение, другой толковал его. Народы востока, как это видно из истории Иосифа и Даниила, придавали большое значение сновидениям. Через подслушанный разговор Бог убедил Гедеона, что Он предал это полчище язычников в руки Гедеона и израильских храбрецов.

После этого Гедеон смело приступил к действиям: разделил свой отряд на три группы, по сто человек в каждой, «дал в руки всем им трубы и пустые кувшины, и в кувшины светильники». Глубокой ночью, незаметно подкравшись к стану с трех сторон, они внезапно затрубили трубами и разбили кувшины. «...Держали в левой руке своей светильники, а в правой руке трубы, и трубили, и кричали: «Меч Господа и Гедеона!» Это привело вражеское ополчение к заме­шательству и такому переполоху, что от неожиданности они обратили свои мечи друг против друга и в панике стали разбегаться, кто куда.

По зову Гедеона явились ближайшие колена — Неффалимово, Асирово и Манассиино, «и погнались за мадианитянами»; преследуя их, перехватили переправу через Иордан и нанесли им великое поражение. Особенное рвение проявили ефремляне, в руки которых Бог предал мадиамс­ких князей Орива и Зива. Это была великая победа Божия, победа веры и стратегии, когда Гедеон трубил в трубы и с тремя сотнями человек победил 120 тысяч врагов. Труба в этом случае явилась наиболее мощным оружием, какое только знал мир. Отзвук этой великой победы мы находим в Писании: Пс. 82:10-13; Авв. 3:7. Здесь вера Гедеона и его вои­нов уподобилась вере Давида, который пишет, что с Господом ему не страш­ны не только «злодеи, противники и враги», но и целый «полк» врагов и даже «вой­на» (Пс. 26:1-3). Когда опасность умножается, то возрастает и вера.

Верой в Господа Гедеон исполнил правду Божию, был крепок на войне, явил беспримерную храбрость и мужество, решительные действия и смекалку. Способ, который он употребил для достижения победы, в истории называют «стратегической уловкой», что указывает на то, что вера его обладала находчивостью, изобре­тательностью и мудростью. Благодаря мудрости Гедеон сумел успокоить недовольство ефремлян, потому что он не призвал их на войну с самого начала (Суд. 8:1-3).

Кувшины, светильники и трубы... Что это по сравнению с колесницами конницей, мечами и копьями — боевым оружием того времени? Ничто! Но Бог показал всем поколениям сынов человеческих, что этим «ничто» в союзе с Господом, под Его водительством и при употреблении мудрости можно преодолеть любую силу, низложить любого врага. Примененные Гедеоном кувшины, светильники и трубы являются прообразом духовного оружия Церкви Христовой и содержат большое назидание для нас.

Пустые и разбитые сосуды — прообраз смиренных, сокрушенных и разбитых сердец. В Священном Писании часто разбитый сосуд ассоциируется с разбитым и сокрушенным сердцем, которое в борьбе с грехом, плотью и сатаной приобретает дух Христов (Пс. 2:9; 30:13). «Я пролился, как вода.., сердце мое сделалось, как воск, растаяло посреди внутренности моей» (Пс. 21:15) — вот состояние сокрушенного сердца. Это глубокое соз­нание своей духовной немощи, «нищеты» (Мф. 5:3), полнейшей зависимости от Бога.

Горящие светильники — прообраз сердец, зажженных огнем веры, любви, истины и молитвы. Это человеческий дух, зажженный Духом Святым, который должен у верующего пламенеть (Пр. 20:27; Мф. 25:1-12; Рим. 12:11).

Трубы — прообраз благовестия победной истины Евангелия Христова, которой так боится диавол и от которой обращается в бегство (Ис. 58:1). Пророческое слово часто сравнивалось в Священном Писании с громогласной трубой, ибо задача пророков — пробуждать спящих людей (Ис. 58:1; Ос. 8:1; Иез. 33:3-7).

 

После великой победы Гедеона израильские мужи предложили ему: «Владей нами ты и сын твой и сын сына твоего; ибо ты спас нас от руки мадианитян» (Суд. 8:22). Но верный теократическому началу Гедеон отказывается, признавая одного только Бога Владыкой и Спасителем Израиля. Благословение победы не привело его к гордости и тщеславию, почести не омрачили его трезвого взгляда. Всю славу он отдавал Богу и не искал себе никаких почестей или преимуществ. Только одним он воспользовался по праву победителя: попросил себе из добычи золотых вещей, чтобы сделать помять о победе во славу Господа.

Гедеон по достоинству занесен Духом Святым в число героев веры, ибо он стал прямым провозвестником победы сынов обетования, верой готовящих себя к восхищению. В то далекое время он верой достиг тайны победы народа Божия над объединенными силами людей и духов зла. Он прообразно указал на духовную войну наших дней. Церковь в наше время, имея Благодать и силу Божию, часто не пользуется всеми доступными ей средствами для духовной победы и потому не достигает зрелости.

Более глубокое изучение книги Судей, главы 6, открывает нам образную картину того, как власти тьмы проникают в среду народа Божия и неустанно работают над тем, чтобы привести верующих к падению и духовному оскудению. Под видом мадианитян, амаликитян и жителей востока представлены объединенные силы духов зла, которых сатана непрестанно насылает на народ Божий. Начальные стихи 6 главы отражают точную картину состояния мира перед Вторым Пришествием Христа. Бесовские полчища наводнят всю землю и под видом всевозможных учений заблуж­дения проникнут в Церковь. Они находят себе жертвы тем, что обольщают, обво­ровывают души, доводят их до духовной нищеты и опустошения. Это один из ярких признаков Церкви Лаодикийского периода, о которой Господь говорит: «А не знаешь, что ты несчастен и жалок, и нищ и слеп и наг! Советую тебе купить у Меня золото.., белую одежду.., и глазною мазью помазать глаза твои, чтобы видеть» (Отк. 3:17-18).

Но как во времена судей Бог находил достойных мужей, которые верой вставали на защиту интересов Его народа и во имя Бога совершали победу, так и ныне Он найдет в среде Церкви тех, кто выстоит духовную борьбу за Его дело и Его именем одержит победу.

 


 

Глава 26

 

ВЕРА ИЕФФАЯtc "ВЕРА ИЕФФАЯ"

 

 

И что еще скажу? Недостанет мне времени, чтобы повест­вовать о... Иеффае... и других пророках, которые верой побеждали царства, творили правду, получали обетования.., были крепки на войне, прогоняли полки чужих; ...испытали поругания.., скитались, терпя недостатки, скорби, озлобления.

Евр. 11:32-33

 

Библия представляет нам целый ряд судей в Израиле, которые долгое время управляли народом, совершая немало подвигов во имя Божие. Но не все они попали в число героев веры, потому что Бог смотрит не на подвиги, а на сердце и на веру человека. Иеффай был судьей Израиля только шесть лет и совершил только один подвиг, но Духом Святым он занесен в число героев веры.

Чем же особенным он отличался от других, что заслужил такую высокую оценку?

Рассмотрим его жизнь по тем кратким сведениям, которые представляет нам книга Судей. И вот что мы читаем там: «Сыны Израилевы продолжали делать злое пред очами Господа, и служили Ваалам и Астартам, и богам Арамейским, и богам сидонским, и богам моавитским, и богам аммонитским, и богам филистимским; а Господа оставили и не служили Ему» (Суд. 10:6).

Потрясающая картина! Израиль не только не отстал от языческих божеств, но умножил их число. А пропорционально числу божеств растут и скорби народа: «И воспылал гнев Господа на Израиля, и Он предал их в руки филистимлян и в руки аммонитян. Они теснили и мучили сынов Израилевых с того года восемнадцать лет...» (Суд. 10:7-8).

Эту закономерность мы уже отмечали: Писание неоднократно говорит о ней. Зная слабости человеческого сердца, его неверность святым заповедям, Бог долго­терпеливо ждет, пока человек не утомится от своих прегрешений и последовавших за ними страданий, пока не презрит в своей душе идолов и не пробудится к тому, чтобы в своей безвыходности вознести мольбу к Богу о помощи.

Именно в таком плачевном состоянии находился тогда израильский народ, когда мы впервые встречаемся с Иеффаем: он стонал под невыносимым гнетом угнетателей, но не оставлял греха идолопоклонства. Только в отдельных семействах сохранялось истинное богопочитание. К их числу принадлежало и семейство Галаада, в котором родился Иеффай, будущий освободитель Израиля.

Интересно, что само имя «Иеффай» означает: «Бог освободит, сделает свободным». Это было чудесное имя, и сам Иеффай был замечательным человеком. Все великое рождается тихо и незаметно. И потому, когда появился Иеффай, никто не мог предположить, что в его лице Бог воздвигает спасителя Израилю, возопившему о помощи.

Первое, что мы узнаем об Иеффае, — то, что это был человек, до глубины души обиженный родными братьями. Он был изгнан ими из родительского дома, лишен права на наследство отца, но в этом уничижении явил глубочайшую веру и верность Господу. И потому Иеффай высветил веру Божию с новой стороны — со стороны человека, прошедшего путь уничижения. Не за грехи и преступления, не за дурной характер или худое поведение терпел он унижения и презрение от братьев и связанные с этим скорби и скитания, но за свое происхождение, в котором не было его личной вины.

В древности происхождению человека придавалось большое значение. Братья Иеффая, родившиеся от законного брака, гордились и превозносились этим. Отец их, Галаад, сын Махира, сын Манасии (1Пар. 7:17), был знатен и богат, всеми уважаемый человек. Именем Галаада называлась одна из областей заиорданских владений Израиля — гора Галаад. У Галаада, как очень богатого и знатного человека, было две жены: одна — связанная с ним законными узами, другая — наложница. Многоженство израильтяне позаимствовали от язычников. Нам сегодня трудно судить обычаи того времени, но, как видно, такое положение было тогда в порядке вещей.

О происхождении Иеффая Слово Божие сообщает коротко: «Он был сын блудницы, от Галаада родился Иеффай» (Суд. 11:1). Хотя в первом стихе и сказано, что он «сын блудницы», но второй стих уточняет, что он был сыном от «другой женщины», т. е. от наложницы. В пользу того, что мать Иеффая была просто наложницей, говорит тот факт, что все сыновья от первой и от второй жены жили в одном доме, в одной семье и до возмужания содержались одним отцом — Галаадом.

Когда братья Иеффая подросли, они стали смотреть на него свысока, пренебре­жительно, считая его незаконным сыном, сыном «другой женщины», по их пред­став­лению — сыном блудницы. Так на доброе имя юноши сатана повесил ярлык — печать порока.

История дает нам немало примеров внебрачного сына, у которо­го государственный, религиозный и человеческий законы безжалостно отнимали те права, ко­торые сама природа запечатлела в его личности и его облике. Осуж­денные трибуналом предрассудков, самым страшным и непререкаемым из челове­ческих судов, эти вне­брачные дети, зачатые не на законном ложе, обойдены в пользу других наслед­ников, порой слабейших и намного худших. Вечно гонимые и изгоняемые, они обречены клянчить там, где им надлежало бы владеть и властвовать. Но если человека открыто заклеймить как неполноценного, то всегда преследующее его чувство неполноценности должно либо совсем сломить его, либо чудесным образом укрепить. Слабохарактерные люди под ярмом унижения становятся еще слабее, еще ничтожнее. Когда же обделен человек с сильной волей, твердым духом, это высвобождает резервные силы, сокрытые в нем, и он старается утвердить себя и свое место под солнцем.

Слово Божие говорит, что «Иеффай, галаадитянин, был человек храбрый» (Суд. 11:1). Он утвердил свое место под солнцем.

По-настоящему смелым, храбрым может быть только праведник (Пр. 28:1), че­ловек благочестивый, который, невзирая ни на что, проявляет мужество и верность избранным принципам. Иеффай был человеком с незаурядным умом, твердой волей и был на голову выше других сыновей Галаада. От отца, человека сильного и славного, он унаследовал мужество, храбрость, веру и любовь к Господу, верность и преданность Ему, от матери — скромность. Он шел к Богу через все преграды, шел из большой глубины. Его самоправедные и горделивые братья придерживались в Законе Моисеевом не столько заповедей, охраняющих чистоту и высокую нравственность, сколько тех или иных запретов. Например: «Сын блудницы не может войти в общество Гос­подне» (Вт. 23:2,17). Возмужав и придя в силу, они, опираясь на обычаи своего времени и ложно применяя эту заповедь к Иеффаю, изгнали его. Можно полагать, что храбрость и мужество Иеффая были тоже одной из причин, почему они его изгнали: они ему завидовали.

Так судьба не за вину, не за грехи уготовила Иеффаю великое горе: сомнительное происхождение в глазах его близких и скитальческий путь. Никто за него на заступился (по-видимому, его отец Галаад уже умер), и Иеффай вынужден был бежать из дому. Он был лишен своей части в богатом наследстве отца и поселился в чужой земле Тов, в Сирийской области, живя как бедняк.

Сколько страданий доставляет душе несправедливо обиженного его униженное положение! Сколько горечи, печали, законной обиды и недоброжелательства может вырасти в его сердце! Но великодушный человек неспособен на озлобление. Хотя Иеффай с детства и нес издевательства и насмешки, живя среди своих, как чужой, но сердце его не научилось воздавать злом за зло. Напротив, он уступает гонителям даже свою часть тем, что отдаляется от них, находя в Боге свое прибежище и утешение.

Горнило уничижения — большое испытание для человека. Из одних оно творит ангела, из других — негодяя; одних закаляет и укрепляет, других может надломить. Среди многих отверженных и изгнанных обществом есть те, которые несут свое поношение мужественно и достойно, полагаясь на Бога и идя по следам Христа, Который, страдая несправедливо, «не угрожал, но предавал то Судии праведному» (1Пет. 2:21-23). Таким был Давид, когда он бегал от Саула. Таким, в какой-то мере, был и Иеффай. Его отверженное положение смирило его и еще более приблизило к Богу, чтобы верой опереться на правду Божию, «которая не от закона, а чрез веру» (Рим. 3:21-22).

Как и многие из библейских святых, Иеффай подтвердил собой чудную истину о том, что «Бог гордым противится, а смиренным дает благодать» (1Пет. 5:5). Идя этим путем веры и смирения, он сбрасывает с себя родовое пятно и его следствие — людское презрение. Изгнанный братьями, он уподобляется изгнанникам за веру, о которых пишет Павел в своем Послании: «...скитались в милотях и козьих кожах, терпя недостатки, скорби, озлобления; те, которых весь мир не был достоин, скитались по пустыням и горам, по пещерам и ущельям земли» (Евр. 11:37-38).

Все это испытал Иеффай. Ему не нашлось пристанища в родной стороне, и он вынужден был скитаться по чужим краям, жить среди тех, кого общество извергло из своей среды. Этих «праздных» людей Иеффай спло­тил вокруг себя и стал их предводителем. Они совершали набеги на неприя­тельские земли и этим жили. В этих набегах он прославился своей воинственностью и необыкновенной храбростью, слава о которой разнеслась далеко.

Так было во все века: «...рожденный по плоти гнал рожденного по духу...» (Гал. 4:29). Человек достойный и могущий стать лидером преследуется теми, кто не достоин его. Печальная, но реальная истина... Как видно, только в подобных условиях созревает Божий человек. Только в огне настоящее золото может быть испытано, пе­реплавлено, очищено (1Пет. 1:7), и тогда его драгоценность и красота откроется всем.

Бог справедлив. Он видит людей насквозь. А потому Он так повернул события, что эти надменные, горделивые братья и все знатные старейшины Галаада оказались в большой опасности: аммонитяне посягнули не только на их свободу, но и на их земли. Услышав об отчаянной храбрости Иеффая, они пришли к нему в землю Тов и просили его вернуться, сразиться с аммонитянами и стать у них начальником и вождем. Гонители вспомнили об изгнаннике и призвали его на помощь. Какой парадокс!

Тот, кто был ими ненавидим, гоним, как недостойный, над кем они глу­мились, стал их надеждой и опорой в час беды. Так Бог через опасность об­на­ружил их полную духовную несостоятельность, пробудив их совесть к осозна­нию вины перед обиженным ими братом. Они не только открыто повинились пе­ред ним, но дали ему полную реабилитацию, признав его верховенство над собой и охотно предоставив ему место судьи в Израиле (Суд. 11:9-11; 12:7).

Так неверие поклонилось вере Божией, плотские оказались у ног духовного и так Бог посрамляет гордость. Это непреложная истина, которую мы уже наблюдали в жизни Иосифа, когда продавшие его братья оказались у его ног: он великодушно простил их и щедро облагодетельствовал. Это прямое указание на Христа и израильский народ: те, кто Его распинал и злословил, будут горько оплакивать это, говорит пророк Захария (12:10-14).

Страдающей Церкви и каждой душе в отдельности, кто твердо хранит веру и верность Господу, дано такое же чудное обетование: «Вот, Я сделаю, что из сатанинского сборища, из тех, которые говорят о себе, что они Иудеи, но суть не таковы, а лгут, — вот, Я сделаю то, что они придут и поклонятся пред ногами твоими, и познают, что Я возлюбил тебя» (Отк. 3:9). Бог сделал это для Иосифа, сделал для Иеффая, сделает и для нас. В их земной жизни справедливость востор­жествовала. Восторжествует она и в жизни каждого из нас, если мы сохраним веру и верность Господу и проявим к своим обидчикам дух истинного великодушия и прощения.

Иеффай был человеком мудрым, предусмотрительным. Жизнь учила его многому, преподносила неожиданные сюрпризы, а потому он не хотел поступать опро­мет­чиво. Чтобы проверить искренность своих братьев, он, как и Иосиф, сперва испы­тывает их и только потом доверяется им. Мы читаем: «И пошел Иеффай со ста­рейшинами галаадскими, и народ поставил его над собой начальником и вождем, и Иеффай произнес все слова свои пред лицом Господа в Массифе» (Суд. 11:11).

Человек Божий за разрешением своих проблем прежде всего идет к Богу. В Массифе (он же и Рамоф галаадский, Суд. 11:29; 3Цар. 22:3), где проживала его семья — жена и дочь, — Иеффай перед тем, как идти на битву с аммонитянами, совершает молитву, прося у Господа помощи и защиты. Здесь же он дает свой обет, ставший для многих предметом пререканий и недопонимания. Но об этом дальше.

Перед тем, как приступить к военным действиям, Иеффай сначала дважды посылает послов к аммонитскому царю для переговоров, чтобы урегулировать конфликт мирным путем. Но переговоры не увенчались успехом. Тогда он, испол­нив­шись Духа Святого, начал сражение с аммонитянами, «и предал их Господь в руки его». Война закончилась блистательной по­бе­дой: аммонитяне были разгромлены, было отнято двадцать городов, захваченными ими  прежде. Иеффай при этом проявил чудеса храброс­ти. «И смирились аммонитяне пред сынами Израи­левыми» (Суд. 11:32-33).

Важно отметить, что это были войны Господни, и Он Сам шел впереди израильского войска, предавая в его руки врагов. Вожди народа, эти славные мужи веры, хорошо понимали это и никогда не приписывали себе заслуг в победе, но смиренно отдавали всю славу Богу. Единственной их заслугой была вера, благодаря которой Господь избирал их для выполнения Его воли. Упомянутые в Послании к Евреям судьи — Гедеон, Варак, Иеффай, Самсон и Самуил — побеждали «не воинством, не силой, но Духом» Господа Саваофа (Зах. 4:6). Они побеждали верой в победное имя Бога, Который сообщал вере Свою силу и мудрость. В будущем пророк Самуил назовет четыре имени из судей, как более славных подвижников веры, воздвигнутых Богом для защиты Израиля от внешних врагов. Это Гедеон, Варак, Иеффай и сам Самуил (1Цар. 12:11).

В этом урок и для нас. Бог учит нас, во-первых, глубокой вере в Его провидение, в Его водительство, защиту и помощь; во-вторых, учит пониманию того, что безраздельное упование на Него движет Божиим сердцем, чтобы скорее идти нам на помощь. Бог вызывает и в нас и вне нас такие силы, которые и приводят к победе. Мужи веры учат нас познанию того, что в духовной жизни собственными усилиями невозможно достичь положительных результатов. Только там, где есть живая вера, Господь сражается за нас и побеждает через нас и в нас (1Кор. 15:57).

Каждый из героев веры с новой стороны открывает веру Божию и является прообразом Христа. Иеффай отражает Его величайшую уничи­жен­ность как Сына Человеческого и дух необыкновенного смирения (Фил. 2:5-11). И если с этой точки зрения продолжить рассматривать жизнь Иеффая, то мы обнаружим ряд сторон, удивительным образом напоминающих нам жизнь Иисуса, как «Мужа скорбей и изведавшего болезни», Который был «презрен и умален пред людьми» (Ис. 53:3-4). Удивительна судьба Иеффая: его отец — знатный человек в Израиле, а мать — бедная, беззащитная женщина, лишенная покровительства такого мужа.

Почему Бог, в руках Которого судьбы всех людей и все обстоятельства жизни, допускает лучшим из Своих сыновей испытывать страдания, превратности судьбы, как было у Иеффая? Почему достойнейшие из людей переносят большие унижения и идут путем креста, когда, казалось бы, сама судьба должна приготовить им более счастливую участь?

Так часто рассуждают люди. Но у Бога совершенно другой подход. Ап. Павел по откровению от Духа Святого пишет: «Ибо Господь, кого любит, того и наказывает; бьет же всякого сына, которого принимает» (Евр. 12:6; Пр. 3:11-12). Для чего бьет? «...Для пользы, чтобы нам иметь участие в святости Его. Всякое наказание в настоящее время кажется не радостью, а печалью; но после наученным чрез него доставляет мирный плод праведности» (Евр. 12:10-11).

Так и с Иеффаем: Господь созидал из него особый сосуд, на котором прообразно хотел показать одну из сторон происхождения Иисуса, нашего Спасителя, Его трудно понимаемый путь величайшего уничижения. Как Иеффай был сыном знатного Галаада и простой женщины, так и Иисус был Сыном Царя Небесного и Девы Марии, бедной женщины из Назарета. И как братья называли Иеффая сыном «блудницы», так дух мира сего злословил Иисуса, называя Его «незаконнорожденным» и высмеивал Его чудное происхождение. Сатана все о Христе поставил под сомнение: от Его беспорочного зачатия до крестной смерти, воскресения и вознесения. Он старался заронить сомнение даже у Иосифа, обрученного с Марией, человека праведного, который в простоте сердца однажды подумал о Деве Марии неверно, узнав, что она «имеет во чреве» (Мф. 1:18-20). Но Бог вразумил его через Ангела.

Как Иеффай был отвергнут и изгнан своими братьями, так и Христос «пришел к своим, и свои Его не приняли» (Ин. 1:11). В пророческом псалме об этом сказано: «Чужим я стал для братьев моих и посторонним для сынов матери моей... Злословия злословящих Тебя падают на меня» (Пс. 68:9-10). Но как Иеффай был реабилитирован братьями и поставлен на почетное служение начальника и судьи, где он облаго­де­тельствовал свой народ, так и Господь Иисус будет на этой земле принят иудеями, реабилитирован и прославлен ими. И Он облагодетельствует как сынов Израилевых, так и Церковь, дарует благословение всем народом мира.

Теперь коснемся обета Иеффая.

Аммонитяне стояли, приготовившись к войне. Это была реальная опасность: Израилю грозило новое порабощение и поглощение язычниками. Как все это преодолеть, когда в твоем распоряжении только вера и удалая храбрость? Это силы невидимые, невесомые. Поэтому перед своим выступлением Иеффай смиренно обращается к Богу и приносит Ему свой удивительный обет: «Если ты предашь аммонитян в руки мои, то по возвращении моем с миром от аммонитян, что выйдет из ворот дома моего навстречу мне, будет Господу, и вознесу сие во всесожжение» (Суд. 11:31).

В этом обете отражается все величие души и безграничной преданности Иеффая Господу. Вместе с тем обет показывает, что он разделял и некоторые представления своей среды (ср. 4Цар. 3:27). Иначе, какой смысл был в этом обете, если Бог фак­тически не нуждался ни в каких дарах людей? «...Что выйдет из ворот дома моего навстречу мне...» — сказал Иеффай. А навстречу ему выбежала ликующая дочь с музыкальными инструментами, чтобы поздравить отца с победой. Какая трагедия!

Как легко подумать, что Иеффай в поспешности дал неразумный обет! Ком­мен­таторы Библии Лопухина называют его обет «страшным». Скоуфилд этот обет называет «роковой клятвой». Но фактически все обстояло иначе. И нельзя думать, что Иеффай произнес безрассудный обет. Вспомним, что сам по себе этот обет не предполагал человеческой жертвы; он не был обдуман заранее с точки зрения личной выгоды, но был импульсивным. Это был обет самопожертвования. Иеффай отдавал Господу самое лучшее, что было в его жизни, не зная заранее, кто или что это будет. А это оказалась его единственная, горячо любимая дочь. Этим его обет ценен и величествен.

Все люди горазды отдавать Богу то, что с чужого дома, что легко отдавать и что легко им достается. Так некоторые из верующих посвящают Богу свои таланты, считая, что совершают для Него большие жертвы. Но ведь это не из их собственного дома, т. е. не ими создано, не от их доли, их жизни, их части, не от их трудов и усилий. Такие дары Богу легко давать, потому что фактически Ему мы отдаем Его же подарок.

А Иеффай принес Господу истинный дар сердца: он жертвовал ради славы Божией и ради блага народа то, «что выйдет из ворот дома моего навстречу мне». Это нелегкий обет и великая жертва. Она свидетельствует о большой любви к Богу, преданности и верности: Иеффай жертвовал не то, что видели его глаза, о чем он знал заранее, но жертвовал непредвиденное. Это налагало на него определенную ответ­ственность. Поэтому обет давался в молитве, на коленях, с твердым намерением его исполнить.

Бог даровал Иеффаю победу, и он вернулся домой с триумфом. Навстречу ему из ворот выбежала дочь, ничего не подозревавшая об обете. Это было для Иеффая величайшим испытанием, но его мужественная, непоколебимая вера не дрогнула, не дала ему пасть в отчаяние. Иеффай не отменил обета, он постарался его исполнить. Как он его исполнил, об этом много спорят, много рассуждают. Истинная вера, движимая Духом Святым, подсказала ему, как разрешить эту затруднительную задачу богоугодным способом.

Не надо думать, что Иеффай в буквальном смысле вознес дочь во всесож­жение Господу на жертвеннике, как возносят ягнят по ветхозаветному ритуалу. Библия об этом не говорит. Человеческие жертвы были запрещены Богом (Лев. 18:21; 4Цар. 23:10), так как Он человеколюбив и милосерден. Мы уже рассматривали, как Господь заменил жертву Авраама на овна, запутавшегося в чаще рогами. Так и жертва Иеффая была заменена на благородное и возвышенное ее исполнение. Иеффай потому и занесен в число героев веры, что он и в этом вопросе поступил свято. А потому о всесожжении его дочери на жертвеннике не может быть и речи.

Священное Писание не оставляет человека в недоумении и дает ясный, опре­деленный ответ, как Иеффай исполнил свой обет. В Библии сказано: «По прошествии двух месяцев она возвратилась к отцу своему, и он совершил над нею обет свой, который дал, и она не познала мужа» (Суд. 11:37-40). Что может быть яснее этих слов: «...и она не познала мужа»? Исполнение обета состояло в том, что она «не познала мужа». Через обет отца дочь Иеффая лишилась права выйти замуж и осталась в девах до конца жизни. Но преж­де, чем он посвятил ее Господу, она отпросилась у него на два месяца пойти с подругами в горы оплакать свое девство. Оплакать потому, что и ей хотелось быть замужем, испытать материнство, продлить род, к чему и призва­­на женщина. Фраза «и он совершил над нею обет свой, который дал» указыва­ет на то, что Иеффай, по-видимому, совершил над дочерью особый обряд посвящения ее Господу для служения в Храме в соответствии с ее полом.

Исполнением своего обета Иеффай, во-первых, показал свое подвижниче­стве во имя Господа, а во-вторых, явил живую веру в сердце, лишенном узости, себялюбия, неверного, изменчивого духа. И хотя душа его тосковала о дочери, но он с благоговением, подобно Сыну Божию (Евр. 5:7), вознес свою жертву Господу в благоухание приятное. Это было его духовным «всесожжением». То, что дочь Иеффая «оплакивала девство свое в горах» и что израильс­кие девушки ходили оплакивать ее четыре дня в году, не говорит о ее смерти. Этот обычай указывает на то, что дочь Иеффая была в большом почете среди своих сверстниц. В то время девство считалось позором и даже проклятием, потому что лишало девушку великого чаяния ее народа: стать матерью обетованного «семени жены» (Быт. 3:15), т. е. родить в мир Спасителя. К этой цели простирались желания всех святых жен Ветхого Завета. Каждая израильтянка мечтала родить сына в надежде, что он будет обещанным Мессией. Вспомним, как Сарра горевала о своем долголетнем бесплодии, как печалилась об этом же Ревекка и даже предъявляла мужу претензии, что у нее нет детей; как Лия и Рахиль соревновались в деторождении. А как Анна, мать Самуила, скорбела о том, что она бездетна; а родив Самуила, посвятила его Богу.

Дочь же Иеффая через обет отца лишилась этой великой радости и чести, но проявила полную покорность воле отца. Это открывает нам, что в семье Иеффая царил дух истинного богопочитания и благочестия. И не только он по достоинству сопричислен к героям веры, но и дочь его проявила геройство послушания и самоотверженность веры. И вполне заслуженно она пользовалась большим авто­ритетом среди своих сверстниц.

Благоговение, с каким Иеффай исполнил свой обет, побуждает и нас учиться благоговеть перед Господом и Его святой волей. Успешно служить Богу и при этом осознавать себя «нищим духом», всецело зависимым от Бога, трепетать пред Его словом (Ис. 66:2), покорно принимая то, что нарушает твой покой, — это истинное величие веры. Такой верой обладал Иеффай. Он учит нас тому, как можно путем веры и доверия Богу выйти из бездны уничи­жения и подняться на большую духовную высоту, стать ценнее всего мира. Иеф­фай — это пример для всех, кто сознает себя нищим духом; пример для всех униженных и обиженных миром ли, братьями ли, ближними или даль­ними, одним словом теми, кто нас преследует за веру. Это образ человека, ничего не жалеющего для Бога. Не имея ничего, от Бога он обрел все (1Кор. 3:21-23).

Верность Иеффая Господу стоила ему счастья дочери, потери потомства и большого личного счастья. Но ради Господа он смог все преодолеть с верой. И если все перипетии его жизни рассматривать как козни «льва рыкающего», то этот отважный воин сумел заградить уста этого льва, рыкавшего через братьев и через врагов. Будучи обижен, отвержен, уничижен, он явил такую мудрость, силу и стойкость веры, которая завершилась большой победой для Израиля и принесла им свободу.

Нам, новозаветным верующим, намного легче осуществлять победу над полками зла, потому что Господь наш Иисус Христос совершил на Голгофе полную победу над диаволом и дал нам право пользоваться плодами этой победы (Кол. 2:15; 1Кор. 15:57).


 

Глава 27

 

ВЕРА САМСОНАtc "ВЕРА САМСОНА"

 

 

О Самсоне... и других пророках, которые верой... творили правду, получали обетования, заграждали уста львов,.. укреплялись от немощи, были крепки на войне, прогоняли полки чужих;.. испытали поругания и побои, а также узы и темницу.

Евр. 11:32-36

 

 

«Изучение Библии ясно показывает, — пишет Освальд Зандерс, — что боль­шин­ство мужей, делавших историю, были людьми, потерпевшими неудачу в чем-либо, многие из них даже основательно, но они не остались лежать в грязи. Именно их неудача и их раскаяние помогли им познать лучше и глубже милость Господню. Они научились познавать Бога, Который Своим детям, разочаровавшим Его, предоставляет вторую и даже третью возможность исправиться» («Ответственность, руководство, служение»).

Перед нами как раз один из таких мужей, которому Бог дал повторный шанс на исправление. Это Самсон. Некоторые из верующих считают его человеком, в котором плотская природа одерживала верх и наконец приводила его к падению и гибели. Но это неверно. Если бы это было именно так, то мы не встретили бы имя Самсона в числе героев веры. Господь наш милостив и человеколюбив, и Он действительно предоставляет человеку несколько шансов на исправление. А потому с чувством глубокого удовлетворения рассмотрим образ Самсона с точки зрения всепобеждающей Благодати, для которой не существует такого греха, которого бы она не преодолела, и такого падения, из которого бы она не извлекла человека.

С внешней стороны образ Самсона кажется противоречивым. Плотская природа поначалу берет в нем верх, борьба двух сил за его душу доходит в нем до апогея. Но конец хорош — победу одерживает Благодать, всепобеждающая сила которой смогла извлечь его из падения и поставить «на камне ноги» его (Пс. 39:2-4). Благодать в нем стала преизобиловать и воцарилась к жизни вечной (Рим. 6:20-21).

Итак, перед нами немного загадочная, не всеми понятая, могучая личность Самсона, великого своей верой, великого своими подвигами, великого своим падением, но еще более великого своим восстановлением. Новый Завет поместил его имя в числе героев веры наряду с Вараком, Гедеоном, Иеффаем, Давидом и другими мужами, которые прославили Господа одни своими чудесными, исклю­чи­тельными подвигами, другие — достойным перенесением страданий. То, что имя Самсона мы обнаруживаем среди славных имен великих святых, творивших верой дела Божии, свидетельствует о том, как ценен он для Господа. Вместе с пророком хочется воскликнуть: «Дивны судьбы Его, велика премудрость Его!» (Ис. 28:29).

Для тех, кто не просвещен полным светом истины и мыслит поверхностно, Самсон кажется личностью, служащей на соблазн и преткновение. Они видят в нем лишь его падение и плен у филистимлян, где он, лишенный зрения и своих замечательных кос назорея, мелет на жерновах в рабстве и неволе. В глазах таких людей Самсон — представитель грубой силы, человек беспринципный, соблазненный Да­лидой, дочерью необрезанных, низко пал, скатился вниз, а затем бесславно умер. И отсюда вывод: берегитесь, не будьте такими, как Самсон! На первое место выстав­ляется позорное падение святого человека. Его трагедия заслоняет собой и его личность как мужа веры, и его прекрасную душу, могучий дух, и его неповторимые подвиги, и те уроки, которые Бог нам преподает через него. Клеветник постарался крепко очернить Самсона в глазах людей, чтобы они не смогли увидеть величие той истины, какую Бог посылает людям через него.

Конечно, падение Самсона подробно и беспристрастно изложено в Библии, как и вся его жизнь и его подвиги. Но не менее объективно изображено и его полное восстановление в Господе, чего многие не видят. Также не обращают внимания на финал его жизни, который запечатлел один из выдающихся подвигов человека Божия, где он приносит в жертву собственную жизнь и в последний раз обращает против богохульников и врагов Божиих могучую силу, данную ему Богом.

Для многих Самсон — трудный образ в Писании, трудный потому, что поведение его странно, а жизнь — непрерывное противоборство одного человека с целым станом врагов. Кажется, что у Самсона не было никакой продуманной стратегии, что действия его стихийны, импульсивны, от случая к случаю. Его жизнь полна поразительных событий. Например: он растерзал льва, как козленка, или ослиной челюстью убил тысячу человек. Поймал триста лисиц, связал их хвосты, привязал к ним факелы и пустил на поля и виноградники филистимлян; на своих плечах он унес ворота города прямо с косяками и запорами; его чувство юмора, когда он загадывал загадку филистимлянам на браке; наконец, его связь с Далидой. Самсон существенно отличается от других судей Израилевых и выглядит более человеческим, земным, подобным всем нам, склонным к падениям.

И все же несмотря на все, казалось бы, непродуманные, импульсивные и не всегда благовидные поступки, Библия считает Самсона сыном обетования: он верой творил правду, получал от Бога силу, был крепок на войне, прогонял полки чужих, испытал поругания и побои, узы и темницу. Верой он укрепился от немощи, поднялся из глубины своего падения так, что восторжествовал над лютой ненавистью врагов, победил своего губителя и стал ценнее всего мира. Это характеристика Духа Святого, данная ему с позиций Нового Завета, Завета Благодати.

Мы же только постараемся проследить его интересную жизнь и его неординарную личность в описании автора Ветхого Завета. При этом заметим, как много общего у него с личностью Иисуса Христа. Да и само имя «Самсон» чудесно: «солнце»! Так и Христос назван в Писании «Солнце правды» (Пс. 83:12; Мал. 4:2).

Чудесным было рождение Самсона. Оно пришло от Господа: Ангел бла­го­вестил жене Маноя, святой и богобоязненной женщине, которая была бесплод­на, что она родит сына; ее сын будет назореем Божиим с момента зачатия, и бритва не коснется его головы (Суд. 13:2-5; Чис. 6:2-8). Самсон еще в утробе матери определен быть сыном обетования, назореем Божиим. Это прообраз избрания детей Божиих прежде создания мира (Еф. 1:3-5). И как бы за этими людьми ловко, коварно и злобно не охотился сатана, и какие бы падения им ни замыш­лял, они все же поднимутся к той высоте, которую Бог определил им от вечности.

До зачатия Самсон уже был посвящен Господу на служение, и его назорейство стало источником его силы, благодаря действию в нем Духа Святого. Таких на земле были считанные единицы: он, Самуил, Иоанн Креститель, Сам Иисус Христос. Это были мужи правды, избранные Богом для особого служения. К ним, как видим, принадлежит и Самсон, удостоенный высокой чести быть назореем Божиим. И это свое избрание он оправдал замечательным финалом своей жизни.

Жена Маноя была бесплодной женщиной. Но в этом ее бесплодии был премудрый промысел: задолго до рождения ребенка Бог готовит мать и отца, делает их способными родить и воспитать назорея Божия. Уже в духовно зрелом возрасте родители Самсона получили своего ребенка. «И рос младенец, и благословлял его Господь» (Суд. 13:24). Не то же ли самое говорится о Христе в Лук. 2:52? Благословение Самсона выражалось в наделении его могучим духом и большой физической силой.

В книге Судей (13:25) читаем: «И начал Дух Господень действовать в нем». Раньше об Иеффае было сказано: «И был на Иеффае Дух Господень» (Суд. 11:29). Все люди, о которых так говорится в Писании, — это люди славные и сильные. Они сумели победить свое «я», чтобы ни в чем не воспрепятствовать действиям Духа Святого, были очень тверды в своем подчинении Господу. Вспомним Гедеона, о котором Ангел свидетельствует: «Муж сильный» — сильный в смирении, сильный в сораспятии, сильный в послушании и постоянстве веры.

Самсон в очень большой степени символизирует единоборство Господа Иисуса в Его земном служении. Наделенный великой силой духа и тела, он, подобно Христу, выходит один на врага и всегда одолевает его. В течение двадцати лет, пока Дух Господень был на нем, не было случая, чтобы кто из врагов победил его. Он спасал Израиля не при помощи войска, как это делали все другие судьи (Варок, Гедеон, Иеффай, Самуил), а один, объятый Духом Господним. Соплеменники очень час­то не понимали его, как не понимали в свое время и Христа. Они не поддерживали его рук в борьбе, как не поддерживали и Христа. А однажды они даже связали его и предали в руки врагов, точно как иудеи поступили с Иисусом (Ин. 18:12; Суд. 15:9-15).

Это путь всех сынов креста, уподобленных Иисусу Христу, о Котором пророк Исаия записал следующие слова: «Я топтал точило один, и из народов никого не было со Мною... Я смотрел, — и не было помощника; дивился, что не было поддерживающего; но помогла Мне мышца Моя...» (Ис. 63:1-5). Это пророчество о крестном подвиге Христа.

Все действия Самсона, которые для многих кажутся странными и непонятными, были от Господа (Суд. 14:4). Героизм его веры состоял в том, что он смог стать послушным и понятливым орудием Бога, чтобы через это явить прообраз Христа (Суд. 16:4). Как двадцать лет Самсон вел успешную войну с филистимлянами, защищая от них Израиля, так двадцать веков Господь ведет успешную войну за народы мира против сатаны, заступая и спасая человеческие души от его пагубы.

Филистимляне — потомки Хама (Быт. 10:11-14), язычники, поклонявшиеся Ваалу и Дагону; в душе варвары, очень воинственные, причинявшие много бед Израилю. Жили на берегу Средиземного моря, на западе Палестины. В Библии о них сказано: «Вот те народы, которых оставил Господь, чтобы искушать ими израильтян,.. для того только, чтобы знали и учились войне последующие роды сынов Израилевых... Они были оставлены, чтобы искушать ими израильтян и узнать, повинуются ли они заповедям Господним...» (Суд. 3:1-4).

Филистимляне — это прообраз полчищ сатаны, допущенных Господом искушать детей Божиих, чтобы они научились духовно воинствовать (Пс. 143:1; Вт. 8:2; 2Кор. 10:4-5).

Эту истину подтверждают служители нашего века Эван Робертс и Дж. Пенн-Луис. В книге «Война со святыми» они пишут: «Церковь сегодня делает ос